– Эх, – вздыхает подруга. – Нас Аврора сгнобит. Она так про этот раритет переживала. Может, сгонять на платформу? Может, там валяется еще? Ты его там бросила?
– В полиции забрали в качестве выкупа, – придумываю я, откусывая сырник. Рассказывать ей про незабываемую и, надеюсь, первую и последнюю встречу с «костюмом», не хочу. Ну, было и было. Забуду со временем. – Значит, будем учить историю еще лучше, Юль. Ну, не с первого раза, но все равно сдадим. Куда она денется?
Подруга вздыхает и после перекуса мы дружно идем готовиться к зачету, который уже в понедельник.
Вечером у меня смена. Я подрабатываю разносчиком пиццы. Стипендия копейки, родители помогают, как могут, но больше просить мне совесть не позволяет. Я прекрасно знаю, сколько они зарабатывают.
На нормальную работу по будущей специальности нас пока не берут. Поэтому несколько часов вечерней работы по доставке пиццы вполне выручают.
– Огонек! – окликает меня диспетчер Лена. – Держи заказы! – и сует мне листок с адресами.
– Да блин! – ворчу я. – Опять мне в Подмосковье ехать! Почему опять мне-то? Вон, Лешу отправьте, – кошусь на сидящего в углу комнаты невысокого паренька, коллегу, который отличается тем, что находится с ним рядом в радиусе двух метров просто невозможно. Такое ощущение, что он не моется никогда.
– С Лешей водитель не поедет, – равнодушно отвечает Лена, заполняя что-то. – Леша пусть на метро ездит.
– Ну да, пусть всем буде хреново, не только нам, да?
– И потом, – поднимает взгляд на меня, – там спецзаказ. Лешу нельзя. Еще иск выкатят за моральные неудобства.
– Моральный ущерб, ты имела в виду? – поправляю ее по привычке.
– Не умничай тут. Бери заказ и давай. Костик уже ждет.
– А мои заказы где? – Леша встает и подходит к нам. Я заблаговременно набираю воздуха побольше и задерживаю дыхание.
Лена, по-моему, тоже старается не дышать. Потому что молча протягивает Леше листок и всем своим видом показывает, что ему надо поторопиться.
– Пока, девчонки! – машет он нам с улыбкой и уходит.
Мы выдыхаем одновременно.
Лена тут же открывает ящик стола и достает освежитель воздуха. И щедро обрызгивает им все вокруг себя.
– Леша, – цедит недовольно.
Прощаюсь с ней и иду к Костику, водителю.
– О! Огонек! – улыбается он. Потом принюхивается. – У тебя новый парфюм?
– Нет, – бурчу я, закрывая дверь. – У Лены новый освежитель.
– Смотри-ка сильный какой, даже мой перебивает, – и кивает на елочку, висящую на зеркале.
Всю дорогу Костик что-то рассказывает, я особо не вслушиваюсь. Читаю учебник по истории. Юлька права – Аврора поимеет нас на зачете за самовар. И это печалит. Если не сдам с первого раза, лишусь стипендии. Наверное, придется больше заказов брать. Эх…
А все этот «костюм»! Ненавижу просто.
Мы подъезжаем к высоким воротам.
– Ого! – присвистывает Костик. – И такие люди пиццу едят.
– А что они особенные, что ли? – ворчу недовольно, выбираясь из машины и подхватывая заказ. – Едят и какают так же как мы. Ладно, пошла я.
– Давай. Я пока развернусь, – подмигивает мне Костик и я звоню в дверь.
Открывает ее мне высокая грудастая блондинка. Почему-то в купальнике. Если это можно так назвать. Там все вываливается. Купальник явно мал ей.
– Вам к обеду торопиться
Будет наша чудо-пицца!
Не стесняйся, налетай!
Пиццу за щеку пихай!
С дежурной улыбкой как дура опять звонко выкрикиваю этот дурацкий стишок. Почему-то управляющий пиццерии на сто процентов уверен, что именно благодаря этому фирменному стишку растут его доходы.
Все доставщики пиццы обязаны приветствовать клиента именно так. Иначе – штраф.
– Давай сюда, – блондинка с ухмылкой протягивает руку за коробками.
Отдаю ей заказ. А она разворачивается и уходит.
– А деньги? – кричу я.
– На кухню иди, – показывает мне рукой направление. – Там заплатят.
Оглядываюсь. Блин, тут точно разуться надо. Дом такой богатый, чистенький. А то еще пожалуются.
Снимаю кроссовки и иду туда, куда мне показала блондинка.
Там точно кто-то есть. Слышу громыхание и какой-то бубнеж.
Стучусь в косяк двери, потому что она открыта. Опять натягиваю улыбку и стараюсь быстрее прокричать:
– Вам к обеду торопиться
Будет наша чудо-пицца!
Не стесняйся, налетай!
Пиццу за щеку пи… пиздец, – вырывается у меня, потому что взгляд падает на стоящий в углу… самовар.
Глава 3. Огонек
Приглядываюсь. Ну, какова вероятность, что это тот самый самовар? Да нет, не он это! У моего бок помят был, а этот ровненький стоит. Да ну, бред. Не мой! Фух! Можно расслабиться.
И тут слышу смешок.
– Так что там за щеку?
Расслабиться не успеваю. Потому что этот голос я точно знаю. И память подсказывает мне, что знание это происходит откуда-то из негативного опыта.
Медленно перевожу взгляд. Прислонившись к столешнице, стоит тот самый мужик. «Костюм». Только сейчас в шортах красных.
Значит, все же самовар мой. Да и фиг бы с ним. Тут, похоже, самой надо спасаться.
Отступаю на шаг.
– Стоять! – и мужик тут же оказывается рядом.
Хватает меня за запястье и резко дергает на себя. Упираюсь руками ему в каменную грудь, а он берет и медленно стягивает с меня фирменную кепку. Волосы падают на плечи.
– Аглая, – усмехается мужик. – Теперь полный комплект. Самовар есть. Аглая тоже.
– Отпустите! – требую я, пытаюсь оттолкнуть его. Но куда там? У него хватка такая, что я пошевелиться не могу. – Я… я в полицию заявлю! Я…
Договорить мне он не дает. Одной рукой берет меня за затылок, наклоняется и впивается в мои губы. Так сильно, что дыхание перехватывает. От шока вначале смотрю на него круглыми глазами, не моргая. А потом чувствую, как он язык свой пытается в меня пропихнуть. Этого еще не хватало! Сильнее сжимаю зубы. Но мужик лишь увеличивает напор. Вдруг подхватывает меня и сажает на столешницу.
И вот, когда его рука начинает вытаскивать майку у меня из-под штанов, я понимаю, что «Ахтунг!», он маньяк. Точно маньяк!
Ногтями впиваюсь ему в плечи и сильно давлю. И одновременно разжимаю зубы и его язык тут же оказывается во мне. «Костюм», как мне кажется, довольно, выдыхает и улыбается. Идиот.
Я беру и опять сжимаю зубы.
– Ай! Сука! – слышится тут же.
А я во рту ощущаю металлический привкус. До крови, все-таки, прикусила его.
Страшно, что теперь будет. Но зато мужик сражу же отступает. Пальцем ощупывает рот свой и грозно смотрит на меня.
– Ты что делаешь? – рычит, разглядывая кровь на пальце. – Ты дура?
Пытаюсь спрыгнуть со столешницы, но он не дает.
– Сидеть! – рявкает.
– Что вам надо?! – возмущаюсь я.
– Оральную компенсацию хочу, – усмехается он.
– Моральную? – уточняю, на всякий случай. Мне ведь послышалось?
– И ее тоже, – щурит глаза и как-то странно смотрит на меня. – Сначала прощения попросишь. Искренне попросишь, с чувством.
– Может, еще на коленях это сделать? – фыркаю я.
– Да, сразу на коленях, чтобы время не тратить. Дикарка, – опять смотрит на кровь на пальцах. – Тебя что? Не целовали раньше никогда? Нахрена кусаешься?
– Нечего свои органы мне в рот пихать!
– А за щеку? – приподнимает бровь. – Как там ты предложила? «За щеку пи…». Дальше не расслышал. Повторишь?
Послать его? Терять все равно нечего.
Но тут раздается писклявый голосок:
– Владусичек, ну ты скоро? Я же сгорю там.
Мы оба оборачиваемся. В дверях стоит та самая блондинка. Заметив нас, она хмурит свои идеально выгнутые брови.
– Это кто еще? – голос уже не такой милый. Я прямо чувствую в нем, что она меня не любит. Два человека, желающих мне отомстить, в одной комнате – явно перебор.
– Выйди! – рявкает на нее «костюм».
– Владусичек… – опять приторный голосок. – Но как же…
– Исчезни, я сказал!
Ух, какой злой. Брови сошлись на переносице. Но это действует. Блондинка, гордо фыркнув напоследок, разворачивается и уходит.
– Я тоже пойду, – говорю я, сползая, наконец, со столешницы.
Но мужик, похоже, не согласен с этим. Буквально впечатывается в меня и в живот мне теперь упирается что-то очень твердое. И это точно не мышцы пресса. Это твердое как-то подозрительно выпирает.
– Отодвиньтесь, – я отворачиваюсь, потому что лицо мужика совсем близко. – Мне больно. Вы нарушаете мои личные границы.
Он подхватывает меня под попу и опять сажает. Встает четко между ног, надавливая на коленки.
Взгляд сам опускается вниз. Боже! Там в шортах у него палатка просто. Это какого же оно размера-то?
– Давай, потрогай его, – губы мужика оказываются на моей шее и я приподнимаю плечо. Это щекотно и… как-то непонятно, в общем. Ну, не может мне это нравиться! Не может! – Аглая… – его горячее дыхание обжигает кожу.
Я даже прикрываю на мгновение глаза. Что-то новое испытываю. Разум отключается, похоже, потому что я же понимаю, что это неправильно, но, блин, так приятно.
Приятно… пока в меня резко не ударяют тем самым твердым. И ударяют прямо между ног. Там, конечно, еще мои фирменные штаны, трусы, шорты мужика. В общем-то защиты хватает. Но этот толчок приводит меня в чувство.
– Где ты хочешь? – этот вопрос тоже возвращает меня в реальность.
В смысле?!
Трясу головой от морока и упираюсь мужику в плечи.
– Отпустите меня, – говорю строго. – Я не буду с вами… спать. Не буду.
– Стягивай шорты, – хрипит он.
Недоуменно смотрю на него. О чем он?
