Страница 3 из 12
Костяная тварь сделала шаг вперед и увязла в созданном мной кровавом болоте. Всего на мгновение она утратила свою прыть, но Мареаль хватило и этого. Мощным ударом ноги она своротила твари челюсть, потом ударила ее локтем в грудь. Я направил кровь из земли вверх, превращая ее в иглы. От твари полетела костяная крошка.
– Бей по сочленениям! – крикнула Мареаль и бросилась в атаку.
Может, костяная тварь и увязла в земле, но это не помешало ей нанести горгулье сокрушительный удар. Кровавые доспехи смягчили удар, но от Мареаль все равно отлетели камешки, а по телу пошли трещины. Я заставил кровавые иглы рассыпаться, а затем снова собрал их и ударил по сочленениям. Тварь зашипела и повернула голову в мою сторону. Глазницы полыхнули алым. Она разинула пасть и прошипела:
– Глупый мальчишка!
От неожиданности я чуть не утратил контроль над кровью. Мгновением позже по телу прошла волна обжигающей боли. Я вскрикнул и отшатнулся в сторону, с изумлением наблюдая, как костяную тварь окутывает кровь, которая струилась из сочленений. Тонким слоем она ложилась на каждую кость, создавая доспех.
Пока мы с костяным монстром обменивались любезностями, Мареаль успела подобраться к нему ближе. Она успела ударить ногой по сочленениям нижних конечностей и оставшейся рукой с осколком меча выбила один из позвонков. Костяная тварь издала шипение и рухнула, словно подкошенная. Мареаль на этом не остановилась и продолжила крушить ее теперь уже ногами, пробивая кровавый доспех.
Я выдохнул. Кажется, получилось. Не представляю, как бы я справлялся с этим нечто без горгульи.
Вдруг спину пронзила боль. Я покачнулся вперед и резко выдохнул – дыхание перехватило.
– Выставляй щит! – скомандовала Мареаль.
Я, не раздумывая, направил кровь из ран и возвел защиту. Своевременно – от нее отскочило несколько стрел, а одна из них едва не угодила в меня. Я успел вовремя отпрыгнуть и поднял взгляд на нападавших. Ну да, кто бы сомневался – лесные эльфы. Значит, пока костяная тварь отвлекала нас, де Лесент дал знать отряду неподалеку о моем присутствии. Ну нет, в этом противостоянии я не имел права на проигрыш. И к духам обращаться не хотел – это была не их битва.
– Выпусти хищника, – сказала Мареаль. – Я их отвлеку.
Я только успел глазами проводить стремительно бросившуюся к эльфам горгулью. Да, я помнил этот урок, только реализовать так и не рискнул. Внутренний хищник набрасывался на всех подряд, не делая исключения ни для своих, ни для чужих. Но была в этом и положительная сторона – вампир на время избавлялся от жажды крови. А она тем временем начала неприятно обжигать сосуды.
Я разогнал кровь, сосредоточился на болевых ощущениях и порезал ладонь, выпуская кровь во внешний мир. Кровь хлынула из раны едва ли не водопадом и приобрела форму зверя, похожего на волка. Он оскалился и бросился в атаку на эльфов, обогнав даже Мареаль. Слух уловил свист летящих стрел, и я поспешил скользнуть за дерево. Очень вовремя, иначе они попали бы в меня.
Лес содрогнулся. Деревья ожили и потянули к Мареаль ветки. Из-под земли выползли лианы (и откуда только взялись на севере Артении?) и потянулись в мою сторону. На них расцвели цветы, которые плюнули в воздух странной розовой пыльцой. Я на всякий случай отошел в сторону и снова пустил себе кровь, потянув ее к врагам. Может, я смогу чем-нибудь помочь Мареаль.
– Что это за тварь?! – с изумлением спросил один из эльфов и сразу же умолк.
Смерть его была быстрой. Я удовлетворенно хмыкнул, краем сознания отметив, что стал слишком кровожадным во всех смыслах этого слова.
Я воспользовался тем, что вокруг было разлито много крови, и принялся ее собирать, опустошая мертвые тела. Я закрутил ее в вихрь и направил в путешествие по небольшой площади. Каждый раз, как кровавый поток достигал живого существа, я им сметал противника с места и отправлял прямиком к Мареаль. Маяком на горгулью служили созданные мной доспехи. Через пару минут подобной совместной работы все было кончено. Выпущенный хищник вернулся ко мне. Боль и жажда крови ослепили настолько, что я не удержался на ногах и рухнул в снег. Несколько минут я приходил в себя. Каждый вздох, каждое движение причиняло боль. Не думал, что спуск внутреннего хищника выйдет боком. Я даже на ноги не смог подняться.
Рядом со мной упала сумка и куртка. Я поднял мутный взгляд на Мареаль. Никогда еще так не был рад присутствию горгульи. Скрюченными пальцами я дотянулся до сумки и достал оттуда первые попавшиеся склянки. Открыть их получилось не с первого раза – так дрожали пальцы. Как назло, ни одна из них не оказалась зельем крови. А вот со следующей склянкой повезло. Я жадно ее опустошил и сразу почувствовал, как возвращается способность соображать. Найти еще одну не составило труда, и я почувствовал, как боль и голод отступают. Мысли прояснились окончательно. Я даже сумел самостоятельно подняться на ноги.
– У тебя в спине две стрелы, – сказала Мареаль. – Я вытащить их не смогу, – указала она на свою руку с осколком меча. – Тебе придется вытолкнуть их током крови. Будет больно, – предупредила она.
– После возвращения хищника это мелочи, – хрипло отозвался я.
– Они могут вернуться. Отряд эльфов был совсем небольшим, и мы не знаем, сколько их было поблизости.
– Тогда самое время запросить помощи у предков, – криво усмехнулся я и закрыл глаза. Я выбросил все лишние мысли из головы и сосредоточился на своем циркулирующем потоке крови. Стрелы я нащупал почти сразу и заставил их вылететь наружу. Мареаль оказалась права – это было больно. Раны начали затягиваться почти сразу, хотя бы за это не надо было переживать. Был бы я человеком, подобные раны могли стоить мне жизни.
Закончив со стрелами, я коснулся кулона. Сейчас мы с эльфами расправились, но Мареаль была права: нас могли ждать в другом месте. Горгулья уже достаточно пострадала. Она могла рассыпаться от одного удара, а я очень не хотел оставаться сейчас один. К счастью, я знал один способ, который мог помочь. Оставалось только надеяться, что ду́хи предков отзовутся. Я закрыл глаза и снова сосредоточился на крови. Только в этот раз я уносил сознание в далекие дали с каждым новым током крови.
***
– Дэниэл де Дюпон, – раздался хор нестройных голосов в темноте.
Я вздрогнул и открыл глаза. Этот темный зал с неизвестной высоты потолками я хорошо помнил. Именно здесь я проходил преображение в вампира.
Передо мной стояли безликие духи предков. Я склонил голову перед ними. Все убедительные аргументы внезапно вылетели из головы, а мысль о призыве кого-то из них в материальный мир показалась вдруг кощунственной.
– Я прошу прощения за беспокойство, – осторожно начал я, – но мне очень нужна ваша помощь. Несколько… вампиров нашей крови попали под чужое влияние. Помочь им могу только я, но при условии, если останусь жив. Наш противник – древний и опытный вампир линии крови де Лесент.
– Де Лесент?
Тревога погибшей вампирши волной прокатилась по остальным. Даже я ее почувствовал. Неужели эта линия крови настолько опасна?
– Кто тебе нужен? – спросил безликий мужским голосом, выступив вперед.
– Дело придется иметь с лесными эльфами. Они привыкли пользоваться магией и стрелять издалека. Не думаю, что воин будет полезен. А вот маг может доставить им неприятности.
Фигуры расступились, и вперед выступила хрупкая невысокая девушка. В руках она держала изящный стилет из черного металла.
– Я пойду с тобой. Твоя кровь будет проводником.
Она протянула стилет лезвием вперед. Я взялся за него и с силой сжал. На ладони выступила кровь. Я разжал ее и протянул девушке. Она взяла меня за руку и почти сразу исчезла, слившись с кровью. Теперь моя задача была пронести ее из мира духов в мир материи. Я прикрыл глаза и сосредоточился на токах крови. Я хорошо чувствовал чужое присутствие, но не оно меня волновало. Я хотел снова ощутить холод, дуновение ветра, услышать треск деревьев от мороза…
В какой-то момент стало слишком холодно. Я поймал себя на том, что зубами выбиваю дробь. Кажется, ни разу в жизни я так не замерзал. Я поспешно схватил куртку и закутался в нее по самый нос.
– Это холод Хранилища Душ. Скоро он пройдет, – услышал я мягкий голос за своей спиной.
Я обернулся. Рядом с Мареаль стояла невысокая женщина с темными волосами. Хм, видимо, это особенная черта девушек де Дюпон – у Магдалены и Лимирей были такие же. Зеленые глаза смотрели ласково, на полных губах играла легкая улыбка. Она казалась вполне живой. В светлом тонком платье она казалась очень хрупкой – так и хотелось что-нибудь накинуть ей на плечи и отвести подальше от опасного места. Вампиршу практически не отличить было от живой. Только по отсутствию родового кулона можно было понять, что она не из этого мира.
– Как тебя зовут? – спросил я, нарушая затянувшееся молчание.
– Грета, – улыбнулась вампирша. – Можешь не представляться, я знаю, кто ты. И не обманывайся моим внешним видом.
Я смутился и отвернулся. Неужели у меня все на лице написано? Скрывая неловкость, я одернул куртку и прислушался. Никакие посторонние звуки не нарушали лесную тишину. Это немного успокаивало.
Грета тем временем обошла Мареаль и остановилась рядом с растоптанным ей костяным монстром. Она провела по нему рукой и нахмурилась.
– Давно я не видела подобной магии. Но вот что странно: я чувствую родную кровь, но она не принадлежит тебе, – произнесла Грета.
– Да, здесь пострадала Лимирей. Она тоже недавно присоединилась к семье. Летела кое-куда с драконом, а его сбили с крыла. Я мог бы и сам узнать…
– Это не так просто, – покачала головой Грета. – Здесь пролилась не только наша кровь. Хищники этих лесов тоже ее проливали, я сильно сомневаюсь, что тебе нужна эта информация. И дракон… какой это был дракон?
– Огня.
Грета поморщилась.
– Что-то не так? – с тревогой спросил я.
– С их кровью всегда было непросто обращаться. Она слишком горячая и из-за этого быстро сворачивает и испаряет нашу кровь, если ее не защищать. С любой другой кровью мы можем слиться и пропустить по току как свою собственную, но здесь нужен будет постоянный контроль.
– Дай угадаю: снова потребуется моя кровь, – вздохнул я.
Грета виновато развела руками.
– Я призрак. У меня нет своей крови, а горгулья годится только как защитник и редко – как наставник.
– Тогда не будем затягивать. Неизвестно, кого здесь еще земля носит, – заметил я и в который раз за этот день вспорол себе ладонь.
Грета коснулась раненой руки, и я почувствовал, что теряю над кровью контроль. Ощущение было такое же, когда я сливал свою кровь с кровью Лимирей в единый поток. Только тогда симбионтом выступала она, а теперь в этой роли был я.
Грета уверенно вела мою кровь все глубже и глубже в землю, заставляла ее тонкой струйкой вытекать из раны и расползаться все дальше и дальше… Вдруг меня обдало горячей волной. Я отдернул руку и едва не закрыл поток крови, но Грета удержала меня от столь опрометчивого действия.
– Это кровь дракона. Мы на верном пути. Если хочешь узнать, что с ним случилось, нужно будет с ней слиться. Придется потерпеть.
– Похоже, боль становится моим постоянным спутником, – усмехнулся я.
Грета только усмехнулась на мои слова и потянула кровь дальше. Я чувствовал, как возрастает температура моего тела. Под курткой стало жарко, и я скинул ее с себя под неодобрительный взгляд Мареаль.
– Закрой глаза, – посоветовала Грета. – Сейчас ты увидишь то, что случилось. Только не глазами дракона, а его кровью.
– Ты знаешь, насколько странно это звучит? – с иронией спросил я, но последовал совету Греты. И вскоре, действительно, увидел.
Кровь стекала по неестественно длинному стволу дерева. Его верхушка была больше похожа на остро заточенный кол. Затем я почувствовал кровь дракона на земле – это Телириен упал с неба. Затем земля вздрогнула и как будто ополчилась против него. Кровь была повсюду. Она вытекала из переломанного и разорванного крыла, стекала с содранной чешуи и из-под выбитого когтя.
Крови лесных эльфов оказалось намного больше. Некоторых так и вовсе пропустили через большой разделочный механизм. Подозреваю, Лимирей швырнула в них взрывную смесь. И это я видел только тех, кого не сожгли заживо.
– Не отвлекайся, – услышал я голос Греты словно сквозь туман.
Она потянула мою кровь дальше, и я снова почувствовал кровь дракона. Она тянулась куда-то вправо и уходила дальше. Мы с Гретой не рискнули больше смотреть.
Я открыл глаза, а Грета отпустила контроль над моей кровью.
– Что ж, по крайней мере, теперь я точно знаю, что Телириена сбили лесные эльфы, – пробормотал я. – И где конкретно его искать.
– И по крайней мере, мы точно знаем, что он жив, – добавила Грета.
Я с удивлением на нее взглянул и вздрогнул. Теперь она куда больше походила на призрака – ее тело превратилась в полупрозрачную красноватую дымку, через которую виднелись деревья.
– О чем ты? – пробормотал я, испытывая облегчение. Причин не верить Грете у меня не было.
– Во-первых, мертвая кровь – это холодная кровь. Во-вторых, яркий след. Мы точно знаем, куда утащили дракона, а кровь мертвеца не дала бы такой информации. В-третьих, взаимодействовать с ней было бы удовольствием намного меньшим, чем с горячей кровью дракона огня. В-четвертых…
– Ладно, не продолжай, я понял, – усмехнулся я и откупорил очередную склянку с зельем крови. Жажда ушла практически сразу. – Телириен жив, и это главное. А что с Лимирей случилось? Как де Лесент сумел взять над ней, Магдаленой и другими вампирами власть?
Грета нахмурилась.
– Контролем разума славятся де Варден. Де Лесенты на такое не способны. Во всяком случае, я не слышала ни об одной технике, которая позволила бы им это делать.
– У нас была теория, что он это делает через осколки костей, – сказал я.
– Через осколки костей де Лесенты могут причинить боль, – кивнула Грета. – Но не контролировать. – Она ненадолго задумалась. – С другой стороны, де Лесенты всегда были слишком скрытными, даже для вампиров, и они могли разработать какую-нибудь технику контроля на костях.
– Или же он использовал хитрое и длительное убеждение, – добавила Мареаль.
Грета с сомнением на нее взглянула, но промолчала.
– Можешь провести кровь и узнать, что случилось с Лимирей? – спросил я и прислушался. Никаких посторонних звуков не донеслось. Либо эльфы хорошо скрывались, либо не хотели рисковать и связываться с магией крови.
Грета кивнула. Я вздохнул и снова вспорол себе ладонь. Дальняя родственница тут же припала к ней и повела в землю. С кровью Лимирей взаимодействовать было намного проще. Я ее чувствовал как родную и легко вступил с ней в контакт. Отголоски эмоций заставили сердце сжаться. Лимирей не сразу поняла, что произошло. Боль, страх за друга, злость на лесных эльфов, отчаяние и нежелание оставлять Телириена – эмоции вихрем обрушились на меня и едва не оглушили. Сопротивлялась подруга отчаянно. Настолько, что на грани истощения сумела выпустить внутреннего хищника. Зато теперь я знал, откуда у нее взялась страшная рана на боку – один из корней оказался пропитан ее кровью. У Лимирей уже не было сил сопротивляться, и я видел только след ее крови. Она замерла не так далеко от этого места и резко похолодела.
Я резко выдохнул и потерял контроль над кровью.
– Что это было?! – потрясенно спросил я. – Ее кровь…
– Да, в том месте была мертвая кровь, – кивнула Грета.
– Как это возможно?! Я же с ней разговаривал через потоки крови! И она точно принадлежала Лимирей, другую я бы почувствовал.
– Не кипятись, – миролюбиво произнесла Грета. – В том месте, куда унесли Лимирей, просто остановили ее сердце. Нас это не убивает, но вводит в состояние оцепенения. В этот момент мы становимся очень уязвимы: противник получает полную власть над нашим телом.
Мы с Мареаль переглянулись. Меня объяснения Греты не сильно успокоили. Де Лесент мог что угодно сделать с Лим за пару дней.
– А есть способ избавиться от его влияния или заклятия? – быстро спросил я.
– Если говорить о наших методах, то только один: пропустить через себя духа огня. Этой стихии издревле приписывали очищающие свойства. Правда, многие видят в пламени лишь разрушение…
– Это… может сработать, – помедлив, кивнул я. – Уничтожить старое, чтобы на его месте создать новое. Я представлю, как это работает, но на ком-то живом подобное очищение проводили под контролем мага стихии огня и под мощными защитными амулетами, а у нас нет ни того, ни другого.
– Они тебе не потребуются, – улыбнулась Грета. – Дух огня выжжет кровь Лимирей вместе с заклятием и отравой. Сосуд опустеет, но ты сможешь наполнить его кровью.
– Это ж сколько крови потребуется, – пробормотал я, поежившись. – И это я не говорю о том, что сначала нужно увести Лимирей и Магдалену у де Лесента из-под носа…
– Только после того, как мы вытащим Телириена, – сказала Мареаль. – Его помощь может оказаться не лишней.
Я с сомнением взглянул в ту сторону, куда уволокли дракона. Раз он жив, значит, наверняка эльфам что-то от него нужно. В нечеловеческом обличье Телириена сложно было переправить в недра Лортенлонских лесов, так что находился он наверняка неподалеку. Я мог бы попытаться схлестнуться с лесными эльфами, но в первое их нападение сыграл эффект неожиданности. В следующий раз они будут готовы иметь дело с магией крови. А вот я не знаю, сколько еще сюрпризов хранит в себе магия природы.
– Мы идем к оборотням, – тихо сказал я, взглянув на Мареаль и Грету.
– К оборотням?! – Глаза у полупрозрачной призрачной родственницы широко распахнулись.
– Да. Лимирей должна была с ними переговорить, но она до них не добралась. Кто-то должен закончить ее миссию. А если она пройдет удачно, можно будет попросить у них помощи.
– Не веришь в свои силы? – поджала губы Грета.
– Не хочу рисковать, – ответил я.
– А если они не захотят разговаривать? Или того хуже – накинутся на тебя? – спросила Грета. – Это верная смерть!
– Нет, – усмехнулся я. – У меня есть противоядие. Его создал названный отец Лимирей. Он был человеком. Хорошим человеком.
Взгляд Греты сначала стал недоверчивым, а потом печальным.
