Александра Салиева "Непробиваемый"

– Почему нет? Мне не сложно, тебе приятно, – ушёл мужчина от прямого ответа.

Я тоже настаивать не стала. Но вилку у него нагло отобрала. Ею же подцепила кусочек сыра и мяса.

– Тогда порадуй меня ещё немножечко, мой прекрасный богатырь, – выдала с пафосом, придвинувшись ближе. – Открой ротик, – добавила ласково.

Правда, вместо того, чтобы просто выполнить сказанное мной, он уставился на мой рот.

– Какая, оказывается, двусмысленная фраза, – проговорил, понизив тон голоса.

– Да. Немного, – отозвалась, не слыша собственного голоса.

Стук сердца куда громче.

А всё взгляд его…

Тяжёлый. Тёмный. Как вязкий омут. Затягивает. Как под гипнозом. Не отвернуться. Не вынырнуть. Только тонуть. Погибать в нём.

И руки…

Большие и горячие, жар которых впитывался под кожу даже через плотную ткань джинс, пока его ладони скользили от коленей всё выше. И сам он подался ближе.

– Как считаешь, будет очень нагло с моей стороны поцеловать тебя сейчас?

Хриплый голос обволакивал, плавил мои мозги. Я и сама не заметила, как придвинулась ему навстречу.

– Ты до сих пор ждёшь моего разрешения?

– Конечно, – усмехнулся он в самые губы. – Вдруг тарелкой прибьёшь?

И, не дожидаясь ответа, поцеловал. Неспешно. Чувственно. Враз выпивая из моих лёгких весь кислород. Ни вдохнуть больше, ни выдохнуть. Не самой. Мужские ладони скользнули на бёдра, перетащив к себе на колени. При этом мой богатырь ни на мгновение не прервал поцелуя. Такого тягуче-медленного, от которого голова откровенно кружилась. И ещё больше закружилась, когда его губы сместились на щёку, проложили дорожку по скуле к шее, чуть прикусили нежную кожу и снова вернулись обратно к губам. И на этот раз это было уже совсем не нежно. Куда более откровенно, нагло, жадно. Словно он не мог насытиться.

Тихий стук тарелки о пол прошёл мимо сознания. Зато я отчётливо прочувствовала, как тепло чужого тела проникло в моё, окутало, пробудило внизу живота скрученное в спираль томление. Казалось, ещё чуть-чуть, эта спираль распрямиться, и меня просто вытолкнет за пределы реальности.

В дополнение ко всему мужские ладони скользнули под свитер, ласково пробежали пальчиками по моей спине и вернулись обратно на талию. С губ сорвался тихий стон, и я невольно подалась навстречу в стремлении большего. Больше близости, больше его прикосновений… Я могла бы наслаждаться ими вечно. Точно.

Даже когда он отстранился, продолжала дышать им, чувствовать бешеный пульс, отдающийся в расширенных зрачках. И само время замерло. Но вот он делает первый вдох, вынуждая повторять это нехитрое действие за ним, а потом я опять окунаюсь в глубину его тёмного взгляда, где само дыхание одно на двоих.

– Я ненадолго, – прохрипел мужчина.

Миг, я снова сижу на низкой табуретке, следом слышится хлопок двери, в комнату резким порывом ветра влетает отрезвляющий рассудок морозный воздух, но отступает под действием исходящей от печи очередной волны тепла.

Растерянно уставилась на лежащую рядом на полу тарелку, которая будто и не падала с колен вовсе. Подобрала её. Аккуратно пристроила рядом с остальной частью несостоявшегося ужина. Сама тоже переместилась. На импровизированную постель. Забралась на печку, укрытую матрасом и одеялом, подтянула колени к подбородку, обняла их обеими руками, всё также бездумно уставившись на дверь в ожидании его возвращения.

Должно быть тепло, а почему-то всё равно холодно…

Он вернулся только минут через двадцать. Стоило ему переступить порог домика, как и без того небольшое пространство стало ещё меньше по ощущениям. А может всё дело в том, что весь мой мир сейчас сузился до массивной фигуры этого богатыря. Сам мужчина замер у двери, глядя на меня пристально и до того тяжело, что я лишь в последний момент сдержала желание отползти и забиться в самый дальний угол, несмотря на то, что ещё несколько секунд назад жаждала его возвращения. А он, по-прежнему не сводя с меня своего взора, подошёл ближе. Учитывая его гигантский рост, мы с ним теперь были почти одного роста. Он сложил руки на краю импровизированной постели и положил на них сверху свой подбородок, продолжив смотреть на меня. Но уже иначе. Задумчиво.

– Попала ты, куколка, – заявил по итогу, ухмыльнувшись.

– Ты меня сейчас пугаешь до чёртиков, – призналась я в ответ.

– Да? И чем же? – заулыбался ещё шире.

И правда?

– Сама ещё не поняла, – выдала новое откровение.

Давно не чувствовала себя такой бестолочью.

– Но это не отменяет того, что ты попала, – хмыкнул мужчина.

Ещё через мгновение он, подтянувшись, оказался рядом. Удобно устроился на постели во весь свой немалый рост и нагло утянул меня к себе под бок, крепко обняв за плечи.

– Прям совсем-совсем попала? По полной программе? – не удержалась от любопытства.

Ещё было бы неплохо знать: «Куда?».

– Если скажу, что ещё ни одну девушку не хотел так сильно, как тебя, поверишь?

– А-а… так вот что ты там на улице так долго делал, – съехидничала встречно. – Осознавал степень своего «Хочу».

Секундная заминка и я позволила себе не только вольность в словах, но и в действиях. Обняла мужчину обеими руками, приподнимаясь, устраиваясь на нём удобнее.

– Что-то вроде того, – не стал отрицать он, укладывая ладони на мои бёдра. – А потому лучше спи, куколка, пока я не передумал быть благородным.

– Мне нравится твоё благородство, – хмыкнула, прикрывая глаза. – И ты мне тоже нравишься. Очень, – добавила совсем тихо.

На этот раз он ничего не сказал. Шумно выдохнул, а его руки сжались на моих бёдрах крепче. Улыбнулась на это. Спать не хотелось. Душу переполняло множество эмоций. От самых противоречивых до самых элементарных. Тех, которые уже озвучила для него. И да, видимо, я точно спятила, но это совсем не беспокоило. Наоборот. Я так и уснула с улыбкой на губах.

Глава 4

Ярослав

«И ты мне тоже нравишься. Очень».

Такая простая фраза, но засела в голове на манер заезженной пластинки. И вот не раз слышал нечто подобное, но только в устах куколки эти слова показались настоящими. Без приукрас, не для того, чтобы подобраться ближе, соблазнить, похвастаться подружкам. А просто потому, что так оно и есть. Она просто констатировала факт. И даже не поняла, как повлияли на меня её слова.

Глупо так вестись на ту, кого и знать не знаю. Но ведусь. Кажется, я свихнулся. И ещё больше ощутил себя ненормальным, когда поймал себя на мысли, что улыбаюсь, вспоминая о ней.

Утро началось с того, что девчонка подскочила на постели, чуть не вписавшись головой в потолок. Да и вписалась бы, не урони я её вовремя обратно на подушку.

– Дыши, куколка, дыши, раз уж опоздала, то и нет смысла расшибать голову из-за этого, всё равно не поможет, – прижал её к себе.

Удивительно, но та действительно затихла в моих руках.

– Так-то лучше, – хмыкнул. – Сильно опоздала?

– Мачеха меня убьёт за то, что я не ночевала дома, – мученически выдохнула блондинка, накрыв лицо обеими ладонями. – Вот я дур-ра… – добавила страдальчески.

– В таком случае тем более нет разницы, когда она это сделает. И ты не дура, куколка. Подумаешь, с незнакомцем в лесу переночевала, – не удержался от подкола, за что меня одарили осуждающим взглядом. – Да ладно тебе, ничего же такого не было. Да и никто не в курсе, насколько сильно ты пала. Так что… – пожал плечами.

И всё-таки расхохотался, глядя на её обескураженное и одновременно мрачное личико.

– Обычно Жанна спит до девяти-десяти, и если бы я проснулась пораньше, она бы и не заметила, что я где-то шлялась всю ночь напролёт, – покаялась моя собеседница. – И лекций сегодня нет, так бы она решила, что я просто в университете, – опять накрыла лицо ладонями с многострадальным стоном.

– Хм… Ладно, не переживай так, придумаем что-нибудь. У нас на это есть целый час обратной дороги. Так что собирайся, куколка, мне тоже нужно дома показаться. А то как вчера утром прилетел, так ещё и не был там.

Дальнейшие пятнадцать минут мы действительно провели в сборах. Точнее, я шустро прибрался, а после мы шли обратно к машине уже проверенным способом. Да и… нравилось мне, как она ощущалась на моих руках.

Точно свихнулся!

По пути заехали в придорожную забегаловку за кофе и пончиками. Кофе оказался отвратительным, и я, недолго думая, выплеснул его прямо в окно, а вот пончики – ничего так, съел и не заметил. Моя спутница, в отличие от меня, ничего выбрасывать не стала. Сохранила стакан и его содержимое до самого окончания пути, где, по выходу из машины, аккуратно опустила в мусорку на краю тротуара.

– Ну, что, будем прощаться? – прищурился я, глядя на неё уже при свете дня.

Чуть растрёпанная, нахохлившаяся, обнимающая себя обеими руками, она напоминала мне сейчас воробья. Милого такого и… потерянного. Что мне совершенно не понравилось.

– Да, мне давно пора. И ты тоже домой собирался… – улыбнулась, закусив нижнюю губу.

Никуда так и не ушла, нерешительно топчась на месте.

– Собирался, – кивнул согласно и притянул её к себе за талию. – Потом… – заметил уже тише, провёл тыльной стороной ладони по прохладной щёчке и заправил упавшую на её личико золотистую прядку за ухо. – Уверен, брат простит мне такую вопиющую наглость… – окончательно скатился на шёпот, почти касаясь своими губами её.

Уж слишком навязчивым в последние минуты становилось желание снова попробовать на вкус губы куколки. Что я и сделал. Склонился и, наконец, поцеловал девчонку. Нежно, ласково, старательно сдерживая желание впиться в них со всей жадностью. И может, и стоило бы так сделать, но этой девушке хотелось дарить нежность. Она пробуждала во мне желание заботиться о ней, быть лучше. И я старался, как мог. Хотя, видит бог, давалось мне это с невероятным трудом. Сложно быть хорошим и примерным, когда раньше никогда таким не был. Впрочем, раньше ни одна женщина у меня и не вызывала столь странных желаний.

– Начинаю думать, что не так уж и плохо быть маньяком, – хмыкнул, оторвавшись от манящих губ. – Увидимся вечером? – предложил следом, прижавшись щекой к щеке.

Для этого пришлось её слегка приподнять, но мне нравилось, что она такая маленькая и хрупкая по сравнению со мной.

– М-м… А давай я тебе позже скажу? – предложила она нерешительно. – Напишу. Или позвоню.

– Это ты меня сейчас так красиво отшиваешь? – выгнул брови, не скрывая насмешки.

У самого по горлу горечь прокатилась. И не столько из-за отказа, сколько, что могу действительно больше не увидеть эту девушку. Отпущу и испарится. Дебильные мысли какие-то, но что есть, то есть.

Моя спутница на мой вопрос отвечать не спешила. Уставилась на меня с задумчивостью, опять прикусив губы. Нет, надо всё-таки попросить её не делать так больше! А то ж меня точно переклинит рано или поздно…

Девичья ладонь легла мне на шею.

– Не уверена, что смогу куда-либо пойти в ближайшее время снова из-за сегодняшнего, – оправдалась она скомкано, сконцентрировавшись на верхней пуговице моего пальто. – Может на следующей неделе получится? – добавила совсем тихонько.

– Хм… – тоже задумался, глядя на окна одного из таунхаусов, в котором живёт моя куколка.

Моя?

Я серьёзно так подумал?

Однако, шустёр, ты Ярик…

Впрочем, не в моих правилах избегать правды, так что я легко готов признать, что девчонка меня зацепила. Своей искренностью, скромностью и обескураживающей смелостью. Опасный и заводящий коктейль.

– Ну, я пойду… – прервала она мои недолгие размышления.

Сказать – сказала. Но куда ж она пойдёт, если я её так и не отпустил? Только и смогла, что беспомощно поболтать ногами в воздухе, да одарить меня выразительным взглядом в намёке на желание обрести свободу. Невольно улыбнулся и чмокнул её в кончик носа. В голову пришла шальная идея.

– Да, идём, – согласился с ней по-своему, перехватил на руки, взяв направление к нужной двери.

– Ты… Ты что делаешь?! – округлила глаза в ужасе девушка, как только осознала, куда я направляюсь, и тут же завозилась в попытке освободиться. – Стой! Не надо! – стукнула мне по плечу кулачком, продолжая извиваться. – Отпусти-и-и! Отпусти, говорю! Не надо! Стой!

Не сказать, что я отказался от своей идеи, но остановился. Правда, девчонку из рук так и не выпустил.

– И почему мне не стоит этого делать? – поинтересовался, вопросительно выгнув брови. – Раз уж это я виноват в твоём опоздании, то и отвечать мне.

На хорошеньком личике отразилась гримаса страдания.

– А давай ты меня просто отпустишь, и я сама дойду, а? – предложила она жалобно. – Поверь, так будет лучше, – ушла от ответа.

– Ответ не засчитан, куколка, – покачал я головой и возобновил путь.

На этот раз она не брыкалась и не протестовала. Только замерла в очевидном напряжении. Я снова вздохнул. Но остановился только будучи у нужной двери. И девушку на ноги поставил тогда же.

– У тебя есть парень, муж, ребёнок… ммм… что там ещё может быть такого, чтобы ты так боялась знакомить меня с домочадцами?

Устремленный на меня затравленный взор вмиг преобразился в возмущённый. Открыла рот, но тут же закрыла, не став мне ничего говорить. Ещё и губы упрямо поджала, чем позабавила. Вытащила из кармана своего пальто ключи, развернувшись к замку, чтобы открыть тот… Не открыла. Точнее, открыла. Но не она. Миниатюрная шатенка где-то слегка за сорок застыла на пороге, недобро взирая на нас обоих. Я в ответ на это привычно мягко улыбнулся. Такие взгляды на меня никогда не действовали. Ещё в детстве научился от них отгораживаться. В общем, сын и внук из меня получился ни разу не послушный и не примерный. В отличие от брата.

– М-м… Жанна, познакомься, это… – промямлила куколка, но так и не договорила.

Едва успела взглянуть на меня в поиске поддержки. Я теснее прижал её к себе за плечи.

– Серьёзно?! – не оставила никакой возможности продолжить эта Жанна. – Мало того, что вчера, вместо важной встречи, ты сбежала в непонятном направлении, потом шлялась неизвестно где всю ночь напролёт, так теперь ещё и не одна явилась? Может ещё скажешь, что в подоле тоже принесла? – взъярилась, как истинная фурия. – А вы, молодой человек, – процедила, как выплюнула ядом. – Прежде чем заявляться в дом к тем, кто не имеет ни малейшего понятия о вашем существовании, сперва хотя бы потрудитесь предупредить о своём визите!

Вот тут я едва некрасиво не присвистнул, начиная понимать, почему куколка так отказывалась, чтобы я её провожал. Ну и мамаша… Истинная мачеха!

– А вы – проявить воспитание и дружелюбие по отношению к незнакомцам, но я же вам в упрёк это не ставлю, – безразлично пожал плечами. – И нет, в подоле не принесли. Пока что, – улыбнулся нагло.

– Ничего даже слушать не хочу! – заявила категорично та, выставив ладонь. – А ты, – сверкнула злобным взглядом на свою падчерицу. – Марш в дом! Пока я окончательно не разозлилась!

Маска добродушия с меня слетела в считанные мгновения. Есть такие люди, которые бесят одним своим видом, а эта… Хотя, наверное, её тоже можно понять. Падчерица всю ночь отсутствовала, не отзвонилась, с утра припёрлась неизвестно с кем в обнимку… Я бы со мной таким красивым на её месте вообще разговаривать не стал, врезал и забыл. Но даже понимая это, внутри планомерно закипала ярость по отношению к женщине. Был уверен, что бесит женщину совсем не то, что она обозначила. Слишком хорошо я был знаком с такой породой людей, как эта брюнетка. Те ещё суки, даже не пытающиеся притворяться милыми.

Задвинул куколку себе за спину. Защитный жест вышел непроизвольным, на уровне инстинктов.

– И что будет? – поинтересовался уже мрачно у женщины. – Если вы окончательно разозлитесь…

– Ни один из вас не захочет это узнать, – криво усмехнулась Жанна, подтвердив тем самым все мои опасения на её счёт.