Страница 3 из 12
Ребята засмеялись.
Я подняла голову в небо. Оно было темным и почти беззвездным. То ли будет в августе…
– Какие люди! – воскликнул Женя, и мы все повернулись на его голос.
К нам, широко улыбаясь, шел Даня Шустов.
Я ожидала встретить его сегодня и внутренне даже отрепетировала гримасу «вас-то нам и не хватало для начала карнавала», но изобразить её не смогла. Всё внутри замерло и сжалось, стоило мне увидеть высокого смуглого сероглазого блондина в белой футболке и белых джинсах.
– Привет! – Шустов, широко улыбаясь, обнял Свету.
– Данька! Рады встрече!
Ребята оживленно протягивали ему руки и что-то говорили. А я просто стояла столбом, и голову мою заполняла лишь одна мысль – он самый красивый парень, которого я видела!
Кивнув Тане, Шустов повернулся ко мне:
– Привет, мала́я! – я вынырнула из своих мыслей и уставилась на протянутую мне руку.
– Привет, – едва выдавила я и с трудом подняла глаза на него.
Мне в прямом смысле слова стало нечем дышать! Серые глаза в ореоле неприлично длинных для парня ресниц смотрели на меня с интересом и легкой насмешкой. Хорошо, что мы стояли далеко от входа в клуб, в темноте. Я всей душой надеялась, что он, да и наши друзья не заметили, как я густо покраснела.
Шустов явно на свой манер понял мое затянувшееся молчание.
– Ну, ты осталась прежней, – его улыбка стала кривенькой, – такая же колючая и вредная. Сто лет же не виделись!
Тут я только сообразила, что он всё еще протягивает мне руку. Да, выходило не очень как-то. Оставалось только доиграть свою роль.
– Сто лет не виделись, давай еще столько же не увидимся! – выпалила я и рванула снова в клуб, чувствуя всем своим существом, что Даня провожает меня взглядом.
Если честно, то мне вслед посмотрели все, кто был свидетелем этого нелепого разговора, и я по обыкновению почувствовала себя идиоткой, ведь оказываться в центре внимания было моим самым нелюбимым занятием.
Немного отдышавшись, сидя в углу гремящего танцзала, я решила просто сбежать – уйти домой, никому не говоря и не привлекая внимания. А завтра что-нибудь для ребят придумаю!
Так я и сделала, но когда музыка стала стихать за моей спиной, я услышала быстрые шаги.
– Ну и куда это ты сбегаешь в одиночестве? – Саша резко остановился прямо передо мной, отчего я врезалась в его грудь. Отчего-то он замер, а я по какой-то неведомой самой себе причине прижалась к нему и обняла за талию. Несколько секунд мы просто стояли в тишине. Я слушала стук его сердца и почему-то начинала дрожать.
– Ой, кажется, мы кому-то помешали! – рядом с нами раздался смех незнакомых девчонок, возвращающихся из клуба. Саша наконец-то вышел из ступора и повернулся к ним спиной, пряча мое лицо. Когда их голоса стихли, он опустил руки и постарался отстраниться, но мне было так приятно и спокойно прижиматься к нему, что я только сильнее сжала объятия.
– Давай хотя бы с дороги отойдем, – сказал он каким-то незнакомым мне голосом. Я нехотя отпустила его и пошла следом. Шла я, видимо, медленно, потому что Саша резко повернулся, крепко взял меня за руку и практически потянул в сторону детской площадки рядом с моим домом.
– Прости, я испугала тебя, – сказала я, когда Саша усадил меня на скамейку, а сам опустился передо мной на корточки.
– Что-то случилось? – тихо и глядя мне прямо в глаза спросил он.
– Я чувствую себя полной дурой.
– Почему? – сейчас я вспомнила, что его при моем разговоре с Шустовым не было, поэтому он и не понимает.
Я не знала, что ответить ему. Рассказать, что Шустов оказался не таким противным и гадким, каким я его помнила, а повзрослел и стал настоящим мачо и реально настолько понравился мне, что я, застеснявшись, тупо сбежала с дискотеки? Или то, что мне понравилось обнимать его, Сашу? В обоих случаях я чувствовала себя неловко.
– Ты можешь просто опять обнять меня?
Глаза Саши расширились и видно было, что он что-то мучительно обдумывает. Через мгновение, шумно выдохнув, он сел рядом со мной на скамейку и крепко обнял. Мне снова стало спокойно. Мы сидели так, молча, довольно долго.
Мысли снова и снова возвращались к Дане. Я вспоминала его глаза и улыбку, и эти проклятые белые джинсы и футболку, которые идеально сидели на его высоком с точными мужскими пропорциями теле. Прокручивая свои чувства и ситуацию нашей встречи в десятый раз, я утвердилась в мысли, что по причине предвыпускной усталости и отсутствия у меня каких бы то ни было отношений, я просто разволновалась, увидев своего старого знакомого. Вот и всё. Через пару дней произошедшее покажется мне смешным и нелепым.
Хорошо, с этим я определилась. Теперь что мне делать с Сашей, которого я столько лет держала на расстоянии, а сегодня сама же и разрушила мною придуманный запрет на физическую близость? Мысли разбежались, как только я постаралась найти хотя бы какое-то решение.
– Саш, – почти шепотом сказала я, но он всё равно вздрогнул, – у тебя руки, наверное, устали…
– Нисколько, – твердо сказал он, и я невольно улыбнулась.
В моей жизни такое случилось впервые, и это было очень волнующе. Почему-то я была уверена, что Сашка чувствует то же самое.
От него вкусно пахло незнакомой мне туалетной водой, его руки были теплыми и сильными… В этот момент мне безумно захотелось, чтобы он поцеловал меня. От одной этой мысли я покраснела и сильнее уткнулась в его грудь.
– Тебе холодно? – неправильно трактовал он мою непонятно откуда взявшуюся дрожь.
– Ага. Поэтому ты не переставай обнимать меня, ладно?
– Не перестану, – улыбнулся он.
Мы сидели так до тех пор, пока тишину ночи не нарушил подъехавший к дому автомобиль. Через несколько секунд до нас донеслись голоса Димы и Жени и их смех.
Я отодвинулась от Саши и с трудом посмотрела ему в глаза:
– Димка приехал, пора домой, а то мама будет…
– Конечно, – Сашка как-то порывисто выдохнул, встал со скамейки и взял меня за руку. – Идем.
Ребята еще разговаривали, когда мы подошли к дому. Я даже не пыталась убрать свою руку из руки Саши.
– О-о-о-о-о, вы тут, а мы вас, между прочим, в клубе искали. Хоть бы сказали, что уходите, – с укором сказал Дима и как-то задумчиво посмотрел на наши сплетенные руки.
– Скучно было, – непривычно коротко для себя ответила я.
– А-а-а, ясно, – не стал вдаваться в подробности мой брат. – Пошли домой, что ли.
Я кивнула и посмотрела на Сашу. Внутри у меня что-то сжалось. Возможно, сегодня я совершила ошибку… Он нехотя выпустил мою руку и улыбнулся. Я постаралась улыбнуться в ответ, отгоняя пугающие неизвестностью мысли. Не хочу об этом думать! Не сейчас, когда сердце так предательски выдает аритмию в ответ на его улыбку.
– Пока, – почти прошептала я, а потом поднялась на цыпочки и стараясь не думать, что Дима всё видит, поцеловала Сашу в щеку.
Глава 4
Меня разбудило звяканье тарелок на кухне. Я прислушалась к тихим шагам и едва различимой мелодии – мама накрывала на стол к завтраку, напевая что-то из репертуара её молодости.
Я потянулась, щурясь от яркого солнца, проникающего в комнату сквозь не задернутые до конца занавески.
Как здорово, что сегодня выходной и, кажется, впервые за последние недели я отлично выспалась! Едва мои ноги коснулись пола, как внутри ухнуло… Саша!
Доли секунды хватило, чтобы вспомнить вчерашний вечер.
Блин, блин, блин!
Вдруг всё предстало передо мной совсем в ином свете: я отчетливо поняла, что совершила ошибку, и как ее теперь исправить – понятия не имею.
От субботнего радужного настроения не осталось и следа. Я протопала в ванну, а оттуда на кухню. Вкусный мамин завтрак немного исправил ситуацию, но мои мысли то и дело возвращались к Саше и нашим объятиям… Фу! Даже слова приторно-пафосные на ум приходят… Как же это я так вчера лопухнулась?
Уборка дома, две темы к экзамену по немецкому и семь задач по алгебре помогли снизить градус самобичеваний.
Перед обедом бабушка попросила сходить в магазин за хлебом, и я, размахивая пустой платяной сумкой, неспеша двинулась в сторону пекарни. Подойдя к ней, сквозь открытую настежь из-за жары дверь, увидела Сашу. Сердце юркнуло куда-то в пятки, и я спряталась за автобусной остановкой, в надежде, что он пройдет мимо, не заметив меня. Да, по-детски, согласна, но вот прямо сейчас я совершенно не готова встретиться ним!
– От кого прячемся? – услышала я над самым ухом знакомый голос.
Вот же блин! Только Шустова мне здесь и не хватало!
– Ни от кого. Жарко мне. В тени хочу постоять, – я постаралась добавить интонацию безразличия и «не лезь не в свое дело».
Даня улыбнулся краешком губ и затянулся ментоловой сигаретой.
– Идет! – спокойно сказал он, но мгновение спустя глаза его испуганно расширились, а сам он отступил на полшага назад. В тот же миг я поднырнула под его руку и, стараясь остаться незамеченной, прижалась к его спине.
Этот поганец засмеялся, и я поняла, что попалась на его очередной тупой розыгрыш. Спалилась как первоклассница. Но в тот самый момент, когда я уже готова была высказать ему всё, что я о нем думаю, из пекарни вышел Саша.
– Одну минуту, – тихо сказала я, цепляясь за футболку ненавистного Шустова и изо всех сил стараясь стать еще меньше, – постой так всего одну минуту.
Мне показалось, что он напрягся, даже дышать перестал как будто. Лишь бы не выкинул опять чего-нибудь! Но секунды шли, а он молчал.
Через какое-то время, показавшееся настоящей вечностью, Даня наконец-то повернулся ко мне:
– Ну, и чем этот парень так напугал тебя? – в его голосе я услышала раздражение и поспешила отпустить его футболку.
– Ничем, – мой голос стал тихим, – просто не хочу с ним сейчас встречаться и всё.
Опять эта его извечная кривая ухмылка вместо ответа…
– Допустим. Может расскажешь, что это вчера за теплый прием ты мне устроила? – Даня бросил на дорогу недокуренную сигарету. – Люди всё-таки смотрели.
– Нормальный прием, – огрызнулась я, пытаясь выяснить, ушел ли Саша, и можно ли мне уже покинуть мое убежище? – Мы с тобой друзья «так себе».
Шустов запихнул руки в карманы джинсов и, казалось, с любопытством смотрел на меня.
– Ну точно. Ты, мала́я, не изменилась. Только повзрослела и хорошенькая стала до чёртиков!
Я дар речи потеряла и тут же покраснела до неприличия, когда услышала это. Шустов снова улыбнулся краешком губ и, едва не задев меня плечом, пошел в сторону своего дома.
Я выбралась из-за остановки, сердясь на неудачно сложившиеся обстоятельства. В голове крутилась идиотская ситуация с трусливым бегством от встречи с Сашей и абсолютно нелепый разговор с Шустовым. Даже не знаю, что беспокоило меня сильнее.
– Элечка! – окликнула меня из сада бабушка. Я настолько погрузилась в свои мысли, что вздрогнула и чуть не выронила сумку с хлебом. – Саша пришел, ждет в твоей комнате.
На меня словно ушат холодной воды вылили! Я даже дышать забыла. Вот уж правду говорят – чего боишься сильнее всего, то и случится с тобой! Наскоро посчитав до десяти, в надежде успокоить взбунтовавшееся сердце, я шагнула в дом.
Саша сидел за моим учебным столом и листал найденный тут же «Гранатовый браслет».
Когда я вошла в комнату, он поднял на меня глаза и улыбнулся. Несмотря на то, что я так старательно избегала нашей встречи, от его улыбки у меня бабочки в животе запорхали.
– Как думаешь, он на самом деле любил ее или просто бредил? – Саша ждал моего ответа, а я лихорадочно пыталась сообразить: он говорит о персонажах книги или о нас с ним.
– Смотря что называть любовью… – не найдя ответа, я попыталась выкрутиться из щекотливой ситуации.
– И все же… Желтков любит Веру? – взгляд Саши стал пристальнее и жестче.
– Саш, ты о книге пришел поговорить? – я села в кресло напротив и зажала ладони между коленями в надежде скрыть от него дрожащие руки.
Он грустно улыбнулся и отложил Куприна.
– Сегодня на набережной салют будет, пойдем смотреть? – карие глаза еще сильнее пригвоздили меня к креслу.
– Правда? Давай! – энтузиазм в моем голосе прозвучал фальшиво, но Саша, видимо, предпочел не обратить на это внимание. – А кто еще из ребят пойдет?
– Никто. Вдвоем пойдем. Только ты и я. – Саша встал и, выходя из комнаты, подмигнул мне. – Зайду в восемь.
Я не успела ни возразить, ни согласиться.
«Только ты и я» – звучало у меня в голове и от осознания того, что меня впервые, вроде как, пригласили на свидание, я взвизгнула и схватилась за голову, ничуть не заботясь о том, что Саша может услышать.
Оставшееся до вечера время я лихорадочно пыталась придумать, что надеть.
Переворошив шкаф и комод, я смогла сделать два неутешительных вывода. Первый – у меня нет нормальной одежды. И второй – за оставшуюся пару часов она не появится.
Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, я решительно стянула с вешалок короткую юбку и любимую футболку с милыми медвежатами. Главное – не рефлексировать, иначе быть беде!
Про Сашу и возможные последствия грядущего свидания я тоже старалась не думать – неблагодарное это дело, а в моем отдельно взятом случае все ожидания обычно заканчивались полнейшим разочарованием. Сотни раз такое было: напланируешь, размечтаешься, а в результате – пшик! Так зачем что-то планировать и надумывать? Пусть всё идет своим чередом! Как показал опыт сегодняшнего утра – чему быть, того не миновать.
По присвисту Димы стало понятно, что своим нарядом я спалилась по полной…
– Элька, куда это ты? Никак на свидание? – брат картинно сложил на груди руки и усмехнулся.
Издевается, паршивец! Застукал нас вчера с Потаповым и решил, что сможет меня шантажировать перед родителями и ребятами…
Я уже набрала воздуха в легкие, чтобы вступить с ним в бесполезную словесную перепалку, но тут заметила, что рядом с ним у ворот нашего дома стоят Саша и Шустов.
Ретироваться было поздно. Отрицать очевидное – тоже. И так как функция «провалиться сквозь землю» была мне по определению недоступна, я просто замерла в нерешительности и всем своим существом ощущала, как смущение и откуда-то взявшийся стыд растекаются густой краской по моим щекам.
А-а-а-а-а!!!
