– Надеялась, что муж вернется. Он тогда прислал мне одно-единственное сообщение. Вот, читайте.
– Вы все их храните? – спросил Алексей, аккуратно взяв у Скворцовой телефон.
– Конечно!
«Я встретил и полюбил другую женщину. Бросаю работу и уезжаю вместе с ней. Не ищи меня. Руслан», – прочитал Леонидов и спросил:
– Когда пришло это сообщение?
– Утром. Всю ночь я пыталась дозвониться до мужа, но абонент был недоступен. А утром пришло вот это… – Скворцова кивнула на смартфон, который Алексей все еще держал в руке.
– И что конкретно вас смутило?
– Как что?! На Руслана это абсолютно не похоже! Он был человеком уже немолодым, муж старше меня на семь лет, состоявшимся, уравновешенным, у нас прочный брак, трое детей. Мы так хотели дочку. Руслан был счастлив, когда родилась Наташа. И вдруг измена? Другая женщина?!
– Седина в бороду – бес в ребро, – пожал плечами Алексей, вспомнив собственную любовную авантюру и внебрачного сына в Канаде. Тоже Алексея Алексеевича. Огромного труда стоило тогда помириться с Сашкой.
– Но зачем в таком случае он нас с Наташей позвал в Иркутск?!
– А вы давно запланировали эту поездку?
– За три месяца.
– Вот видите. А эту женщину ваш супруг мог встретить уже в Иркутске. И накрыло. Голову потерял.
– Руслан?! Сбежал, оставив добрую половину своих вещей и тухлую рыбу?!
– Вот про рыбу подробнее, – нахмурился Алексей.
– Вы сейчас шутите?
– Нисколько. Опишите мне в деталях, что именно вы увидели в номере, когда туда вошли. И ваши дальнейшие действия. Когда вы пошли в полицию?
– Да как только получила сообщение. – Скворцова наконец-то взяла у Алексея телефон. – Я еще долго верила, что мой муж жив… пока ко мне судебные приставы не пришли.
– Приставы?!
– Ну да. Имущество описывать. Вот тогда я и узнала много интересного про наши законы. И про кредиты. Но по порядку. Я открыла номер своим ключом. В нос ударил отвратительный запах. Наташка зажала нос и сказала: «Фу…»
Год назад, середина мая
– Фу… Мама, я туда не хочу!
– Подожди здесь, в коридоре.
Воняло так, что и Татьяне в номер заходить не хотелось. Но куда деваться? Ночь на дворе, ребенка надо накормить, вымыть и уложить спать. И Скворцова вошла.
Причину отвратительного запаха она поняла далеко не сразу, а только когда обшарила все тумбочки. В той, что слева, у шкафа, в верхнем ящике лежал пластиковый контейнер грамм на двести, под завязку набитый соленой рыбой. Вот эта рыба и стухла.
Но главное было не это. Пока Татьяна искала причину мерзкого запаха, попутно обшарила глазами и номер. Мужа не было, это она сразу поняла, и спрятаться здесь оказалось негде.
Руслан писал, что отель отвратительный и жить они здесь не будут. Пока муж был в командировке, терпел, но свои деньги платить за это безобразие не собирался. Завтра они планировали переехать в другой отель.
Скворцова без конца набирала номер Руслана, слыша сначала длинные гудки, а потом металлический голос робота: абонент не отвечает… И вдруг звонок сбросили! Татьяна села на кровать и набила в мессенджер: «Что случилось?! Волнуюсь! Ответь! Очень тебя прошу!!!»
Судя по тому, что сообщение не прочитали, абонент телефон отключил. Татьяна запаниковала.
– Мама, я есть хочу. И к папе, – захныкала в коридоре Наташка.
Скворцова взяла себя в руки – главное сейчас ребенок – и успокоила дочку:
– Папа на работе. Завтра мы его найдем.
Тогда она и сама в это верила. Всякое бывает, дела… Муж неохотно рассказывал про свою работу, а на вопросы Татьяны, как там, мол, как съездил, удачно ли, с улыбкой отвечал:
– Меньше знаешь, спокойнее спишь. Не обижайся, ты все равно ничего не поймешь.
Руслан отлично знал китайский и в совершенстве английский. Вот и мотался на переговоры с деловыми партнерами. Что они там закупали, Татьяна понятия не имела. Знала только, что обороты растут. Зарплата Руслана тоже росла, и Скворцова подозревала, что муж отдает ей далеко не все деньги. Ведь были еще и премии.
На жизнь им хватало, но как-то, совершенно случайно, Татьяна узнала, что на зарплатной карте мужа шестьсот с лишним тысяч! А еще у него были дорогой телефон и такой же навороченный ноутбук.
Так вот, ни смартфона, ни ноута в номере не оказалось! Равно как и документов Руслана Скворцова. И он сам, и все эти крайне важные для него вещи исчезли!
Всю ночь Татьяна не спала. Сначала гремела музыка из ресторана, а когда они угомонились, начались какие-то гонки, и такое ощущение, что на автомобилях без глушителей! Окна 303-го номера выходили на оживленную магистраль, и вопреки мнению Скворцовой о тихой провинции ночью здесь, похоже, спать не собирались.
Это был первый разбитый вдрызг стереотип. А сколько их ждало Скворцову в будущем!
Хорошо, что дочка так устала, что заснула, несмотря на адский шум, и крепко.
А утром выяснилось, что разница аж в пять часов – это неимоверно много и перестроиться на местное время не так-то просто.
Сообщение от мужа пришло в половине девятого. Скворцовы завтракали. Вернее, Татьяне кусок не лез в горло, но она пыталась сделать все, чтобы ребенок не остался голодным.
«Я встретил другую женщину. Бросаю работу и уезжаю вместе с ней…»
Машинально Скворцова отметила, что предложение построено неправильно. С кем Руслан уезжает? С работой? Мелочь, но на мужа не похоже. Руслан и русским языком владеет прекрасно, много читает. У него богатый словарный запас. Чего стоят одни только описания здешнего парка и цветущей черемухи! А тут мужа как подменили!
Татьяна, не откладывая, решила пойти в полицию, потому что это писал не Руслан.
Разговаривали с ней вежливо, расспросили, что случилось, тщательно все записали. А под конец сказали:
– Пока нет оснований объявлять вашего супруга в розыск.
– То есть как это нет?!
– Он на связь выходит? Выходит.
– Но это не Руслан!
– Телефонный номер его?
– А если телефон украли?
– Давайте подождем пару дней, а потом все тщательно проверим.
Пару дней! Да она с ума сойдет за эти дни.
– Но что мне делать?!
– Просто ждите.
Потом, анализируя свои действия за эти мучительные и такие томительные для нее дни, Татьяна поняла, что находилась в состоянии паники. Почти не ела, не спала, а мысли бегали по кругу: где Руслан?! Что с ним случилось?! Потому и совершала все эти глупости. Хотя почему же глупости? Она делала что могла. Перво-наперво расспросила персонал в отеле. Когда постояльца из 303-го номера видели в последний раз?
– Да вроде вчера, – неуверенно сказала девушка на ресепшене.
– Вчера?! А как же рыба?!
Вонючую коробку Скворцова отнесла вниз и передала тогда, ночью, дежурному администратору, которая тоже зажала нос и сказала: «Фу…»
Если бы Руслан был в отеле вчера, то не смог бы находиться в номере, где так воняет тухлятиной.
– Я не уверена, – тут же сдалась девушка. – Может, позавчера.
– К мужу кто-нибудь приходил?
– Вроде нет.
– У вас же есть видеокамеры. Давайте посмотрим записи.
– Да вы что?!
Скворцова хотела дать администратору денег, но потом подумала, что работой здесь наверняка дорожат. Показать видеозапись гостю? На каком основании? Ничего ведь не украли. Да и не администратор отвечает за видеонаблюдение в отеле. Охрана, служба безопасности. Полиция мигом заставит их отдать эти записи.
Сейчас ведь все под колпаком. По гаджету можно вычислить местоположение объекта, программа распознавания лиц укажет его путь по минутам: куда пошел, когда, с кем. Но то полиция! А они сказали ждать!
Татьяна не нашла ничего лучше, как взять бутылку из-под вина, найденную в номере, и пойти в ближайший алкомаркет. Руслан обожал хорошее коллекционное вино. Много не пил, но иногда позволял себе расслабиться после работы.
В какой-нибудь «Шестерочке» покупать вино он не стал бы. Однако рядом с отелем, которому явно по недоразумению дали три звезды, находился не только рынок, где цены оказались московские, но и местный винный бутик. Вино было явно оттуда. Дорогое, новозеландское. Впрочем, Руслан Семенович Скворцов мог себе это позволить.
– Кто купил у вас это вино? – спросила Татьяна продавщицу, показав ей бутылку. – А главное, когда?
Та уставилась на Скворцову как на сумасшедшую и отрезала:
– Мы без паспорта алкоголь не продаем!
Видимо, подумала, что пришла разгневанная мать, у которой сын-подросток решил гульнуть с друзьями. Ага. И купил бутылку вина за три с лишним тысячи, а не ящик пива.
– Я не в претензии, – устало сказала Татьяна. – У меня муж пропал. А это я нашла в номере отеля.
– Я, конечно, попытаюсь вспомнить, – будто бы сжалилась над ней продавщица, – но поток клиентов большой, так что сами понимаете.
Скворцова огляделась: кроме нее других покупателей не было. В итоге она провела в магазине абсолютно бесполезные полчаса, купила дочке сок и чипсы, так толком ничего и не выяснив.
Тогда она думала, что это самое плохое: не иметь о муже новостей, но когда эти новости наконец появились, Татьяна пришла в ужас.
По истечении указанных двух дней иркутская полиция на заявление москвички все-таки отреагировала. И выдала ей информацию.
И это был уже шок.
Алексей Леонидов
Он не выносил, когда женщины плачут. А Татьяна залилась слезами, едва начала описывать все, что с ней случилось, после того как полиция начала доследственную проверку по заявлению о пропаже человека.
Даже по сбивчивому и довольно путаному рассказу потенциальной клиентки Леонидов убедился, что отработали коллеги из Сибири на совесть, и почему в итоге был выдан отказ в возбуждении уголовного дела, мог понять.
Алексей пока тоже склонялся к этой версии: муж Скворцову бросил, а она упорно это отрицала. «Писал не Руслан», «Мой муж не мог со мной так поступить», «А как же наши дети?» – это все эмоции. А вот факты говорили обратное.
Факт первый: отсутствие трупа. И одновременно присутствие господина Скворцова в соцсетях и мессенджере. Факт второй: Руслан Семенович делал покупки, о чем говорили транзакции с его счета сразу после «пропажи». Факт третий: незадолго до своего исчезновения Скворцов снял крупную сумму со своей зарплатной карты в банкомате.
И этот третий факт все расставил по местам. Человек решил круто изменить свою жизнь. Бросить работу, семью, уехать в другой город с любимой женщиной и начать все заново. Да задолбало! Кризис среднего возраста, хотя Руслану Семеновичу было пятьдесят с хвостиком. Вроде бы поздно, но и такое бывает.
Он всю жизнь покорно тянул свою лямку, неадекватных поступков за ним не замечалось. Трудяга, ценный сотрудник, хороший муж и отец, по словам Татьяны Скворцовой. Уравновешенный, с отменной выдержкой, как всякий переговорщик. Но это значит скрытный. Чувства свои Руслан Семенович научился скрывать великолепно. Истинные чувства.
Да еще и крупная сумма на зарплатной карте. Когда мужчина делает заначку, всячески скрывая свои истинные доходы от законной жены, – одно это уже должно насторожить. Значит, готовился к чему-то.
Копилось, копилось, и… рвануло, короче.
А что в первую очередь необходимо человеку, решившемуся на переезд и поиски новой работы? Конечно, деньги. Вот тут-то и была зарыта собака.
– Они показали мне записи, где Руслан снимает деньги, – рыдая, сказала Татьяна. – Чтобы у меня отпали всякие сомнения.
– Когда это было? – мягко спросил Алексей.
– За три дня до того, как…
– До вашего с дочкой приезда в Иркутск?
– Да.
– Сколько он снял?
– Триста тысяч. Потом еще двести.
– Ого!
– На его карте лимит, поэтому деньги он снимал за два раза.
– Значит, в итоге Руслан Семенович снял полмиллиона. Круто! Зачем ему столько нала?
