– Для меня – нет. Но…
– Вот и отлично, – перебиваю её. – Взрослая жизнь – она такая, нужно уметь себя отстаивать, Снежана. И при этом не впутывать в свои мелкие проблемки других людей. Так что, онлайн или через суд, спрашиваю последний раз?
– То есть, ты мне отказываешь?
– Отказываю.
– Удачи с судом, – Снежана поворачивается на койке боком спиной ко мне.
Очередная манипуляция.
Заглядываю в ординаторскую, и мстительно прошу приятеля:
– Вколи принцессе витамины. Внутримышечно, без лидокаина. С меня ответная услуга.
Он кивает с усмешкой.
Из больницы я выхожу с неприятным осадком. Словно незаслуженно её обидел.
Но я, черт возьми, прав!
После неотвеченных и заблокированных звонков. После унизительных бесед с охранниками её университета, работы, посёлка. После всего этого – неужели Снежана рассчитывала на моё согласие поучаствовать в её бредовой затее?
Я абсолютно верно решил побыстрее окончить наше с ней знакомство.
Но гребаный осадочек вины остается.
А в воскресенье, когда я выхожу на смену, моя вина испаряется. Потому что Снежана устраивает мне очередной сюрприз.
Рабочий день начинается стандартно: один вылет, возвращение в Центр, консультация. И очередная стычка с Ирой. Но теперь игнор включаю я.
– Кокорин просил набрать его. Одному из пациентов нужно скорректировать терапию. Козырю, кажется. В общем, позвони ему, – выплевывает Ира, в очередной раз войдя в мой кабинет.
И не выходит. Взглядом упрекает.
Поменялась бы ты с кем-нибудь сменами, дорогая!
Киваю, смотрю на дверь с намеком.
Намек Ира предпочитает не замечать.
При бывшей, мнущейся у двери, звоню Кокорину, с которым обсуждаем терапию Козыря. И одновременно с этим думаю, как решить проблему с Ириной. Поговорить еще раз? Попросить поменять ей график, чтобы поменьше пересекаться?
Благо, со Снежаной почти покончено. Лишь бы завтра не было вылетов. Будет свободный день, заеду к мировому судье и подам исковое.
Разберусь со Снежаной, а затем и за Иру возьмусь.
Твою мать! Рассуждаю как маньяк!
– Дань, – Ира медленно подходит ко мне, когда я заканчиваю разговор с Кокориным. – Даня, ты извини меня, я опять психанула сегодня.
Киваю. Прощена, только выйди уже.
Не выходит. О-па, даже халат успела расстегнуть на три пуговицы. Я не пубертатный, но все равно реагирую.
– Я такая истеричка, жуть. Просто я себя обманутой почувствовала, Дань. Но я тебе верю, – говорит она тихо, и присаживается на край моего стола. – Верю, что женили тебя по ошибке. И что ничего у тебя с той девкой не было. И в развод верю. Ты же развелся?
Откидываюсь на стуле. Думаю.
А может, расслабиться? С Ирой у меня намечалось что-то настоящее, мне нравилось возвращаться в дом, где меня ждут. И просыпаться не рядом с временной подружкой, к которой я равнодушен. И не в одиночестве.
– Так развелся, или нет, Дань? Если еще не оформил развод – я подожду. Только не тяни долго, – Ира грустно улыбается, гладит мою ладонь. – Мне невыносима сама мысль, что ты принадлежишь другой. Пусть и только по документам. Давай помиримся? Я больше не буду так себя вести.
Детское обещание. А от женщины – невыполнимое. Но, может, у нас еще есть шанс.
– Ир, – начинаю, но меня прерывает стук в дверь. – Войдите.
В открывшийся проем двери заглядывает наш дежурный. Смотрит на Иру, и кивает мне:
– Дань, к тебе пришли. Ты бы вышел.
– Кто? – поднимаюсь. Ира тоже спрыгивает со стола, и поправляет халат.
Дежурный мнется.
– Пациент. Поблагодарить, наверное, хочет.
– Пусть зайдет, пригласи.
– Нет. Ты лучше сам выйди, – бормочет, снова бросая взгляд в сторону Иры, и закрывает за собой дверь.
– Потом поговорим, Ир.
Выхожу из кабинета, никого рядом с ним нет.
А вот в проходной, у поста дежурного рядом с кофе-автоматом…
Снежана! Цветущая, в оранжевом платье с воланами, в волосы вплетен шелковый платок. Губки блестят, глаза блестят. Даже смуглые скулы блестят.
Испанка!
– Даня, – громко и радостно окликает меня Снежана. И идет ко мне. – Держи пакеты, здесь роллы, пицца, пирог и тирамису.
– Ты что здесь забыла? – наклонившись над ней, тихо рычу.
– Здравствуйте, – она обаятельно улыбается кому-то за моей спиной. – Дань, ты забыл? Мы же договорились, что отметим нашу свадьбу с твоими коллегами. Держи пакеты, веди меня в ординаторскую, или где вы отдыхаете. И зови коллег. Мне не терпится с ними познакомиться.
И только я собираюсь вытолкать эту змеюку из Центра, как слышу за спиной:
– Здравствуйте и вы. Даниил, я не ослышалась – ты женился?
Оборачиваюсь, встречаюсь взглядами с тетей, которая по совместительству еще и заведующая.
А за ней стоит бледная Ира.
Ну, класс. Убейте меня.
Глава 5 – Пережестила
СНЕЖАНА
Даниил хочет что-то ответить этой взрослой, строгой на вид женщине. Но я включаю все свое обаяние, и вмешиваюсь.
– Да, мы женаты. Это была спонтанная свадьба, мы никому о ней не рассказывали. Присматривались друг к другу. И влюбились, – счастливо тараторю.
– Подожди, – пытается осадить меня Даниил.
Но я буквально повисаю на его руке. Только попробуй меня подставить!
– Снежана, – представляюсь я коллеге Даниила.
– Добро пожаловать в семью, Снежана. Людмила Алексеевна, – она улыбается мне, и перестает казаться такой строгой.
– В семью?
– Даниил – мой племянник. Неси уже пакеты, эгоист. Это же надо – о свадьбе не рассказать родственникам!
– Не ругайте Даню, пожалуйста, – мурлыкаю. – Мы так и будем стоять здесь?
– Я позову тех, кто свободен. Даниил, пакеты в руки, и вперед, – распоряжается его тетя, разворачивается, и быстрым шагом удаляется от нас.
Встречаюсь глазами с какой-то бледной женщиной, киваю ей с улыбкой.
– Я тебя убью! – рычит мне на ухо Даниил.
И пытается меня к выходу оттеснить. Угу, а я взяла, и ушла, держи карман шире!
– Убьешь – посадят.
– На выход!
– Ребеночка? – чуть повышаю голос. – Ты правда хочешь маленького так быстро?
Позади слышу матерок женским голосом.
– Веди меня в ординаторскую, – говорю ровно.
Даниил, видимо, решает не устраивать публичную сцену. Или смиряется. Жмурится устало и, наконец, ведет меня вглубь отделения.
Продолжаю держать лицо. Улыбаюсь. А от стресса коленки трясутся – ну я и выдала на кураже!
Шепчу Даниилу по пути:
– Прости, у меня выхода иного не было. Мне нужно побыть замужем. За несколько месяцев я улажу все проблемы – и мы разведемся. Я все тебе компенсирую.
– Семью мою впутала, – замечает Даниил.
Кажется, он меня не слушал.
– Я не знала, что здесь твоя тетя работает.
Даниил открывает передо мной дверь. Ставит рядом со столом пакеты, кивает на диван. Но я не сажусь, а принимаюсь накрывать на стол. Слышу, как в помещение заходят люди, переговариваются оживленно, Даниила упоминают.
– Женился? А мальчишник и свадьбу зажал. Измайлов, ну знакомь уже с женой.
Подрагивающими пальцами кладу на стол последнюю коробочку с васаби, снова улыбаюсь и оборачиваюсь. Не считая нас, здесь уже человек десять-одиннадцать.
Я подхожу к Даниилу, киваю его коллегам смущенно. Ну знакомь уже меня!
Но Даниил, хмурясь, смотрит на экран телефона.
Пихаю «мужа» локтем.
– Мои родители нас поздравляют.
– Я твоим маме и папе ничего не говорила о нас! – чуть пугаюсь.
– Тетя им сообщила. И вот, мама сообщение написала. Обиженное. Снежана, что ты за человек такой! – упрекает меня Даниил.
– Прости, пожалуйста, – грустнею.
– Смена у меня до восьми, придется тебе подождать, пока я доработаю. И сразу после работы мы вдвоем поедем к моим родителям. Я им врать не собираюсь. Сама объяснишь им мотивы этого цирка.
– Но…
– Если у тебя иные планы на вечер – мне плевать. Тебе придется поехать со мной! – агрессирует Даниил.
Сдаюсь. Киваю.
Я действительно пережестила. Но у меня выбора не было, правда! Давление отчима из-за Давида оказалось самой малой моей проблемой. А решение всех бед – вот этот мужчина, который сейчас представляет меня своим коллегам.
Плохое решение, но остальные еще хуже.
– И как такая птичка как ты согласилась за Измайлова выйти? Он в отпуске года полтора не был, на работе торчит, – подначивает нас медведеподобный мужик.
Кажется, его имя Никита.
– Влюбилась. И в отпуск я Даню вытащу, он мне медовый месяц задолжал.
