– Боже, надеюсь, он не пахнет, – развеселился Ринат.
Поставил чашечку на стол, хлопнул себя ладонями по коленкам и тоже поднялся:
– С тобой пойду. Страсть как хочу сегодня кого-нибудь ограбить.
– Барсов! Я тебе русским языком говорю: не лезь!
– Моя твоя не понимать. Сами мы не местные, русский язы?ка плохо понимаем, начальника. Родионовна, ты от меня никуда не денешься, так и знай. Меня мама так воспитала, что женщин в беде бросать нельзя.
– Боже, – закатила я глаза, – «Барсов» и «воспитание» в одном предложении не сочетаются.
– Есть пробелы, конечно, но все поправимо. Перевоспитывай меня полностью.
– Ба…
Я проглотила окончание слова, когда услышала стук в коридоре. Стучали очень настойчиво и, кажется, в тот номер, который занимала я.
Ринат подошел ко мне, хотел что-то сказать, но я просто закрыла ему рот ладонью и напряглась.
– Слышишь? – указывая на дверь, уточнила я.
Ринат не шевелился, молча моргнул, прожигая меня взглядом. Я убрала руку и на цыпочках пошла к двери. Выглянула в глазок, резко развернулась, прижала руки к груди, где испуганной птицей билось сердце, и зажмурилась.
Ринат нахмурился, мгновенно посерьезнел, подошел вплотную и, не пытаясь меня подвинуть, тоже заглянул в глазок, увидев там то же, что и я – троих огромных и очень суровых мужчин.
– Это к тебе? – шепнул мне на ухо.
Как они меня нашли так быстро?! К-а-а-к?!
– Р-ринат, – потянула я его на себя, – спрячь меня. Мне срочно нужно бежать.
Он неожиданно положил ладонь на мою шею, привлек к себе и крепко обнял, успокаивая.
– Тише, тише, – шептал он, – разберемся, не бойся. Куда ты вляпалась, Родионовна?!
Глава 4
Ринат
Ну почему все так несправедливо? А потому, что желания нужно правильно загадывать, вот почему!
Просил податливую и дрожащую Родионовну в свои объятия – получил. Бонусом – троих из ларца неизвестного происхождения, типичные представители животного мира орангутангов. Силы много – мозгов мало. Все по классике жанра.
И вместо того чтобы исполнять свое желание на всю катушку, я достал из кармана мобильный и написал сообщение начальнику охраны.
«Трое у номера напротив. Поймать, допросить, узнать претензии к Арине Анатольевне, по мужу Журавлевой. Тихо и незаметно!»
«У тебя проблемы?» – забеспокоился Алан.
«Не у меня, но решать их буду я! Работай!»
«Дядя знает?»
«Нет. И не волнуй Багратыча, у него мозги набекрень, человек ждет пополнения, у него гормоны!»
Мой родной дядька полгода назад стал счастливым новобрачным, женившись на своей любимой чертовке. Багратыч был слегка не в себе, потому что его заклинило на Лукерье, а прямо на свадьбе я воочию наблюдал, как серьезный мужик, который руководил одной из самых крупных в нашем городе строительных компаний, превращался в блаженного. Когда дядька сообщил всем, что ждет пополнение и бо?льшую часть обязанностей скинул на меня как на своего заместителя и любимую правую руку, я понял, что пациента лечить бессмысленно – тот просто счастлив.
Пришлось брать бразды правления в свои руки, в том числе ехать сегодня заключать контракты, да так удачно, что я не знал – смеяться или плакать из-за превратностей судьбы.
Арина на мои движения не реагировала. Казалось, она впала в анабиоз и только дрожала, прижимаясь ко мне все теснее. И вздрагивала от каждого нового стука в дверь.
И мне вот вообще не было стыдно за то, что я ей соврал, по двум причинам: Родионовна очень предвзято относится к мажорам, в чем, каюсь, и моя заслуга. И помощи моей как наследника корпорации Барсова она не примет. А помогать агрессивно я не хотел.
Вторая причина более приземленная: я хотел провести с ней больше времени и готов был на некоторые мошеннические манипуляции, дабы моя училка не свинтила. Снова. Оставив меня гореть от желания и кусать локти оттого, что я ее упустил. В сотый, юбилейный раз.
Трое за дверью были не проблемой для меня, но проблемой для нее, и я хотел выяснить, насколько все серьезно.
Троица почесала затылки, переглянулась, развернулась и решила попытать счастья в… моем номере.
Родионовна решила взять пример с нервного голубя и чуть было не рванула в окно. Пришлось ловить.
– Парашют забыла, – прошептал ей на ухо. – Родионовна, тише ты. Не дам я тебя в обиду, мамой клянусь.
И запер трясущуюся училку в ванной со словами:
– Сиди тихо.
Расправил плечи, набрал Алана, чтобы тот слышал, что происходит, и пошел открывать.
– Доброго дня, – вежливо ответил трем мордам.
– Соседку вашу не видели? – пробасил левый шкафчик.
– Ту обалденную брюнетку с грудью-двоечкой? Видел, – согласился я, – такую секс-бомбу с зелеными глазками и курносым носиком. Эту? Она еще такая неприступная вся, деловая. Она, да?
Парни переглянулись и дружно закивали:
– Где она?
– Съехала, прикинь?! – возмутился я. – Я ее на кофе пригласил, а она типа приличная, послала меня в лес подснежники ловить, а через десять минут с чемоданом свалила. А я все думаю знаете что? Как можно ловить подснежники? Понимаю бабочек, хотя сейчас осень и маловероятно, но как ловить подснежники? Вы не в курсе?
– Нет, – парни слегка окосели.
– Вот и я… А вы к ней зачем? Хотя… Так и знал, что она только прикидывается недотрогой. А мне даже телефончик не оставила. Может, ей больше качки типа вас нравятся? Может, и мне покачаться немного, как думаете? Парни, а вы где качаетесь? Номерок тренера не дадите?
– Ты дебил, что ли? – душевно и даже немного сочувственно уточнил левый шкаф.
– Да понравилась девчонка, а она меня кинула! Я к ней и так, и эдак, и еще вот так… Страдает самооценка, а тут вы еще.
– Съехала, да? – почесал затылок правый.
– Ну. Динамщица! – подтвердил я.
– Ладно, брат, бывай!
Трое как по команде развернулись, а я в спину прокричал:
– Так номер тренера дадите, нет?
– Тебе не поможет, он дрищей не тренирует! – заржал правый, а мартышки подхватили.
– А вот это было обидно, но мы переживем! – решил я, запирая дверь.
Отключил Алана и поскребся к Родионовне. Она стояла у стены у стены, мимикрируя под белый кафель цветом лица, и сверкала глазами.
– Родионовна, они ушли! – бодро отчитался я.
– Спасибо за помощь! – задрала она носик повыше.
Явно не оценила мою пламенную речь, во имя спасения прекрасного учительского тела произнесенную.
– Должна будешь. Долги беру информацией. Так зачем ты понадобилась трем обаятельным, харизматичным и очень остроумным гамадрилам?
– Долго рассказывать. Ринат, мне нужно бежать!
– Куда побежишь? К мужу? – ровно уточнил я. – Или ты бегаешь от мужа? Почти угадал, да? Как ты вообще за него вышла замуж? Там же по усикам сразу было понятно, что он не фонтан!
– А вот это не твое дело!
– Любовь зла, – резюмировал я.
Телефон завибрировал, а Алан отчитался, что мартышки пойманы и едут давать показания.
Начальнику охраны я доверял как самому себе. Мужик он был конкретный, бывший офицер спецназа, в тактике ведения допросов и получения нужной информации равных ему не было.
– Так куда бежать, Арина? – продолжал я.
– Не знаю. Куда-нибудь в безопасное место, – вздохнула она. – Барсов, пожалуйста, мне нельзя здесь оставаться.
– А паспорт? – вспомнил я. – У тебя, Арина, доку?ментов нету, куда побежишь?
– Зачем ты увел меня от номера? Я бы уже забрала паспорт!..
– Пошли, – вздохнул я. – За паспортом твоим. Я отвлекаю, ты тыришь. Кого я отвлекаю?
– Мужа, – опустила она голову.
– Я запутался. Муж твой тоже в этой гостинице с твоим паспортом, а трое из ларца пришли сюда за тобой, а не за мужем. Я был прав и ты преступница? Расскажи, облегчи душу.
– Потом, – отмахнулась она, – сначала дело.
– Говоришь как бывалая. Ладно, у меня сегодня настроение героически спасать преступницу. Пошли.
Я залез в шкаф, достал бутылку виски, вылил почти все в раковину, сделал пару глотков и предложил Арине:
– Будешь? Для храбрости?
– Барсов!
– Что? Я в образ вхожу. Ты готова?
– Да, – решительно кивнула она, – иди первый.
– План такой: я выманиваю твоего усатика в коридор, ты тыришь паспорт, и мы оба сбегаем. Оба, Родионовна! Встречаемся в номере, ферштейн? Иначе я тебя полицию сдам как подельницу.
– Ферштейн! – недовольно кивнула она.
Я вздохнул и пошел на дело, прихватив полупустую бутылку.
По дороге пришла мысль, что я мог бы, конечно, рассказать ей все как есть, но раз она хочет поиграть в Лару Крофт – расхитительницу гостиничных номеров и не хочет делиться информацией, то я тоже пока попридержу свою.
И хотя ролевые игры в партизан больше оценил бы Багратыч, я тоже словил прилив адреналина.
Поднялся на десятый этаж, входя в образ, достал ключ и подошел к нужному номеру.
Пошатываясь, специально долго возился, делая вид, что пытаюсь вставить ключ в замочную скважину, когда дверь распахнулась, являя мне паука-жопогрыза с усиками.
Я сделал вид, что с трудом держусь на ногах, сфокусировал взгляд на усатике и пьяно уточнил:
– Ты кто?
– Мужик, ты номер перепутал, – раздраженно ответили мне.
Породистый нос скривился, а я специально дыхнул перегаром и пошатнулся, норовя упасть в номер противника.
Может, ему в морду дать? Ладно, подожду. Чувствую, что повод еще будет.
– Это мой номер! Вот! – я затряс у него перед носом ключом. – Уйди, а то охрану вызову. Ты вор, что ли? А может, выпьешь со мной? Меня сегодня баба моя бросила, прикинь? Сказала, что я – дрищ!
– Твой номер этажом выше, – усатик моей трагедией не проникся.
– Да-а-а-а? – протянул я, – Во попал. Ик!..
И стал заваливаться к нему на порог. Сделал шаг в номер и продолжил спектакль:
