Я шумно вздохнула, облокотилась на него и прикрыла глаза.
– Кармен, Катя… – голос Алека ворвался в мое сознание так резко, что я вздрогнула, а он осторожно потряс меня за плечи. – Катюша, ну очнись же!..
Я открыла глаза и в полном удивлении обнаружила незнакомых людей вокруг себя. Я лежала на мягкой, прохладной травке, лицо отчего-то было мокрым, но было приятно свежо. Прямо передо мной на корточках сидел Алек с бутылкой воды в руках. Голова не милосердно болела, во рту пересохло.
– Господи, как ты меня напугала!.. – с облегчением выдохнул мой спутник.
– Что случилось?.. – пробормотала я, пытаясь принять сидячее положение и поднося руку к гулящей голове.
– Вы, вероятно, перегрелись, – пояснил мужчина, сидевший рядом с Алеком. – Лучше не ходите сейчас по солнцепёку, выпейте прохладной воды, посидите где-нибудь в тенёчке и отдохните. Дождя здесь, как видите, не было и, скорее всего, не предвидится.
– Спасибо… – отозвалась я благодарно.
Внезапно я почувствовала чей‑то холодный колючий взгляд на себе и вздрогнула. Как будто кто‑то сверлил мне взглядом спину. Я оглянулась и незамедлительно встретилась глазами с мужчиной, стоящим чуть поодаль ото всех, но я отчётливо разглядела его. Его глаза были чёрными как смоль, и казалось, совсем безжизненными. Мне стало не по себе, и я поспешно отвела глаза. Через несколько минут все любопытные разошлись и мы остались вдвоём с Алеком.
– Ну и напугала же ты меня!.. – пробормотал Алек, поднимая меня с прохладной травы.
– Ты повторяешься… – усмехнулась я, хотя мне и было приятно его беспокойство.
Сам он в это время смотрел не на меня, а куда‑то в сторону. Я проследила за его взглядом: Алек смотрел вслед тому самому мужчине. Тот внезапно оглянулся и вновь пронзил меня взглядом безжизненных глаз. Вдруг у меня в ушах загудело, и перед глазами забегали черные мошки. Я в отчаянии затрясла головой и невольно облокотилась на Алека, боясь снова потерять сознание.
– Пойдём, тебе надо выпить чего‑нибудь холодненького, а, кроме того, сходим, искупаемся на речку. Здесь не далеко.
– Да… – я подняла взгляд, но странного незнакомца уже и след простыл. – Как странно…
– Что?
– Да нет, ничего, пойдём.
Освежившись в прозрачной прохладной речке, мы позволили себе немного подсохнуть на берегу и направились в музей. Замок располагался в лесу. Точнее, раньше это был лес, а теперь это облагороженный парк с тропинками, скамейками и прочими удобствами. Мы вышли на огромную поляну. Взору предстал большой замок из темно‑серого камня, местами покрытого мхом, к которому вела красивая каменная дорожка, с обеих сторон которой были высажены клумбы с цветами.
– Вот там раньше был сад. Твоя мама очень любила цветы, – увлеченно начал рассказывать Алек, как будто был здесь только вчера с моими магическими родителями. – А по ту сторону леса находится мой замок… По крайней мере, раньше он был там…
– Ты знаешь, в каком именно месте находится тайник? – полюбопытствовала я, с интересом поглядывая по сторонам.
– Нет… Я знаю лишь, что магу доступно будет увидеть надпись, которую не видит обычный человек. Она, скорее всего, является ключом…
– Что ж… надеюсь, она не находится в укромном месте, которое мы будем искать тысячу и одну ночь…
Хождение по бесконечным коридорам и комнатам замка оказалось очень утомительным занятием, хотя и не менее увлекательным. Бессчётное количество комнат и больших залов, наполненных духом прошлого: искусство было успешно возвращено к жизни умелыми руками реставраторов. В уголке многих картин я разглядела витиеватый узор подписи «Маргарита Кэмплтон».
– Это бабушка Марго их делала? – шёпотом спросила я Алека, вглядываясь в причудливо закрученные буквы.
Алек согласно кивнул, а к нам подскочил скучающий экскурсовод, как будто нарочно стоявший рядом и наблюдавший за нами. Я даже подскочила от его неожиданного возгласа и едва машинально не стукнула его.
– Как чудесно! Вы знаете как внуки и дети называли Маргариту Кэмплтон! Потрясающе! Это была очень талантливая женщина, уникальная… Я искренне восхищаюсь ею и…
– Знаем, спасибо, – бесцеремонно перебил его Алек. – Рисование, вышивка – она любила занять руки. Ещё она делала потрясающей красоты глиняные вазочки…
– О, юноша, вы ошибаетесь. Их делала княгиня Натали…
– Нет, – вновь перебил его мой спутник. – Бабушка Марго делала их, а подписывала их именем дочери…
– А разве княгиня Натали Берг была дочерью Маргариты Кэмплтон? – экскурсовод удивлённо вскинул брови и скрестил руки на груди.
– Да. И в детстве носила фамилию Кэмплтон. Потом она вышла замуж за Дмитрия Берг, сына двоюродного брата Сони Ольхен.
– И откуда же вам всё это известно? Этого не написано ни в одной книге! Об этих семьях известно не очень много. Всё, что касается княгини Натали Берг не известно истории.
– Я много знаю о семье Берг и о семье Ольхен. А информация у меня из самых достоверных источников – поверьте мне. Об этом всём знают только потомки этих семей.
– Вы хотите сказать…
– Да, мы наследники семей Берг и Ольхен.
– Чем докажете? – не поверил экскурсовод.
– Сейчас могу показать только это. Паспорта с собой нет, – он запустил руку в карман и достал оттуда два свидетельства, доказывающих его слова.
Я изумилась не меньше экскурсовода, но постаралась не показывать виду. Мужчина внимательно изучил документы, а затем улыбнулся:
– Всегда рады видеть вас у нас. Вам что‑нибудь здесь показать? Хочу также сообщить вам, что вряд ли вам удастся без суда отвоевать замок, он сейчас собственность государства и…
– Не волнуйтесь, – засмеялся Алек, – нам ничего не надо, и претендовать на что‑нибудь мы даже не собирались, у нас всё есть. Вы бы не узнали кто мы, если бы сами не завели с нами разговор.
– В таком случае прошу меня извинить. Меня ждёт очередная группа.
Едва экскурсовод исчез, я внимательно посмотрела на Алека.
– Зачем ты это сделал?
– Ну а что? Мы единственные наследники, – улыбнулся он и пожал плечами. – У него было такое лицо! И это он ещё не знает, чьи мы дети… – он заговорщически подмигнул мне.
– Кстати, а откуда у тебя документы?
– Кармен, ты забыла, что у меня тоже есть магия?
– Да, – честно призналась я. – Извини. Мне все еще сложно в это всё поверить.
– Да ладно. Ну что? Попробуем, пока никого нет?
– Попробуем…переместиться? Конечно, нет.
– Почему?
– А видеокамеры? – я кивнула в сторону не большой чёрненькой камеры, пристально наблюдающей за нами.
– Не отсюда. Пойдём, – он взял меня за руку и потащил в сторону, откуда мы пришли.
Оглянувшись, он дернул ручку двери с надписью «служебное помещение» и следом втолкнул меня в темную каморку, прижав своим телом к стеллажу.
– Ты специально?
– Что?
– Специально затащил меня сюда, чтобы пообниматься? – внезапно охвативший приступ злости на миг взял контроль над моими эмоциями.
– Это, конечно, заманчиво, но… – его руки опустились мне на плечи, а дыхание обожгло висок. – В данный момент это единственное место, где нет камер. Перемещай нас.
Я рыкнула в ответ, но промолчала, сосредоточившись. Мгновение и вот мы стоим посреди довольно большого помещения. Я немедленно отстранилась от Алека и огляделась.
Комната оказалась довольно большой и значительно отличалась от обстановки, царившей в музее. Вот здесь всё реально было похоже на замок из средневековья. На каменных серых стенах зажглись факелы, едва мы появились здесь. Помещение было забито различными сундуками, книгами, возле одной из стен стояло огромное зеркало, как у нас на чердаке, закрытое от чужих глаз тёмной шёлковой тканью. На всех вещах лежал толстый слой пыли, в углах были старательно сплетённые пауками серебряные нити паутины… Одним словом, здесь давным‑давно никто не был, да и не смог бы сюда проникнуть без магии.
– Как думаешь, ещё одно «зеркало с сюрпризом»? – я оглянулась на секунду на Алека.
– Ожидать можно чего угодно.
– Сейчас посмотрим… – я осторожно потянула за край ткани, и она сползла с зеркала, подняв в воздух облако вековой пыли.
Я несколько раз чихнула, зажмурив глаза.
– Точь-в-точь как у нас на чердаке…
– Тут что-то написано… – я потёрла рукой запылившуюся и от этого трудно читаемую, да и вообще еле заметную, надпись, читая по слогам, – Colorifius properimu asve untrule Bergus. Sic lucead lux. Почему всегда латынь?.. – только и успела пробормотать я.
Внезапно раздался пронзительный вой, доносящийся, казалось, отовсюду, словно включилась пожарная сигнализация. Мы прижали к ушам руки, оглядывая комнату. Откуда-то начал доноситься женский голос, быстро шепчущий что-то на неизвестном языке. Всё это эхом отражалось от стен и напоминало сцену из типичного фильма ужасов. Только что всяческих чудовищ и маньяков пока не было… Мне стало страшно – до жути страшно, но почему-то даже в голову не пришло немедленно переместиться отсюда.
– Мам‑мочки… – заикаясь, прошептала я, машинально пять назад, пока не наткнулась на Алека. – Что эт‑то?..
Он в ответ обнял меня и прижал к себе. По зеркалу поплыли ровные круги как в порталах времени, которые обычно показывают в кино, но оно ничего не отразило. Следом всё стихло, и комната наполнилась необыкновенной, просто поразительной тишиной, как будто ничего и не было.
– Неужели кто-то додумался освободить старушку от заточения? – внезапно раздался звонкий голос позади нас.
Я вскрикнула от неожиданности, мы одновременно обернулись. Перед нами стояла стройная пожилая женщина с добрым милым лицом. На ней красовалось красивое пышное платье, сделанное из шёлка изумрудного цвета. Шею окутывало потрясающее изумрудное ожерелье (в том, что это были настоящие камни – я ни минуты не сомневалась), в ушах – серьги с изумрудами, на запястьях – множество различных браслетов. Пальцы украшало бесчисленное количество колец. Живые изумрудные глаза с интересом изучали нас.
– Дети мои, вы онемели?
– Кто вы? – едва сумела выдавить из себя я.
– Как – кто? Я Маргарита Кэмплтон. Это вы кто такие и что здесь делаете?
– Бабушка Марго? – удивился Алек, делая шаг вперед. – Это вы? В самом деле?
– Нет. Я – чёртик из табакерки! – в сердцах воскликнула пожилая женщина. – Что за глупый вопрос? Я невнятно представилась? Вы лучше объясните, кто вы такие и как сюда попали?
– Мы переместились сюда… Меня зовут…
– Это ваша внучка: Каролина Берг, – перебил меня Алек, представляя нас обоих. А я Александр Ольхен.
Она огляделась вокруг, окинула нас обоих оценивающим взглядом и, вздохнув, сказала:
– Что ж, судя по тому, где мы, это правда. А как вы меня нашли?
– Мы и не знали о том, что вы появитесь, – пробормотала я, всё ещё удивленно таращась на женщину.
– Но кто-то же, прочёл надпись на зеркале!
– Это я.
– Я так и думала, – улыбнулась бабушка Марго. – Ты всегда была чересчур любопытна, моя дорогая…
– Можно узнать, а каким образом вы одна сейчас оказались в живых? – Алек задал вопрос, который вертелся на языке и у меня.
– Меня заточила в зеркальный мир дочь. Сражаться со злом я всё равно не могла – у меня нет такой силы, да и вам, так или иначе, должен был кто-то помочь в будущем. Увы, магии у меня теперь нет, но знаний в избытке!
– Как здорово, что мы нашли вас! – я искренне улыбнулась, немного расслабившись.
– Сейчас всё перенесём к нам на чердак и решим все насущные дела. Здесь, пожалуй, слишком пыльно для разговоров, – заключил Алек, обнимая меня за плечи.
Я раздраженно скинула его руки и отшагнула в сторону, гневно сверкнув на него глазами.
– Куда? На чердак? Это же опасно! Туда может проникнуть любой… – испугалась бабушка, всплеснув руками.
– Замок больше нам не принадлежит, – поспешила пояснить я. – У нас теперь свой дом.
– Какое несчастье! Наше родовое гнездышко…
– Маргарита…
– Детка, очень прошу, называйте меня просто бабушка Марго.
– Хорошо.
– Давайте всё же займемся перемещением вещей и нас в частности? – Алек несколько раз чихнул, подтверждая, что пора уходить.
– Мои вещи нужно перенести все, – нахмурилась Марго.
– Конечно. Катерина (Каролина то есть) только учится обращаться с силой, но, думаю, мы быстро управимся.
– Ладно, я поняла.
Крис
Из холодильника я достал блюдо с эклерами и ягодными корзиночками, выставил его на стол, сварил кофе и сел напротив Тэш, пододвигая к ней обжигающий напиток.
– Пей и кушай, пожалуйста, очень вкусно. Твои любимые корзиночки…
– Я давно не ем сладкое…
