Читать «Путешествие длиною жизнь» — Дмитрий Рязанцев онлайн
Страница 2 из 4
– Как забавно ты все это рассказываешь. А я в детстве где-то до четырнадцати лет была очень послушной. Самое большое мое недоразумение было однажды лет в десять, когда я не подала монет слепому поэту. Он стоял на улице, весь обдуваемый ветром, и читал собственные стихи. Я направлялась в магазин за покупками с деньгами от мамы, и прошла мимо него, не подав милостыни. После этого момента я так долго себе не могла простить свой поступок. Знаешь, даже когда со мной проводили собеседование из американского консульства, я вспомнила про этот момент в ответ на вопрос: «приходилось ли мне о чем-то жалеть в своей жизни?».
– А что стало с тобой после четырнадцати?
– Ничего особенного. Стала очень быстро взрослеть и начала понимать, что не могу усидеть на одном месте и мне хочется всего и сразу. Затем была поездка в Америку на год, после которой я вернулась уже почти другим человеком. С того момента я стала окончательно взрослой и мои амбиции взлетели до небес.
– А как вы познакомились с Марком?
– С Марком мы вместе уже пять лет. Я работала в одном ресторане администратором на полставки, пока училась в университете. В какой-то момент случай свел нас вместе. Компания молодых ребят, в составе которых оказался и Марк, пришла отметить двадцатилетие, сняли весь ресторан, пригласили танцовщиц, акробатов и различных актеров. Их было всего человек пятнадцать, но отрывались они как могли. С виду они были такие дети еще. Они оставили очень неприятное впечатление, спиртного выпили на неделю вперед, клеили официанток, ругались на повара, что он не соответствует классу ресторана. Разломали стол, когда полезли на него танцевать вместе с приглашенной стриптизершей. На следующее утро Марк приехал извиниться за всех них, внести оплату за причиненный ущерб и пообещал сделать много всего положительного для ресторана. Меня поразило, как молодой человек способен сочетать в себе разные антиподы от зашкаливающей самоуверенности от всего дозволенного до уютного парня, который способен краснеть за своих друзей, но открыто и честно выражать свои мысли. После этого случая он еще несколько раз заезжал к нам ресторан и обедал с владельцем, а позднее они открыли вместе с ним новую сеть мясных ресторанов, которые профинансировал отец Марка. Мой номер телефона он узнал в первый же день от моих коллег, уж не знаю, сколько он им заплатил. Но написал мне сообщение только спустя неделю. Так мы и познакомились.
Спустя некоторое время увлекательных бесед и попыток узнать друг друга поближе, Мария призналась, что уже чувствует усталость и вызвала такси. Сергей галантно открыл дверь подъехавшего мерседеса, не оставив шансов его водителю. Когда Мария уже сидела в салоне он улыбнулся, посмотрел ей в глаза и произнес:
– Так не хочется тебя отпускать.
– Ну так не отпускай, – в ответ произнесла Мария, закрыла дверь и скрылась в направлении отеля.
На следующее утро Сергей проснулся относительно рано. Относительность характеризовалась тем, что местные кафе уже были открыты, а из некоторых тянуло приятными ароматами свежеиспечённой выпечки, но при этом было еще далеко до обеденного времени. Первым делом заглянул в телефон. Не обнаружив новых сообщений, он принял душ, надел свежее белье, побрился, привел себя в порядок по мужским принципам и снова заглянул в телефон. Его тянуло написать Марии, но тему обращения он еще не мог придумать и, отложив телефон в сумку, накинул лёгкую куртку и вышел из номера за поисками вкусного кофе и итальянской выпечки.
В окрестностях отеля преимущественно находились магазины одежды и обуви, парфюмерия и салоны красоты, редкие торговые ряды и небольшие кофейни. Свернув на одну из узких улиц, он словно пытался заглянуть внутрь исторического города. Его интерес привлекла небольшая компания местных мужчин, которые стояли у деревянной барной стойки в виде длинной столешницы у стены, пожилая пара, уютно сидевшая за малым столиком, и семья с двумя детьми, ожидавшие свой заказ на вынос у высокой деревянной бочки.
У большинства посетителей домашней кулинарной лавки были чашки со свежезаваренным кофе, у детей в руках были остатки от миндальных печений, пожилая пара поедала десерты из хрустящих трубочек с нежным кремом, изготовленного из сливочного рикотта, покрытых фисташками и марципаном. Из дверей кафе с бумажными пакетами в руках вышел подросток лет пятнадцати, на мгновение остановив свой взгляд на новом посетителе, он кивнул, поздоровался и продолжил свое движение к паре с детьми. Легкий аромат свежеиспеченного теста следовал за молодым человеком. Дети первым делом вытащили из пакетов сладкие трубочки и радостные, слегка испачкавшись в пудре, убежали вслед родителям. Сергей, ведомый запахом кофе и выпечкой, решил заглянуть внутрь.
Кафе, расположившееся на первом этаже исторического здания, было переделано из жилой квартиры. Основной зал, куда попадали гости, был небольшим, слегка хватало места нескольким посетителям за барной стойкой у стены в ожидании своей очереди заказа. Концепт заведения предполагал домашнюю обстановку, к чему также располагал белый кожаный диван с журнальным столиком, уютно разместившиеся в углу комнаты. На журнальном столике находился современный виниловый проигрыватель в ретро стиле. Окно справа у входа украшали занавески молочного цвета с яркими цветами, бабочками и декоративными птицами. Из такой же ткани были отделаны подушки и напольный торшер. На окне в рамках стояли черно-белые фотографии Рима конца девятнадцатого – начала двадцатого века. Над барной стойкой – столешницей у стены висели книжные полки.
В задней части помещения располагалась основная торговая зона, где можно было выбрать пирожные, десерты, круассаны, хлеб или печенье. На нижней полке находились различные домашние деликатесы и сыры. За стойкой стояла молодая девушка, ей помогал уже знакомый пятнадцатилетний парень.
– Здравствуйте, что будете заказывать?
– У вас так приятно пахнет кофе. А что это за сорт?
– Это классическая арабика, выращенная в горной местности с вулканическими почвами на западе Бурунди. Вкус кофе получается ярким и насыщенным в том числе благодаря специальной обработке, предполагающей двойное смачивание зерен и полное мытье.
– Вы так молоды, но очень хорошо разбираетесь в кофе.
– У нас папа начал заниматься кофе еще когда нам с братом не было и 5 лет. Он побывал во многих странах мира от Танзании до Бразилии и Перу. Сперва он привозил кофе в мешках самостоятельно, теперь его знает множество фермеров и торговцев, и доставляют ему любые объемы и сорта со всего мира. Какой кофе желаете?
– А в турке у вас есть?
– Я могу вам предложить кофе по-ливански со специями и цветком апельсина, которые мы готовим на песке в джезве.
– С большим удовольствием.
Кофе было подано на металлическом подносе, где также стоял маленький бокал с водой и блюдце с двумя шоколадными конфетами ручной работы и несколькими орехами в карамели и специях. Пока Сергей медленными глотками пил кофе, он смог насладиться атмосферой данного заведения. Сюда приходило множество местных жителей разных возрастов, и каждый уносил с собой пакеты со сладкими десертами или хлебом и обязательно кофе. Все было устроено настолько по-домашнему, что возникало ощущение нахождения в гостях у близких родственников. Посетители заведения и молодые подростки, обслуживающие данное кафе, знали друг друга очень хорошо. При входе здоровались, улыбались и обнимались. Во время заказа спрашивали друг у друга последние новости о родных и близких, делились впечатлениями о последнем матче римского Интера, вспоминали прошлые победы итальянской сборной по футболу, говорили про политику и моду, про экономику и погоду. Все беседы сопровождались очень шумными высказываниями и жестикуляцией рук. Некоторые из посетителей были соседями и во время таких встреч скапливались очереди, потому что люди словно забывали, за чем пришли, и непринужденно болтали прям посреди входа в кафе, несколько мешая другим посетителям. Возникало ощущение, что сюда приходили не столько за покупками, сколько пообщаться и обсудить бытовые новости.
Через некоторое время из дальнего служебного помещения в основной зал вошел взрослый мужчина с подносом свежеиспеченных небольших булочек и круассанов. Он распорядился своим молодым подопечным собрать несколько пакетов и отнести получателям. Каждый пакет был бережно подписан и украшен лентой. Молодые подростки, которые приходились, по всей видимости, детьми для данного мужчины, разделили между собой приготовленные пакеты и быстро удалились. Хозяин заведения поставил виниловую пластинку и включил патефон. К атмосфере домашнего уюта добавилась итальянская музыка восьмидесятых годов, звучание которой открывала «Меланхолия» Рикардо Фольи.
Сергей поддался чувствам, сделал несколько фото и, выбрав на свой взгляд лучшее, решил отправить и написать Марии.
«Маша, привет! Как чувствуешь себя на римских каникулах? Делюсь с тобой фото очень приятного места, в котором сейчас нахожусь.
Вспоминаю твои вчерашние слова про дыхание города. Думаю, что это оно и есть. Отсюда слышны ритмы сердца исторического города, здесь видно какой он, как живет и чем дышит».
Сообщения не были прочитаны ни спустя пять минут, ни полчаса, ни час. Обладательница сообщений, видимо, было чем-то занята. Или просто не хотела отвлекаться на телефон. После кафе Сергей отправился на прогулку по Риму, спустился в метро, проехал на местных автобусах, попал в торговый центр. К вечеру, уже изрядно подустав, он направился в отель, где собирался поужинать, заказав еду в номер.
Меню ресторана имело не очень широкий ассортимент, поэтому пришлось довольствоваться пастой и бокалом вина. Уже ближе к ночи, когда он умывался и готовился ко сну, получил ответное сообщение.
«Сергей, привет! Клевое место, люблю такие кафе. Каждый раз, будучи в новом городе или стране, именно подобные заведения создают атмосферу уюта и дают прочувствовать местный колорит»
На этом разговор в чате был окончен. Сергей засыпал с неоднозначными чувствами. Ему хотелось еще многое написать и поделиться с Марией, но так и не решился. Перед глазами то и дело всплывали картинки, которые ему довелось увидеть за короткие, но насыщенные выходные. На какое-то время ощутил запах африканского кофе, снова оказался на Капитолийском холме, прошел вокруг Колизея. В ушах также возникали отголоски различных звуков и клубной музыки. В сон он погрузился достаточно быстро, и уже во сне ему стали представляться различные незнакомые места, невысокие двухэтажные здания, чувствовался запах морского бриза. Он не был в этих местах, но во сне все казалось очень родным и знакомым.
Вся рабочая неделя оказалась очень насыщенной и загруженной, но достаточно успешной. Их команда побывала в Римской академии художеств, в Национальном музее Рима, в мэрии Рима, в музеях Римского форума и Римской цивилизации, в нескольких галереях и частных исторических домах. Основная идея задуманного проекта многим нравилась. Но встречались и скептики, которые считали, что виртуальная дополненная реальность не способна заменить физического посещения музея и тех эмоций, когда видишь подлинник или хорошую копию исторического произведения искусства. Практически все встречи состоялись при поддержке дипломатического корпуса, что позволяло открыть множество дверей различных заведений, несмотря на разногласия и сомнения в успешности проекта.
К пятнице у всех уже почти не оставалось сил и многие сошлись во мнении, что в выходные каждый будет предоставлен сам себе. Количество произведений искусств, скульптуры и историческая архитектура различных времен, сохранившаяся в Риме, создавали определенное чувство пресыщения. Поэтому несколько ребят решили, что будут просто отсыпаться в отеле, как Андрей и Алина – та самая девушка, поддержавшая его, когда Андрей не прошел фейс контроль в клуб, и вместе с ним пошла в соседний бар. Тот вечер субботы неделю назад закончился обоих настолько удачно, что Андрей переселился в номер к Алине, и теперь они все время старались провести наедине. Другие ребята захотели посетить культурные места, среди которых и знаменитый Римский оперный театр.
В конце рабочей пятницы Сергей решил снова зайти в домашнюю кафе, которая его покорила уютом, атмосферой, вкуснейшим кофе и ароматами свежеиспеченной выпечки. На входе он встретил хозяина заведения, молодых ребят официантов не было.
– Добрый вечер, уважаемый! Мы, к сожалению, закрываемся.
– Я хотел у вас купить что-нибудь на вечер.
– У нас уже ничего не осталось. Могу предложить только кофе и легкую закуску в виде винограда, сыра и орехами с медом.
– У вас очень вкусная выпечка, я заметил, что особенным спросом пользуются трубочки с кремом.
– Да, это наши фирменные канноли. Рецепт еще моего деда, который долгое время жил и работал в Поццалло, это на юге Сицилии, у самого Мальтийского пролива. Секрет приготовления кроется в особенной муке, белом вине и домашнем рикотта, который мы готовим самостоятельно в домашних условиях. Иногда по вкусу добавляем цуккаты, кешью и фисташки с корицей и специями, которые слегка оттеняют избыточно сладкий вкус. А вы сами откуда?
– Из Москвы.
– У нас сейчас очень много туристов и приезжих из России в связи с последними событиями.
– А вы как этому всему относитесь?
– Я фермер, привык работать в земле и в поле. Недалеко от Рима у меня находятся виноградники и небольшая ферма с козами, где я выращиваю все необходимое для себя, для своей семьи и близких. Ну и на продажу, конечно. Я не люблю политику, да и не понимаю ничего в этом.
– Вы родились в Риме или на Сицилии.
– Нет, я родился в Неаполе. Мои родители сменили много мест, но всегда оставались в Италии.
– Меня тоже с детства очень привлекала история Древнего Рима и Древней Греции, любил смотреть итальянские фильмы, а музыка ваша была почти родной в нашей стране. Подростком очень любил футбол, часто играли во дворе, нося на спине на футболке имена братьев Баджо или Дель Пьеро, они были нашими кумирами.
– Футбол был целой культурой в нашей стране.
– Почему был?
– Потому что времена изменились. Коррупция и корпорации многое испортили, теперь это не душа нации, а всего лишь внешнее выражение успешности и легкой надменности. Чем больше денег корпорация может вложить в игроков или в судей, тем более успешным будет клуб.
– Мне казалось, что футбол – это целая национальная идея в таких странах, как Италия, Бразилия и Аргентина.
– Наша национальная идея – это любить землю, на которой ты вырос и просто быть счастливым в кругу своей семьи, занимаясь любимым делом. Мы, итальянцы, не часто можем переселиться в другие страны. Многие пытались, уезжали в тяжелые времена, но корни брали свое.
– А где ваша семья сейчас? Не вижу ваших детей.
– Они вместе с мамой уехали на фестиваль в Венецию. Обычно мы всей семьей выезжаем, но в этом году католический Великий пост чуть раньше обычного, а у меня есть еще важные дела. Ожидаю несколько торговых посылок из Венесуэлы и Чили.
И тут Сергей вспомнил свой разговор с Марией. Она тоже хотела посетить карнавал в этом году. Внезапно к нему пришла несколько авантюрная идея. Он достал телефон, зашел в приложение для путешественников и нашел необходимую информацию. Недолго думая, купил билеты на поезд из Рима в Венецию. Поезд отправлялся в пять часов утра и прибывал на вокзал Санта Лючиа через четыре с половиной часа. С обратными билетами было немного сложнее. Суббота был заключительным днем карнавала и все билеты в обратном направлении из Венеции были раскуплены. Оставались относительно свободные места на электропоезд до Милана. Для поездки из Милана до Рима были куплены авиабилеты на поздний рейс.
«Маша, привет. У меня для тебя небольшой сюрприз, надеюсь, что тебе понравится».
Ответ на сообщение был получен почти сразу.
«Привет. Что ты задумал?».
Сергей сфотографировал билет, купленный на Марию, и отправил в виде сообщения:
«Держи. Ты говорила, что хотела бы посетить Венецианский карнавал…».
«Ничего себе. Ты сумасшедший. А если я не смогу?».
«Ну тогда мне придется ехать одному».
«Еще чего. Значит завтра встречаемся на Термини в четыре тридцать».
«Хорошего вечера и до завтра».
«До встречи».
Восход солнца в начале марта в Риме происходил ближе к шести часам, поэтом ранним утром, когда Сергей выезжал из отеля, было еще очень темно. Только когда поезд отправился со станции железнодорожного вокзала Термини, немного светало, но до первых лучей солнца, которым предстояло накрыть крыши исторических зданий, создав красивейшую панораму утреннего Рима, было еще не менее получаса.
Поезд начал движение и достаточно быстро выехал из Рима. Городская застройка сменилась сельской местностью с одноэтажными домами с сине-зелеными и желто-оранжевыми оттенками фасадов и ярко-рыжими черепичными крышами. Мария устроилась в кресле у окна по ходу движения, под голову положила подушку с рисунком котенка, и наблюдала за быстро меняющимися картинками и пейзажем итальянской фермерской жизни. На горизонте периодически возникали холмы, на вершинах которых располагались старые исторические особняки и здания из серого камня, напоминающие средневековые крепости.
Говорить о чем-то обоим не хотелось. Сергей поймал себя на мысли, что мало людей в его окружении, с кем можно вот так просто, но вместе с тем уютно, наблюдать за природой и архитектурой, смотреть на сине-голубое небо и пробегающие облака через окно скоростного поезда и наслаждаться простыми моментами, которые составляют жизнь. Во время поездки высокая скорость практически не ощущалась, лишь легкие покачивания вагонов напоминали о движении поезда.
К моменту, когда пошел дождь, Мария уже спала, прислонившись к окну. Большие и малые капли с разной скоростью сползали по стеклу, добавляя атмосферы уюта и романтики и без того наполненного теплом сердцу молодого мужского сердца. Симпатия к Марии росла с каждой минутой. Пока она спала, Сергей наблюдал за красивыми чертами ее лица, не покрытого макияжем, любовался длинными ресницами закрытых глаз. Ему вдруг очень захотелось обнять ее, почувствовав запах ее волос, прикоснуться пальцами к лицу и выразительным щекам и нежно спустить их к шее, ощутить вкус естественно припухлых губ.
Возможно, от пристального взгляда или по причине неудобного положения в кресле, Мария открыла глаза и ощутила на себе теплый взгляд Сергея.
– Долго я спала?
– Почти час. Мы скоро уже будем подъезжать к Флоренции, которую принято считать сердцем и душой эпохи Возрождения, где самое большое число в мире произведений искусства и архитектуры на квадратный метр.
– Когда мы изучали историю искусства во время моего проживания в Америке, нам больше всего рассказывали про памятники культуры и искусства на примере величайших достижений флорентийских художников и скульпторов. Мадонна и Распятие Боттичелли, Давид и Капелла Микеланджело, работы Донателло, Брунеллески, Мазаччо и многих других.
– Кстати, ты обещала рассказать про свою стажировку в Америке. У нас еще уйма времени.
– Это особенная страница моей жизни. Я родилась в небольшом городке и даже думать не могла о том, где я, а где Америка. Однажды учитель английского языка сообщила, что открыт конкурс среди школьников страны на прием на обучение в рамках международной программы обмена студентами. Мои знания английского на тот момент оставляли желать лучшего, но я четко решила, что буду пробовать. Мы заполнили анкету и подали документы, после проверки которых меня пригласили на первый тур, который проходил в областном городе. Была зима, в то время стоял жуткий мороз. Пока мы стояли в очереди, а всего пригласили несколько сотен ребят, у многих на ресницах появился иней, мы дважды сменяли друг друга и ходили отогреваться в кафе. Когда стала подходить наша очередь и мы слышали разговоры ребята, сдавших тест, то мне хотелось уже развернуться и все бросить. Они делились своими знаниями и ответами на вопросы, было заметно, насколько их познания английского языка сильно глубже моих. Почти в последний момент я чуть было не расплакалась то ли от бессилия, то ли от избытка чувств. В итоге после трех кружек чая, двух походов в туалет и одной тарелки горячего супа, через полтора часа ожидания наступила и моя очередь. Нервы были на пределе настолько, что в руках даже ручка тряслась, пока выполняла тест. Представь, какой неожиданностью стало письмо с подтверждением и приглашением на второй тур.
– Как ты прожила тот период, находясь в ожидании?
– Знаешь, после сдачи теста я все отпустила и расслабилась, а мама вообще с самого начала считала всю эту затею авантюрой, поэтому мы даже не вспоминали о случившемся и продолжали жить прежней жизнью. Только спустя два месяца мы получили письмо с штампом американского посольства. Волнение было настолько сильным, словно Земля остановилась и все замерло предо мной, даже слышала биение сердца и пульсацию в висках. Помню, как мама слегка рассмеялась, когда ей прочла, что прошла во второй тур, на котором меня ждало собеседование с носителем языка. Я с двойным рвением принялась повторять правила, учить слова и предложения, читала книги на английском и смотрела кинофильмы и сериалы.
– Ну не томи, расскажи о том моменте, когда тебе сообщили результаты?
– Уведомление о прохождение второго тура было по телефону. Со словами «дочка, это тебя», мама передала мне трубку, в которой раздались те самые слова, которые я ждала. Звонила приятная женщина, сообщив, что она из Белого дома и имеет честь пригласить меня в Консульство для завершения всех формальностей.
– Ничего себе, прям из Вашингтона?
– Да, я сама была в таком шоке, что когда повесила трубку, то молча легла на кровать и заплакала. Слезы сами текли по щекам, а я ничего не могла с этим поделать.
– А где ты жила во время обучения?
– Это была обычная американская семья, которая проживала в штате Техас, в том самом, где до сих пор в магазин ходят в знаменитых шляпах и кожаных сапогах, где кругом на испанском говорят больше, чем на английском, где более половины года стоит безумная жара, прям на улицах растут кактусы, а по ночам слышно койотов. Знаешь, мы до сих пор часто созваниваемся с моими вторыми родителями. Именно родителями, потому что приняли меня в семью по-настоящему, как родную, искренне и с большой теплотой. Это был огромный дом с бассейном, что по нашим прошлым меркам считалось очень большим достижением. В городе, где я родилась, не у всех то сверстников в то время были свои комнаты. Папа Джеффри работал инженером в одном из американских банков, мама Джуди была и остается домохозяйкой, главной заботой который было воспитание и обучение четырех детей, включая меня. Она каждое утро нам готовила вкусные завтраки, не похожие на классическую американскую еду, которую нам показывали по телевизору или мы наблюдали в сериале Друзья. До сих пор вспоминаю, как она с большой любовью и теплом провожала нас до остановки на желтые школьные автобусы и смотрела нам вслед.
– Ты долго там прожила?
– Почти целый год. Прошла полный образовательный курс аналог нашей средней школы, вместо своего одиннадцатого класса. Правда по возвращению в Россию я с потерей года восстановилась в прежней школе и окончила с отличием.
– Ты не жалеешь об этом?
– Жалею!? Вся моя жизнь сильно изменилась с того самого момента, как я переступила порог того дома. Я научилась не только верить в свои силы, но и по-другому относиться ко времени, которое нам отведено. Каждый прожитый день должен приближать нас на шаг вперед к поставленным целям и грандиозным мечтаниям. Не могу позволить себе и минуты свободного времени с тех пор. Даже, когда нахожусь на отдыхе, то продолжаю либо мечтать и строить новые планы, набираясь жизненной энергии, либо могу параллельно работать и заниматься своим главным проектом.
– В тебе чувствуется огромная энергия, которая притягивает. Думаю, что многие ребята пришли в твою команду исключительно по той причине, что верят тебе и готовы также стараться не отставать за твоим темпом, который ты задаешь. Когда-нибудь ты станешь великой и будешь вспоминать и об этом нашем разговоре с легкой улыбкой.
– О, вот и горячее наконец-то принесли. Я вчера вечером не успела поесть, только пообедала в ресторане, во время рабочей встречи с мисс Колливой.
Горячее с курицей и рисом было съедено Марией в течение двух минут, та же судьба ждала булочку бриошь с маслом и вареньем, а также шоколадный маффин, который был выпрошен у Сергея, если не сказать отнят. Чувство голода прошло лишь со вторым глотком свежезаваренного кофе, который Сергей принес из вагона ресторана.
Вторую половину поездки Сергей и Мария обсуждали рабочие вопросы по проекту. Сергей делился архитектурой, которую задумал для цифровой платформы, а Мария рассказывала о планах по продвижению проекта на федеральных каналах в различных странах. К концу поездки уже пришла очередь Сергея заснуть. Когда его разбудила Мария, они сидели в пустом вагоне вдвоем, а она смотрела на него и улыбалась. Основная масса народа сразу же растворилась в переулках Венеции.
Проследовав к выходу от вокзальной площади, гости вышли на первый встречающий их мост Скальци через Гранд канал, оставив за спиной церковь в стиле барокко конца семнадцатого века, получившее свое название, как и мост, в честь ордена босых братьев Пресвятой Девы Марии. Сделав небольшую остановку на мосту, чтобы оглянуться по сторонам, запечатлеть окрестности при помощи несколько фотографий и вдохнуть венецианский воздух полной грудью, Сергей и Мария проскочили в ближайший переулок, который их должен был коротким путем вывести на центральные районы города.
На узких улицах гостей встречали плакаты и баннеры с приглашением принять участие в карнавале, кругом каменные мостовые и улицы были усыпаны конфетти и цветными шарами. Неподалеку стояли торговые палатки, в которых можно было купить сувениры, небольшие наборы со сладостями, цветные тарелки, магниты и, конечно, карнавальные костюмы и маски.
– О боже, пойдем туда скорее, – сказала Мария. – Прикупим что-нибудь, чтобы соответствовать настроению праздника.
– Пойдем. Любопытно узнать, на какую маску падет твой выбор.
– Пока ты спал в поезде, я успела познакомиться с некоторыми пассажирами и много чего узнала про заключительные дни карнавала.
– Когда ты только все успеваешь?
– Ну это же я. Слушай дальше, один из пассажиров, местный житель по имени Габриэль, рассказал, что сегодня днем планируется фестиваль Марии, на котором двенадцать отборных красавиц пройдут по улицам Венеции в сопровождении своих близких друзей и родных, а после этого их торжественно спустят на гондолы и продолжат парад по речному маршруту.
– Давай зайдем в эту сувенирную лавку, может подберем себе маски на карнавал. – сказал Сергей, остановившись у яркой витрины.
– Вау, смотри, какая интересная маска, – сказала Мария, резко сменив тему.
На прилавке сувенирного магазина лежали белые и цветные маски, маски треугольных форм с длинными носами, нарядные и украшенные золотом и серебром небольшие и лаконичные полумаски, предназначенные для прикрытия только половины лица, овальные черные бархатные маски со специальными рукоятками, раскрашенные цветными тенями маски в форме человеческого лица и волосами, маски в форме кошки, а также множество различных головных уборов, являющихся продолжением маски для того, чтобы полностью скрыть ее обладательницу.
– Вам помочь подобрать маску к нашему сегодняшнему торжеству? – спросил подошедший высокий мужчина с ухоженными седыми волосами.