Страница 7 из 12
Одно движение – и я возвел защитный кокон из собственной крови. По магическому аспекту он был не сложнее земляного и, в отличие от него, давал полную видимость происходящего. Если бы еще не тянул кровь, латая повреждения в тех местах, куда до меня пытались добраться то лианы, то ветки, цены бы ему не было. Я с каждым ударом чувствовал, как теряю над собой контроль.
Двое лесных эльфов теснили Эмму. Она еле стояла на ногах и постоянно фыркала. Бока ее тяжело вздымались, а на одном из них я увидел кровь. Она напружинилась, зарычала и скользнула по земле в сторону. Эльфы ожидали, что она прыгнет, и промахнулись с атакой, рассчитывая пропороть ей брюхо. Лезвие меча задело ей ключицу, из-за чего удар другой лапой оказался неуклюжим, и Эмма едва не завалилась на бок.
Мы с Мареаль пришли ей на помощь одновременно. Я в этот момент практически ничего не соображал. Организм был настолько истощен магией, что все мои мысли были только о крови. Краем глаза я успел заметить, как Мареаль наносит несколько страшных ударов, ломая эльфа, как тряпичную куклу. В следующее мгновение мир перестал для меня существовать – я добрался до горла эльфа и острыми клыками вспорол его. Кровь хлынула потоком. Я жадно глотал ее, не обращая ни на что внимания. Я пил и пил и остановился лишь тогда, когда боль в сердце и сосудах отступила. Я чувствовал себя полным сил и снова был готов творить магию. Защитная кровавая завеса дернулась, и я резко обернулся. Под ногами полыхнула яркая вспышка. Взвившееся пламя заставило кровавый барьер свернуться, а меня с воплем отскочить в сторону – жаром дохнуло так, что с меня местами слезла кожа.
Меня охватила злость. Я перенаправил поток крови. Часть его вернул обратно в организм, а небольшим сгустком плюнул в эльфа. Он отпрыгнул в сторону и закрылся защитой из листьев. Кровь врезалась в них и разлетелась множеством мелких брызг. Я поджал губы. Чистая работа, не придраться. Но и кровь не аспект стихийной магии. Мне она не наносит помех, а над водной составляющей так и вовсе может дать частичный контроль.
Капли кровь просочились внутрь листьев, окрашивая их в осенние багряные цвета. Капли выступили на обратной стороне. От потрясения эльф утратил контроль над магией. Я воспользовался моментом и одним движением прикончил его, превратив кровь в тонкую иглу.
Раздался хруст сухих веток. Я обернулся и увидел, что Телириен, хромая, пытается подобраться к дереву, что находилось практически напротив меня. Ударом лапы он сотряс его, но эльф успел выстрелить раньше. Мареаль появилась рядом и приняла удар на себя. Похоже, она раньше меня сообразила, что происходит.
– Там еще один, – прохрипел Телириен.
Я кивнул и направил кровь к дереву, а затем и по нему. Где находился эльф, я прекрасно чувствовал. Видать, он хорошо приложился о ствол носом или головой. У него шла кровь, и я ее чуял.
Внедриться в его потоки крови не составило труда. Я множество раз это делал с Лимирей. Только если с ней я был обходительным, то сейчас ворвался в чужое тело, словно ураган, разрывая внутренности и сосуды. Эльф захрипел и мешком свалился с дерева. Под кожей стремительно проступали кровоподтеки. Я не стал его мучить и сосредоточил кровь в сердце, не позволяя гнать ее по телу в привычном ритме. Через несколько мгновений оно не выдержало и разорвалось. Эльф затих.
– Это… было жестоко, – прохрипел Телириен.
– Сомневаюсь, что ты станешь по ним плакать, – усмехнулся я.
– Где Лимирей? – поднял на меня взгляд дракон.
Я помрачнел. Поговорим потом, когда окончательно разберемся с эльфами. Кто-то еще мог прятаться где-то в лесу.
Я прислушался. Пока до слуха доносилось только шумное дыхание оборотней и неровное дракона.
– Все целы? – услышал я властный голос Хейлы.
– Я Эммы не вижу, – отозвался Мигель.
Вдруг из глубин земли раздался жалобный, протяжный то ли крик, то ли вой. Оборвался он так же резко, как и начался.
– Уходим! Быстро! – скомандовала вожак.
– Дэниэл, напитай меня своей кровью! – тут же отдала мне распоряжение Мареаль.
Я быстрым взглядом проводил спины удаляющихся оборотней, а затем метнул взгляд на Телириена. Он не успеет отсюда уйти! А в том, что Эмма предупреждала об опасности, я не сомневался.
Я потянул кровь к Мареаль. Она брала ее много. Очень много.
– Бери ту, что разлилась! – велела горгулья. – Вспоминай, чему я тебя учила, иначе тут никого не останется!
Ее слова подействовали не хуже удара кнута. Паника накатила волной, но я заставил ее отступить. Тем более что к горлу опять подкатывала жажда крови.
Я помнил наставления Мареаль во время скорого обучения, пока мы дожидались сумерек. То, что люди ошибочно называли «магией крови», для вампира служило усилением мощи. Поэтому при помощи жертв даже самый неопытный и слабый вампир мог творить невероятные вещи.
Как и учила Мареаль, я потоками своей крови собрал всю, до которой смог дотянуться. Я вытягивал ее из тел, вытаскивал из снега, собирал в снегу и воде… моя собственная кровь осталась при мне, и жажда ненадолго отступила. Мареаль из каменной вмиг превратилась в кровавую горгулью и ворвалась в мои мысли, направляя действия. Она оказалась около самой кромки воды, в противоположной от меня стороне и заговорила – я едва сумел за ней уследить.
«Раскинь от меня защиту и ни в коем случае не отпускай потоки крови!»
Я заколебался.
«Дэниэл!» – рявкнула Мареаль, едва не оглушив.
Я поморщился и исполнил ее просьбу. Горгулья стояла в центре купола, а от нее я протянул кровавые толстые жгуты, подобно сосудам, и вонзил их глубоко в землю. Между ними протянулись мелкие «сосудики» такой плотной стеной, что я едва различал горгулью. Она неожиданно тепло улыбнулась, а в следующее мгновение земля содрогнулась. Я схватился за дерево, но и то едва устоял на ногах. Телириена мотнуло, и он припал к земле. Внутри возведенного мной защитного барьера взметнулся столб огня и дыма. От взрывной волны столбы крупных «сосудов» наполовину лопнули. Пламя истончило мелкую сеть, и мне потребовались все силы и почти вся моя собственная кровь, чтобы ее удержать. Каким чудом я еще оставался в сознании, не знал. Я наблюдал за собой как будто со стороны. Резко похудевший, с холодной испариной на лбу, весь в крови, с обожженным лицом и с поразительно холодным спокойствием, я продолжал удерживать истончившийся барьер. И не отпустил его до тех пор, пока последний отголосок взрыва не утих.
– У них была здесь лаборатория, – тихо сказал Телириен. – Они постоянно отдирали от меня куски, цедили кровь, а потом куда-то уходили. Я думал, переправляют все на родину…
– Но оказались слишком жадными и готовили все на месте, – пробормотал я. – Или готовили зелья здесь и уносили на родину, а на прощание решили замести следы.
Телириен подошел ко мне ближе и коснулся носом плеча.
– Жаль Мареаль, – тихо сказал он.
Я кивнул. Наверняка после подобного взрыва от нее не осталось даже камешка. Глаза противно защипало, а на языке появился противный привкус горечи.
– Тебе нужна кровь, – произнес Телириен.
– И-и где ее взять? – заикаясь, пробормотал я. Силы начали меня оставлять. Я чувствовал, как замедляется сердцебиение, а глаза начинают закрываться.
Мимо прошел Телириен. Я краем глаза проследил за ним. От дерева я так и не отцепился. С ним я хотя бы чувствовал твердую почву под ногами. Отпущу – сползу вниз и наверняка куда-нибудь провалюсь. Неизвестно, как взрывная волна прогулялась под землей.
– Так и будешь обниматься с березой, словно с невестой? – фыркнул Телириен.
Я неожиданно расхохотался. Раз он выдавал такие перлы, значит, жить точно будет.
– Возьми мою кровь. Она даст больше сил. Сейчас вроде не должна быть такой горячей. Эй, только не спи!
Дракон обдал меня горячим дыханием, выводя из полудремы.
– Тебе и так досталось, – пробормотал я.
Телириен дернул сломанным хвостом. Затем сорвал зубами несколько чешуек с пальца и поднес к моему лицу. Несколько капель упали на щеку. Я отвернулся и задержал дыхание. Облизал пересохшие губы. На язык попала кровь, и я перестал что-либо соображать. Пришел в себя несколькими минутами позже. Жажда крови отступила, язык, нёбо и губы неприятно саднили. Телириен лежал рядом без движения. На его лапе остались явные следы от моих клыков. Я присел рядом с ним. Дракон тяжело дышал. Из его ноздрей вырывались слабые клубы дыма. Из пасти едва заметно торчали окровавленные клыки.
– Не стоило, – негромко сказал я, коснувшись его лапы. – Тебе и так досталось…
– Тебе тоже, – отозвался Телериен. – И спасибо, что пришел за мной. Ты сильно рисковал. Тебя тут ждали.
– И обломали зубы об оборотней, – усмехнулся я. – Я не самоубийца в одиночку лезть на лагерь эльфов.
Телириен усмехнулся. Пошатываясь, он поднялся на лапы. Вместе мы медленно обошли лагерь по широкой дуге, выискивая раненых и оглядывая поле битвы. В эпицентре взрыва был глубокий котлован. Он уходил на несколько метров вниз, и туда уже заливалась сверху вода. Я не увидел внутри ничего, кроме развороченной земли. От Мареаль не осталось даже кусочка камня. Я отвернулся. Надеюсь, ей было не слишком больно. Пусть упокоится с миром.
«Это всего лишь горгулья, – безжалостно сказал внутренний голос. – Создашь еще».
«Не просто горгулья, – мотнул я головой. – Мареаль стала мне другом и наставником».
Коварная память тут же подбросила теплые воспоминания о том, как мы с Лимирей во время похода из подземелья на поверхность вешали на нее одежду, как пытались под руководством Мареаль и Магдалены соединить кровь в общий поток и как они над нами посмеивались и говорили, что после долгих тренировок все получится…
Я отвернулся и пошел дальше. По пути мне попались несколько обескровленных мертвых оборотней. С облегчением отметил, что погибли они не от моего созыва крови в единый поток – сталь и магия природы убили их намного раньше, чем я.
Холодное озеро было заполнено трупами птиц и животных. Рыси, волки, лисы, росомахи – и это только те, кого я узнал. Земля в округе напоминала перепаханное поле. Корни торчали наружу, сломанные стволы топорщились острыми щепками. Не пели птицы. Не было слышно животных в округе. Стояла мертвая скорбная тишина.
Я прошел немного больше и услышал в отдалении рычание и звуки борьбы. Кажется, оборотни с кем-то схлестнулись. Я взглянул на Телириена.
– Я подожду здесь, – сказал он и улегся на лапы, прикрыв глаза.
Я благодарно на него взглянул и устремился на помощь оборотням. Магию крови использовать я не хотел – слишком много ее сегодня пролилось. Но и внезапная атака могла резко переломить ход боя.
Звуки становились громче. Я метнулся в сторону, заметив, как в меня что-то летит. Точнее, кто-то. Мигель пропахал носом землю. Слежавшийся снег окрасился алым. Оборотень, залитый кровью, не двигался. Я бросился к нему. Их и так слишком много сегодня погибло. Меньшее, чем я мог отплатить – это спасти чью-то жизнь. Пусть и вредного оборотня.
Мигель был без сознания. Я склонился над ним и соединился с его потоками крови. Спасибо Грете, теперь я знал, как осторожно направлять кровь в целительском русле. Кровь хищника тут же огрызнулась. Я поморщился, но продолжил ее вести. Я чувствовал все раны, все сломанные кости и направлял кровь на регенерацию. Увы, работало это только с внутренними органами и разорванными сосудами. Максимум, что я смог сделать с костями, так это поставить их на место. Неплохо было бы чем-то и зафиксировать, но у меня не было ничего под рукой. Я оставил Мигеля и двинулся к месту сражения.
Костяная тварь с противным шипением завалилась в снег. Хейла с остальными вцепилась в ее сочленения и начала их отрывать. Вскоре огромная тварь лишилась и нескольких рук, и одной черепушки. Вторую оборотни своротили несколькими мощными ударами лап. Алый свет в глазницах костяного монстра угас, и он затих.
У Хейлы при виде меня округлились глаза. Она сменила облик на человеческий. Выглядела вожак Волков не лучшим образом: платье из шкур все в крови, волосы всклокоченные и растрепанные, на руках и лице бурые разводы.
– Я думала, ты мертв! Эмма сказала…
– Если ты о взрыве, то мне удалось свести его к минимуму. Мареаль отдала за это свою жизнь. Мигель, кстати, скоро очнется, но у него переломано несколько костей. Присмотрите за ним, – сказал я Хейле. – А у вас тут?..
– Попались две костяные твари, – ответил Эстан. – Обеих мы загрызли.
Я кивнул, приняв к сведению. Все было кончено. Осталось только найти свою сумку на отгремевшем поле боя и заставить Телириена двигаться в сторону замка. Помочь я ему ничем не мог. Читать его кровь оказалось не самой простой задачей, чего говорить об исцелении… Да и чешуя – не кожа, а кости я мог только выпрямить.
В таких рассеянных раздумьях я вернулся на развороченную поляну. Меня встретила оторванная голова лесного эльфа с выпученными глазами. Длинные светлые волосы разметались на снегу, прикрывая острые уши.
Я отвел взгляд и двинулся к дремлющему дракону. Я позвал его несколько раз. Он не отозвался. Я всерьез уже начал переживать, что Телириен впал в спячку, и собрался перейти к кардинальным мерам, но дракон распахнул янтарный глаз и ворчливо выдохнул:
– И незачем так орать.
Я с облегчением выдохнул.
– Ты можешь обернуться человеком? Я не утащу тебя, если ты решишь свалиться по дороге, будучи драконом.
– Я попробую, – подумав, ответил Телириен и поднялся на лапы. – Лучше отойди подальше.
Я решил не испытывать судьбу и последовал его совету. Телириен пошатывался. Переломанные крылья и хвост безвольно повисли. Я с болью наблюдал за другом. Прежде таким я его никогда не видел.
Красная вспышка неожиданно обдала жаром. Телириен обратился человеком, но силы окончательно его оставили, и он рухнул, словно подкошенный. Я успел его подхватить и осторожно усадил под дерево. В человеческом обличье он выглядел не лучше – красные волосы растрепались и повисли неухоженными грязными сальными прядями, кожа была белой, как бумага, плащ выглядел ободранным и потрепанным. Видимых повреждений на спине я не заметил, но, едва прикоснувшись к ней, сразу почувствовал и одернул руку. Ощущение было такое, словно позвонки и мышцы смешались воедино. Бугры, обломок кости, сгустки чего-то плотного и мягкого… ничего подобного я не видел и не чувствовал даже на трупах.
Позади я услышал тихие шаги и обернулся. Хейла мрачным взглядом обводила поле боя.
– Прости, я вытянул кровь из твоих мертвых соплеменников, – тихо сказал я.
– Им все равно было ничем уже не помочь, – ответила Хейла. – Мы знали, на что шли. Но мы еще живы. И можем проводить мертвых в последний путь.
– Ты хочешь сделать это здесь? – спросил я.
– У нас нет кладбищ и склепов, – ответила Хейла.
– Я не об этом. Именно… здесь? После всего?..
Вожак понимающе усмехнулась.
– Может, не здесь. Но это место в любом случае нужно будет привести в порядок. Среди мира животных ничто никуда не уходит бесследно. Мертвые птицы и хищники послужат пищей падальщикам, а их кости сольются с землей и дадут жизнь растениям, – негромко сказала она. – Да и лешие не любят подобные места, – кивнула на тушки Хейла.
– Эльфы здесь развернули лабораторию, – зачем-то сказал я, отправляясь на поиски брошенной сумки. – Это ее они взорвали… но на что рассчитывали? Зачем держали живого дракона? Они же могли его убить, а затем по составляющим для зелий разобрать. Или он нужен был им для чего-то другого?..
«Ага, например, заманить тебя», – угрюмо отозвался внутренний голос.
Я неопределенно повел плечами. Это было похоже на правду. Если рассуждать так… значит, де Лесент хотел избавиться от нас обоих. Меня как вампира крови де Дюпон он всерьез не воспринимал. Но и эльфам ничего не сказал о магии крови. Не хотел выдавать свое происхождение раньше времени? Решил использовать эльфов как инструмент в своих глобальных планах на этот мир?
Я, наконец, отыскал сумку и вернулся к Телириену. Оборотни под руководством Хейлы тем временем оттаскивали павших членов стаи куда-то в лес. Я опустил взгляд. Из-за меня они мертвы. Из-за меня несколько месяцев назад погиб Габриэль. Сколько еще падет народу, прежде чем этот кошмар закончится? Как бы вычислить де Лесента, главную змею, и отрубить ему голову!
«И что изменится? – спросил внутренний голос. – У него наверняка есть сторонники, которые продолжат его дело. Этот механизм уже запущен. Даже убив де Лесента, ты не решишь проблему».
Не хотелось соглашаться с доводами рассудка, но он был прав. Прав во всем.
Телириен пошевелился и открыл глаза. Я улыбнулся.
– Ты вовремя. Оборотни отправились хоронить павших собратьев.
– Хочешь почтить их память? – хрипло спросил Телириен.
Я кивнул.
– Если бы не они, нас бы обоих похоронили здесь. Это меньшее, что я могу сделать, – ответил я.
Телириен понимающе кивнул. Я поднялся на ноги и помог встать другу. Вместе мы отправились к оборотням. Путь в ночи нам освещал подземный кристалл. Звезды и луна скрылись за хмурыми облаками и решили сегодня не показываться.
Хейла выбрала небольшую полянку, со всех сторон закрытую деревьями. Мне сразу вспомнилось путешествие с Лимирей по зимнему лесу, где она выбирала в качестве укрытий такие же места. Хотел бы я, чтобы она сейчас была рядом.
Мы с Телириеном остановились между деревьями. Оборотни стащили мертвых в центр. Кое-кто уже подтащил первый хворост. Но многие просто свернулись калачиком и отдыхали после тяжелой битвы. Я испытывал противоречивые чувства, глядя на них. Мне было бы легче, если бы кто-нибудь из них вскочил на ноги и принялся кричать: «Это ты виноват в их смерти!»
– Завтра мы проводим погибших в последний путь. Сегодня нам всем нужен отдых, – сказала Хейла. Я вздрогнул, ибо даже не слышал ее шагов. – И тебе тоже.
– Спасибо вам. За все, – ответил я. – Если бы я знал…
– Будущего не знают даже наши пророки, – ответила Хейла. – Не вини себя.
Я кивнул, но мне от ее слов не полегчало.
– Мы поможем вам с погребальным костром. Я еще не разучился плеваться огнем, – хрипло произнес Телириен.
Хейла улыбнулась и склонила голову на бок. Она приняла предложение Телириена. Мгновением позже нас ослепил свет белой вспышки. Вместо статной и властной женщины перед нами стояла белая волчица.
Между деревьями пронесся порыв ветра. Я поежился от холода. Куртка совсем не грела. Оно и неудивительно – она была частично в дырах, тяжелая и заскорузлая от крови.
