Но положение спасает Киреев. Выходит из-за поворота и сразу нас замечает.
- Олесь! Как раз вовремя, я вам хорошие места занял.
Только подойдя поближе, он кидает на Карельского взгляд, полный превосходства. Тот злится, но в итоге они с товарищем уходят.
- Хей, ну что, мы идём? - нетерпеливо спрашивает Вася.
- Да, конечно. Скоро начало.
Андрей отводит нас на наши места, а сам уходит готовиться к выступлению.
- Будь осторожнее с ними, - неожиданно говорит Молчанова, пока мы ждём начала.
- С кем? - непонимающе спрашиваю.
- Да с парнями этими, которые вокруг тебя пляшут. Что-то не нравится мне, как они зыркают друг на друга.
- У них просто свой давний конфликт. Из-за девушки.
Вася никак не комментирует это, только выразительно хмыкает. Следующий час пролетают незаметно. Команды играют здорово, и я даже не могу сказать, кто лучше. Андрей на сцене смотрится очень органично - легко перевоплощается, и мне странно вспоминать, какое первое впечатление он произвёл на меня тогда, на вокзале.
После окончания мы с Василиной уходим почти сразу. Многие остаются, чтобы пообщаться с участниками, обсудить, кто как круто выступил. Плюс, похоже, намечается какая-то вечеринка. Но ни мне, ни Васе это не интересно. Но уже в дверях у соседки звонит телефон, и она, помрачнев, извиняется и просит подождать ее. Вот только стоит мне остаться одной, как рядом словно из ниоткуда появляется Карельский.
- Ты чего? - возмущаюсь, когда он оттаскивает меня в ближайшую нишу. - Совсем обалдел?
- Так ты же неуловимая, - усмехается парень, нависая надо мной и блокируя выход.
- Может, это не просто так? - с вызовом парирую.
Мы стоим слишком близко друг к другу. Это нервирует. Так и хочется сбежать.
- Может. Боишься меня?
- Много чести, - фыркаю, складывая руки на груди. - Что тебе надо?
- Нам вообще-то работу на конкурс надо сделать.
- У тебя был шанс ее обсудить, - напоминаю о случае в библиотеке.
- Я же извинился. Но если ты думаешь съехать с темы - подумай о том, чем это может обернуться…
- Угрожаешь мне?
- Всего лишь предупреждаю. Хвостов злопамятный мужик. Так что хочешь-не хочешь, а делать придется.
- И ты, конечно же, надеешься повесить все на меня?
Рома снисходительно смотрит.
- С чего бы? Ты разве потянешь такой уровень?
А вот это звучит обидно. То есть понятно, конечно, что он, скорее всего, провоцирует, да и я не гений экономики. Но все равно настолько откровенная насмешка бесит.
- А ты, наверное, уверен, что справишься сам? Так я не стану мешать, если так.
- Нет, малышка, мы оба указаны в заявке. А значит, и работать над проектом будем вместе.
Морщусь от его обращения. Похоже все-таки решил включить свои подкаты, чтобы сделать вид, что хоть как-то участвует.
- Ладно. Я подумаю.
- Нет, неправильный ответ. Завтра в два жду тебя у читального зала.
- А если у меня дела?
- Отменишь. Проект штука серьезная. И насчёт Хвостова я не шутил. Он потом отыграется.
Я молчу. Про декана и так догадывалась. Теперь вот убедилась.
- До завтра, - подмигивает Карельский и делает шаг назад, убирая руки. А я, наконец, могу полноценно вдохнуть.
Дергаюсь вперёд. Рома отступает и даже не пытается меня задержать. Зато стоит мне выйти из ниши, как вижу Васю, а напротив неё - тот самый парень, с которым был Карельский перед КВН.
- Чтобы заинтересовал, тебе придётся накачать кое-что, - насмешливо выдает ему Молчанова.
- Поверь, детка, у меня все накачано, как надо.
- Сомневаюсь. Судя по всему под черепушкой у тебя всего пара извилин, их ещё прокачивать и прокачивать…
- Да ты… - этот нахал уже делает шаг к Василине, которая даже не дергается.
- Вик! - вмешивается Рома, который, оказывается, уже тоже здесь. Тот бросает злой взгляд на Васю, но все же отходит. - До завтра, - напоминает Карельский и уводит своего приятеля.
А я остаюсь с соседкой, которая выжидающе смотрит смотрит на меня.
17. Олеся
- И что это было? - спрашивает Вася.
- Что?
- Зажималась с этим кобелем?
- Нет, конечно! - возмущаюсь. - Карельский из-за проекта переживает. Видать, неохота напрягаться.
- Он и переживает? Ты совсем, дура? Его отец один из постоянных спонсоров. Да даже если его сынуля ни одного экзамена не сдаст и вместо проекта чистый листок принесет, ему все нарисуют.
- Тогда зачем он меня достает?
- Вот и мне интересно…
Нехорошее ощущение дежа всю появляется. Ну, не может же это вот так второй раз?
- Олеся! - Когда к нам подходит Киреев, соседка уже почти в открытую смеется. - Ты уже уходишь?
- Ага. Было здорово, спасибо. Но нам и правда пора.
Андрей удерживает меня да руку.
- Погоди. Мне тебе кое-что рассказать надо.
- Да ты сегодня просто нарасхват, - ухмыляется Молчанова. - Ладно, я домой. У меня онлайн-урок скоро.
- Может, потом? - спрашиваю у парня. - Завтра, например.
- Это очень важное, Олесь.
Вася закатывает глаза и, помахав нам рукой, уходит. А я уже начинаю злиться. Почему всем что-то от меня надо?
- Что ещё?
Киреев зачем-то оглядывается по сторонам, и как специально из актового зала выходит большая компания. Андрей, взяв меня за руку, ведёт к выходу.
- Лучше об этом говорить без лишних ушей, - бросает, пока спускаемся по лестнице. Вспоминаю, что именно он собирался узнать, и злость моя тает. Теперь вместо неё настороженность.
Только на улице, когда мы оказываемся достаточно далеко от ворот, а рядом никого нет, Андрей останавливается и садится на ближайшую лавочку.
- Ну, говори уже, - не выдерживаю его молчания.
- Олесь, он поспорил.
В груди что-то глухо ухает. Мне кажется, я ослышалась. Может, это галлюцинации?
- Что?
- Карельский поспорил. Поэтому и трется вокруг тебя. Дело не в проекте.
- Не может быть…
Я правда не верю. Ну, не может же мне так повезти опять. Это же… Ну, кем надо быть, чтобы дважды попадать в одну и ту же ловушку. Да, я не влюблена в Карельского, и он мне не нравится, но… Как же так?!
- Вот, если не веришь.
Андрей достаёт телефон и включает аудио запись. Сначала ничего не слышно, а потом узнаю голос Карельского:
- Давай по условиям лучше забьемся.
- Срок - два месяца, - второй голос подозрительно похож как раз на этого самого Вика… - Третье условие - не только переспать с доказательствами, но и на вечеринке она должна при всех признаться в любви.
- Ну, и? - лось этот говорит с такой самоуверенностью, что мне становится тошно.
- Селезнева. Новенькая. Со второго курса.
- Думаешь, она особенная? Все они одинаковые.
- Особенная или нет - узнаем. Да только хрен ты выиграешь. Ни одно условия не выполнишь.
- Выиграю. И пересплю с этой Селезневой, и в любви она мне признается. Могу даже быстрее, зачем тянуть так долго? - Когда слышу свою фамилию да еще и в таком контексте, меня начинает трясти. И дело тут не в злости. Фантом прошлого словно вырастает у меня за спиной.
- Так ты забыл про еще условие. Пока идет спор, никаких левых баб…
Запись заканчивается, а я, кажется, даже дышу через раз. Просто пытаюсь осознать то, что узнала.
- Мне жаль, Олесь. Они твари.
Я все молчу, пытаясь принять, что все повторилось.
- Спасибо, - выдавливаю, наконец. - Предупреждён, значит, вооружён.
- Именно. Так что я тут подумал… Они же тотализатор устроили. Ты можешь наказать их.
- Я? Как?
- Подыграй Карельскому. Пусть думает, что побеждает. А я сделаю ставку против него. Когда он проиграет, ты получишь большой куш.
- Мне не нужны их деньги! Это мерзко! Я же живой человек!
Вскакиваю на ноги, но Андрей удерживает меня не давая уйти.
- Конечно, ты права. Они мрази, - утешающе говорит он. - Но если никто не щёлкнет их по носу, они так и будут устранить такое.
- Нет-нет-нет! Не хочу. Ты не понимаешь…
Меня уже колотит. Все мои страхи и вся боль, которые я так тщательно прятала, выползают наружу. В голове так и звенят слова про мышь.
- Олесь, хотя бы подумай об этом. Не ты, так другая будет. Разве они не заслужили, чтобы их наказали?
- Отпусти меня, пожалуйста, - настойчиво прошу. - Отпусти, Андрей.
Он все-таки убирает руку, а я, схватив сумку, чуть не бегом несусь к общежитию. Понимаю, Киреев хотел помочь, но сейчас я не могу его видеть. Да никого, собственно.
Дома Тани нет. Только Вася. Она вопросительно смотрит на меня, но я ни слова не говорю - забегаю в ванную, где меня выворачивает.
Слезы против воли выступают на глазах. За что? Почему именно я?
Тактичный стук в дверь напоминает, что я вообще-то тут не одна.
- Олесь, у тебя все нормально?
