– Дальше всё. Жизнь другая будет у неё.
– Почему ты говоришь, как магистр Йода?
– Кто?
– Йода.
– Кто?
– …Забей, – я открыл кошелёк и сделал его толще. Слегка толще, на три купюры.
– Ладно, человек, давай я расскажу тебе о том, как функционирует этот мир, и да пребудет с тобой сила.
– Внатуре Йода.
Я хмыкнул и припарковался.
Глава 5
– Теперь пойдём.
– Что? Куда? – я нехотя вылез вслед за ангелом. – Ну?
– Доверься и за мной.
Ангел быстрым шагом пошёл ко двору пятиэтажки.
Двор как двор. Ржавая горка, качели с выдранными сидушками, покрышки в форме лебедей вокруг клумб. Лавочки, подъезды. Лавочки, подъезды.
– Куда мы идём?
– Ч-ш-ш!
Услышав, как сзади крадётся автомобиль, я встал на бордюр, давая возможность «Ниве» проехать… и пройти сквозь ангела.
Свернув направо к одному из подъездов, ангел прошёл сквозь дверь и… пропал. Я постоял, потоптался на крыльце, прочитал несколько объявлений, ещё раз потоптался…
– А ты куда это собрался? – раздался противный, как скрежет мела о доску, голос старухи.
– Я-то?
– Ты, ты! Какие тут знакомые живут? Я тут всех знаю.
Голос старухи доносился из зарешечённого окна первого этажа.
– Курьер я.
– Давай, что там принёс, я передам.
Я уже начал лихорадочно что-то придумывать, как дверь домофона приоткрылась.
Я нырнул внутрь, услышав за закрытыми дверьми:
– Наркоманы ё**ые!
– Ты чего так долго? Меня чуть бабка не съела.
– Проверял кое-что. Пошли.
В подъезде пахло затхлостью, а из приоткрытой двери, ведущей в подвал, тянуло сыростью.
Оказавшись между третьим и четвёртым этажом, ангел подошёл к окну и указал на него. Я вгляделся в оконную раму.
– Что тут?
– Присмотрись.
Я присел на корточки. Вся рама вдоль швов была нашпигована окурками. Я уже хотел повернуться, как увидел раскачивающуюся от порывов воздуха паутину. Паука на месте не было.
– Так и что? Паутина и паутина.
Ангел тоже сел на корточки рядом, потёр руки, словно хотел согреться, и, направив открытую ладонь на паутину, зажёг мягкий свет.
– Никогда не задумывался, почему паук плетёт такой узор?
Я всмотрелся в рисунок. Он был… он был удивительным. Не то чтобы я никогда паутину не видел, просто впервые придал значение её узору. Он не был идеальным, но всё же смотрелся целостным. Каждая паутинка сплеталась с другой, и все они тянулись к сердцевине…
– Внимательнее… – прошептал ангел.
Я подвинул лицо ближе, но не слишком – на случай, если паук вылезет и решит на меня прыгнуть.
Интересно… Сердцевина сплетена как закручивающаяся спираль, не идеальный круг, а именно спираль.
– Одинаковых паутин не бывает. Все они обладают своим индивидуальным рисунком. И разница…
Ангел сделал ещё один неопределённый жест рукой, и паутина начала расплетаться, будто кто-то поставил видео на перемотку назад.
– …и разница в том, откуда и куда тянется паутинка. Эти изменения на первый взгляд незаметны. Как и человеческие поступки: в моменте не понять, что изменилось, но будь уверен – узор твоей жизненной паутины стал другим.
Ангел встал, я поднялся следом.
Паутина осталась прежней, фокусы с визуализацией пропали. Из щели в оконной раме показался паучок. Не знаю, смотрел ли он на нас, но я смотрел на него точно. Знал ли он, какой урок нам преподал? И был ещё один вопрос, который меня интересовал. Его я решил задать вслух:
– А так ли важно самому пауку плести паутину, зная, что она уникальна?
Ангел взял паузу и заговорил только тогда, когда мы подошли к машине.
– Паук не задумывается над уникальностью рисунка. Он просто плетёт и плетёт свою паутину.
– И?
– Опоздав на собеседование, девушка незаметно для себя переплела свой жизненный узор. Теперь понятно?
Я сел за руль. В машине всегда чувствуешь себя безопаснее.
– Слушай, а ты записать это в свой блокнот не хочешь? И-и-и… мы с тобой во всей этой истории забыли одну маленькую деталь.
– Это ещё какую?
Ангел улыбнулся, приподняв одну бровь…
Глава 6
– Мы же тебя не описали…
– Меня что?
– Вот смотри. Читатель погрузится в историю, а как он тебя визуализирует? – спросил ангел.
– Да я-то откуда знаю, я таксист, а не писатель, – отложив блокнот на колени, я посмотрел в боковое окно.
– Ладно, ладно… Давай попробуем вместе. Ты это… в вашем земном мире пользуешься успехом у противоположного пола?
Я замялся. Как сказать… вроде да и вроде нет… если выпить – да, а если нет…
– Запиши, что герой у нас средненький. Не красавец, но и не урод.
– Сам ты средненький!
– Пиши. И вообще, как тебя зовут?
Я взялся корябать ручкой в блокноте.
– Мне представлялось, что ангелы всё и так знают.
– Так как?
– Ну, Гриша.
– Как попугая, что ли?
– Это попугая как меня. Я его в свою честь назвал.
Ангел присвистнул.
– А ты не промах, парень. Ладно… Опиши там свой нос, глаза, брови, лоб – всё, что нужно, чтобы читатель тебя представил.
– Да я-то как это сделаю? Ты издеваешься?
Ангел потянулся и открыл зеркальце.
– Вот смотри. Что видишь – то и пиши.
У меня голова шла кругом. Что вижу… что вижу… Я с этим лицом 31 год живу, но характеристику ему давать не научился.
– Нос как нос, лоб как лоб… Как это описывать?!
– Ладно, давай упустим эту деталь и обыграем так… – ангел зыркнул на меня. – Блокнот открывай и пиши.
Я повиновался.
