– Ничего, воспитаем, – высокомерно говорит он. – Ещё раз покажет, вырву вместе с челюстями.
Свои зубы обломаешь, сукин ты сын!
– Вы остановили меня, чтобы поделиться своими планами? – ласково спрашиваю я.
Я уже не могу остановиться. Я, вообще-то, на многое могу закрыть глаза, но только не на унижение. Я никому не позволю вытирать об меня ноги. Пусть он будет хоть трижды муж.
– Вы опять дерзите, Эйвис, – словно добрый дядюшка укоряет меня муж.
– А вы непоследовательны в своих решениях. Дальнейшую беседу считаю бессмысленной.
Я опять поворачиваюсь к ним спиной. Чувствую, как торжествует победу Эбигейл.
– Дерзкая тебе жена попалась, Рауль. Не повезло, любимый, – деланно сочувствует она.
– Зато вашему мужу повезло с женой. Не так ли, Рауль? – резко поворачиваюсь и выплёвываю ей в лицо. – Лучше жить с дерзкой женой, чем с потаскушкой.
Рауль смеётся.
– Твоя правда, Эйвис. Нет ничего хуже жены-потаскухи.
Эбигейл, подобрав юбки, бежит прочь, не разбирая дороги. Она споткнулась о собственную шубу. Наклонилась и подобрала её. Замёрзла светить прелестями перед мужчинами. Вслед ей несётся раскатистый хохот мужчин, которые с интересом прислушивались к нашей перепалке.
То тут, то там слышу:
– Хорошая хозяйка будет в Северных землях.
– Да, нашей хозяйке палец в рот не клади.
– Знатно госпожа поставила на место эту бесстыжую.
Рауль смотрит на меня заинтересованным взглядом. Я дерзко вздёргиваю подбородок.
– Может, всё же пригласим гостей за стол? – спрашиваю мужа. – Скоморохов можно уже не приглашать. Мы знатно всех повеселили.
– Об этом мы ещё поговорим, – угрожает он мне. – Не думайте, что демонстрация неповиновения сойдёт вам с рук.
Вот чьё тут выдержит терпенье? Самый частый вопрос, который я задаю небесам за последний месяц: «За что мне это?».
Глава 5
Эйвис
Стоящие в огромном зале столы, накрытые белоснежными скатертями, ломятся от избытка блюд. Для свадебного пира приготовили копчёную сельдь, кровяную колбасу, оленину и крольчатину из лесов Северного пограничья. На столах стоит студень из кабаньей головы. Украшением праздника стали дрофы, перепёлки, кроншнепы и бекасы, специально откормленные для хозяев замка.
Мы с Раулем сидим на всеобщем обозрении. В центре нашего стола павлин, которого я привезла в качестве приданого. Я вижу свой любимый густой сливочный сыр «руайан», тренчеры с зайчатиной в сметане. На десерт творожные сливки с клубникой, запечённые груши и яблоки.
Для остальных, кто не вышел родословной, накрыли в других помещениях. Свадьбу празднуем с размахом. Старый герцог не поскупился на свадьбу сына.
Настроение совсем не праздничное. Не чувствую радости в самый счастливый день каждой женщины. Для меня он стал самым страшным.
Отобрали старую счастливую жизнь, а вместо этого предложили кошмар с нелюбимым.
Правильно сказал мой брат, что проиграть сражение не значит проиграть войну. Первые сражения я проиграла. Но это не значит, что проиграна война. Как бы я ни относилась к Раулю, но он мой муж. И останется таковым до смерти одного из нас.
А значит, нужно занять подобающее жене герцога место в Северных землях и в сердце моего мужа.
Маленькая победа над Эбигейл ничего не значит в глазах мужа.
Я вижу, как он что-то говорит своим людям. Они понимающе ухмыляются, время от времени поглядывая на меня.
Скорее всего, отдаёт распоряжение, чтобы начали поиски Эбигейл. А то замёрзнет в своём откровенном платье. Проблем с магнатом Девеном, мужем раскованной красотки, не оберёшься. У него денег как у собаки блох, и неприятности он может создать нешуточные. От такого скандала не защитят ни титул, ни связи.
Я ковыряю тренчер, вымакиваю густой соус кусочками хлеба. Перевожу взгляд на Айрис, к которой успела проникнуться тёплыми чувствами. Она кокетничает с Джейкобом и Лайонелом одновременно.
Джейкоб ловит мой тоскливый взгляд, отставляет кубок с вином и направляется ко мне. Садится на место моего мужа.
– Не печалься, девочка. Рауль – хороший человек, только очень закрытый. Ему тяжело пустить в своё сердце женщину, – говорит он мне и накрывает мою руку своей.
– Эбигейл же пустил, – возражаю ему.
– Эбигейл, – он почти шепчет, – это так, развлечение. Такие женщины, как она, никогда не занимают особого места в сердце мужчины. И уж точно уважением не пользуются.
Я благодарно смотрю на него. Джейкоб по-отечески мне улыбается. А я в порыве благодарности за душевное отношение пожимаю ему руку.
– Как бы вы друг к другу ни относились, но клятвы связали вас навечно. Осталось либо превратить совместную жизнь в ад, либо заставить Рауля полюбить тебя, – говорит он мне на ухо.
– Почему я? Почему вы не скажете всё это своему племяннику? – возражаю я.
– Потому что от женщины всё зависит в семье, – разводит он руками. – Оттого, какую она сможет создать обстановку в доме, зависит семейная жизнь. Если домой тянет, то мужчина, где бы он ни был, будет стремиться поскорее оказаться в доме.
– А как же любовь? Разве возможно всё это без любви?
– Без любви невозможно. Но и любовь приходит по-разному. У кого-то с первого взгляда, у кого-то постепенно, шаг за шагом, – кажется, что он и сам в это верит.
– Я не смогу полюбить человека, который меня унижает, – вношу ясность я. – Что бы вы не говорили, Джейкоб, если Рауль не изменит своего отношения ко мне, то я уеду домой.
Я полна решимости так и сделать.
Мы слишком увлеклись беседой и не заметили, как неслышно подошёл Рауль.
– Моя жена никуда не уедет. Запомни это на всю жизнь, – зло говорит мне Рауль.
Я сверлю его взглядом. Совсем не хочется опять начинать словесные пикировки. Я устала сегодня от потрясений. День не из лёгких, и он ещё не окончен.
– Может, лучше поговорим об этом позже? – устало спрашиваю я. А про себя добавляю: «А лучше вообще никогда».
– Может, и лучше, – соглашается Рауль.
– Любезный дядюшка, уж не собираешься ли ты заменить меня?
Джейкоб удивлённо смотрит на него, словно не веря, что он это всерьёз.
– Проваливай с моего места и перестань зажимать мою жену на глазах у людей, – рычит он.
– А на глазах не людей можно зажимать? – скалится Джейкоб. Он что, решил подразнить племянника, который и так на взводе?
– Нельзя. Держись от неё подальше. Понятно? Иди, соблазняй девушек Артура, у него их две.
– И у тебя две, – продолжает играть на нервах племянника Джейкоб.
– У меня одна. Моя жена, – чеканит каждое слово мой муж.
Не знаю, чему я поражаюсь больше, тому, что мой муж говорит, что я у него одна, или тому, что он оберегает меня даже от намёка на домогательства.
По телу разливается приятное тепло. Может, что-то и получится у нас, если Рауль будет таким же милым.
Джейкоб подмигивает мне и уступает место Раулю. Я тепло ему улыбаюсь.
– Пойду найду Эбигейл. Покажу ей, что такое настоящий мужчина в постели. А то она пока довольствовалась молодчиками, – подзуживает Джейкоб Рауля.
– Не волнуйся за неё. Мои люди уже идут по следу, – говорит мой муж, старается, чтобы его слова звучали спокойно.
– Не смеши меня. Твои люди идут по следу. По какому, к хренам собачьим, следу? Позёмка замела все следы.
– Не выражайся при моей жене.
– Прошу прощения, Эйвис, увлёкся малость.
– Джейкоб, найдите Эбигейл, – прошу я оборотня, – кроме вас, сейчас никто не справится. А если она замёрзнет, то нас ждут большие неприятности.
– Пытаешься замолить свою вину? – Рауль не церемонится в выборе выражений.
– Не пытайся меня задеть и вывести на эмоции, – говорю я мужу. А самой так и хочется вцепиться в его самодовольную физиономию. – В её бегстве моей вины нет. Ты поощрял её издевательства надо мной в присутствии моих подданных. Ты подрывал мой авторитет среди твоих людей. Я защищалась, Рауль. Никто и никогда не посмеет унижать меня безнаказанно.
– А ты подумала, что будет, если мы её не найдём?
– А ты думал, как отреагирует твоя жена на появление любовницы, перед тем как притащить её сюда и обнимать на моих глазах?
– Ты вздумала мне указывать? – голос мужа похож на раскат грома. В зале все притихли. Я только выше вздёргиваю подбородок и дерзко смотрю в его глаза.
Рауль поднял руку. Я схватила нож со стола.
– Попробуй только тронь! – в моём голосе звенит решимость. В зале все замерли.
Глава 6
Артур стальными тисками сдавливает мне кисть руки, и нож, разрушая звенящую тишину, падает к ногам. Джейкоб заворачивает руку Рауля за спину, с трудом сдерживая вырывающегося племянника.
Как нашкодивших котят нас тащат в спальню. Не так, ох, не так я мечтала войти в первую брачную ночь в спальню к мужу.
Молча нас зашвыривают в комнату и закрывают дверь на ключ.
– Утром откроем, – кажется, это голос Джейкоба. – Вам есть чем заняться, только не поубивайте друг друга.
От страха я плохо соображаю. Только сейчас я осознаю, что натворила. Я взяла в руки оружие и направила его против мужчины, воина. За это запросто могут казнить. Даже несмотря на то, что я маг с очень ценной специализацией – целительство.
Теперь всё зависит от доброй воли Рауля. Но я не жалею. Нельзя спускать даже попытку ударить. Один раз позволишь – всё это будет продолжаться постоянно. И самоеудивительное, что будешь виновата сама. И даже поверишь в это. Как Айрис, как моя подруга из Южных земель. Я не хочу быть на их месте.
– О чём задумалась? – рычит Рауль, медленно надвигаясь на меня. На ходу он снимает камзол и бросает его на пол.
Я молча пожимаю плечами, внутри съёживаясь от страха.
– Довольна? – нависает он надо мной. Я опять пожимаю плечами.
– Когда нужно помолчать, у тебя словесный понос. Когда, наоборот, нужно говорить, ты молчишь, – злится он.
– Послушай, Рауль, мы оба неправы…
– Да неужели? – перебивает он меня. – Вот прям оба и неправы?
Он даёт волю гневу. Хватает первую попавшуюся вазу и швыряет её о стену. Она разлетается на тысячу осколков. Я молчу и молюсь. Что бы он ни сказал – буду молчать. В таком состоянии он не отдаёт отчёт своим действиям.
Рауль мечется по комнате, как запертый в клетку зверь. Чтобы отвлечь внимание от своей особы, хочу переключить его на любовницу. Странный выбор в первую брачную ночь, но и свадьба у нас странная.
– Не переживай, Джейкоб обязательно найдёт Эбигейл, – ляпаю я, не подумав. Только сейчас не хватало упоминания её имени.
– Джейкоб! – зарычал Рауль, отреагировав совсем на другое имя, чем я рассчитывала. – Вы все с ума посходили с этим оборотнем. Артуровы девчонки кипятком писают только от одного его вида. Ты млеешь от одного упоминания его имени.
– Я не млею. Но и ты не забывай, что Джейкоб – Альфа, и женщины чувствуют его силу.
Рауль подходит ко мне очень близко. Поднимает моё лицо рукой, больно сдавливая подбородок.
– Силу, говоришь? Ты хочешь почувствовать настоящую силу? – вкрадчиво спрашивает он, отчего у меня по спине пробежал холодок. Я не намереваюсь дразнить Рауля.
– Не хочу, – шепчу я и сглатываю образовавшийся в горле комок.
– Ты же хотела, когда строила глазки моему дяде, – его голос даже ласков, но хочется убежать подальше и спрятаться.
– Я не строила глазки. Почему ты всё извращаешь? – нельзя показывать свой страх.
Рауль наклоняется ко мне и впивается в губы поцелуем, словно наказывая. Жёстко, больно.
Я всхлипываю. Слёзы, непрошеные и неуместные сейчас, застилают глаза. Катятся по щекам. Я не могу их смахнуть. Не хочу быть слабой. Не хочу давать повод для насмешек.
Рауль чувствует солёный привкус поцелуя. Отрывается от меня, давая передышку. Я вытираю щёки рукавом, как в детстве.
Он обнимает меня, поднимает на руки, словно укачивая. Шепчет на ухо какие-то слова, я не разбираю какие. Только это неожиданное сочувствие разбивает плотину моей сдержанности. Я рыдаю. И уже плевать, что он подумает обо мне.
