Вдруг им понравится Водная Пелена? У нее, конечно, очень специфичный набор свойств и весьма узкое поле для применения, но, без лишней гордости, для пары лучей красной Звезды – весьма и весьма недурная конструкция.
Активная защита.
В конечном счете, как утверждал Аверский, бой между Звездными магами можно свести к формуле эффективной траты лучей. Задача военного мага – потратить лучей меньше, чем противник, либо заставить того потратить больше.
А Водная Пелена как раз идеально отвечала данным требованиям. Мало того, что нивелировала вражеское заклинание, так еще и направляла обратно в использовавшего, заставляя того поднимать щит либо проявлять чудеса реакции, скорости мышления и ловкости.
Ардан, к примеру, ни разу не смог уклониться даже от брошенных невзначай заклинаний Аверского, летавших быстрее пули; а вот в случае с Вселеной, явно не имевшей достойной практической подготовки, оказался способен увернуться, даже с раненой ногой, от ее чудовищной магии.
– Цветы… – внезапно спохватился Ардан и чуть было не стукнул себя по лбу. – Надо будет обязательно зайти за цветами.
В столице даже зимой для имеющих некоторый запас денег оставалась возможность приобрести цветы. Их хранили в специальных оранжереях, где поддерживали нужный климат с помощью Лей‑кабелей и чар.
– Площадь Звезд, – оповестил кондуктор.
Ардан, миновав нескольких пассажиров, вышел на улицу и чуть было – уже в который раз – снова не поскользнулся на раскатанном до состояния льда снегу. Все никак не мог, даже спустя столько лет, привыкнуть к тяжелой обуви и то и дело боролся с желанием скинуть ее и отправиться босиком.
– Аккуратней. – Его подхватил под локоть Бажен, одетый в теплое меховое пальто, шапку и красный шарф с семейным гербом. Да, кажется, Иорский принадлежал к небольшой разорившейся семье, в далеком прошлом получившей титул за заслуги в области… Арди, если честно, не помнил, какой именно.
– Я уж думал, ты действительно решил прогулять, – буркнул Иорский и тут же поспешил в сторону высящейся на краю площади громады. – Последняя лекция уже десять минут, как закончилась. Народ начал подтягиваться к полигону.
Большой никогда не уставал поражать своими габаритами и монументальностью, смешанной с чарующим, легким и парящим изяществом.
– Все? – упадническим тоном уточнил Ардан.
– Как минимум первый курс. Полным составом. И часть второго, из тех, кому подобное интересно, – кивнул Бажен. – Кровавые дуэли в принципе редкое явление, Эгобар. Разрешение на них демон выбьешь… А тут еще и потомок Арора с одним из близких великого князя. Зрелище ждут.
Ардан, конечно, подозревал, что так оно и сложится, но надеялся ошибиться. Терпеть не мог лишнего внимания к своей персоне. Старая привычка. Идущий по тропам охоты должен в первую очередь оставаться незаметным. Так учил Эргар.
– Накопитель взял? – через плечо, все так же недовольно, буркнул Бажен.
– Ты чего такой напряженный? – удивился Арди, учитывая, что Иорский обычно имел вид человека, который словно плевать хотел на все.
– С того, Эгобар, что меня контора по какому‑то нелепому решению решила сделать твоим куратором на время пребывания в университете, – процедил Бажен. – Вот дел у меня больше нет никаких, кроме как носиться с оголтелым ковбоем. У меня, между прочим, неделя по расписанию! Попойки, кабаре, прелестные дамы, снова попойки – и, заметь, в списке нет ни одного упоминания матабар!
Ардан только развел руками, но Иорский, шедший впереди, этого, разумеется, не видел.
– Ты накопитель взял, ковбой?
На кровавых дуэлях разрешались накопители в единственном числе и объемом максимум до девяти лучей.
– Вот. – Арди продемонстрировал красный кристалл в перстне.
Конечно же, он не тратил на него деньги, а благодаря нескольким нехитрым манипуляциям с ножом вытащил из фамильного кольца Давоса (чтобы никто случайно не опознал), после чего поместил в свой собственный перстень. Правда, сколько там оставалось – вопрос. Анализатор‑то все еще не прислали.
– Ты, вообще, чего такой спокойный‑то, Эгобар? – чуть ли не крякнул от раздражения Бажен. – Это ведь все еще барон Керимов. Один из лучших дуэлянтов первого курса.
– Я… – начал было Арди и осекся.
Он ведь действительно, в самом деле не испытывал ни малейшего волнения. Только не после всего того, что случилось. Начиная Шагальщиком и заканчивая Вселеной Лорловой. И каждый раз его пытались убить. А здесь… здесь едва ли не спортивное состязание. Магический бокс.
– А можно вопрос?
– Нельзя, – буркнул Бажен, спрятавший руки в карманах. – Но ты ведь все равно спросишь.
– Сколько у магов есть времени, чтобы подать уведомление о новой Звезде?
– Шесть месяцев и три недели, – мгновенно ответил Иорский. – Затем штраф за каждую неделю просрочки размером в четыре экса. Если не подашь уведомление за год – уголовная ответственность.
– Получается, существует способ узнать, когда была зажжена звезда?
– И сколько в ней лучей, – кивнул Бажен. – Это ведь просто концентрированная Лей‑энергия, Эгобар. Конечно, есть приборы для ее подсчета и анализа помимо вскрытия посмертно черепушки. Прибегают к ним, правда, крайне редко. Какой смысл рядовому магу скрывать свои Звезды либо врать о количестве лучей.
– А не рядовому?
– А о не рядовых наше с тобой начальство позаботиться, – парировал Бажен.
На этом моменте они уже вошли в атриум, сдали одежду и после непродолжительного, но крайне неприятного путешествия вниз на лифте оказались в длинном коридоре. Ардан не спускался сюда аккурат с позапрошлой недели.
В целом – не слишком‑то и продолжительный, если подумать, срок, но казалось, что с того момента пролетела если не целая жизнь, то существенная ее доля.
Миновав двери, ведущие на испытательные площадки, Ардан с Баженом вошли в мужскую раздевалку и, оставив и ее позади, вышли под свет Лей‑ламп на территорию полигона.
Ардан легонько, на ковбойский манер присвистнул. Помимо привычного бортика из Лей‑кабелей, над которым поднимался мощнейший щит, вдоль стен теперь еще и вытянулись ряды деревянных лавок, слившихся в крыльях широкого амфитеатра. На них, как и предупреждал Иорский, и яблоку упасть негде. Все битком забито маревом алых и редкими точками зеленых плащей.
– Иолай позаботился, – шепнул ему на ухо Бажен. – Хочет, чтобы все увидели, как его человек тебя унизит.
– Унизит? – не понял Ардан.
– В дуэли одолеет, – чуть ошарашенно пояснил Иорский.
– А что в этом такого унизительного? – все еще не понимал Арди. – Мы ведь все учимся.
Бажен склонил голову и посмотрел на Арди с немного странным прищуром, словно пытался разобраться, серьезно тот говорил или нет.
– Странный ты все же, полукровка Эгобар, – вынес он свой вердикт и направился к бортику.
Арди лишь пожал плечами. В Алькаде он частенько сходился в поединках с подрастающими рысями, медвежатами, волками и даже пару раз по указу Эргара бился с барсами.
И количество побед мог пересчитать по пальцам, а вот поражения на долгие пути Духа Дня оставались кровавыми следами на его шкуре. Но никто не считал поражение в битве детенышей унизительным. Наоборот – не важно, кто побеждал. Полноправные охотники ценили и уважали не сам бой, а проявленный в нем дух.
Но, видимо, у людей немного иные уклады. В конечном счете, Ардан, если не считать фарса с Глебом Давосом, точно такого же – с Иолаем Агровым и полковником Кштовским, впервые участвовал в настоящей магической дуэли.
Кстати, о полковнике.
Всеслав Кштовский, как и всегда – с непримечательным, круглым, гладко выбритым лицом и в непритязательном костюме‑тройке, поверх которого носил розовый плащ пятой звезды, стоял в центре площадки.
Ардан, скосив взгляд на погоны, с улыбкой для себя отметил сходство в их количестве лучей. Старший Магистр Всеслав Кштовский тоже начинал с семи и девяти лучей, затем, правда, продолжив восьмью, шестью и снова восьмью. Чудовищная, как теперь куда лучше понимал Арди, мощь.
С другой стороны, Гранд-магистр Аверский с семью, дважды восьмью, девятью, тремя и двумя лучами пусть и проигрывал в пятой звезде, но два луча в шестой означали, что он имел возможность использовать заклинания, требующие шесть Звезд, а вот Кштовский – нет. И здесь не помогли бы ни накопители, ни какие‑то артефакты, ни что‑либо еще.
Маг мог использовать лишь столько лучей и Звезд в печатях, сколькими обладал сам.
– Учащийся Иорский, поторопите вашего подопечного, – прогудел спокойный, даже мягкий бас Кштовского. – А то он, кажется, сейчас передумает.
Некоторые из учащихся сдержанно засмеялись, остальные же и вовсе пока что не обращали внимания на происходящее, а зарылись носами в собственные гримуары и записи лекций. Их, видимо, интересовал лишь сам поединок.
– Чего встал? – шикнул на него Бажен и подгоняюще замахал рукой.
Вместе с ним Ардан перешагнул через бортик, на мгновение ощущая, как титанический магический щит касается его разума. Такую громаду попросту невозможно сотворить без постоянной подпитки Лей‑кабелями.
С противоположной от Старшего Магистра (видимо, выступающего в роли судьи) стороны стояли двое. Барон Керимов, разминавший квадратную челюсть и поводящий круглыми, как дыни, плечами. Одетый в форму для тренировок: синие штаны свободного кроя с крепкими швами и черно‑белую тельняшку поверх торса, он чем‑то напоминал дальнего родственника Аркара. Только очень приземистого.
Рядом с ним Захаткин, выглядящий так, будто ему впору носить фамилию Чахоткин. И даже костюм, который явно шили по меркам и пытались усадить на его фигуру, все равно висел как на пугале.
Ну и, разумеется, позади них, на центральных рядах амфитеатра, ухмыляющийся Иолай Агров с остатками своей свиты.
– Представьтесь, – поторопил их полковник Кштовский.
– Вызывающая сторона, – пропищал Захаткин. – Учащийся Керимов. Военный факультет. Пять лучей красной Звезды.
– Отвечающая сторона, – с ленцой ответил Бажен. – Учащийся Эгобар. Факультет общих знаний. Семь лучей красной Звезды.
– Стороны, – снова прогудел Старший Магистр. – Подойдите ко мне, чтобы предъявить накопители.
Все вчетвером они двинулись к полковнику Кштовскому. Первым свой накопитель продемонстрировал барон Керимов. В навершии его стального посоха (купленного явно не за самые малые деньги) с уже начертанными несколькими печатями мерцал алый кристалл размером с ладонь.
Но не стоило обманываться габаритами. Тот не принадлежал к классу военных накопителей, так что лучи восстанавливал куда медленней. Со скоростью что‑то вроде одного луча за десять секунд, что на фоне военных, способных возвращать Лей практически мгновенно, составляло существенную разницу.
Опять же – все дело в чистоте. Кристалл‑то, может быть, и большой, но в нем содержалось слишком много примесей.
Кштовский, что показательно, без всякого анализатора, попросту дотронувшись до кристалла, оповестил:
– Девять лучей. Проверку проходит.
Таким образом, у барона в наличии имелось четырнадцать лучей.
Настала очередь Ардана. Он снял перстень и протянул тот полковнику. Никого при этом не удивило, что у Ардана имелся накопитель военного класса. Лишь едва слышно от досады скрипнул зубами Керимов.
И один только профессор, глянув на кольцо, сперва вскинул брови, а затем, нахмурившись, вернул обратно.
– Семь лучей. Проверку проходит. – После чего посмотрел на Ардана совсем иначе, нежели прежде.
Нет, Кштовский и до этого не очень‑то жаловал Арди в силу, видимо, своей нелюбви к Первородным, которую тот, впрочем, старался скрывать и не демонстрировать слишком уж явно.
Но в данный момент в темных глазах полковника сверкнуло нечто сродни удивления, смешанного с ненавистью.
Может, он узнал сам перстень и ему не по душе Вторая Канцелярия?
– Стороны – разойдитесь! – гаркнул Кштовский.
Бажен, от которого не укрылась перемена во взгляде Старшего Магистра, увел Ардана на исходную позицию.
– Только не говори, что это накопитель Давоса! – яростно зашипел тот ему на ухо.
Конечно, Бажен, будучи куратором, оказался в курсе происшествия с дворянским отпрыском.
– Да, – ровным голосом признал Ардан, открывший гримуар на странице с Ледяной Волной. Керимов тоже открыл книгу и пролистал несколько листов. – Но я вытащил его из…
– На нем тиснение, дебил! – едва шевеля губами, чуть ли не метая искры, процедил Бажен.
Ардан потянулся было повнимательней разглядеть накопитель, но Иорский схватил его за руку.
– Совсем спятил?! – Он прикрыл его спиной от полковника. – Потом посмотришь.
– А в чем…
– Одна из дочерей полковника замужем за Семеном Давосом, который…
– Брат Глеба, – закончил за Бажена Ардан, параллельно вспоминая рассказ Марта об Аркадии и Семене Давосах.
– Военные маги – весьма тесный клуб, Эгобар. – Немного успокоившись, Бажен отошел в сторону и встал рядом. – Будем надеяться, что полковник подумает, что ему просто показалось.
– А если не подумает?
– А если не…
– Стороны! – вновь прогремел полковник. – Напоминаю вам, что по правилам учебных кровавых дуэлей вам разрешено использовать военную магию атакующего типа. При этом каждая сторона имеет право сдаться в любой момент времени, после чего поединок будет мгновенно остановлен. Также поединок будет мгновенно остановлен после того, как одна из сторон понесет урон, сопряженный с опасностью стать инвалидом либо же погибнуть. В целях вашей безопасности рядом дежурят врачи.
Полковник указал рукой на двух скучающих ребят. Один с зеленым плащом, а другой, что удивительно, с синим. Оба с целительского факультета.
– Правила понятны? – Кштовский повернулся к барону.
– Понятны, – кивнул барон.
Полковник сместил ничего не выражающий взгляд на Арди. Может, действительно дело в самом перстне, а не в накопителе.
– Правила понятны?
– Понятны, – подтвердил Ардан.
– Секунданты, у вас есть десять секунд для общения, после чего прошу покинуть территорию поединка. – С этими словами полковник развернулся и вышел за пределы бортика.
– Так, Эгобар, слушай меня внимательно. – Бажен указал большим пальцем себе за спину. – Используй весь свой арсенал. Даже заклинания конторы, хотя ты, судя по отчетам, никаких других и не знаешь. Короче. Сделай так, чтобы барон даже одного слова «дуэль» начал бояться.
Ардан непонимающе нахмурился.
– Но…
