Я прошел первым, Грохот – за мной следом. Юки и Кроу остались в саркофаге, страхуя и подсвечивая выход лучами фонарей, закрепленных на стволах «Суворовых». Слаженно, но бесполезно – лучи шарили в темноте, не достигая ее границ.
Снаружи было холоднее – минус восемьдесят девять, а атмосфера – разреженнее, внутри просто сохранились остатки воздушного пузыря, которые сейчас покидали саркофаг. Незначительный А-фон, Скрижаль работала… нормально. Гравитация тоже в норме, а вот окружающее пространство – не очень. И чем дальше я на это все смотрел, тем больше оно мне не нравилось…
– Что это за херобора, на?!
Если представить циклопических размеров зал с монументальными восьмигранными колоннами, пару раз тряхнуть его чем-то вроде мощных землетрясений – так, чтобы обрушилось все, что могло, – а потом смешать все в кучу и взглянуть на нее через калейдоскоп – получится примерно то, что предстало перед нами. Что-то нехорошее творилось тут с самим пространством – куски лестниц, элементы колонн и прочие вставшие дыбом обломки смыкались под невероятными углами, так, что сразу не разберешь, где верх, а где низ. Даже голова слегка закружилась от этого странного пейзажа.
Мне, в отличие от Анатолия, не нужен был прибор ночного видения. Сразу по проходу я активировал в помощь Биосенсорике Истинный Взор и Глаз Небесного Змея. Дежурный набор Рун познания, позволяющий видеть скрытое, отличать иллюзии от настоящего. Эта «херобора» не могла существовать в реальности…
Я не ошибся. Мощный рунный эффект. Вероятно, стационарный – наложенный на это место. Возможно, часть Паутины Невидимости, которую упоминала Азимандия, – по крайней мере, энергетические линии действительно походили на сеть. Эта хрень искажала видимое, подменяя его иллюзорным – вернее, смешанным из частей реального абсолютно непредсказуемым образом. Вероятно, когда сооружение было целым, оно представляло собой нечто вроде лабиринта, где верным путем мог пройти только кел, имеющий Истинный Взор. А после катастрофы все окончательно сломалось, смешалось тысячей кусков… Пропасть вместо настоящей лестницы. Завал на месте прохода. Несуществующий над реальным провалом пол.
К счастью, я смог разобраться в этой мешанине истинного и ложного – примерно тем же способом, который используют люди, чтобы не видеть свой нос… и, когда разум немного перестроился, разглядел это место таким, каким оно было в реальности. Ничего сверхъестественного – огромный полуразрушенный зал прямоугольной формы. Выщербленные колонны, множество темных провалов. И широкая разбитая лестница в противоположном конце, ведущая вверх – к черному пролому.
Мы же находились на чем-то вроде широкого козырька-пьедестала, опоясывающего огромную архитектурную конструкцию, вырастающую из дальней стены. Когда-то давно, вероятно, она была барельефом громадной птицы, стилизуя сигну Дома Визу Аран, но ныне сохранилось лишь обезглавленное туловище с одним крылом. Иллиумовый саркофаг был полностью замурован в грудь «птицы», оставляя только грань выхода. Чудо, что она вообще не развалилась, с таким-то количеством трещин и сколов…
Мрачное и жутковатое зрелище – мы стояли на пороге кел-храма, разрушенного хреналлион лет назад, возможно, в эпоху того самого Раскола. Сколько сюда не ступала нога человека? Какие секреты хранит эта древняя тьма? По коже бегали неприятные мурашки – мудрая интуиция не ждала от этого места ничего хорошего.
И мой первоначальный оптимизм тоже приказал долго жить. Задача стремительно усложнялась, превращаясь из непростой в очень сложную. Похоже, для того, чтобы извлечь саркофаг, требовалось провести целый ряд инженерных, минно-взрывных, а затем такелажных работ, причем в экстремальных условиях.
Что ж, на сегодня у нас была запланирована исключительно рекогносцировка. Оставалось ее закончить, сохранив трехмерную схему зала – затем в Домене мы подробно разберем, кому, что и как делать. С этой целью я приказал ребятам оставаться на местах, заняв боевые позиции, а сам сначала вызвал Аспект, а затем – Экзо-Шейда. Первый полетел, проверяя безопасность воздушного пространства, а второй – начал осторожно спускаться по пирамиде обломков, следуя моим командам. Не стоило забывать, что здесь погибали серебряные Существа Азимандии – возможно, из-за холода и отсутствия воздуха, а может, и не только. Даже в подобных условиях Звездная Кровь порождала своеобразную жизнь, да и о старых ловушках Визу Аран не стоило забывать.
Эфирный дракон пересек зал невозбранно. Моя Биосенсорика тоже не видела ничего живого в доступной области. Шейд почти бесшумно скользил между провалов, но без плаща призрачности – я намеренно приказал ассасину пренебречь скрытностью. Но, кажется, никакой опасности не было…
Как только в голове мелькнула эта мысль, темнота зашевелилась. В прямом смысле – она начала обретать форму и подвижность, и это нельзя было объяснить игрой разума!
– Тревога! Все назад! быстро! – крикнул я, видя, что на экране Биосенсорики стремительно появляются странные серые точки – много, всюду, вокруг!
А затем мы увидели их в реальности…
Глава 4
Нападавшие обладали чем-то вроде невидимости, но только в темноте. Живое пятно тьмы, различимое лишь в момент движения, да и то – едва заметных, меняющихся очертаний. Однако при попадании в лучи света становились видны узкие змеевидные тела. Размытые, как будто наполовину призрачные – и устремленные к жертве!
Экзо-Шейд на этот раз не сплоховал, ушел в призрачном прыжке, дезориентировав атакующих тварей. Однако были и иные, неуловимо скользящие к нам из калейдоскопа руин; система Восхождения, чуть замешкавшись, наконец обозначила их:
Порождение пустоты
Содержит Звездную Кровь
Что за дьявольщина?! Хитрая засада прежних хозяев Домена, затаившихся в тенях, или просто странные существа, обжившие старые развалины? Выяснять это было некогда – мы отступали внутрь саркофага, моментально открыв огонь по врагу. Наиболее защищенный Толя Грохот сперва прикрывал отход, полосуя из гаусс-турели темноту, но стрелковая земная кинетика не произвела на тварей никакого впечатления. Ни остановила, ни замедлила – плевать они на нее хотели! Судя по тому, что я успел заметить, в темноте «порождения пустоты» вообще были почти неуязвимы, попадая под удар лишь в момент, когда на них падали бешено мечущиеся лучи фонарей.
А вот двигались они стремительно – и совершенно неожиданно оказались прямо возле нас! Толя слегка покачнулся – я вдруг увидел впившуюся в Доспех тварь – змеевидную, покрытую темными пластинами, с бахромой жутковатых фиолетово-черных щупалец вместо головы. Присосалась, как пиявка! К счастью, Плоскостной Меч был в руке с момента начала схватки, и я почти инстинктивно смел порождение с товарища, разрубив тварь пополам. Кто-то из моих бойцов догадался бросить светошумовую флаху – вспышка на мгновение высветила несколько подобных существ совсем близко, Экзо-Шейда, рубящегося с ними на разбитых ступенях, и множество, не меньше пары десятков, – в развалинах. Они там просто кишели! Врагам яркий свет оказался неприятен – твари заметались, явно замедлились, но не остановились! Я прыгнул наперерез ближайшим – невидимый кел-клинок тут был гораздо эффективнее земного огнестрела – и развалил ближайшего противника размашистым ударом.
– Назад, все назад!
Мы немного не разобрались в «порядке эвакуации», и слишком большой в Доспехе Толя при отступлении перегородил проход. Пока он протискивался внутрь, пришлось слегка размяться. Вот и пригодился Стиль Железа! Я убил четверых или пятерых существ – к счастью, Истинный Взор позволял хорошо различать врагов, хоть во мраке они напоминали движущиеся сгустки тени. При ударах Плоскостной Меч почти не замечал сопротивления. Что интересно, пораженные твари распадались, будто вновь возвращаясь во тьму. На месте гибели оставались рунные глифы – капли Звездной Крови и другие, – однако забрать их, понятное дело, сейчас было невозможно.
– Командир, сзади!
Сильный удар едва не сбил с ног – враги атаковали с нескольких сторон, и одно из порождений пустоты ухитрилось подобраться незаметно. Непосредственной опасности не было, потому что меня страховал Торк, но индикаторы замигали алым, сигнализируя о потере давления и неполадках в системе подачи воздуха. Неужели скаф пробит? Аварийные системы «Спейса» должны залатать поврежденный участок, однако лишь вопрос времени, когда тварь…
Совсем рядом вспыхнула еще одна световая граната, тварь на мне задергалась и отвалилась, сбитая меткой двойкой в упор. Затем я увидел фигуру в белом скафе, схватился за протянутую руку, и меня практически втащили в нутро иллиумовой полусферы. Створки столь же бесшумно сдвинулись, отгораживая нас от внешнего мира – и если эти существа и достигли саркофага, увидеть и услышать этого мы уже не могли. Задержав дыхание – кислородная подача приказала долго жить, – я взглядом пересчитал своих ребят – все на месте, все живые и невредимые – и только затем обратил внимание, что Толя Грохот держит за «хвост» одну из мертвых тварей.
Или полумертвую? Под направленными лучами фонарей существо слабо забарахталось, и Юки, азартно взвизгнув, тут же высадила в него остаток магазина. Кажется, все – над замершим, как будто опадающим телом появились зеленоватые рунные глифы.
– Толя, ты чего творишь? – хмуро поинтересовался я в вокс-канале.
– А чо, командир? Языка взял, на, – немного виновато проворчал Грохот. – По инструкции действую – при возможности добывать неизвестных тварей! Для исследований, жеваный крот! За них же баллы начисляют! А таких сперматозоидов наши яйцеголовые не видели – точняк…
В этом он точно был прав – подобные создания не фигурировали в Справочнике Колониста. Склонившись над трупом, я быстро осмотрел «порождение пустоты», свернувшееся в перекрестии фонарей.
Жутковатая тварь! Метра полтора длиной, она походила на змею с раздутой головой… только не головой, а сплошной бахромой сине-фиолетовых отростков, между которыми находилась пасть, выглядевшая пятном пустоты. Даже свет дрожал и расплывался, словно поглощаемый ею. Ни глаз, ни ног, ни других органов – голова и хвост, который покрывало нечто вроде пупырчатой серо-черной чешуи.
Вот только притащить ее ученым – нереально, потому что труп быстро разрушался, съеживался подобно тому, как сгорают в игг-свете Черви. Процесс был схож – мертвая тварь скукоживалась, истаивала, оставляя осадок из темных частиц и еще что-то, некое туманное пятно, видимое только Истинным Взором.
Эссенция Пустоты, Эфир – неожиданно сообщила система Восхождения. Я попробовал забрать эту штуку, но безуспешно – видимо, для этого требовались иные, пока отсутствующие Навыки. Те самые, о которых говорил Белый Дьявол…
Зато Руны и Кровь были настоящими. Целых две капли, нулевка и Руна Холодного Касания. Все – дерево. Грязь, мусор, как говорил Белый Дьявол.
Я отозвал Шейда – к моему удивлению, ассасин был еще жив – и приказал группе выходить назад в Домен. Разведку мы провели успешно – хотя отход получился смазанным. И нельзя было сказать, что полученные сведения обнадеживали. Тем не менее все живы, диспозиция ясна. Теперь требовалось придумать, как и что со всем этим делать.
При первичном осмотре обнаружилось, что мой скаф цел, однако системы подогрева и подачи кислорода вышли из строя. Как оказалось, они просто-напросто замерзли – тварь загадочным образом умудрилась проморозить теплоизоляционный слой «Спейса» насквозь. Я не пострадал от переохлаждения только благодаря тому, что контакт был совсем недолог – и с удовольствием пожал руку Кроу, который сбил с меня мерзкого головастика.
У Толи таких проблем не было – рунный Доспех не чета спасательному скафу, однако в момент, когда к нему приклеилось порождение пустоты, произошел энергетический сбой. Случайностью это быть не могло – похоже, эти твари не только морозили, но и высасывали энергию, причем даже электрическую!
Косвенно это подтверждала выпавшая Руна – замораживающее прикосновение, вызывающее у противника временный паралич. Как и любое Умение, оно сильно зависело от Атрибутов, так что вау-эффекта ждать не стоило. Мы провели пару экспериментов по горячим следам – я смог превратить флягу с водой в пронзительно-холодный замороженный камень, а вот Инь и Толя Грохот – только покрыть бахромой инея. М-да…
– Подари, а? – хохотнул Грохот. – Нужный кандибобер – пиво охлаждать!
– Сам возьмешь, когда второй раз пойдем, – усмехнулся я в ответ. – И не только их…
– Значит, зачищать головастиков будем? – сразу посерьезнел Толя. – Когда, командир?
– Как только, так сразу…
Миносу мой рассказ не понравился, но он и его люди о подобных тварях, оказывается, знали. Слышали от путешественников и торговцев, странствующих между Кругами и иногда приходящих во фригольд.
– Пустотники, – уверенно сказал Эндрю Мэйпл, когда мы показали записанное видео с места вылазки. – Слышал о них много, но вот встречать вживую… Значит, они совсем близко? Глаз отдам за живую особь, Сигурд!
Я хотел было предложить биологу сходить с нами и самому попробовать захватить «головастика», однако глядя в его горящие глаза – раздумал. Этот, пожалуй, с радостью согласится, а мне потом отдувайся за утрату ценных научных кадров…
Но самым главным источником информации о порождениях пустоты неожиданно оказался Дилмас – тот старый крыс, что теперь сопровождал Миноса. Он у меня вызывал некое отвращение – и внешностью, и манерой речи, а главное – явным подобострастием, с которым пытался угодить фламину. Матиас к этому относился с подчеркнутым безразличием, как бы принимая чужие обычаи, а вот мне подобное казалось очень неуместным.
– Тьма быть, да-да, ошшень штрашная. Пуштотники жить и рашти во тьме, – диггер говорил на едином, всеобщем торговом наречии Единства, со странным акцентом, заменяя некоторые буквы шипением. – Не штоит лезть туда, это опашно, нет-нет, очень опашно!
– Ваш тарг с ними сталкивался?
– Да-да, мудрейший, как вы и шказали, шталкивался. Пуштотники нападать на караваны. Да-да, идущие-шквозь-тьму всегда брать швет, много швет.
– Игг-свет? – уточнил Матиас.
– Нет-нет, мудрейший, любой швет быть. Шолнечный камень, огонь-швет, Руны или холодный швет, как у Народ-с-Земли, – ответил Дилмас. – Они не быть Черви. Их породить пуштота во тьме и Звездная Кровь.
– Свет, интересно…Насколько они опасны?
– Разные быть, – неопределенно, совсем по-человечески пожал плечами диггер, – Шеребро опашно быть очень для большой караван, да-да, нужны шильные Руны… Бронза – опашно быть, но Вошходящие убивать. Дерево убивать люди, да-да, люди…
– Ясно. А что насчет звездных способностей? Как они нападают? Чем убивают?
То, что ответил крыс, я уже примерно понял и сам. Следы на Доспехе и моем скафандре говорили, что пустотники были окружены аурой сверхъестественного холода, а при атаке активно высасывали из жертвы тепло и энергию. Пожиратели-невидимки, терпеливо ждущие добычу во тьме.
Дилмас сказал, что прикосновение пустотника может полностью выпить человека, за несколько секунд превратив в замороженный труп. Защитное снаряжение не спасало, потому что твари поглощали тепло сквозь любые преграды. Похоже, при длительном контакте они были способны отключить системы энергоснабжения и жизнеобеспечения наших механизмов, и выход тут имелся только один – не давать этим пиявкам приблизиться.
– Опасные твари, Сигурд, – сказал Минос задумчиво. – Сможем кристалл-сферу оттуда вытащить? Что сам думаешь?
Что я думал? Любую задачу проще решить, если разбить ее на несколько небольших задач – и выполнять их постепенно. В нашем случае требовалось: первое – полностью извлечь иллиумовый саркофаг из полуразрушенной колонны, второе – ухитриться переместить его сквозь Портал в безопасное место, и третье – выйти оттуда самим и закрыть дверь с обратной стороны. Но первейшее и самое главное – очистить зал от пустотников, обезопасив место проведения работ, ибо возни предстояло немало.
– Сколько может весить сам иллиумовый саркофаг, Минос? – спросил я. – Можешь вычислить? Известны характеристики этого материала?
– Зависит от толщины оболочки. Если исходить из ваших замеров внутренней полости и прикинуть, что нет дополнительных элементов… – доктор Матиас сделал несколько жестов, управляя своим воксом, и, нахмурившись, ответил: – то от двух до четырех с половиной тонн.
Не так уж и много. В памяти крутились наставления по такелажным работам в условиях открытого космоса, которые нам преподавали в академии Звездного Флота, однако в Единстве было кое-что получше грузовых манипуляторов – Руны. Медленное Падение, Облегчение Веса, Сила Десяти Воинов и тому подобные, поэтому проблема с перемещением самого саркофага была вполне решаемой.
Меня больше беспокоило, что мы чисто физически не сможем пропихнуть его в Портал – габариты предмета или существа, которые могли пройти сквозь него, были ограничены размером самого Портала. Однако Минос успокоил меня:
– Размер Портала можно увеличить, амиго. С помощью Руны Усиления. На пике – почти до размера Врат.
– Каких еще Врат? – не понял я.
– Портал на серебре превращается в огромные Врата, если применить на него Руну Повышения. Врата работают дольше и сами по себе огромны! Их используют, когда надо перебросить что-то большое…
– Ого! – удивился я, хотя это казалось вполне логичным. – Откуда знаешь?
– Это знание оплачено жизнями, амиго, – улыбнулся ученый. – Мы проводили эксперименты с найденными Порталами. Не всегда удачные…
Об этом я был наслышан, да. А насчет золота спрашивать не стал – потому что вспомнил Золотой Город и огромные межмировые Врата, связывающие реальности Вечности. Наверняка что-то подобное существовало и в Единстве.
Итак, открыть и увеличить размеры Портала – реально. Но его еще требовалось закрыть после перемещения «груза», потому что открывать на сутки врата во фригольд существам из темных земель – плохая идея. Кто знает, кого может привлечь наша активность? Два варианта – либо охранять вход все это время, либо сразу закрыть за собой дверь. Этот вопрос мы плотно обсудили с Миносом и Ключом – я знал, что способы деактивировать работающий Портал были.
Как оказалось, сделать это достаточно просто. Существовала Руна Прерывания, которая не только закрывала Порталы, но и (теоретически) снимала любой рунный эффект равного ранга. Она хранилась в Скрижали Вероники, но на время экспериментов с Порталами команда ученых получила ее в свое распоряжение. Минос был готов передать ее мне либо самому страховать нашу команду, но сначала просил согласовать план с Винсентом. Что ж, рикс как раз обещал посетить Домен…
Отдохнув, мы с ребятами несколько раз просмотрели записи, обдумывая дальнейший план действий и проводя «работу над ошибками». И после анализа ситуации я снова отметил Кроу. Боец с позывным Птица в критический момент действовал хладнокровно и безошибочно – именно он догадался применить светошумовую гранату, точным выстрелом прикончил тварь, что атаковала меня сзади, а потом помог забраться внутрь. Это не было случайностью, Андре Кроу действовал профессионально. Он стрелял всего несколько раз, экономными двойками, но, кажется, ни разу не промахнулся. Удивительно, но Кроу даже не проявил особого волнения – да, за плечами нашего копья операция в Расколотых Землях и два крупных сражения с таврами, но одиночный выход – совсем другое дело.
Я поблагодарил и особо отметил его, заметив при этом, как завистливо сузились глаза Тревора. Наш «Мажор», наоборот, не мог похвастаться железными нервами, и снятая в ледяных руинах картина явно не добавила ему энтузиазма. Драться во тьме с головастиками-переростками, да еще почти невидимыми, – удовольствие ниже среднего, однако мы Восходящие, боевое копье, а значит, как говорит Толя Грохот, «подписались на такие приколы».
В целом пустотники не показались непобедимыми противниками, а разговор с диггерами только подтвердил мои мысли. Все их преимущество заключалось в невидимости, внезапном нападении из засады во тьме – и большом количестве. Они были звездными, но дерево и даже бронза – хотя бронзовых порождений мы там не наблюдали – были вполне по силам нашей группе. Когда придем второй раз, подготовимся как надо – и зачистим этих тварей под ноль.
Единственное, что меня беспокоило, – несогласованность и толкотня, которая произошла при отступлении. Копье было наполовину обновленным, сырым, ребята еще толком не сработались, но… В других обстоятельствах это могло привести к трагедии – и виноват тут, конечно, я – командир подразделения. Да, мы провели устную работу над ошибками во время просмотра записи, однако разговоры разговорами, а такие вещи можно вбить в подкорку только множеством совместных выходов или ежедневными тренировками. Ни тем, ни другим мы похвастаться не могли, поэтому я решил попробовать использовать свою новую Руну.
Ту самую, что упала с Вершителя, – Объединение Разумов. Судя по описанию – как раз то, что нужно для повышения коллективной эффективности. Подготовка к следующему этапу операции требовала минимум сутки – нужно проработать план, получить необходимое снаряжение и Руны – поэтому время у нас имелось.
Первое же применение Объединения превзошло мои ожидания. Несмотря на то, что эта Руна сформировалась на основе роевого разума Червей, больше всего она напоминала сетецентрическую систему управления Звездного Флота. Нечто вроде телепатической сети, к которой я мог подключить всех окружающих. Я знал, даже с закрытыми глазами в полной темноте, где находится каждый из моих подопечных, что он делает, что видит, мог мысленно – даже не командой, а мнемоническим усилием, – направить или затормозить его, и это было невероятно эффективно. Неважно, кто – Восходящий или нет, нервничающий Грай, верткая Юки, не умеющая пользоваться воксом, упрямый как скала Грохот или холодный Кроу – все они стали частью единого целого.
Страшная штука – ребята тоже почувствовали меня и друг друга, Объединение превращало нас в единый, полностью скоординированный механизм. Не требовалось говорить – каждый понимал без слов и жестов, куда двигаться, что делать, где находится товарищ и где – враг. Хаос и несогласованность исключены – как невозможны они между пальцами одной руки. Руна, к сожалению, действовала всего тридцать минут – но после первой же пробы я серьезно задумался, что стоит вложить в нее пару серебряных Изменений, увеличивающих время работы…
– Сила, на, – выдохнул Грохот. – Только башка зудит, как после трех стаканов.
– Страшно. Мы все…как голые, – признался Инь.
– И как будто марионетки на веревочке, – согласился Янь. – Но…
– Видеть все. Знать где. Убивать! – кровожадно оскалилась Юки.
– А ты что скажешь, Кроу?
– Неплохая синхронизация, – неохотно ответил наш самый молчаливый боец. – Похоже, что на нейронном уровне. Но нам нужно отрабатывать взаимодействие, чтобы использовать ее на все сто.
Я был с ним согласен – однако даже те перспективы, что открылись, мне нравились. Ни у одной из боевых групп фригольда не было подобных способностей – мы могли стать первой и лучшей.
Еще я испытал Руну Психокинетики. Это серебряное Умение, доставшееся от Вершителя, позволяло воздействовать на материальные объекты усилием воли. Что-то вроде телекинеза, только с более широким спектром действий. К сожалению, как и все Умения, очень велико было влияние Атрибутов – поэтому максимум, чего я добился, это направленным толчком сбивать человека с ног или гасить вспыхнувшее пламя. Тонкие манипуляции – например, заставить кружиться в воздухе столовые приборы подобно тому, как это делала Азимандия, – требовали предельного сосредоточения. Соответствующий навык, конечно, можно было отработать – если бы у меня было свободное время и бесконечный запас Звездной Крови…
Вечером в Домене появился Винсент Кассиди. Мы давно планировали заняться освобождением пленников Азимандии, но для начала рикс внимательно выслушал мой отчет о разведке за Стрелой.
– Перетащить весь саркофаг с кристалл-сферой, – понял он с полуслова. – Так будет даже лучше, буря! Нам не придется возиться с дополнительной защитой входа. Что требуется, прикинул?
Я переслал риксу список необходимого, и он, изучив его, кивнул:
– Арсенал фригольда в твоем распоряжении. С бронзовыми Рунами тоже нет проблем. Получишь все что нужно. Но ты уверен, что справишься своими силами? Дело серьезное и важное! Могу прислать на подкрепление копье Адаманта. Крис специалист по взрывным работам, они в два счета развалят этот памятник архитектуры… Главное, чтобы вообще все там не развалили, буря! С зачисткой тоже помогут.
– С зачисткой, думаю, сами справимся, – ответил я. – А вот от помощи экспертов по взрывному делу не откажусь.
– Добычей делиться не хочешь? – хмыкнул рикс. – Ну, как знаешь… Когда пойдете второй раз?
– Думаю, через день. Нужно хорошенько подготовиться.
– Вот и отлично, – проворчал Винсент. – А пока, значит, подстрахуете с пленниками.
Мы обошли Восходящих, заключенных в колонны Безвременья, внимательно приглядываясь к каждому. Совершенно разные создания, собранные с противоположных концов Единства, – сложно предсказать, с кем из них можно договориться, а кого придется утихомиривать силой. Да, прежняя хозяйка Домена опустошила их Скрижали, но некоторые казались опасными сами по себе.
Например, устрашающее безногое существо как минимум трех метров длиной, со змеиным хвостом и туловищем, переходящим в почти человеческий торс. Переливающаяся радугой чешуя, две когтистых шестипалых руки и плоская змеиная голова. Настоящий монстр! Похоже, эксперименты Кел по смешению геномов не знали границ – наг, мифологический змеечеловек, словно вышедший из земных преданий. Возможно, разумный и – более того – Восходящий. Но при взгляде на агрессивную позу, оскаленные клыки и неподвижные змеиные глаза – говорить с ним не возникало никакого желания.
Или странное существо, застывшее в кристаллическом виде. В мутной стекловидной массе прослеживались очертания человеческого тела, однако искаженного настолько, что нельзя даже понять, мужчина это или женщина. Это сделала Азимандия? Или защитная реакция самого пленника? Что будет, если извлечь его?
Мрачный, покрытый шрамами, наглухо татуированный и пирсингованный когтями одноглазый старик в звериных шкурах тоже не производил впечатление добряка. Изборожденный морщинами низкий лоб, тяжелая челюсть, засаленные косы – настоящий неандерталец. Даже скрюченный временем, он был крупнее любого из нас. Шаман или друид первобытного племени, без малейшего проблеска цивилизации – как с таким иметь дело?
Но были и более-менее понятные. Собрат Лохмача, Восходящий из Народа Леса – йети с пепельно-серым мехом. Вряд ли именно из нашего Круга, но с подобным Народом мы сталкивались и, несмотря на диковатый внешний вид, находили общий язык. Этот волосач не казался особенно опасным – и, наверное, именно поэтому с ним требовалось держаться настороже.
Или высокий худощавый человек в остатках окровавленной разодранной одежды. Желтокожий, с заостренными ушами, немолодой и, судя по позе и выражению лица, – совершенно отчаявшийся. Внешне он почти не отличался от знакомых нам аборигенов, если не учитывать красноватых, как светящиеся угли, глаз. Обычный с виду – но слабак не заинтересовал бы Азимандию – все ее пленники были бронзой и серебром.
