— А ты прям знаешь, как он выражался? Со слов своего Владика?
— Да, он мне всё рассказывает! — вздёрнула она свой нос в небольшом превосходстве, добивая следующей фразой: — И то, что ты действительно грубая женщина, которая думает только о себе.
— О! Шикарно! Так пожалей его! Или уже? А теперь послушай меня, сейчас я покажу себя ещё более грубой, — сделала шаг к ней, с силой сжимая двумя руками ручку своей сумки. — Ещё раз полезешь ко мне и моему сыну — пожалеешь.
— Влад был прав во всём, грубиянка! — фыркнула мадам и удалилась быстрым шагом.
Я же продолжала стоять, глубоко дыша, пытаясь успокоиться. Ладно мужа увела, так какого лешего теперь лезет ко мне и моему сыну? Не портить жизнь! Кто ещё кому её портит? Столько матерных слов крутилось на языке…
Как только адреналин улёгся в крови, на меня накатила жуткая усталость. До остановки еле добрела и рухнула на скамейку, доставая из сумки мобильный. Оксана. А я совсем забыла про наш уговор.
— Ну, ты едешь ко мне? Привет.
— Приветик. Да, еду.
— А что с голосом?
— Встреча сейчас была интересная… До сих пор под впечатлением.
— Любишь загадками говорить… С кем?
— С «ней».
— Да ладно!? Где? — я прям физически почувствовала удивление сестры.
— Она ждала меня возле работы.
В этот момент подошла нужная маршрутка, и я быстро свернула разговор фразой: «Скоро буду и всё подробно расскажу, жди».
Глава 12
Вера
Меня жутко ломало и выкручивало нехорошее предчувствие. Ноги налились свинцом и совсем не слушались, приходилось буквально заставлять себя идти. А вот когда-то любимый район, новый панельный дом, ухоженный двор с большой детской площадкой… Только теперь мне это всё казалось чёрно-белым и таким чужим. Дом. Дом там, где тебя любят. Дом там, где тепло, уютно и счастливо. А я возвращаюсь от сестры туда, где испытала самую большую боль и разочарование. Туда, где теперь всё мне напоминает о предательстве…
Оксанка ждала меня у дверей и, схватив в охапку, затащила к себе в квартиру. Прямо в обуви завела на кухню, сунула чашку ромашкового чая в руки и ультимативно потребовала рассказать о встрече с «ней» до мельчайших подробностей.
— Вот это я понимаю — наглость! Может, ей ещё и денежек дать? Овца! — праведно негодовала Оксана, а я после недлинного монолога обессиленно откинулась на спинку стула и закрыла глаза. — Как жаль, что меня с тобой не было, я бы ей быстренько язычок в одно место засунула.
— Согласна. Наглости ей не занимать. Мне вот другое интересно, — я уставилась на сестру, которая резко остановилась на пятом круге по кухне, – Владик знал об этой встрече?
От того, как я передразнила интонацией Ирину, даже Оксана скривилась. Влад терпеть не мог уменьшительные ласкательные, всегда злился и просил так его не звать, даже в самые наши сладкие моменты.
— Мне кажется, нет…
— Тоже так думаю. И кому она лучше сделала? — снова задала вопрос, но уже больше риторический.
— Прибабахнутая какая-то, — Оксана снова пошла по кругу. — Ну, ускорила ты развод своего любовничка, сиди дальше тихо, наслаждайся и жди. Ан нет! Полезла к жене! Ну не понимаю я таких!
— Я тоже. Испоганила настроение, — вспомнив, что Костя один дома, решила перейти к главному. — Ксю, не могу долго у тебя сидеть, Костя в квартире один. Ну и сама понимаешь, мало ли… какие ещё сюрпризы ждать от этой парочки.
— Да, точно, путёвки!
Благословив меня на хороший отдых, сестра отпустила домой. И вот я стою перед дверью и не решаюсь войти. Паника накрывает сознание, а долбанное предчувствие бьёт в набат и ускоряет до скорости света пульс. Аж ладони вспотели.
— А вот и моя благоверная жена пришла! Не заблудилась по дороге?
Стоило сделать шаг в пропасть, и меня в дверях встречает злой Влад. Уперев руки в бока, смотрит с цинизмом и презрением, словно я где-то шастала, а не он перебрался к своей любовнице и уже налаживает с ней жизнь. Предчувствие не подвело. Хочется ответить в той же манере и той же колкостью, но сил нет, лишь пожимаю плечами.
— Что ты тут делаешь?
— Представляешь — живу! Квартира ещё пока тоже моя, если не забыла.
— А жаль… — сбрасываю сумку и обувь и прохожу мимо него в ванную, чтобы помыть руки.
Влад следует за мной. Его наигранное спокойствие и злющий блеск в глазах говорят, что он на грани. Скоро будет взрыв, а вот помогать ему взорваться я не собираюсь. Молча мою руки, изредка поглядывая на мужа.
— Ничего не хочешь сказать? — он опирается плечом о косяк двери и сверлит взглядом.
— Где Костя?
— Хороша мать, даже не знает, где её сын! Отправил его погулять.
— А ты прям отец года…
— Представь себе! Вера, я задал вопрос.
— А я не знаю, как на него ответить. Пропусти.
Несколько секунд Влад в упор смотрел на меня, но всё же отодвинулся в сторону. Я прошла в спальню и нагло перед его мордой закрыла дверь. Мне надо переодеться, он теперь лишний. Лишний в моей жизни.
— Вера, открой и давай поговорим!
— Мне надо переодеться! И чтобы ты ушёл, — уже тихо добавила, опускаясь на кровать.
И всё же выйти пришлось. Влад мерил шагами гостиную, то и дело сбрасывая звонки.
— Вера! Хватит вести себя как конченая сука! — кинулся он за мной на кухню.
От такого заявления я встала как вкопанная. Я конченая сука? Вот и приехали! Волна гнева затопила сердце. А вот за такие заявления, милый, тебе точно придётся ответить.
— Следи за языком, Антонов! Свою Ирину будешь так называть!
Я даже не успела выставить руку. Влад резко подлетел ко мне и схватил за волосы, наклоняя к полу, выплёвывая угрозы прямо в уши.
— Не трогай её, дрянь… Ты зачем сегодня нагрубила ей? Угрожала? Думала, я не узнаю? Ирина пришла по-хорошему с тобой поговорить, а ты, королева, показала себя во всей красе. А ведь хотел разойтись с тобой по-хорошему, но ты сама виновата…
Влад откинул меня в сторону. Пришлось ухватиться за обеденный стол, чтобы не упасть. Такого у нас за все четырнадцать лет не было. Влад ни разу не поднял на меня руку. Было, что при крупных ссорах мог прикрикнуть, но только на мой крик в ответ, а чтобы так… Стало страшно.
— Влад, ты чудовище…
— Нет, Верочка! Я тот, кого ты заслуживаешь своим поведением. Сядь и слушай, — он указал на стул у стола, сам расположился напротив. — Раз ты ведёшь себя как истеричка с нормальными людьми…
— Нормальные — это твоя Ирина?
— Заткнись! Я решил пересмотреть вопрос с разделом имущества. Квартиру делим пополам, машину я оставляю себе. Сам себе её купил, ты к этому не имеешь никого отношения. И кроме алиментов ты от меня больше ничего не увидишь.
— Да подавись.
— Фи, Верочка! Даже не поборешься за своё? Меня так спокойно отдала, деньгами раскидываешься? А где же твоя любовь, о которой ты мне тут втирала? Где же твоя практичность? — Влад поцокал языком, встал с осанкой победителя и налил себе полный стакан воды.
— Я просто хочу жить спокойно! Что ты хочешь ещё? Ты нашёл свою истинную любовь, мне что делать? Валяться у тебя в ногах и умолять не бросать меня? Или драть волосы разлучнице, унижая себя ещё больше? А с разделом имущества, и это касается твоей машины, разберётся суд.
— Это мы ещё посмотрим, Вера. А пока советую вести себя вежливо и не отсвечивать, иначе я добьюсь права, чтобы Костя жил со мной.
Всё, это была последняя капля. Меня накрыла истерика. Я не смогла сдержать свой истерический смех, который отразился от всех стен кухни. Влад с поднятыми вверх бровями и отрытым ртом смотрел на меня.
— Реально истеричка больная…
— Нет, Антонов! Я нормальная. В отличие от тебя, я-то знаю законы нашей страны. И даже если ты сильно захочешь, не тебе решать, с кем останется Костя. Он в том возрасте, когда уже может самостоятельно выбирать сторону.
— Ты точно конченая сука!
В этот момент открылась входная дверь, и обеспокоенный Костя вошёл в прихожую. Влад тут же изменился в лице, нацепил вежливую маску.
— Сын, какие планы на выходные?
Я вышла следом за мужем и встала между сыном и отцом. Костя несколько раз перевёл взгляд с него на меня и пожал плечами.
— С мамой буду.
— Ясно. А что это за мешки? — Влад показал рукой на сложенные мною вещи.
— Это я бережно сложила твои пожитки. Не благодари.
— В мусорные пакеты?
— Другого не нашла. Костя тебе поможет донести до машины, — пожала плечами и ушла в спальню.
Упав на кровать, я ещё несколько минут прислушивалась к голосам. Потом бахнула входная дверь, и стало тихо. Вот так бы тихо было бы в моей душе. Интересно, а есть такое лекарство, которое убивает в зачатке все негативные чувства и эмоции?
***
— Что делаешь? — чуть позже зашла в комнату к сыну с путёвкой в руке.
— Да так… ничего.
Костя выключил свой мобильный и отложил его в сторону. Он сел в кровати, потёр затылок и спросил.
— Вы снова ругались? Он за этим меня отправил гулять?
— Знаешь… Сейчас у нас с папой безумно сложный период. Я на него очень обижена и даже зла, он отвечает тем же, хотя я этого не понимаю, — села рядом и погладила его по руке. — Но и я, и папа не хотим, чтобы ты страдал из-за нашего расставания. Мы оба любим тебя.
— Мам, хорош. Не надо говорить со мной как с маленьким.
— Я помню, что ты уже почти взрослый. И говорю правду. Что бы ни случилось, но мы будем любить тебя всю жизнь.
Странно, но вот в такие моменты понимаешь, как быстро растут дети. Как они резко взрослеют и выдают такие не по годам серьёзные мысли. Вздохнув, решила сменить разговор. Желания мусолить одну и туже тему не было, надоело.
— У меня кое-что есть. Как насчёт двухдневного отдыха на турбазе «Казбек»? Только ты и я!
Глаза у Кости в секунду вспыхнули интересом и предвкушением. А я впервые радостно улыбалась его реакции. Жизнь продолжается, и у нас всё будет хорошо!
— Круто, мам! Дай посмотреть, — я дала ему буклет, и ещё какое-то время мы обсуждали будущий отдых.
Глава 13
Ирина
Весь день была как на иголках. После вчерашнего я не находила себе места. Нехорошо, когда дети идут против родителей, а тем более так грубят! Хорошо, что мой Вовочка ещё мал и не понимает всю ситуацию. Но и он несильно идёт на контакт с моим любимым мужчиной. А эта ещё одна небольшая проблема, которую мне придётся решить и преодолеть. Но пока я хотела помочь Владу.
Ещё утром, когда хмурый Влад отвозил меня на работу, я решилась. Мне надо поговорить с Верой. По-женски объяснить, что неправильно вбивать клин между отцом и сыном. И тем более препятствовать их общению. Это нехорошо и несправедливо. Неужели она сама не понимает? Если бы мой муж желал видеться с Вовочкой, то я бы никоим образом не мешала им. Они родные и такими и останутся. Не понимаю я Веру.
Быстро свернув вечерние отчёты, предупредила сменного администратора, что мне сегодня надо уйти пораньше, и вышла из гостиницы. Погода радовала поздним теплом, а я уверенно шагала к месту работы жены моего Владика. Я знала, где она работает. Влад сам говорил, да и приходилось по своим делам приходить в это отделение банка. Главное, чтобы она не ушла раньше, иначе мой настрой, моя подготовленная речь и все усилия будут бесполезны.
Чем ближе приближалось время встречи с ней, тем сильнее меня потряхивало. Моя уверенность в правильности поступка быстро таяла, а мысль, что я действую за спиной моего мужчины, так вообще убивала. В какой-то момент стало страшно: а вдруг его жена всё перевернёт с ног на голову и выставит меня самой ужасной женщиной в мире и Владик ей поверит? Вдруг он её пожалеет и встанет на её сторону, а я… А я, благодаря решению сделать доброе дело, останусь одна! Ледяной страх прошёлся по спине, и я уже готова была развернуться и бежать, но тут вышла она.
— Вера? Добрый вечер, Вера.
— Допустим, — холодно ответила она. Ожидаемо.
— Ирина, — я протянула руку, пытаясь быть хоть внешне дружелюбной, но Вера даже не думала её пожимать.
Разговор не клеился. На моё предложение уединиться и спокойно поговорить она отказалась, тогда я перешла к главному, пока храбрость меня окончательно не покинула.
Рядом с ней я чувствовала себя букашкой, которую Вера хочет растоптать. В ней чувствовалась сила и какое-то природное превосходство. Вот только Владу не это надо, раз он со мной. А ещё бы я ей пожелала мягкости, но после той агрессии, которую она мне оказала, даже мысли не было желать Вере чего-то хорошего. Так меня никто не обижал и не угрожал. В какой-то момент мне даже стало страшно, что эта грубая женщина, и я ей об этом сказала, накинется на меня.
— Влад был прав во всём, грубиянка! — кинула ей напоследок, радуясь оставшимся силам и тому, что последнее слово осталось за мной.
Мне нужна была передышка. Уйдя подальше от неё, я села на свободную лавочку в небольшом сквере, пытаясь отдышаться и сдержать слёзы. Нет, с этой женщиной я больше не хочу встречаться. Она неадекватная! А ведь я ей всего лишь хотела донести очевидные вещи… Владик был прав, его жена грубая, тяжёлая и авторитарная женщина, с такой очень сложно.
Немного успокоившись, позвонила Вовочке и, удостоверившись, что у него всё хорошо и он ждёт нас с Владом в новой квартире, набрала любимого мужчину.
— Да, малыш. Ты уже освободилась?
— Привет, любимый, — мой голос слегка дрогнул. Как же приятно просто слышать его. Безумно захотелось к нему прижаться и всё рассказать, почувствовать его поддержку и заботу, чтобы он оградил меня от всего зла этого мира. — Заберёшь меня?
— Конечно. Что случилось, Ирин? Голос такой, как будто плакала…
