Лина Янтарова "Доброе зло"

– Как-то несправедливо, – слегка обиженно отозвалась Абигайль.

– Это разумно, ведь академия должна выпустить сильную ведьму, а не посредственность, – резко выразилась Айви. – Благодаря развитию таланта ты добьешься больших успехов.

– И в чем же талантлива ты? – Итан высокомерно прищурился. – Дай угадаю: Слововедение?

Айви поджала губы. С детства ей до ужаса нравились флаконы с различными снадобьями, стоящие у бабушки в шкафу. Каждый раз она открывала новый с замиранием сердца, гадая, что увидит внутри.

Яд? Сонное зелье? Омолаживающую мазь?..

Возможность сочетать травы и другие ингредиенты, примерять их друг к другу, создавая что-то новое казалась чрезвычайно привлекательной. Но бабушка всегда говорила, что зельеварению может научиться даже глупец – главное, четко следовать инструкции. А вот Слововедение…

– Сделать так, чтобы твоему голосу повиновалась сила, непросто, – учила она. – Это и есть истинная магия.

Отправляя младшую внучку в «Умбру», Вероника велела идти на Слововедение. И ее не волновало, что по этому поводу думала Айви.

– Я собираюсь поступить на него. А ты? Прорицание?

Итан усмехнулся, явно довольный язвительным предположением.

– Жаждешь услышать мое предсказание?

– Обойдусь, – буркнула Айви. – Избавь меня от своих нелепых нравоучений.

Абигайль непонимающе спросила:

– Так на какой факультет ты хочешь попасть, Итан?

– Защита, – Рэквилл откинулся на спинку стула.

Улыбка – язвительная и острая – подняла кончики губ Айви вверх. Куда еще идут самоуверенные мужчины, жаждущие обожания? Конечно, на факультет защиты.

– А я хочу на Исцеление, – Абигайль подперла щеку кулаком. – У нас это ценится.

– У нас – это где? – бестактно поинтересовалась Айви.

– В Горном хребте, – улыбнулась Бирн.

Элвуд взглянула на нее по-новому. Абигайль с ее каштановыми кудрями, скучным платьем в пол и спокойным выражением лица никак не походила на жителей Горного хребта – одного из опаснейших регионов Алтана. По ту сторону гор жили варланы – дикий и воинственный народ, поклоняющийся животным и во многом ведущий точно такой же образ жизни.

Алтан не вел полноценное сражение, но стычки на границе вспыхивали постоянно. Жители Горного хребта привыкли не только к скудному ландшафту и суровому климату, но и к вечной опасности.

Их правитель не раз обращался с просьбой о помощи к другим правителям, но неизменно получал вежливый отказ. Тратить ресурсы на чужую войну не хотелось – ослабленное положение Горного хребта играло на руку остальным, потому что их воины неистовы в бою.

Больше силы там ценилось только лекарское искусство. Очевидно, мать Абигайль имела высокое положение, раз смогла отправить дочь в «Умбру» – дорога до академии не близкая.

– По тебе не скажешь, – Итан удивленно присвистнул.

Абигайль засмеялась.

– Потому что выгляжу как девушка, а не как воительница с мечом наперевес? Это самое большое заблуждение относительно Горного хребта, какое только может быть. Не все у нас воюют. Есть и те, кто живет мирной жизнью.

Она поправила рукава и продолжила:

– Мне бы очень хотелось продлить эту мирную жизнь, поэтому я здесь. Горный хребет нуждается в искусных целителях.

– То есть, ты не будешь претендовать на звание правящего колдуна Речной долины? – спросил Итан.

«Что?».

Айви перевела потрясенный взгляд на него. «Правящий колдун», или «правящая ведьма» – вторая по значимости должность в каждом регионе. У любого правителя была своя личная ведьма или колдун, которые помогали в управлении территорией, занимались ее защитой и развитием. Претендовать на должность могли только самые сильные – вместе с властью на плечи ложилось и бремя ответственности.

И, конечно, все когда-либо занимавшие пост были выпускниками «Умбры» или «Фламмы».

– Ты не знала? Айви, ты что, разговариваешь только с цветами?

Она стиснула руки под столом. Бабушка должна была знать, если правитель Речной долины действительно искал себе правящего колдуна, но ничего не сказала. Решила, что это не так важно?..

– Расскажи поподробнее, – попросила Абигайль. – Какое отношение мы имеем к этому?

– Все просто, – Итан прикоснулся к подбородку. Кольцо на его пальце хищно блеснуло волчьим оскалом. – В конце этого года Джост Траэн, правитель Речной долины, выберет нового правящего колдуна, поскольку предыдущий собирается уйти на покой. Выбирать он будет из числа учащихся «Умбры».

– Но мы только поступили, – заметила Абигайль.

Итан фыркнул.

– Неважно. В поместье Рэквиллов у меня был наставник, так что ничего нового «Умбра» не даст.

– Ты приехал сюда только ради того, чтобы получить должность? – это было и так понятно, но Айви все же задала вопрос: – Заранее зная, что в конце года Траэн будет выбирать подходящего колдуна, ты направился в «Умбру», потому что стать правящим колдуном может только выпускник одной из академий?

– Ты соображаешь все быстрее, цветочек.

– Не зови меня так, волчонок, – процедила она сквозь зубы. – С чего ты решил, что выиграешь? В Алтане полно одаренных колдунов.

– И в многих из них течет кровь самой Лаис? – парировал он. – Я одержу победу любой ценой. Так что не вздумай вставать у меня на пути.

Глава 4

«Дыши ровно. Это всего лишь безобидные треххвостки».

Но стоило увидеть черную тень в толще зеленоватой воды, как дыхание снова перехватило. Огромные, неповоротливые тела, покрытые скользкой кожей, большие круглые глаза, мощные лапы и три тонких хвоста – на суше треххвостки выглядели нелепо и смешно, но, попадая в родную стихию, становились юркими и быстрыми.

– Вижу, кто-то уже мечтает об отчислении, – хмыкнул Этьен Даварре.

Взгляд его черных глаз остановился на Айви. Стремясь скрыть страх, она привычно распрямила плечи и вздернула подбородок, с облегчением отведя взор от резвящихся треххвосток.

Рассматривать ректора было куда приятнее – высокий мужчина с копной непослушных черных волос и потемневшими от магии кончиками пальцев. Он поправил воротник белой рубашки, отчего последствия темной силы стали еще более заметны на контрасте с кипенной тканью.

– Что скажете, Элвуд?

Чувствуя, что взгляды всех присутствующих немедленно устремились в ее сторону, она ответила:

– Скажу, что придумавший это испытание обладает богатой фантазией.

Этьен бархатно рассмеялся.

– Спасибо. Я надеялся удивить вас. Вас всех, – он заговорил громче. – Ждет увлекательное путешествие.

Студенты, выстроившиеся в шеренгу на скалистом берегу, переглянулись.

– Путешествие вниз уже было достаточноувлекательным, – пробормотала София Уилсон.

И правда – они спускались к воде по узкой и извилистой тропинке, сорваться с которой было плевым делом. Когда Айви задрала голову, чтобы посмотреть на Башню, заслонившую солнце, у нее перехватило дыхание.

– На этих лодках, – Даварре указал на девять хлипких лодочек, которые мотало из стороны в сторону, – вы должны обогнуть скалу и оказаться возле пещер, внутри которых вас ждет второе испытание. Те, кто пройдут его, смогут пройти в Башню для заключительного, третьего теста.

– Не много ли тестов? – прошептала София. – Мы только и делаем, что выполняем разные задания.

Ее саркастичный шепот не давал Айви расслабиться и временами даже смешил.

– В зависимости от того, как вы пройдете эти испытания, вам будет присвоена ступень, – закончил Этьен. – Так что выложитесь на полную. Разрешено применение любой магии. Вопросы?

Фелисити – яркая брюнетка с синими, как у Итана, глазами, – подняла руку.

– Да?

– Что насчет времени?

– Мы не ограничиваем вас, но, разумеется, будем смотреть на то, кто придет первым, – ответил Даварре.

– Значит, можно устранять соперников?

Вопрос исходил от Итана. Некоторые покосились на него, не скрывая возмущения, которое стало еще более сильным, когда Даварре кивнул.

– Можно, но только не переусердствуйте. Убийства запрещены.

«А все остальное?» – едва не спросила Айви, но вовремя проглотила вопрос.

– Кого-то еще что-то интересует? – вежливо осведомился ректор.

На сей раз подняла руку Розалин.

– П-простите, – она запнулась на первом же слове, вызвав смешки. – А если кто-то пострадает? Треххвостки могут быть агрессивными…

– Только когда испытывают боль, – «успокоил» ректор. – Не причиняйте им физический вред, и все будет хорошо. Они могут раскачивать вашу лодку, пытаясь поиграть – будьте готовы.

Айви с отвращением взглянула на массивные тела в воде. Словно почувствовав, что речь идет о них, одна из треххвосток высунула плоскую большелобую голову и разинула рот, усеянный множеством мелких острых зубов.

– Что будет на втором испытании? – спросил молодой парень с волосами, стянутыми в хвост. Кажется, его звали Адриан. – И третьем?

– Узнаете, если пройдете первое. – Даварре потерял терпение. – Дамы вперед. Прошу, Фелисити.

Он галантно помог ей забраться в лодку. Ненадежное сооружение тут же закачалось, рискуя перевернуться. Уолш побледнела, замахала руками, но смогла удержать равновесие.

– Теперь вы, Элвуд, – ректор протянул ладонь.

Айви задержала взгляд на поврежденных пальцах. Этьен, не смущаясь, спокойно ждал, когда она закончит пялиться на потемневшую кожу.

– Извините.

– Ничего, я привык, – ответил он, помогая забраться в лодку.

От ректора пахло чем-то горьким, пряным, похожим на вино – такой аромат источал багульник, растущий на болотистой местности. Айви знала, что его используют в приворотных зельях, но вряд ли господин Даварре нуждался в «искусственной» любви.

Лодка опасно закачалась. Все мысли о багульнике вылетели из головы – Айви присела и схватилась за края, стараясь не закричать от страха. Из толпы студентов донеслось насмешливое фырканье, но ей было не до того – треххвостки, заинтересовавшиеся суетой на берегу, подплыли совсем близко.

«Спокойно. Ты ведьма. Ты все сможешь».

При осознании, что треклятое суденышко не собирается идти ко дну, страх немного поутих. Айви нащупала весло, попутно вспоминая заклинания, которые могли бы помочь пройти тест. Тем временем остальные успешно забрались в лодки, готовые немедленно отплыть.

– Удачи я вам желать не буду, – напоследок ректор довольно ухмыльнулся, предвкушая интересное зрелище. – Скажу только одно: не опозорьтесь.

Он взмахнул рукой, объявляя начало первого испытания. Все, как по команде, схватились за весла.

В Цветочных полях Айви любила прогуливаться пешком до озер – но ей никогда и в голову не приходило самостоятельно управлять лодкой. Неуклюже взмахнув веслом, она едва не упала за борт.

У остальных ведьм дела шли не лучше: София крутила весло в руках, словно не понимала, как им пользоваться, побледневшая Розалин с опаской смотрела в воду.

Только Абигайль и Фелисити неплохо справлялись: первая активно гребла, поспевая за колдунами, а вторая, намочив ладони, произнесла заклинание – и ее суденышко понесло навстречу волнам. Еще на отборе стало ясно, что у Фелисити предрасположенность к водной стихии.

Едва Айви собралась сделать то же самое, как Уолш снова опустила руки в воду. Ее губы беззвучно зашевелились, а взгляд не отрывался от Розалин, Маргарет и Софии, все еще пытающихся приспособиться.

Почувствовав неладное, Айви встрепенулась. Изумрудный кулон защищал от любого негативного воздействия – владелицу, но не окружающую обстановку. При первой же попытке грести Элвуд потерпела неудачу: вода вокруг лодки стала вязкой, плотной и тугой.

Подлость Фелисити удалась.

Вздохнув, Айви опустила руку в море, прошептав обратное заклинание. Вода вернулась в нормальное состояние, забрав чуть меньше половины резерва. Второе заклинание почти полностью опустошило его: Айви перенаправила течение от берега в правую сторону.

Лодка тронулась и весело запрыгала на волнах. Скалу удалось обогнуть без происшествий. Хлипкое суденышко уверенно нагоняло Фелисити – пару раз ведьма обернулась, скорчив презрительную гримасу, но никаких действий не предпринимала. Между ними все еще было достаточное расстояние, чтобы она не беспокоилась – впереди у нее были враги интереснее.

Абигайль держалась наравне с Фелисити, Адриана нигде не было видно. Фаелан и Итан почти достигли пещер – их лодки плыли близко друг к другу. В какой-то момент Айви ощутила сильнейший выброс магии – волосы на голове зашевелились, тело пронзило чувство неминуемой опасности.

Она посмотрела в сторону пещер, но ничего не увидела: вода, вдруг потерявшая безмятежность, вздыбилась волнами, поднялась наверх. Через мгновение раздался шипящий звук, вслед за которым пришел туман.

Лодку качнуло, отбросило назад. Течение оказалось бессильным против чужой магии – кто-то использовал огонь. Отсюда и шипение, и пар, плотной пеленой обволакивающий пространство.