И как после такого разговора можно уснуть, не представляю.
– Не спится, – отвечаю тихо, поставив чайник, и возвращаюсь на стул.
– Неудобно с Лизонькой? Так шла бы к себе в постель.
– Там Егор, – и для меня это веская причина не заходить в спальню.
Потому что видеть его сейчас я не в состоянии.
Ни разу не слышала от него столько гадостей, как за эти сутки. Я сейчас в таком состоянии, когда не знаю, как быть дальше.
За руку я его не ловила на измене, но его злость настолько внезапна и красноречива, что сложно игнорировать его выпад. Я не смогу терпеть подобное отношение.
Сейчас я совершенно опустошена. Мне трудно даже двигаться.
После гневной тирады мужа внутри все пылало. И, видимо, за то время, что я сижу здесь и смотрю в одну точку, выгорело.
– И? – непонимающе смотрит на меня мама. – Он твой муж и должен там находиться.
– От него несет, – не только вонючим парфюмом и алкоголем, но и злостью, ложью и незнакомым мне человеком.
– Значит, банкет удался, – посмеивается она.
– Ага, – говорю бесцветно.
– Так, – мгновенно чувствует она мое настроение, – он что, сильно перепил и поэтому ты злишься?
– Если бы…
– Что тогда?
– Помнишь я рассказывала про его бывшую, которую он любил и собирался на ней жениться, а когда сделал ей предложение, она рассмеялась и сказала, что он не дорос до нее и вряд ли потянет? А после рассказала, что встретила настоящего мужчину и ушла к нему?
– Мне уже не нравится эта подводка… – мама опускается на стул напротив меня.
– Так вот… они работают вместе. Она зам одного из его новых партнеров, – я никогда не умела скрывать эмоции и сейчас не вижу смысла притворяться, будто все в порядке. Тем более с мамой.
– Почему это тебя беспокоит? Думаешь, былые эмоции могли вспыхнуть? У вас крепкий брак с Егором, он умный мужчина и не станет так рисковать. Тем более если она его унизила в прошлом.
– Вот именно мама! Она ранила его самолюбие! А теперь Егор – успешный, зрелый и уверенный в себе мужчина, и он, судя по всему, не забыл ее.
– Он любит тебя и дочь.
– Я в этом больше не уверена, – понижаю голос. Хоть я и знаю, что муж спит, но не хочу получить новую порцию агрессии, в случае если он застанет меня за обсуждением с мамой наших с ним проблем.
– Почему?
– Он сегодня наговорил мне кучу гадостей. Сказал, что я не интересуюсь им, что с головой ушла в материнство и не уделяю ему внимания. Мам, но это не так? Я же постоянно спрашиваю его, как прошел день, что нового, жду его вечерами и планирую совместный досуг. Не вот этот вот показной, перед его коллегами, а для нашей семьи, – голос дрожит. Потому что очень часто на совместных планах приходится ставить крест из-за его очередной командировки, встречи или ЧП в офисе.
Только сегодня у меня появилась связь между частыми отменами наших поездок и появлением возле него Марины.
Боже! Какой же слепой я была!
И все эти подарки без повода, которыми он внезапно стал радовать меня… Они же сыпались на меня как из рога изобилия!
Но в последнее время прекратились.
Неужели все мужчины настолько одинаковы и предсказуемы, раз действуют согласно статьям с женских форумов, указывающих на изменника? Тогда почему я не разглядела этого сразу?
У меня есть ответ на этот вопрос.
Просто я думала, что Егор выше всего этого и для него семья – самое важное. Да и не верила, будто подобное может произойти с нами…
– До этого он тоже позволял себе говорить гадости в твою сторону?
– Нет… Сегодня впервые сорвался.
– Неужели без повода? Может, ты высказала ему за?..
– За Марину. Да! И считаю, что имела полное на это право! Думаешь, приятно сначала получить выволчку по телефону, как будто я не жена, а нашкодивший котенок, бросить ребенка, приехать и обнаружить, как муж выходит из подсобки по очереди с бывшей, пропитанный насквозь ее духами, да еще со следом от помады на рубашке? – чувствую, как из глаз брызжут слезы, а под ребрами начинает жечь с новой силой.
– Милая моя, – мама поднимается на ноги и подходит ко мне, обнимая. – Мне так жаль. Но, может…
– Не может, мама! – резко обрываю я ее и отстраняюсь. – Давай только ты не будешь рассказывать мне сказки о том, что это могло быть совпадением. Я сегодня этого наелась по горло. Эта стерва вела себя так, будто она королева вечера, и дала мне понять, что она не просто с ним работу работать планирует.
– Что думаешь делать?
– Найти доказательства.
– Что именно ты надеешься найти? Доказательства вины или невиновности?
Мамин вопрос застает меня врасплох.
– Знаешь, если я буду точно знать, что он мне изменяет, то это хотя бы объяснит его агрессию.
– А если не найдешь? Просто смиришься с его поведением?
– Наверное, я могла бы простить единичный случай, но только если Егор осознает, что вел себя, мягко говоря, по-скотски. Но если это продолжится, то я не смогу жить с ним дальше. Не для того я выходила замуж, чтобы меня мешали с дерьмом, – да, я не из тех женщин, что закрывают глаза на грубость. – Но я уверена на девяносто процентов, что у них интрижка.
– И что сделаешь в этом случае?
– Если он мне изменяет, то я не вижу смысла сохранять брак. Я не смогу делить мужа с другой женщиной. Подобная жизнь не для меня.
– Не думаю, что Егор отпустит…
– А разве у него будет другой выбор?
Глава 6
– Звонила бабушка Лара, – говорит дочь, ковыряя ложкой в каше.
– Так рано? – честно, я думала, что свекровь будет, как и ее сын, спать до обеда после шумного праздика. – Что сказала?
– Спросила, как я себя чувствую, и напомнила, что в субботу мы идем с ней на день рождения.
– А, вот оно что! – стараюсь не показать ребенку, но меня это злит.
Свекровь больше, чем о ребенке, переживает о своей репутации и о том, что подумают ее знакомые, в случае если она не явится на чертов детский праздник. А я, может, не планирую после вируса сразу пускать ребенка в людное место. Почему Лара об этом не думает и не считается с моим мнением, словно я никто?
– Но я даже не знаю ту девочку, – вот она истина. – Мне там будет скучно.
Бабушке нашей плевать на то, что хочет ребенок. Так же как и для ее сына, на первом месте для нее стоит общественное мнение, и лишь потом наше. А мне, откровенно, все равно, что там думают какие-то незнакомые мне люди, для меня гораздо важнее мысли близких и их желания.
– Ты сказала об этом бабушке?
– Да… – тяжело вздыхает дочь, все еще бледная после ночного жара.
– И что она ответила?
– Она сказала, что мне там очень понравится, потому что будет какой-то сюрприз для детей. Мам, ну что я этих сюрпризов не видела? Опять будут дурацкие аниматоры и какое-нибудь шоу. А потом принесут торт, который я терпеть не могу.
Вот и вся правда о современных детских праздниках. Родители так сильно пытаются вылезти из шкуры, чтобы впечатлить свое дитя, но по большей части стараются переплюнуть Машу, Глашу и дальше по списку, а на самом деле детей уже невозможно хоть чем-то впечатлить.
– Ты же знаешь, я ем только твои тортики и тортики бабушки Вали.
– Знаю, малышка, – ставлю перед дочерью чашку с чаем. – Если ты не хочешь идти, то ты не обязана. Скажем, что ты еще не долечилась.
– Разве так можно? – Лиза округляет глаза.
– Можно. К тому же мы никого не обманем.
– Мам, а давай мы тогда вместе с папой сходим на мультик?
Упоминание мужа заставляет сердце болезненно сжаться в груди, потому что я не знаю, как отнесется к этой просьбе Егор.
– Давай спросим об этом у папы, когда он проснется, – улыбаюсь я, пряча волнение и тревогу.
Что бы между мной и супругом ни происходило, но дочь любит отца и я очень надеюсь, что наши проблемы с Егором ее не затронут.
– О чем спросим? – вздрагиваю от голоса мужа, но не поднимаю взгляда.
– Папа! – радостно кричит дочь и вскакивает с места.
– Привет, принцесса! – Егор подхватывает её на руки, а я только и думаю о том, что он сейчас и ее провоняет теми духами.
– Я так скучала! – смотрит она на него.
– И я, – слышу теплоту в голосе мужа.
Поднимаю на них взгляд, с облегчением заметив, что Егор после душа. Волосы еще влажные, и на футболке видны мокрые пятна.
– Как ты себя чувствуешь?
– Лучше, – улыбается Лиза. – Сейчас позавтракаю и пойду играть. Пойдешь со мной?
Отворачиваюсь, чтобы не стоять над душой, и начинаю готовить по привычке утренний кофе для Егора. Не хочется, чтобы дочь видела наши разногласия и чувствовала, будто что-то не так.
– Мне нужно в офис, малышка, – проходит он вместе с дочкой к столу и опускается на стул.
– Ты всегда работаешь и совсем не играешь со мной, – говорит Лиза грустно.
А ведь Егор был таким не всегда.
Когда дочь родилась, он всегда находил время на то, чтобы побыть с нами. И проводил достаточно много времени с ребенком. Но потом бизнес стал расширяться и семья резко отошла на второй план. И в лучшем случае он успевал домой, чтобы пожелать Лизе спокойной ночи, а в худшем – мог увидеть бодрствующего ребенка только в выходной день.
– Малыш, мне нужно много работать, чтобы у вас с мамой было все…
– У нас и так все есть! – перебивает его дочь.
– Деньги имеют свойство заканчиваться… – пытается он убедить ребенка в том, что деньгами возможно возместить родного отца. Но это не так. Внимание ничем не заменить.
– А если закончатся, тогда ты больше будешь проводить времени с нами? – с надеждой заглядывает ему в глаза дочь.
Мне же интересно, что он ответит. Но еще больше интересует, будет ли он продолжать вести себя по-скотски, если это случится.
– Боюсь, тогда мне придется жить на работе, – тихо смеется он.
– Эх… – тяжело вздыхает Лиза. – Тогда какая разница, сколько их, этих денег, если тебе все равно приходится там жить.
– Разница есть. Благодаря моей работе ты можешь носить самые красивые платья и летать на самые лучшие курорты, – и в последние пару раз мы летали с дочкой и мамой, потому что муж не мог бросить работу. – У тебя есть все, о чем мечтают девочки.
– Все есть, а папы нет, – отвечает Лиза с такой серьезностью, будто это не она говорит, а кто-то взрослый.
– Что ты говоришь? Конечно, у тебя есть папа.
– Нет, – дочь упрямо поджимает губы и слезает с коленей Егора. – У всех моих друзей папы ходят с ними в парки и возят на танцы. А мне даже не верят, что ты есть.
В груди становится тесно от обиды за мою малышку. Таким она не делилась со мной, и я впервые ощущаю ее боль от того, что отец уделяет ей последнее место. Сначала работа, потом партнеры и друзья, затем родители, и в конце списка стоим мы с Лизой. Теперь я это очень отчетливо вижу. Сейчас в этом перечне еще затесалась и бывшая, которая обходит по важности и родителей, и друзей. Вот и получается, что мы всегда для него нечто, не имеющее особого значения.
– Просто, наверное, их папы не руководят международными компаниями и на них не лежит столько ответственности в виде тысяч рабочих, за которых я отвечаю. Они обычные люди.
– Вот бы и мне обычного папу, – грустно говорит дочь и встает из-за стола. – Спасибо, мама, очень вкусно, – уходит она с кухни, даже больше не посмотрев на отца.
Я молча провожаю Лизу взглядом, а затем натыкаюсь на разгневанное лицо мужа.
– Это ты вбила ей в голову эту ересь? – рычит он.
– О чем ты?
