Страница 5 из 7
К концу вторых суток появляется майор, но, увы, без хороших новостей. Ему удалось добыть ещё несколько отчётов. Правда, документы старые – за несколько последних лет. Содержат информацию о том, какие происходили ремонтные работы и где. К тому же пропало ещё несколько его лазутчиков в рядах сторонников Императора. Так что он приказал им всем залечь на дно, чтобы не оборвать все ниточки целиком.
Уже ночью к нам присоединяется Текору. Ему удалось получить план некоего дворца. Рискуя своим положением, он сумел выкрасть его у одного из новых ставленников Императора на генеральский пост. Карта с подробной планировкой всей территории, вот только единственная загвоздка – неизвестно, где конкретно она находится. Осталось это выяснить.
Мы сопоставляем полученную Текору карту с отобранными прежде локациями, однако получаем сразу несколько схожих мест.
– Секундочку, – привлекает наше внимание Кантор. – У меня есть идея. Стоит посмотреть в новых бумагах, что я принёс.
– Согласен, – я начинаю улавливать ход его мыслей. – Глянем, где и когда проводились ремонтные или строительные работы. Под такое количество «гостей» нужно обширное жилое пространство. Даже если бедняги не сидят под замком, за ними всё равно нужно присматривать. Скрытно или явно.
Перелопатив кипу отчётов, мы обнаруживаем, что больше всего ремонтных и строительных работ проводилось на территории клана Штормового Ветра, который выступил против Альдавиана. Эти масштабные преобразования осуществлялись давно, ещё когда клан не встал на сторону предателей. И спонсировались лично из казны с целью постройки гостевого Императорского дома.
Таких строек, судя по отчётам, было несколько, но именно на территории Штормового Ветра было потрачено немало государственных средств. Теперь, сопоставив две зацепки, мы изучаем местность и обнаруживаем точное местоположение нашей цели – загородного гостевого дворца для самого владыки.
– Я в этой операции участвовать не смогу, – сразу предупреждает Кантор. – Моё отсутствие вызовет слишком много подозрений, да и у меня сейчас есть чем заняться в столице. Поэтому рассчитываю на вас.
Составив план, начинаем действовать. Выбраться из столицы оказывается непросто, но лишь для меня. Поэтому я выдвигаюсь один. Остальные, разбившись на пары, покидают город без особых проблем. Я же по пути к воротам меняю несколько личин, заметив, как теперь эта техника даётся мне легко. Буквально на ходу, прикрывая лицо капюшоном, меняю облик, составляя новый образ из нескольких людей, которых вижу по дороге. У самой цели, скопировав лицо одного из приметных торгашей, подхожу к исполинским воротам.
Что-то нечленораздельно мычит стражник с недовольным видом, протягивая ко мне руку.
– Ты же знаешь, каков сейчас порядок… – решает уточнить он.
В подставленную ладонь падают несколько солеев, и его глаза на миг округляются, но он старается не подавать виду. Одобрительно кивнув, пропускает меня наружу.
На границе с территорией Штормового Ветра мы вновь разделяемся. Юну и Лиу достаётся простая задача – раздобыть пару добротных повозок, чтобы вывезти детей. Я даю им достаточно денег, чтобы, если потребуются, не привлекали внимания кражей, а просто взяли и купили. Договорившись о точке встречи, хорошенько маскируемся и вскоре отправляемся вглубь территории павшего клана.
Всё необходимое мы купили по дороге. Лица прикрыты тканевыми масками, в которых оставлены прорези для глаз, а верхние одежды выбраны так, чтобы не выдавать нашу принадлежность к какому-либо роду или секте.
Верные псы Императора здесь повсюду. Благо, вокруг хватает рощ и небольших лесков, так что я вместе с Текору отлично справляюсь с нашей маскировкой. Поначалу братец помогает мне, но вскоре оставляет это дело полностью на меня. Всё равно в сравнении с моим этапом Рубинового Феникса он сейчас как ученик против учителя.
Я даю свободу своей технике Оплетающего Побега, выращивая естественные укрытия на нашем пути. Благодаря обильной растительности мне удаётся местами даже менять местность, где это необходимо.
Над зачисткой клана предателей Тени поработали явно качественно. То и дело нам попадаются выгоревшие остовы родовых построек. По остаткам планировки несложно догадаться об их предназначении. Сам клан Штормового Ветра считался незначительным как по силе, так и по численности. Даже центральная усадьба значительно уступает своими размерами тому же загородному имению Золотой Сакуры.
Однако наш путь лежит ещё дальше, к новому дворцовому комплексу, созданному специально для Императора. Интересно, под каким предлогом изначально подавались эти строительные работы? Чем третьестепенный род мог так заинтересовать его?
Мы стремительно продвигаемся вглубь территории и, наконец, достигаем той самой точки, отмеченной на карте.
– Вот и оно, – произносит Наоки, пока мы наблюдаем с расстояния за активностью вокруг здания.
Текору проделал великолепную работу, достав план этого дворца. Судя по нему, нам надо проникнуть на подземный этаж.
Территория густо засажена деревьями, а перед центральной пагодой раскинулся изысканный сад. Невысокие декоративные деревья создают тенистые аллеи, не препятствуя обзору. Развернув сеть из растительных побегов, я тщательно изучаю маршруты патрулей. Тени, используя свои техники, скользят в тенях, почти неразличимые для обычного глаза, но для меня их передвижения складываются в чёткую карту. С её помощью я и прокладываю наш путь.
Мы продвигаемся через кроны, замирая при малейшей опасности. Несколько раз я заставляю деревья поскрипывать, отвлекая противников от нашего маршрута. Проникнув во дворец, мы без труда минуем первый этаж и спускаемся ниже. Однако на подземном уровне нас встречает неожиданно плотное кольцо охраны.
По пути я достаточно поэкспериментировал со своей техникой, чтобы понять разницу в прорыве на новый этап. Сейчас, когда моя сеть опутала весь дворец изнутри и снаружи, постепенно проникая в самые его недра, решаюсь опробовать ещё один вариант исполнения.
Сосредоточившись, я визуализирую необычные растения, которые должны прорасти из моей живой сети. Тончайшие побеги пробиваются сквозь щели между плитами, укореняясь в незаметных уголках. Крошечные бутоны, наполненные дурманящим сладостным ароматом, раскрываются, выпуская облака пыльцы.
Эффект не заставляет себя ждать: охрана погружается в глубокий сон. Даже неуловимые Тени поддаются сонной истоме, сворачиваясь в клубок прямо на холодных плитах, словно утомлённые дети.
Спускаясь на подземный уровень, я модифицирую наши маски, вплетая в них защитные растения от дурманящих спор. Мощь цветов превосходит ожидания – даже звёздные дети в одной из комнат погружаются в сон.
Оценив ситуацию, я решаю облегчить наш путь к отступлению. Используя разветвлённую сеть, распространяю сонные чары по всей территории дворца и прилегающим участкам.
Наоки с помощью водной техники вскрывает двери, а Текору помогает мне выносить детей наружу, попутно осматривая их состояние. В процессе он приглушённо сквернословит, получив первое подтверждение моим словам. То ли ещё будет…
Внезапно моё внимание привлекает приближение группы мощных аур, каким-то образом избежавших воздействия моей техники.
Привычным жестом я сигнализирую о приближении опасности. Ситуация изменилась – теперь из незваных гостей мы стали хозяевами положения. С этой мыслью я выступаю в коридор навстречу возможному противнику.
Почти не удивляюсь, когда вижу Джихвэя с двумя дюжинами бойцов, чьи головы окутаны защитным воздушным коконом. Лидер жестом даёт своим соратникам команду остановиться, а сам выступает вперёд.
– Тут даже гадать нет смысла, кто осмелился нарушить планы нашего владыки, – надменно произносит Тень. – Неужто ты думаешь, Рен из Лесных Холмов, что это сойдёт тебе с рук? Снимай эту тряпку с лица. Твоей предательской аурой пропах весь дворец! – выплёвывает противник.
– Я как раз прекрасно помню свою клятву – оберегать Империю от угроз внешних и внутренних. Ваш владыка, перенявший лучшие обычаи трупоедов, этот проклятый кровопийца, веками убивающий детей, воплощает собой самую страшную из таких угроз. И, похоже, такая мне выпала доля – избавить от него нашу державу.
Тени звереют прямо на глазах, услышав оскорбление государя.
– Полай, пока можешь, безродная дворняга. Несмотря на твою гнусную породу, наш господин приютил тебя. Даровал прощение и ответственную миссию, чтобы ты мог искупить свои грехи перед ним. В качестве послушной шавки ты бы прожил гораздо дольше, но сейчас это уже неважно. Тебе придётся сдохнуть.
– Много болтаешь, Джихвэй, – перебиваю его, давая друзьям время вынести детей через другой ход. – Это от страха или словесного недержания?
Скрипнув зубами, Тень бросает:
– В прошлый раз ты помог мне получить повышение по службе, сделав всю грязную работу за меня. А сейчас, когда я принесу владыке твою голову на блюде, наверняка, получу дворянский титул и жирный кусок земли в придачу. Возможно, даже той, что лежит у нас под ногами. Создам свой собственный клан… Не трогать его, он мой! – рявкает лидер своим подчинённым.
Джихвэй вскидывает руки в боевой стойке, и по его коже начинают струиться тёмные ручейки энергии, словно обсидиановые змеи. Его силуэт подёргивается дымкой, а движения обретают потустороннюю плавность. Воздух вокруг уплотняется и искажается, будто от невыносимого жара. По камням пробегают мельчайшие трещины, окружающую пыль сдувает прочь.
Кажется, что враг вот-вот рассыплется на множество сгустков мрака и атакует со всех сторон одновременно.
Но я не даю ему такой возможности.
Скрипнув зубами, молниеносно выбрасываю кулак вперёд, и из моей руки выстреливают древесные побеги. Они пронзают грудную клетку Джихвэя в трёх местах, прежде чем тот успевает толком среагировать. Глаза Тени расширяются от шока и боли. Не веря в реальность происходящего, он изумлённо опускает взгляд вниз.
Из его груди вырывается хрип, чернейшие проклятья вскипают на языке, но слова застревают в горле, сменяясь булькающими звуками. Последний побег стремительно прорастает изо рта и обвивается вокруг шеи, безжалостно кроша кости. Фигура Джихвэя обмякает, и он повисает в смертельных объятьях растительных пут.
Охрана замирает, не в силах пошевелиться, их лица искажает первобытный ужас. Только что на их глазах погиб сильнейший боец, а они даже ничего не успели предпринять. Я чувствую, как они ощущают мою подавляющую ауру, в сравнении с которой их собственная сила кажется совсем детской. Одного осознания чудовищной разницы в уровнях хватает, чтобы парализовать их волю. Кто-то роняет оружие, кто-то падает на колени, кто-то просто стоит, дрожа всем телом. Несколько человек теряют сознание, не выдержав колоссального давления Ки. Кажется, один из них готов умолять о пощаде, только бы не разделить участь своего командира.
– Не двигаться! – мой голос лязгает сталью. – А теперь кто-то из вас расскажет мне всё, что он знает. Учтите, мне не нужно оставлять в живых всех. Хватит и одного. Так кто хочет стать этим счастливчиком?
Глава 7
Величественный загородный дворец окутан ночной тишиной. Однако не все его обитатели спят. Текору и Наоки уже осторожно вынесли на улицу Звёздных детей, предварительно убедившись, что поблизости нет бодрствующих врагов.
Во дворе, у главного входа, можно заметить неподвижных птиц. Их невредимость говорит о том, что усыпляющая сила действовала постепенно, но эффективно. Пернатые погрузились в глубокий сон, даже не успев встрепенуться.
Эта способность дурманить разум – действительно полезный навык. При умелом использовании она может помочь незаметно проникнуть куда угодно или обезвредить противника без лишнего шума. Однако, чтобы овладеть ею в совершенстве, нужна практика. Важно научиться контролировать силу воздействия, регулируя скорость и глубину погружения в сон.
Я вывожу Теней на улицу и приступаю к допросу, пока Наоки отправляется за нашими младшими соратниками, которые должны вот-вот вернуться с повозками для вывоза спасённых детей. Текору занимает позицию в стороне, бдительно охраняя ребят и внимательно вслушиваясь в каждое слово, слетающее с уст личных псов Императора.
Упорство Теней тает быстро, словно лёд под лучами весеннего солнца. Моё предупреждение сработало безотказно. Один из них, назвавшийся Ханзо, начинает говорить с поразительной скоростью, явно надеясь выторговать себе жизнь этой болтливостью. Его товарищи буравят предателя злобными взглядами, но и в их глазах уже мелькает готовность развязать языки.
– Всё и так предельно понятно, нет смысла ходить вокруг да около, – вздыхает Ханзо, поглядывая то на товарищей, то на мрачного, как грозовое небо, Текору.
Рядом с тем постепенно начинают приходить в себя звёздные дети.
– Господин, что тут происходит? – смуглый парнишка с длинными волосами, собранными в хвост, обращается к адъютанту Кариссы.
Все они разного возраста. Есть совсем юные, наверняка, поразительные гении, раз смогли ступить на Путь так рано, есть подростки, которые всё равно добились многого к своим годам.
– Это мы сейчас как раз и узнаем, – Текору прикладывает палец к губам. – Тише. Слушайте.
Вопросы продолжают звучать, но под пристальным взглядом моего названного брата затихают.
Пока я веду допрос, Ханзо пытается увильнуть, начиная заговаривать мне зубы. Всё-таки он – Тень, однако вновь высвобожденная в полную силу аура приводит его в чувство. При этом я направляю потоки Ки, обтекая детей, чтобы те не испугались.
– Ты напрасно испытываешь моё терпение. Или пускай скажет кто-то другой. Есть ещё желающие? – я смотрю на остальных Теней, сидящих за его спиной. – Или вы думаете, что мои слова – пустая угроза? Вспомните тогда Джихвэя. Как там он любил говорить? «У человека без одежды мало секретов. У человека без кожи – их нет». Верно?
Эту мерзкую поговорку он со смехом однажды ввернул в разговоре со мной, когда мы обсуждали состав заговорщиков.
Ханзо судорожно сглатывает.
– Ладно-ладно, наш владыка планировал использовать их, – он указывает на звёздных детей, – в качестве жертв для своего ритуала. Он частенько такое проворачивает.
– Вздор! Император Альдавиан не мог так поступить! – звонко кричит курносая девочка.
Тот смуглый парнишка, первым пришедший в себя, вскакивает с места.
– Император – само воплощение небесной воли над нами! Как у тебя язык поворачивается говорить такое?! – восклицает он, его рука взметается вверх, вызывая к жизни огненную технику.
Текору моментально пресекает попытку вмешательства.
– Остыньте, юнцы, – голос моего названого брата звучит спокойно, но в нём слышится сталь. – Сядьте и слушайте дальше. Вдумайтесь в каждое слово, что он произносит. – Текору на мгновение замолкает, его взгляд становится задумчивым. – Поверьте, мне самому претит даже мысль, что это может быть правдой, но вся эта ситуация, в которой мы оказались… она лишь подтверждает его слова.
– Дети… такие глупые и доверчивые, – Ханзо растягивает губы в холодной усмешке, его взгляд, острый и презрительный, скользит по лицу дерзкого парня, а затем обводит остальных. – Вам с детства внушали возвышенную чушь. Красивую и такую героическую чепуху для наивных олухов. Так вот всё это – просто сказки, придуманные для простаков. Кто-то из вас, быть может, грезил о славе генерала или легендарного героя… – он делает паузу, позволяя словам повиснуть в воздухе, – но подобные пустые мечты никогда не сбудутся. Ни в этой жизни. Ни в этом мире. Родившийся на свет простолюдином обречён сгинуть, как и положено безродному отребью.
Ханзо начинает перегибать, а я одёргиваю его, оплетая ожившими, словно змеи, лозами. Растения сдавливают его глотку, заставляя захрипеть.
– Хватит, ублюдок. Не увлекайся и говори по делу. Они-то как раз теперь смогут осуществить свои мечты. Я прослежу.
В голове всплывает образ смеющейся сестрёнки. Она бы тоже смогла, не встреться на её Пути один бессердечный выродок.
– Ближе к сути!
Ослабляю хватку и даю ему передохнуть от объятий, которые чуть не стали смертельными.
– Рен из Лесных Холмов… – кривится Ханзо, – думаешь, твоя выходка сойдёт тебе с рук? Император собирался поглотить их уже завтра. Прямо в этом дворце. Всё уже было готово к церемонии, и, если бы ты не вмешался, государь исцелился бы.
Все в шоке слушают признания агента Императора. Даже меня пробирает. Осознаю, что, если мы не остановим Альдавиана, кто-нибудь всё равно пострадает в самое ближайшее время.
– Есть другие дети? На замену этим, – уточняю я. – Может, где-то ещё сейчас находятся звёздные дети?
– Даже если есть, то мы об этом не знаем, – пожимает плечами пленник.
Я ощущаю, как за спиной вздрагивает Текору из-за эмоционального напряжения. Он зол и весь пылает изнутри, вот-вот готовый взорваться, но с трудом сдерживается. Не хочет давать волю своей тёмной стороне.
Беседа с Ханзо и остальными Тенями продолжается недолго. Больше никакой ценной информации мы не получаем. Детей, обессиленных от действия моей техники, рассаживают по повозкам. Наличие в нашей компании Лиу и Юна делает их спокойнее. Младшая сестрёнка успокаивает их своим присутствием и добротой, а обормот Юн развлекает своими шутками и забавными выходками, почти моментально получая нагоняй от Лиу.
Тени сидят смирно, ожидая приговора. Понимают, что не смогут сбежать от Рубинового Феникса. Остальная территория дворца по-прежнему погружена в сон. Распущенная сеть цветов продолжает выделять пыльцу небольшими порциями, не давая остальной страже проснуться.
Попутно я осматриваю узников и понимаю, что их лица окружены защитной техникой, фильтрующей воздух и не дающей пыльце усыпить их. Понятно, почему мои сонные цветы тогда не сработали.
Занятно. Стихии воздуха в чистом виде не существует и, чтобы добиться подобного эффекта, нужно скомбинировать стихию дерева, которая ассоциируется с ветром и движением, и металла, который связан с небом и пространством. Это довольно продвинутая техника.
Короткий допрос позволяет узнать, что подобному трюку эту группу обучил мастер Теней по имени Лианг. Обычно его используют, если нужно устранить какую-то строптивую цель. Последние несколько месяцев он находится на юге Империи, где ведёт охоту за одной мятежной сектой.
– Что с ними теперь делать? – задаёт вопрос Наоки, кивнув на пленников.
– Они заслужили смерть, – говорю я нехотя, но…
– Если не хочешь пачкать руки… – нахмурившись, Наоки смотрит на меня, но я не даю ей закончить.
– Нет. Я сам с этим разберусь.
Действуй я в одиночку, вопрос моей узнаваемости потерял бы всякое значение. Меня и так ищут Тени, но нельзя подвергать опасности мастера и младших практиков Водного Дракона, а также адъютанта одного из генералов Императора. Если каким-то образом их узнали… Даже думать не хочу, что может с ними сделать Альдавиан.
Значит, пленников нужно убить, но…
Я в раздумьях смотрю на коленопреклонённых Теней, и внутри меня всё протестует против казни сдавшихся врагов. Одно дела сразить противника в честном бою, когда всё решает только твоё мастерство. И совсем другое бездушно расправиться над сложившим оружие. В этом нет чести.
Подобный вердикт слишком напоминает безжалостную логику Императора, для которого человеческие жизни – лишь разменная монета в его грандиозных планах. Разве не с подобным пренебрежением к людям я и хочу покончить? Стану ли я лучше Альдавиана, если начну действовать его методами? Нет, я должен найти иной путь, остаться верным своим принципам даже перед лицом жестокой необходимости.
Какой бы сложной ни была ситуация, мне нужно помнить – именно человечность делает нас людьми, а не просто орудиями на службе высшей цели. Если я предам эти ценности, значит, Император уже победил, исказив мою душу. Я должен найти решение, которое не запятнает мою честь.
В этот момент в моей памяти всплывает одно из тех воспоминаний детства, что одновременно тревожат и веселят. Однажды Лин, движимая детским любопытством, пробралась в святая святых нашей матушки – её землянку, полную загадочных трав и зелий. В этом царстве ароматов и тайн сестрёнка умудрилась опрокинуть одну из бесчисленных склянок искусной травницы, и воздух наполнился невидимой, но коварной пыльцой.
Последствия не заставили себя ждать: память сестры словно заволокло туманом, стерев всё, что случилось с момента пробуждения. Поначалу это казалось забавным – видеть, как Лин в растерянности оглядывается, не понимая, как очутилась в этом месте. Но наш смех быстро стих, когда на пороге возникла мать. Её взгляд мог быть суровее отцовской оплеухи, особенно когда дело касалось её заповедной обители.
Лишь позже я осознал, насколько близко мы тогда подошли к беде. Землянка матушки таила в себе не только чудеса, но и смертельные опасности. Нам повезло, что Лин не наткнулась на плоды того же растения – они могли не просто затуманить разум, но и ввергнуть в пучину безумия.
Датура – так звалось это растение, чужеродное для нашего языка. Его пыльца, казавшаяся нам тогда лишь источником веселья, на деле была коварным вором воспоминаний, способным украсть часы, а то и дни из жизни человека. Урок, преподанный нам в тот день, я запомнил навсегда: даже самые невинные шалости могут привести к необратимым последствиям.
Сконцентрировавшись, я чётко представил себе форму растения: широкие листья, длинные вытянутые лепестки. Оплетающий Побег, подчиняясь моим мыслям, формирует цветы датуры на лозах, которые спеленали Теней. У стеблей стремительно созревают круглые плоды, покрытые шипами, а длинные цветы, закрученные в спирали, медленно раскрываются.
Вспоминаю детство, когда после нагоняя матушка повела нас в лес, показывая цветы в живой природе и описывая их свойства. Поток Ки усиливается, я направляю его в созданные мной растения, усиливая их эффект. Они наливаются духовной силой.
– Наоки, помоги мне, – обращаюсь к возлюбленной, не отвлекаясь от дела.
