Свернув направо, я воочию наблюдала огромный пруд, не покрытый снегом. В темноте ночи он казался черным пятном, обрамленным светом фонарей.
Деревянные резные скамейки и лавочки стояли через каждые два метра. И виднелась парочка беседок на той стороне, где стояли мы двое.
Снег не прекращал вальсировать, и я повернулась к парню.
– Что ж, спасибо, что показал дорогу, сбил меня с ног, а после подал руку, чтобы я окончательно не расшибла свой лоб.
– Вау, ты собрала все в кучу в одном «спасибо». Креативно.
– Ну, сегодня я сама не своя. Но я правда благодарна.
– Тогда хорошего остатка ночи. Только не оставайся тут на ночь, вроде как зима.
– Этого в моих планах точно не было. Пока.
– Пока.
Он развернулся и пошел дальше, а я, расправив плечи, направилась к беседке.
Мы не спросили имен. И не говорили о чем-то важном. Но это была приятная компания.
Я вошла в красивую резную беседку и села на лавочку, положив свою сумку с другого края от входа.
Передо мной открылся интересный вид. Вроде бы тот же, что и до того, как я села. Но если смотреть на него не спеша, то он завораживает, как спираль. К берегу подплыли утки, и я вдруг задумалась: не холодно ли им там в ледяной воде?
Я даже улыбнулась своей мысли, как вдруг услышала скрипучие шаги позади себя.
Не знаю почему, но я была уверена, что это тот самый незнакомец. Потому не обернулась.
Эмоции улеглись, и события вечера всплыли на поверхность, как бы я ни хотела их утопить.
– Внезапно понял, что мне некуда спешить этим вечером, – проговорил он и сел туда, куда я поставила свою сумку.
Между нами был целый проход, но присутствие другого человека внезапно сделало вечер теплее.
– Что ж, мы не одиноки в этом, во всяком случае этим вечером.
Когда молчание стало слегка назойливым, я задала свой первый вопрос.
– Ты сказал, что вернулся в город?
– А, да. Я уехал отсюда сразу после того, как окончил школу, – затем он повернулся и уточнил, – шесть лет назад.
Я кивнула и стала зачем-то подсчитывать мысленно, сколько ему. В итоге сошлась на двух цифрах: двадцать три или двадцать четыре. Как я и думала. Десять лет назад мне тоже было двадцать четыре, и я была совсем другой.
– И зачем же ты вернулся? Новое место разочаровало или…
– Умер мой отец.
– Боже…
– Сегодня мы с мамой его хоронили.
– П… прости, пожалуйста, и прими мои искренние соболезнования.
– Спасибо.
Мне пришлось быстро отвернуться, чтобы хорошенько отругать себя за поведение. Это было ужасно с моей стороны.
– Знаешь, он бы рассмеялся на твои слова о соболезнованиях.
– Что?
– Мой отец был тем еще говнюком и стал причиной моего отъезда. Видит бог, я ненавидел его так же сильно, как он презирал мое существование.
– Ого, – все, что сорвалось с моих губ.
На фоне его слов об отце я вспомнила своего папу, и на мои глаза навернулись слезы. Я любила его так сильно, что до сих пор не могу поверить, что его нет. Для нас с мамой он был номером один. Такой удивительный, такой, каких нет больше и не будет.
Я мечтала найти мужчину, хотя бы отдаленно обладающего теми качествами, что были у моего папы. Если бы я его нашла, то сегодня не сидела бы здесь.
– Не хотел тебя расстраивать.
– Есения.
– Что?
– Мое имя.
– Красивое имя. Макар.
– И у тебя красивое.
– Рад с тобой познакомиться.
– И я.
Я повернулась с улыбкой и стала рассматривать его профиль.
Вздернутый, красивый нос, четкие черты лица и все те же длинные на макушке волосы, которые стали мокрыми от снега. Полные губы и челюсть, которая была очаровательной и такой мощной. Есть вообще такое слово для описания кого-то?
Лишь после минуты моей оценки внешности мужчины он повернул голову и посмотрел на меня.
– Ну а ты?
– Я?
– Одиннадцать ночи, а ты идешь погулять к пруду одна.
– Ах, вот ты о чем. Ну-у…
– Прости, ты не обязана…
– Да у меня обычная такая история. Закончила отношения с мужчиной и решила поехать к маме на ночь глядя.
– Дерьмово.
– Ты прав.
– И что случилось с твоей машиной?
– Ее нет, а такси я не вызвала. Эмоций было слишком много. Прогуляться решила.
– Прогулялась, – говорим в один голос и одновременно смеемся.
– Примерно так и вышло.
– Так я помешал?
– О, нет-нет. Пока я блуждала по улицам, о многом успела подумать.
Макар просто кивает и больше ничего не говорит, поэтому я снова погружаюсь в какую-то уютную тишину. Хотя с натяжкой это можно назвать тишиной: проезжающие машины, крякающие утки. Ветер поднялся, и снег норовил поставить отпечаток на моем лице. Но никто не задавал вопросов, и это было определяющим фактором тишины.
А еще было тепло, и я радовалась тому, что оделась как надо. Наверное, поэтому я все еще не замерзла, проведя так много времени на улице. Однако время клонилось к полуночи.
– Мне нужно ехать, – почти разочарованно я потянулась и встала со скамейки.
– Да уж, время позднее. Вызвать такси?
– Я уже этим занимаюсь, – подняла свой телефон выше для демонстрации.
Нажав на кнопку «заказать», я взяла сумку, и мы медленно вышли из беседки.
– Куда оно подъедет?
– На угол, – кивнула в противоположную сторону пруда.
Макар кивнул и двинулся в ту сторону со мной рядом.
– А куда тебе ехать? Или ты где-то здесь живешь?
– Мне на другой конец города.
– Ого, далековато. И ты не вызвал такси.
– Еще погуляю.
– Мы можем поехать на одном. Мне в центральный район.
– Ты назвала меня маньяком полчаса назад, – в его голосе слышалось веселье.
– Это был слишком эмоциональный момент, и ты застал меня врасплох.
– Я должен подумать.
– У тебя восемь минут на раздумья.
– Мне этого хватит.
На самом деле я не имела понятия, почему мы поладили. Я, конечно, легко заводила новые знакомства и находила общий язык, но чтобы в такую весьма уязвимую минуту – со мной это было впервые.
Глава 4
Медленно преодолевая расстояние в противоположную от нашего местонахождения сторону, куда подъедет такси, мы, изредка улыбаясь, посматривали друг на друга.
Это было так странно. Чудовищно странно.
Два посторонних человека, один из которых я сама, просто шли плечом к плечу и молчали так громко и с пониманием, будто это наши будничные прогулки. Будто… для нас это норма – слышать в тишине и без слов.
Или же я просто очень впечатлительна этим вечером и очевидно одинока.
– Итак, – Макар поправил воротник своей куртки, – кем же ты работаешь, Есения?
– Твои предположения?
– Понятия не имею. Честно. Я не тот, кто читает души.
– Это прозвучало ужасно.
Он рассмеялся. Самое поразительное, что на фоне его чуть хриплого голоса смех был тоже с суховатым оттенком, и это казалось несколько завораживающим.
– Зато честно.
– Ладно. Я администратор в ресторане, – решаю признаться и не мучать долго.
– Ого, большая тетя?
– Боже, не говори так, – с моих губ сорвался глубокий смех, и на глазах проступили слезы. И тут я подумала о том, что, благо, не страдаю из-за своего возраста – другой человек погрузился бы в нерадужные мысли.
– Ну что?
– Ничего, это просто… смешно.
– Ладно. А я закончил факультет журналистики, – я посмотрела на него, подняв брови, но он продолжил. – Это единственное место, куда смог попасть на бюджет, а работаю в пиар-отделе одной фармкомпании.
– Что? Это вообще как? – мои глаза были похожи на огромные блюдца, и Макар это сразу заметил.
– Глаза у тебя, конечно…
