В квартире тишина. Скидываю смокинг на пол. За ним летит бабочка. Саша еще где-то шарохается. Да и плевать. Взрослая девочка. И не совсем дура. Прознаю, что гульнула налево – выставлю.
Прохожу к бару. Наливаю себе бокал и усаживаюсь в свое любимое кресло. Город передо мной блестит и переливается. Огромный мегаполис никогда не спит. Сейчас улицы напоминают пылающие реки. Город больших возможностей. И больших потерь. Или ты выгрызешь свое место в пищевой цепи, или тебя сожрут.
Ежедневно сюда стекаются тысячи, чтобы попытать удачи, но немногие станут кем-то. А не пополнят ряды безликой массы народа. Здесь крутятся настолько большие бабки, что даже осознать тяжко. И творится столько всякой мерзости…
Дверь открывается и вспыхивает свет.
– Нагулялась?
Саша подпрыгивает и хватается за сердце. А потом на ее губах цветет призывная улыбка. Скидывает туфельки и походкой кошки идет в мою сторону.
– Как прошла свадьба? Завтра все первые полосы газет будут заняты фото?
Наклоняется, тянется за поцелуем. У меня для игр нет настроения.
– Свалила.
– Что? – застывает в нескольких сантиметрах от моего лица.
– Убралась с глаз моих. Не до тебя.
В глазах обида. Но молча выпрямляется и разворачивается. Походка уже не такая соблазняющая. Бежевое шелковое платье облепило точеную фигурку. Красивая стерва. И в постели хороша. Перевожу вновь взгляд на окно.
– Свет выключи, – командую ей вслед.
Гостиная вновь погружается в темноту. А мои демоны рвутся на прогулку. Рвутся из темных закоулков моей душонки. Екатерина считает меня ангелом-хранителем. Зло усмехаюсь. Это она зря. Ангел из меня, мягко говоря, херовый.
Глава 5
Таня
Наконец-то рабочая неделя закончилась. И погода сегодня как по заказу. Морозы отступили, потеплело и пошел снег. Густой, огромными хлопьями. Он медленно падал, как в сказке. Красота! Но была и обратная сторона у этого великолепия – пробки. Пробки вечером в пятницу вообще обычная вещь, а в снегопад они просто нескончаемые.
Поэтому я вышла из автобуса и решила прогуляться пешком к знакомой, которая присматривает за моим сыном. Мы договорились, что они с Лешей спустятся. Знакомой нужно в магазин, а мне чтобы не подниматься. Телефон начинает вибрировать в кармане.
– Да, Наташ, я уже рядом, – говорю, ответив на звонок.
– Таня, – в голосе девушки паника, – Лешка попросился на горку, а я на минуту зашла в магазин. А теперь его нет! И телефон не отвечает!
Сердце обрывается. Дыхание перехватывает. Меня накрывает дикая паника. Леша довольно самостоятельный. Но с ним никогда не было проблем. С чужими он тоже никогда не уйдет. Сам бы они ни за что не заставил Наташу волноваться!
Срываюсь на бег. Наташа еще что-то говорит, но я не отвечаю. Бегу. Тут осталось совсем немного. Буквально перебежать парковку супермаркета и я во дворе у Наташи. Я не вижу никого и ничего вокруг. И снег, которому радовалась еще пару минут назад, теперь только мешает.
Где искать сына? Нужно немедленно звонить в полицию, но я боюсь остановиться хоть на секундочку. Мне нужно к Наташе. Позвоним. А пока они едут, сами будем бегать искать.
– Пусти! – как сквозь вату доносится знакомый голос. – Пусти, козел!
Лешка! Боже, его кто-то держит? Почему никто не поможет? Из-за паники не сразу соображаю, что сын где-то совсем близко.
– Пусти! – опять раздается.
– Сейчас уши оборву и отпущу, – рычит мужик. – Гаденыш мелкий. Отцу звони.
– У меня нет телефона, – отбивается Лешка.
– Сейчас у всех есть телефоны, – опять рычит мужик. – Звони отцу. У меня к нему есть вопросы.
– Нет, – упрямится сын.
А я наконец-то соображаю, что мне нужно обойти большой белый внедорожник. Совсем от страха мозги отключились.
– Отпустите ребенка! – рявкаю, обойдя машину.
Моего сына за шкирку держит над землей огромный мужик. И никто из прохожих не заступится!
– А, мамашка, – и в голосе столько презрения, – плохо сынка воспитываешь.
– Нормально я его воспитываю. Отпустите! – воинственно вздергиваю подбородок. Мне страшно, но я буду защищать сына.
– Хорошо воспитание – ножом царапать чужие машины, – рычит мужик и встряхивает Лешку как котенка.
Он огромный. Мне со страху кажется, что метра два ростом. Здоровенный. Плечи широкие. Лицо как у настоящего бандита и нос будто сломан. Челюсть массивная. Типичный бандит. На черное пальто падают снежинки, придавая мужику зловещий вид.
– Нет, Леша не мог такого сделать.
Я не верю ни единому слову этого мужика.
– А это что? – он кивает на бок машины.
И я вижу там уродливые царапины.
– Ножичек я себе оставлю, – мужик похлопал по карману.
– Леша? – я перевожу взгляд с машины на сына и у меня просто нет слов. – Зачем?
– Он на тебя тогда наорал, – отвечает мой ребенок и упрямо сжимает губы.
– Мститель нашелся. Защитничек.
Мужик едва не отбрасывает сына ко мне. Я тут же встаю перед ребенком. Закрываю его собой. Что буду делать, если этот бандит бросится на меня? Не знаю. Прохожих почему-то мало и никто не спешит на помощь.
– Он еще ребенок!
– Он – да. А ты – нет.
От жуткого взгляда льдисто-голубых глаз мне страшно. Я почти на грани обморока. Держусь только на упрямстве.
– Ты знаешь, что я могу с тобой сделать за это? – огромный мужик делает шаг и нависает надо мной. Но я стою на месте. Мне нужно его успокоить.
– Я все оплачу, только не трогайте меня… сына… – сейчас я готова пообещать что угодно. Тачка дорогущая. Просто неприлично. Откуда взялась в нашем районе только? У меня нет столько денег. Это я понимаю четко. Как и то, что платить придется.
– Конечно, оплатишь. Вопрос только в том – как?
От намека в его словах я покачнулась. Неужели?.. Это омерзительно! Такие предложения…
Сглатываю. В горле пересохло от страха. У меня нет столько денег. И он это тоже знает. Поэтому почти открытым текстом предлагает такое. В прозрачных голубых глазах – ярость и мороз. Мне страшно так, что коленки дрожат.
– Значит так, вот моя визитка. Настоятельно советую позвонить по этому номеру и явиться ко мне. Иначе… – в его голосе стальная уверенность. Угроза. Я киваю, соглашаясь. И мужик уходит к машине.
Садится в тачку и нас спустя мгновение обдает выхлопными газами.
– Идем скорее, – тяну сына в сторону дома Наташи. Навстречу нам бежит она. Встрепанная. В расстегнутой куртке. Глаза безумные.
– Ты почему трубку не берешь?! – кричит на меня. – А ты?! – а потом на Лешку. – Я уже в соседний двор на большие горки сбегала и тут круга три дала, – а у самой в глазах страх и слезы. – И в полиции отказали. Сказали, что я не мать…
– Извините, – опустив голову, тихо говорит виновник переполоха. – Я больше не буду.
– А больше и не надо, Леша… – Наташа начинает плакать. – Идем, – берет меня за руку. – Нам нужно успокоиться.
Тянет меня в сторону двора. Да, нужно успокоиться. Меня трясет. Лешка напуган.
Визитка огнем жжет пальцы и я сминаю прямоугольник. Выкидываю по пути в урну. Все равно не найдет. Город большой. А я живу не здесь.
Наташа от волнения едва не роняет связку ключей, так у нее трясутся руки. Поднимаемся на третий этаж и вваливаемся к ней в квартиру. Она падает на пуфик, а я прислоняюсь спиной к двери и сползаю на пол. Меня всю колотит.
– Мам, я не хотел, – шмыгает носом Лешка. – Теть Наташ…
– Лешка, я чуть не поседела! – она зло и нервно снимает куртку и бросает ее на пол. Скидывает ботинки. – Пойдемте чай пить.
Сын раздевается и идет в ванную мыть руки. Я тоже следую его примеру. Сердце все еще стучит как заполошное. Прохожу на кухню и падаю на стул.
– Держи, – сует мне в руки подруга стакан.
– Что это? – поднимаю на нее взгляд.
– Успокоительное, – у нее в руке такой же. Резко поднимает стакан и выпивает содержимое. – А теперь чай.
Выдохнув, выпиваю содержимое своего стакана. И следом беру в руки чашку с чаем. Сын сидит на стуле в углу и старается слиться со стеной. Смотрю на него тяжелым взглядом.
– Леша, я думала, что ты у меня умнее, – вздыхаю тяжело. – Ты хоть понимаешь, чем это могло все обернуться для тебя? А если бы он ударил? Ты видел, какой этот мужик огромный? Он же медведь просто!
– Какой мужик? – Наташа уперлась бедрами в нижние шкафчики и переводит взгляд с меня на сына и обратно.
– Да с неделю назад мы с Лешкой по центру гуляли, – начинаю я рассказывать, – и я чуть под колеса не попала. Оттепель же была, а потом все замерзло. Ну и почищено было так себе. Еще не вывезли снег. Ну я и чуть не шлепнулась, а там мужик этот на своем джипе с парковки выезжал. Хорошо, что медленно. Ну я и стукнула руками по этой машине. Ухватилась еще за какую-то штучку…
– Мам, дворник это. Задний, – буркнул Лешка.
– А ты вообще молчи! – Наташа показывает ему кулак.
– Ну и мужик этот из машины высунулся и наорал на меня. Чтобы тащилась осторожнее.
– Он тебя коровой обозвал, – опять подал голос Леша.
– Да, и поэтому ты ему машины поцарапал! – взорвалась я. – Кстати, мой дорогой, ты где ножичек взял?
– Какой ножичек? – Наташа прищуривается и тоже принимается сверлить моего сына взглядом. – Лешка!
– Ну что Лешка? – задирает упрямо подбородок. – Раз богатый, так все можно? Кричать на людей просто так?
– Молчи, мститель, – опять рявкаю на сына. – Вредитель мелкий.
Делаю глоток чая и шиплю. Горячо так, что язык обжигаю. Лешка опять опускает голову.
– Короче, я так понимаю, сын мой эту машину тут увидел и решил восстановить справедливость.
– И как узнал? – ахает Наташа.
– Номера запомнил, – нет, вот не может помолчать. – Это он.
– Леша! – хлопаю ладонью по столу. – Этот медведь мог тебя стукнуть разок и все. До сих пор не верю, что он ничего не сделал. Только за шкирку встряхнул. Он ведь мог вызвать полицию!
Нас бы заставили возмещать ущерб… А там такая машина. Дорогущая. Ремня бы тебе, – выдыхаю устало. – Но Интернет ограничу. И игры эти твои.
– Ну, мам, – начинает канючить Леша.
– Без «мам». Головой надо думать, а не есть в нее, – обрываю его. – И как только додумался…
Меня опять начинает колотить. В моем воображении этот мужик просто нереально огромный и злющий. И глаза у него такие… Хочется бежать без оглядки. Наконец, накрывает отходняк. Слезы проливаются и текут по щекам. Всхлипываю.
Леша встает и обходит стол. Обнимает меня. Гладит по спине. Обнимаю сына. Надеюсь, он больше ничего такого не вытворит.
– Мам, я больше не буду, – заверяет меня. – Я все понял.
– Очень на это надеюсь, – отвечаю.
Потом мы пьем чай в молчании. Наташа тоже в шоке. Чуть не потеряла чужого ребенка. Так что встряску нам обеим Алексей организовал знатную.
– Ма, а давай бабушке с дедушкой не скажем? – прерывает тишину робкий голос сына.
– Не скажем. Не хватало, чтобы у кого-то из них сердце прихватило. А то и у обоих.
Соглашаюсь с ним. Воспитательную беседу я сейчас проводить не готова. Боюсь сорваться в истерику. Мои отдыхают последние деньки в санатории. Удалось купить путевки подешевле. Поправляют здоровье. Вот Наташа и присматривает за Лешкой. Ее перевели на полставки на удаленную работу. Что-то там в фирме у них какие-то проблемы. Она и согласилась за небольшую плату. А тут такое. Ужас. Вздрагиваю от пережитого кошмара.
Наконец, прихожу в себя настолько, чтобы относительно адекватно воспринимать окружающий мир. Наташа задумчиво пьет чай, ложечкой расковыряла уже все пирожное, забывая его есть. Один Лешка уже все слопал. Как-то быстро у него закончилось чувство вины.
– Наташ, мы пойдем. Поздно уже. Вон и снег как валит, – говорю и встаю.
– Я провожу, – поднимается следом.
