Страница 2 из 6
— Мое мнение простое — нужно пока ехать все возможное время, только так мы можем поддерживать солидное расстояние между нами и погоней. Надеюсь, все понимают, после почти наверняка убитого графа за нами будут гоняться очень усердно. Смертью графа мы отомстили ему за ваших подруг и наших товарищей. Получилось такое очень благое дело, за него стоило рисковать нашими жизнями. Но выжить после крутого поступка тоже окажется очень правильно, назло всем нашим врагам и суровой судьбе. Ну, или хотя бы подороже отдать свои жизни где-то в подходящем для правильной засады месте.
— То есть для какой засады? — сразу не понимает меня Терек.
— Просто не удрать нам в почти безлюдных местах от загонщиков. Они обязательно найдут тех, кто нас видел в каждой деревне или просто жестко спросят путников. Не затеряться нам в толпе проезжающих никак, тут не те густонаселенные баронства, что остались у нас за спиной. Получаются всего два возможных варианта.
— Какие же? — с недовольным видом спрашивает наемник.
— Первый — тогда нам стоит найти совсем безлюдное место на дороге. Забиться на день пути где-то в глухом лесу, чтобы нас просто не нашли по следам, и никто не мог там даже случайно увидеть. Только для подобного дела у нас сейчас еды на неделю, а то и на две лесного сидения примерно не хватит. Придется тогда закупиться жратвой в деревнях, благо денег довольно много у меня набралось.
— Да, правильно ты, Андер, всех лишних лошадей и телеги продал за хоть сколько. Прямо, как знал про такой исход. Сейчас бы пришлось все добро воинам графа оставлять, да еще навели бы они своим ржанием на нас еще в селе дружинников, — подтверждает мою правильную репутацию Ксита своим неподражаемым голосом.
«Ну, и знал тоже о печальном будущем для части нашего коллектива», — вздыхаю я, но спорить с ней не стану.
— Все так, с золотом в мешке все не так печально получается, как без него. Только молчание свидетелей нашего проезда нам никак не купить ни за какие монеты. Вытрясут из них нужные подробности баронские и графские дружинники с одного маху. И поэтому от погони далеко нам никак не оторваться. Даже если начнем ехать и днем, и ночью, просто валясь с ног, — говорю я снова, возвращаясь к обсуждению того, что нам сейчас делать требуется.
— Или, значит, требуется день-два уезжать от места той разборки, что бы погоня побольше растянулась по разным дорогам. Они нас все равно будут нагонять с каждым часом, но за день не сильно больше нас проскачут. Только и с хвоста нам их не скинуть никак. После настолько невероятного и удачного для нас расстрела на крыльце таверны без наших голов страже лучше в замок не возвращаться.
— И что ты предлагаешь? — спрашивает Терек. — Если нам от них никак не уйти?
— Да устроить грамотную засаду где-то впереди. Где-нибудь на крутых склонах, чтобы быстро добраться до нас им было трудно. Два лука и четыре арбалета, болты и стрелы еще имеются в большом количестве, мы с пары залпов выбьем всех лучников и арбалетчиков. Если устроить еще хороший завал хотя бы с одной стороны, то можно ополовинить или полностью перебить весь отряд стражи. Потом они ускачут обратно, если попадется, кто поумнее, среди старших или полягут все в засаде. Если их будет с десяток воинов, то вполне посильная нам задача. Если больше, тогда просто пропустим их вперед, не нападая, и будем потом думать дальше.
— Почему тогда нам нужно удирать пару дней? Чего бы нам их здесь не встретить, если проезд деревьями завалить? — недоумевает Терек.
— Здесь мы в явной ловушке сидим, да и они окажутся еще в слишком большом количестве. Не было у нас на пути еще никаких развилок, чтобы они начали делить воинов, отправляя их по всем дорогам. Смотрите, если их осталось примерно пять с половиной десятков после нашего обстрела, то часть отправят сопровождать тела графа и остальных покойников. Но очень небольшую часть. Сами разобьются на два-три отряда и поскачут по всем дорогам, выходящим из села в сторону Вольных Баронств. Куда мы сами постоянно ехали, поэтому и они поскачут сразу туда. Потом на крупных развилках тоже будут делиться, наверно. Они теперь точно знают, что нас осталось всего четверо, из них две девки. Поэтому будут уверенно думать, что на нашу поимку и одного десятка дружины хватит с гарантией. Даже шести воинов.
— А, что, не хватит на нас десятка? — недоверчиво спрашивает Терек. — Они бабы, я только один воин, еще ты сможешь пару дружинников из арбалета успокоить. Если очень повезет.
Я сам не на арбалеты больше рассчитываю, конечно. Лучники и стрелки и у врагов найдутся, еще гораздо опытнее и метче меня, а на свои ХАРАКТЕРИСТИКИ, полученные в кургане. И на правильную засаду тоже.
— Если они нас в пути догонят, да посередине засеянных полей, то точно хватит, не получится отбиться никак. А если на узкой лесной дорожке, где нас не объехать так легко или на привале, когда у нас позиция получше будет, то не известно еще, как все пойдет. Мы с тобой будем лучниц прикрывать, а они всадников ссаживать начнут. Но лучше всего грамотную засаду самим устроить заранее и перебить тот же десяток полностью.
— Так нам нападение не поможет, они все равно узнают про засаду и дальше за нами отправятся! — продолжает спорить Терек.
— Все правильно, отправятся непременно. Но когда только?
— Ну, когда узнают о ней.
— А когда они узнают? Через день-два еще, пока туда, до другого отряда, кто-то доскачет и сообщит о засаде. Пока гонцов новых отправят, пока другие дружины на наш путь вернутся. Так у нас отрыв окажется уже не жалкая половина дня, как сейчас дело обстоит. А целые два-три дня получится, тогда уже можно и спрятаться надежно, и еды накупить про запас, и дальше удирать без таких опасений! — объясняю я свою задумку. — Другого выхода нет, или рискнуть и правильно засаду устроить, или бежать, как зайцы, пока все равно не догонят уставших и мокрых!
— Без засады правильной нам погоню никак не скинуть, — я сам подобное отчетливо чувствую.
Со мной никто не спорит, признавая авторитет вожака, но и радоваться четкому плану тоже никто не стал. Правильно понимая, что нападать вчетвером на десяток опытных воинов — неизбежный путь в местную Валгаллу. Нужно или место очень правильное найти, или повезти должно необыкновенно, или опытные воины из загонщиков должны облажаться по полной.
Ну, на что-то такое я и рассчитываю, потому что они сами уже здорово выдохлись за неделю непрерывной погони. Догнали бы нас гораздо раньше, но нежданный фокус с болотом нам здорово помог.
«Да еще мне подпитаться энергией убитых врагов здорово необходимо. Она теперь постоянно будет нужна, только уже преобразованная в мою личную ЭНЕРГИЮ», — есть у меня и такие мысли тоже.
Подобная мысль у меня в голове и подталкивает на всякие опасные движения. Но еще слишком большая доля вероятной случайности может все здорово поменять, причем, именно не в нашу пользу. Поэтому управление нашим бегством нужно брать в свои опытные руки с неплохим уже уровнем ПОЗНАНИЯ.
После чего, сварив себе стандартный кулеш и не дождавшись никаких проезжающих мимо крестьянских повозок, мы двинулись дальше, завтракая остывающей кашей на ходу.
— Вон, сразу понятно, что сюда кто-то съехал недавно, — показываю я Тереку на оставшиеся на повороте следы от колес нашей повозки. — Дружинники обязательно такое место проверят.
— Похоже, что совсем по лесной дороге едем, раз никакого движения нет, — сообщил мне Терек, отправив свою лошадь поближе.
— Это хорошо, нам сейчас никакие встречные вообще не требуются, — ответил я, заряжая с помощью своих рук и спины один из двух арбалетов, которые решили держать в пути готовыми к стычке.
Придется их менять каждые половину часа, но лучше рискнуть тетивой, чем своими жизнями. Да еще для меня разминка хорошая, с моей новой силой подобное не так трудно делать, чем тому же Тереку, тоже здоровенному мужику.
— Ты тогда в седле встречаешь врагов, я тебе сразу один арбалет в руки суну. С правой стороны от повозки держись, я слева их жду, а наши подруги с самой повозки стреляют, — такой у нас предварительный расклад между собой на всякие непредвиденные встречи с опасными товарищами.
Мы же не только с погоней можем встретиться, а просто с задиристым местным феодалом и его дружиной, который захочет девок наших получше рассмотреть и еще пошариться в нашем сене на подводе. Именно как хозяин своей земли и всего, что по ней передвигается. Все же авторитет у наемников не такой непререкаемый, как у какого-то настоящего благородного дворянина.
Ну, или еще какие решительные товарищи в пути попадутся. Нас-то всего двое мужиков, а при нас две очень смазливые девки имеются на борту хорошо груженой подводы. Сильно смазливые и хорошо так грудастые, прямо вызывающе смачные такие. Поэтому кожу и кольчуги снимать не стали, пусть все подобное добро издалека привлекает к нам лишнее внимание.
Зато сразу за нас всем встречным-поперечным сообщает, что люди мы не простые, не крестьяне какие-то безответные или прочие смолокуры с углежогами. Уже совсем не такие безответные, конечно, которых в здешней местности много попадется. Которых можно легко остановить и поспрошать, что они тут вообще делают.
А уже такие себе товарищи, которые на удар всегда ответят ударом, и право кататься везде без разрешения тоже имеют.
Я же пока раздумываю, примостившись на краю телеги, что нам нужна еще одна повозка.
«А то на уже имеющейся трофеи, собранные с наивных стражников города Жофера и еще с той сильно неудачной погони какого-то, оставшегося до сих пор неизвестным для нас, барона уже складывать некуда. И спать они еще здорово мешают. Но и лишних рук пока для второй повозки просто нет в наличии. Все время одна половина из нас спит, а вторая половина рулит и еще бдительно охраняет остатки каравана».
Так прошел весь светлый день, передвигаемся по сплошным лесам, иногда встречаем следы свежих вырубок и слышим удары топоров где-то в лесу, иногда попадаются другие подводы навстречу. Мужики местные смотрят с большим интересом на нас, наших женщин и явно, что молчать не станут. Когда уже его подводу через пять-шесть часов окружит десяток-другой сильно злых и раздраженных дружинников с понятными вопросами.
— Будем надеяться, что вскоре все встречные приедут домой, свернут в сторону своей деревни и не смогут ничего рассказать погоне! — сообщаю своим спутникам.
Местные люди не должны кататься особо далеко, только по своим простым делам в лес прокатиться за дровами.
Миновали две деревеньки и одно большое село, в нем закупились свежим хлебом у местного трактирщика и еще крупы набрали разной. Мяса вяленого у него тоже немного нашлось и один бочонок с солониной из местного лося. Так что уже можно заныривать в какое-то совсем глухое место и терпеливо пережидать неутомимо скачущую за нами погоню.
Нас хорошо рассмотрели местные, поэтому погоня о подобных проезжающих товарищах тоже очень быстро узнает. Сам ломаю голову постоянно, понимая, что без наглядной демонстрации моих умений у нас вряд ли получится выжить.
Нужно как-то рассказать или хотя бы намекнуть своим спутникам про мои новые возможности. Но я серьезно боюсь, что останусь тогда совсем один. Девушки наши при монастыре выросли и хорошо знают, чем светлая сторона бытия от темной отличается в местной религии, да и Терек не совсем пробитый отморозок. А мне такого расставания очень не хочется, тем более боюсь потерять Фиалу, которая ко мне не на шутку привязалась.
«И, пожалуй, уже влюбилась в своего прекрасного принца. Который реально все решает и понимает, и сам из себя ничего такой, хотя на том же мече почти ничего не умеет».
Что на самом деле большой недостаток для ее любимого, но остальные весомые преимущества пока все перевешивают. Да еще мое мягкое ВНУШЕНИЕ реально работает над ее сознанием.
Поэтому пока ничего не рассказываю и соответственно не делаю, что-то внутри меня говорит:
— Не спеши, подобное признание само собой получится со временем.
На второй день проехали еще три небольшие деревни, а вечером купили свежего мяса у охотников, килограммов пять нежной вырезки. Имеющееся серебро в деревнях трачу легко, а тут отдал троим суровым мужикам целый золотой по случаю, чему они здорово обрадовались.
Почему-то, глядя на охотников, с большим интересом разглядывающих денежных покупателей, промелькнуло понятное понимание, что лучше всего нам бы данных мужиков самим перебить и прикопать недалеко. И не глубоко.
«Мое ПОЗНАНИЕ мне откровенное злодейство, что ли, нашептывает?» — не понимаю я.
Позволили себе немного отдохнуть вечером, пока купленное мясо полностью пожарили на костре.
Глава 3
Но так беспределить на ровном месте с обычными охотниками я, конечно, не стал. Да еще про активную работу одной из своих ХАРАКТЕРИСТИК никому из спутников ничего не рассказываю.
Что подсказывает она во избежание каких-то серьезных, но пока еще будущих проблем, взять, да жестоко порубить и пострелять ни в чем пока не виновных перед нашим отрядом лесных мужиков.
«Пока не виноватых, а вот скоро уже такими они конкретно окажутся, наверно», — подсказывает мое ПОЗНАНИЕ.
Но с его реальным воздействием я еще не очень хорошо знаком, поэтому пока только внимательно присматриваюсь к бородатым рожам охотников. Ничего настолько критического и уже невосполнимого не творю с ними. Нужно вообще предсказание правильно использовать, раз уж оно пришло в мою голову. Просто не хочу разрушать нашу теплую компанию, да еще объяснять тогда слишком много чего придется.
Например, почему раньше про подобные способности никому не рассказал. Почему не заставил своевольных наемников погонять лошадей с утра до вечера, чтобы выскользнуть из смыкающихся зубьев беспощадного капкана. Сейчас то нам с еще тремя опытными воинами гораздо проще было бы ехать.
«Ну, никак не проще на самом деле, не такие они все же люди, чтобы слушаться меня беспрекословно, как папу родного, — признаюсь себе я. — Да и того давно уже не воспринимали в качестве учителя жизни, раз он не может победить сынка в тренировочном бою. Такие здесь приоритеты у них, людей своей эпохи, кто ловок на мече, тот может больше других. А я на нем не то, что не ловок, а вообще просто никак».
Ведь теперь, когда мои опасливые предсказания и определенное нытье в сторону неисправимых гуляк-наемников весьма поучительно воплотились вживую. Всем выжившим обязательно будет казаться, что я делал совершенно недостаточно для того, чтобы спасти их жизни. Нужно было просто жестко приказать и требовать исполнения, а не то…
«Ну, и так едва с Шноллем не схватился пару раз, однозначно, что совсем не в мою пользу. Порубал бы меня двурукий мечник в полную капусту без всякого зазрения совести. Ведь я сам воздействовать на него вообще не смог никак серьезно, как не старался. Поэтому выбрал такое хрупкое сосуществование на какое-то, явно, небольшое время. Можно было и по башке попробовать дать ему ментально, но мне кажется, что на него подобный пинок вообще не подействовал бы. Раз уж стоит у него какой-то сильный блок в сознании на подобное внешнее воздействие», — вспоминаю я.
Да еще я сам впервые начал получать заметные пинки от ПОЗНАНИЯ. Не знаю еще точно, как они именно скажутся на нас самих. Все в первый раз сам увидел, и траурные каймы вокруг наемников, еще то, как они темнеют и наливаются чернотой. Можно цинично сказать, проверил свои способности на парнях, но в том случае, если только себе самому признаться придется. Моим спутнику и спутницам совсем о данных предположениях не стоит даже подозревать.
Испортились у нас отношения еще из-за однозначного выбора Фиалы, которая предпочла только со мной любовью заниматься. Вот данный поворот Шноллю сильно так не зашел, раньше ему от нее нормально перепадало. Да и вообще отказывать в ласке своим защитникам и спасителям сестрам строго не рекомендовалось, а при моем деятельном участии они осмелели вдруг.
«Ну, банду Горбатого Хоба мы вместе только с лучницами перебили, пока наемники смотрели пораженно, а дальше уже я сам девушек защищаю постоянно», — напоминаю себе я.
«Поэтому все случилось так, как случилось, а меня совесть совсем не мучает. Я им тоже не мама родная, в конце концов, чтобы обо всех заботиться беспрестанно. Кто над моей как бы откровенной трусостью открыто смеется. Предложил несколько раз быстрее уезжать без всех этих трактиров и гулянок, послали меня откровенно на хрен, ну и все тогда», — говорю себе и закрываю тему.
— Какие претензии? Никто никому ничего больше не должен в нашей суровой жизни.
Товарищам моим говорить о данной беспощадной проверке совсем не стоит, лучше подождать подходящего случая. Поэтому просто веду себя, как истинный лидер и указываю, куда нам ехать и как именно быстро такое правильное для нашего спасения дело делать.
Набили на долгом ужине полностью животы жареным мясом местной косули. Я еще вспомнил название «седло косули» от того самого Ремарка из «Черного обелиска» и подумал, что его мы как раз и съели сегодня. Вкусное жареное мясо, да еще в большом количестве — одна из немногих доступных радостей жизни для таких, как мы, постоянных беглецов.
Два дня с лишним прошло после нашей схватки, волнения и тревоги в душе понемногу успокаиваются, но мы по-прежнему довольно быстро удаляемся в сторону Вольных Баронств. Никто пока не оспаривает мое право командовать и приказывать.
На третье утро я разговорился с Тереком, что ждет там нас впереди.
— Что ты вообще хочешь узнать? — довольно лениво спросил он, оборачиваясь посмотреть назад. — Едем себе и едем, позади враги, впереди их нет, какая разница, что там дальше? Главное, что врагов там точно нет.
Такое у него одностороннее мышление мне хорошо видно, как у самого простого, незамысловатого наемника.
— Сколько нам еще ехать до самих Баронств и пойдет ли погоня за нами туда, если будет знать, где мы проехали?
— Пойдет, конечно, данный повод всех местных норров тоже обяжет им помогать, — отвечает наемник. — А ехать еще пять дней.
Немало еще бежать, на таком расстоянии нас точно догонят до границы королевства. Да и там ничего не закончится, оказывается.
— Потому обяжет помогать? Из-за того, что мы пристрелили сильно благородного графа?
— Именно поэтому. Местные норры с этой стороны гор его имя, наверняка, знают очень хорошо. Что он богатый и очень влиятельный благородный из Гальда, поэтому нам там легче не будет. Еще просто так дорогу могут перекрыть, не пропустить дальше, если наши рожи не понравятся. Да сами горные бароны нас без того, чтобы ограбить, не пропустят никак.
— То есть нам туда ехать не нужно? — удивляюсь я равнодушному настроению Терека.
Ведь впереди нас не ждет ничего хорошего, а он все равно едет молча и никак меня не просвещает насчет будущих проблем. Очень он все же неинициативный товарищ, прямо скажем, все нужные мне знания из него нужно клещами вытягивать.
Еще грустит по своим друзьям, потерял сейчас какой-то смысл жизни, как мне кажется. Все же три года они уже держались вместе, как встретились когда-то на службе в богатом монастыре.
— Трудно сейчас сказать, можем проскользнуть на ту сторону гор, может и не получиться у нас, — довольно обреченно произносит он.
— А язык какой в Вольных Баронствах в ходу? — еще важный вопрос для меня самого.
— С этой стороны говорят на нашем, с той стороны — на имперском. Там знают многие два языка.
— А ты его знаешь?
— Я не очень, немного только понимаю, но почти не говорю. То есть могу разговаривать, только не хочу. А чего ты переживаешь, ведь сам оттуда, из Империи! — недоумевает Терек.
«Ага, из Империи именно, если по моей прежней легенде, только на самом деле никогда там не был. А вот с языком у меня вопрос, знаю ли я его сам вообще? Кто оказались те освобожденные рабы около кургана и на каком языке они разговаривали, такого я стопроцентно не знаю», — раздумываю я.
Может переселенцы откуда-то? Хотя точно из Империи были, значит, я должен уметь на нем разговаривать.
Пока не услышу своими ушами, не могу сказать точно. Вдруг не знаю, тогда моя легенда про охранника имперского купца, совсем не вовремя оказавшихся в зоне нападения зверолюдов на крепости Империи, рухнет однозначно.
Не скажу, что сейчас окажется для меня какая-то особо сильная проблема, если я признаюсь спутникам, что сам не из Империи, а просто местный житель королевства Гальд. Или еще какого другого королевства.
«Ну, придумал себе легенду тогда, чтобы Хоба ввести в непонятки. Что я такой же, как они сами, откровенный бандит. Понятно, что местным уркой мне не показать себя никак, не знаю местного жаргона бандитского ведь», — вот что я могу сказать своим.
Но уверен, всем будет все равно, кроме неровно дышащей ко мне Фиалы, но девушка лишнего спрашивать сейчас не станет. В инструкции к загрузке СИСТЕМЫ что-то такое было написано про то, что я стану сразу хорошо понимать языки окружающих меня народов. Вот гальдский сразу начал понимать, наверно, и имперский в список загруженных в мою голову входит. Обязательно должен входить на самом деле, все же однозначно самая крупная страна здесь.
Кстати, сами бандиты и наемники с крестьянами ни разу не поинтересовались, почему простой охранник из Империи понимает гальдский язык и сам на нем отлично разговаривает. Просто молча признали данный факт и все, не обратив никакого особого внимания и ничего не спросив. Многие, значит, кто по работе или торговле с Империей связан, понимают два языка, никакое не супер умение для местных.
Можно и мое знание имперского сейчас проверить, я должен его знать по идее.
— Скажи по-имперски «Дайте мне еды и выпить», — обращаюсь я к Тереку.
Он произносит несколько слов, я их не понимаю мгновенно, но через две секунды довольно улыбаюсь, данный язык мне тоже хорошо знаком.
— Не правильно говоришь, нужно вот так, — и я поправляю произношение наемника.
— Да наплевать, и так все понимают, — бурчит он недовольно.
«Отлично, я настоящий полиглот сделался со своей СИСТЕМОЙ в башке, так что появляются новые перспективы в жизни. Можно тогда и в Империю податься, в самом крайнем случае, если уже совсем прижмет в Гальде или Вольных Баронствах», — размышляю я и тут же проверяю наемника.
— Как насчет Империи? Есть для нас такой вариант? — на всякий случай интересуюсь я. — С твоей точки зрения?
Терек с удивлением смотрит на меня, я на самом деле должен гораздо лучше его понимать в данной теме.
— Это я спрашиваю на тот случай, если мне под своим именем там не появиться. С купцом все не так радужно вышло, пришлось его бросить подыхать, чтобы самому спастись. Могли такое другие люди понять, — еще раз объясняю, почему не могу назваться своим именем на границе Империи. — И донести потом имперским блюстителям.
