Виена поднялась и подошла к решетке:
– Что-то случилось? Вы все еще не спите…
– Они проведали, что я ухожу отсюда ночью, – ответил тот. – Теперь мне запретили спать.
У Флоранс вновь потемнело перед глазами. Ее вырвали из мира светлой надежды и резко толкнули на самое дно.
Она наконец осознала, что все это значило: осталась ночь, за которую они не смогут распилить решетку. Завтра ее уже точно убьют.
Лицо Флоранс перекосилось. Какие же подлости творит Бог! Сначала вселяет радость, а затем швыряет в ад…
До рассвета, когда пришел сменщик, стражник просидел не смыкая глаз. Так что, даже если б прут был уже распилен, сбежать им не удалось бы.
Флоранс задумалась, почему они вдруг так насторожились. Наверное, виной тому была девушка, раскрывшая ее план побега перед своим убийством. Ничего иного на ум не приходило. Решила и всех остальных утащить за собой… Конечно, Флоранс злилась на нее, но в то же время и хорошо ее понимала. Жаль, что загнанные в тупик люди склонны показывать себя с такой уродливой стороны…
К счастью, кто-то из начальников – видимо, человек с бородой – приказал лишь быть на страже всю ночь, а не обыскивать новых узниц или проверять каждый сантиметр решетки. Сам стражник, кажется, не понимал, за что ему запретили спать. Он лишь соблюдал приказ, а рано или поздно его смягчили бы. До тех пор пленницам следовало терпеливо ждать, передавая миссию по побегу из рук в руки. Их с Виеной, скорее всего, убьют, но ведь однажды кто-нибудь да сможет сбежать из этого ада и добиться возмездия. Что ж, пусть ее жертва будет не напрасна. Она наивно обрадовалась, что ее жизнь спасена, но, видимо, от судьбы не уйдешь. Значит, она кротко взглянет ей в лицо и примет волю Господа.
Утром следующего дня в тюрьму вновь привели новенькую. Теперь их было четверо. И почему в мире не кончаются падкие на обман девушки и их родители! Впрочем, никто ведь не знает о происходящем в замке…
Наступил полдень, а затем и сумерки. Неумолимо близился час смерти. Флоранс не удалось ни разу провести пилой по пруту, так что ей оставалось лишь ждать своей казни. Хотелось выть от досады. Странно, но она уже поборола в себе страх, грусть и унижение и теперь ощущала все большее спокойствие. Однако это не была непокорность. Нет, ей казалось, будто бы она наблюдает за деяниями глупых людей откуда-то с неба.
«Так вот какова смерть… – подумала Флоранс. – Значит, на самом деле я умерла еще вчера. Моя душа уже покидает тело».
Она уже не дрожала. Повернувшись к Виене, еще раз показала, как доставать веревку из юбки, где в лифе спрятаны перчатки и где находится потайной карман для пилы. А затем тихо принялась ждать ночи, молясь, чтобы после ее смерти стражник ушел к себе на ночь и у Виены получилось сбежать.
Однако, сколько бы Флоранс ни казалось, что она уже освободилась от всех страхов, когда по ту сторону решетки возникло знакомое лицо с бородой, она едва не потеряла сознание. Время полетело с бешеной скоростью, и пришла она в себя только когда двое мужчин, вошедших в камеру, подняли ее за руки.
Сейчас они должны были грубо поволочь ее, но напоследок ей захотелось держаться с достоинством. Она пошла сама, однако собственных коленей почти не чувствовала – они словно онемели. Твердый каменный пол казался сделанным из хлопка, и несколько раз она едва не упала. По дороге с грохотом ударилась о дверь темницы. Стражник придержал дверь, и звук стих.
После нескольких дней в заточении коридор показался ей очень ярким, хотя на самом деле света здесь было не больше, чем на дороге в лунную ночь. Через плечо она увидела печальный взгляд Виены, сидящей на коленях и сжимавшей руками решетку. Тут Флоранс впервые подумала, что они и впрямь стали хорошими подругами. Если б только они встретились в другом месте…
– Флоранс, ты очень смелая! – внезапно закричала Виена.
Смелая?.. С чего бы? Она ведь уходит в полуобмороке от ужаса.
Но тут Флоранс поняла: идущая на смерть девушка впервые не билась в рыданиях. Внутри ей было страшно, но оставшимся жертвам казалось, будто ее переполняет мужество. Что ж, в таком случае она пойдет с высоко поднятой головой. Хоть веди себя спокойно, хоть вырывайся – итог все равно один.
– Прощай, Виена. Сделай же, как я просила! – громко сказала Флоранс, пытаясь скрыть дрожь в голосе. Она услышала, как Виена сквозь слезы ответила ей: «Крепись!» Но Флоранс уже решила не оборачиваться.
Повернув по коридору, они очутились в сверкающей, изумительно красивой комнате. Сейчас ее заливал ослепительный свет, отражавшийся от белой плитки на полу. Именно через эту просторную комнату Флоранс провели несколько дней назад. С потолка спускалось несколько цепей. Посередине висела необычайно большая черная клетка, куда можно было бы посадить огромную птицу. На полу под ней располагалась белая ванна.
А возле нее неподвижно стояла невысокая женщина. Судя по роскошному наряду, она была голубых кровей. Запавшие глаза, чуть крючковатый нос, тонкие губы. Суровым, зловещим взглядом женщина обводила комнату, словно молча запрещая кому-либо даже шевелиться. В руке она сжимала лошадиный кнут.
Мужчины подвели Флоранс к аристократке. От страха по телу вновь побежала дрожь, которую никак не удавалось унять. «Вот она, та самая принцесса-вампирша!» – подумала Флоранс. Она представляла себе женщину чуть крупнее. Превозмогая ужас, вгляделась в ее лицо. На вид ей было лет сорок. Пожалуй, ее можно было назвать красивой, однако слишком свирепый облик лишал ее всякого очарования.
Дама кратко вскинула подбородок. В тот же самый момент мужчины грубо схватили Флоранс. Как только они начали расстегивать пуговицы, девушка поняла, что ее раздевают. С воплями попробовала сопротивляться, но что она могла сделать против двух мужчин? В мгновение ока Флоранс оказалась голой, и ее швырнули на холодную плитку. Не успела она вскрикнуть, как ей заломили руки и усадили на колени перед женщиной, как пойманную добычу. Флоранс приподняла голову, чтобы взглянуть на знатную даму, но один из мужчин резко пригнул ее вниз за затылок. От боли и унижения ее бросило в жар. Впервые в жизни она была полностью обнаженной в присутствии мужчин.
Цокая каблуками по полу, аристократка подошла ближе. Флоранс чем-то приподняли подбородок. Посмотрев вверх, она увидела перед собой кнут. Лицо женщины было совсем рядом. Издалека она выглядела моложе, но вблизи была заметна обвисшая кожа на щеках и под подбородком и множество морщинок в уголках глаз и возле губ.
Она оценивающе посмотрела на лицо Флоранс, а затем внезапно ткнула ее в грудь кончиком кнута. От колющей боли и отвращения Флоранс расплакалась. Мимо ее ушей свистнул кнут, и, словно по сигналу, мужчины подняли ее на ноги. Она почувствовала что-то на своей икре, но тогда не поняла, что это было.
Впереди, куда ее начали толкать, стояла огромная кукла ржавого цвета. С ее макушки спускались растрепанные рыжие волосы, на лице можно было разглядеть большие глаза и изогнутые в легкой улыбке губы. Кукла была неописуемо жуткой. От охватившего Флоранс животного страха ее ноги изо всех сил сопротивлялись, но ничего сделать она не могла.
– Стойте! – резко крикнула женщина. Впервые Флоранс услышала ее голос.
Аристократка почти подбежала к ней. Ее лицо раскраснелось и исказилось от гнева. Флоранс было так страшно, что она едва не лишилась чувств и ни о чем не могла думать. Знатную даму явно что-то разозлило. Но что именно?
Внезапно грудь Флоранс пронзила такая обжигающая боль, что она завопила во все горло. Возле уха раздался свист. Замахиваясь кнутом, разъяренная женщина хлестала ее по груди. Ее вид был настолько устрашающим, что мужчины попятились назад.
Удары сыпались градом. С громкими криками женщина без разбора била Флоранс по плечам, шее и скругленной спине. От нечеловеческой боли сознание вновь начало ее покидать. Внезапно Флоранс поняла, что лежит на боку на холодном полу. Виднелся силуэт аристократки, чьи плечи сотрясались от безумного гнева.
– Грязная тварь! – услышала Флоранс крик женщины. – Быстро приведите мне следующую!
Один мужчина продолжал стоять возле ее голого тела, другой сорвался с места. Флоранс не могла даже пошевелиться. Боль была настолько чудовищной, что она, казалось, развалилась на части. Будто это горящее тело принадлежало не ей, а кому-то другому.
Аристократка подлетела к ней и ударила ее ногой в живот. Видимо, ее привело в бешенство, что она так и продолжала здесь лежать.
– Увести ее обратно!
Мужчина схватил Флоранс за руку и потащил за собой. Едва не теряя сознание, она смотрела на собственные голые ноги, скользившие по плитке. И тут заметила, что за ней по полу тянется красная струйка. На нее нахлынул чудовищный стыд. У нее начались женские дни!
Комната содрогнулась от пронзительного плача. Одновременно с ним нагое тело Флоранс грубо толкнули в угол, и она больно ударилась головой и плечами.
Виена! Ее тоже привели сюда и грубо раздевали. Тогда она пыталась держаться, но сейчас горько рыдала, как ребенок. Насколько же сильными были ее ужас и отчаяние, когда за ней пришли в темницу! Она ведь и не подозревала, что ее очередь настанет этим вечером.
Одежду Виены небрежно швырнули в угол комнаты. Возле нее Флоранс различила и собственное платье. Тут область внизу спины прожгла боль – ее вновь ударили кнутом. Рядом с собой она увидела вампиршу с дьявольским оскалом.
– Ты омерзительна! Мне противно даже смотреть на твое лицо. Быстро надела свое тряпье и пошла вон из этой священной комнаты! Здесь не место таким грязным животным, как ты!
Забыв про стыд и правила приличия, Флоранс в спешке поползла на четвереньках к своей одежде. Ей уже не было никакого дела до своей непристойной позы. Нагота действительно превратила ее в животное.
Одежда Флоранс и Виены смешалась в одну кучу. Но хотя она не помнила себя от страха, ей вдруг пришла в голову идея. Притворяясь, будто ищет свои вещи, она быстро схватила свою прежнюю одежду, которую отдала Виене. Не успела взять ее, как к ней подошел стражник и, даже не дав ей времени одеться, поднял ее на ноги. Флоранс попыталась укрыть от его бесстыжих глаз хотя бы свою наготу спереди.
– У тебя тоже, что ли, как у той рыжей? – пробормотал он.
Флоранс вдруг поняла, что имела в виду девушка, сказавшая, что Зази должна была умереть раньше. У нее тоже были крови. Значит, в этом случае убийство девушки откладывали. И у нее были прелестные рыжие волосы, так что стражник говорил про нее. Благодаря тому, что в роковую ночь у Флоранс начались месячные, она едва избежала смерти. Не иначе как снова вмешался Господь!
Пока стражник грубо поднимал ее, Флоранс рассматривала сидевшую на коленях Виену. Затем ее, голую, тоже начали толкать к той жуткой коричневой кукле. За ней с кнутом в руке, словно за стадом овец, шла аристократка.
Повернувшись в ее сторону, Виена прокричала сквозь слезы:
– Прощай, Флоранс!
I
Когда стражники вывели в коридор обнаженную Флоранс, сжимавшую в руках одежду, позади раздался оглушительный крик Виены, возвещавший о ее смерти.
Вернувшись в камеру, она заметила кровь, струящуюся из ран от кнута. Все тело ныло так, что ей было трудно даже согнуться. Полосы на груди горели от боли. Неприятно, что их было видно из-за выреза на платье. Девушка спешно накинула на себя одежду.
«Прощай, Флоранс!» – раз за разом слышала она последние слова Виены. Всякий раз, как вспоминала их и ее предсмертные крики, все внутри начинало сжиматься. «Из-за кровотечений ее убили вместо меня», – раз за разом думала Флоранс.
От мысли о том, что испытала Виена, когда за ней внезапно пришли в камеру, Флоранс хотелось вырвать у себя все изнутри. Какая же страшная вина лежала на ней! Она не хотела, чтобы так получилось, но помешать стражникам никак не могла.
Несколько часов кряду Флоранс ничего не могла делать и лишь неподвижно сидела в углу темницы. За короткий промежуток случилось столько всего, что голова шла кругом. Радости за свое спасение она не ощущала – и даже не допускала такой мысли. Осталось лишь глубокое чувство унижения от того, что она совершенно потеряла человеческое достоинство.
К счастью, истерзанное тело Виены в камеру не вернули. Прошло бог весть сколько времени, а одна из девушек в камере все продолжала рыдать. Сидя с отсутствующим видом, Флоранс слышала ее голос, но не вслушивалась в него.
Настала ночь. Внезапно она поняла, что в коридоре стоит гробовая тишина и никого не видно. Резко придя в себя, Флоранс на коленях придвинулась к решетке. Просунув лицо через прутья, вгляделась в конец коридора и не поверила собственным глазам. Стражника не было. Неужели этой ночью он вернулся к себе?..
– А где тюремщик? – спросила Флоранс у девушки, сидевшей чуть поодаль.
– Ушел, – ответила та.
Флоранс ощупала потайной карман лифа, однако пилы внутри не нашла. Тогда проверила юбку, но там была лишь веревка. Она растерянно сидела, но тут к ней подошла рыдавшая давеча девушка. Запустив руку в карман, она извлекла оттуда пилу и передала ее Флоранс.
– Вот. Она тайком отдала мне ее перед тем, как ее увели.
У Флоранс увлажнились глаза. Какая же Виена была чудесная девушка! Способная на отважные поступки, ей самой непосильные… Флоранс поняла, что та девушка плакала оттого, что была тронута жертвенностью Виены.
В ней проснулся боевой дух. Она должна была сбежать, в том числе ради Виены. Сегодня ночью Бог давал ей последнюю возможность сделать это. После того как ее унизили, словно животное, жизни ей уже было не жалко.
Не откладывая дело в долгий ящик, она тут же принялась пилить прут. Не хотелось оставаться здесь ни одной лишней минуты. В память о Виене она обязательно выберется отсюда и спасет вместе с собой оставшихся девушек.
Не думая ни о чем другом, Флоранс исступленно двигала пилой. Оставалась всего пара миллиметров, но даже на них ушло два часа. И вот наконец лезвие прошло насквозь! Хотелось кричать от радости. Флоранс аккуратно положила пилу в углу камеры. На один тонкий прут ушло добрых пять вечеров!
Она схватилась руками за нижнюю часть прута и, зажмурив глаза, взмолилась:
– Господи, дай мне сил согнуть его!
Потянула его изо всех сил, и вся решетка заскрипела. Прут начал медленно сгибаться в ее сторону. Казалось, если она остановится, то он уже не будет поддаваться, поэтому Флоранс напрягла все свое тело.
Завидев, что прут заметно согнулся, девушки подскочили к ней и хорошенько схватились за него. Очень скоро его кончик коснулся пола камеры. Все радостно зашептались, но тут же зашикали друг на друга, чтобы не выдать себя.
Флоранс первой просунула голову в образовавшийся промежуток. Голова прошла с трудом, но сложнее было протиснуть плечи и остальное тело. Однако и это ей удалось. Повернувшись боком, не слишком полная девушка смогла бы кое-как вылезти из темницы.
Пока Флоранс пробиралась наружу, девушки потянули прут в сторону, чтобы сделать промежуток пошире. Оказавшись снаружи, она присоединилась к ним, и наконец все трое оказались в коридоре. Бесшумно ступая, они направились в комнату с плиточным полом. Нужно было торопиться, до рассвета оставалось всего ничего.
Они вошли в ту самую комнату. Стояла кромешная тьма, даже плитку внизу было плохо видно. Они уже направились к лестнице, как вдруг Флоранс заметила человеческий силуэт внизу. Тихонько подойдя ближе, она увидела обнаженное тело Виены. Другие девушки даже не взглянули на нее. Они наперегонки кинулись к лестнице и, открыв дверь, побежали наверх. Флоранс чувствовала беспокойство, но ничего сделать не могла.
– Спасибо, Виена. Ты отдала жизнь вместо меня. Я никогда не забуду тебя, – прошептала Флоранс. Сняв с себя накидку, она накрыла ею окровавленное тело Виены, разделившей судьбу предыдущих девушек.
Ночь прорезали женские крики. Флоранс затряслась. Со стороны лестницы послышались беспорядочные шаги, от которых, казалось, дрожал пол. Кто-то спускался сюда! Что же делать?..
Замерев на месте, Флоранс пыталась придумать, как быть. Может, спрятаться в глубине комнаты? Да, пожалуй, так сойдет. Развернувшись, она уже собралась было бежать, но поняла, что в таком случае окажется только дальше от выхода. За несколько дней пребывания в тюрьме Флоранс поняла, что лестница была единственным путем к спасению. Но шаги приближались и становились уже просто оглушительными. Чуть не плача, Флоранс сорвалась с места и резко запрыгнула в ванну, стоявшую прямо перед ней. Устроившись на четвереньках, пригнулась пониже. В этот самый момент раздался громкий звук, от которого она едва не подскочила, и двери распахнулись.
В комнату вбежали девушки и с криком рухнули на пол. Вслед за ними появились трое мужчин. Видимо, пленницы случайно зашли в комнату стражи.
Два стражника заломили им руки, грубо схватили за плечи и, тяжело дыша, быстро повели их в сторону камеры. Третий стражник тоже пошел вместе с ними. Как только они скрылись в направлении тюрьмы, Флоранс немедленно выпрыгнула из ванны. Она чувствовала что-то липкое на своих коленях. В комнате по-прежнему стоял тошнотворный запах крови.
Сняв обувь и взяв по одной туфле в руку, Флоранс прошмыгнула через приоткрытые двери и босиком побежала по лестнице. Путь впереди ей преграждали плотно запертые двери с засовом, поверх которого висел крупный замок. Зато двери слева не были закрыты. Добравшись до лестничной площадки, она взглянула в комнату по левую сторону – там был дощатый пол и несколько убогих кроватей, а в противоположном ее конце виднелась еще одна незапертая дверь. Конечно, за ней могла оказаться и просто кладовая, но иного пути не было. Пройдя по комнате, Флоранс толкнула дверь и оказалась перед лестницей. Прикрыла за собой дверь и помчалась вверх. Благодаря каменной кладке по ней можно было ступать бесшумно, как кошка.
Дойдя до конца лестницы, она очутилась в коридоре первого этажа. Слева ее ждала очередная дверь, вновь без засова или замка, возле которой имелось окошечко. Второпях выглянув наружу, Флоранс увидела двор, освещенный лунным светом, и уже знакомую конюшню.
Внизу лестницы за ее спиной послышались шаги и мужские голоса. Видимо, стражники недосчитались одной девушки.
Хотя дверь была не заперта, она уже знала, что выходить через нее не было смысла. Двор окружала высокая крепостная стена, так что нужно было добраться до места выше нее. Однако лестницы на следующий этаж здесь не было. Сжимая обувь в руках, Флоранс босиком ринулась по коридору. Времени блуждать по замку у нее не было. Если она зайдет куда-то не туда, ей конец. Внизу было довольно много комнат, и, вероятно, стражники будут искать ее там. Но не стоило рассчитывать, что ей удастся выиграть так уж много времени. Уже скоро они придут наверх.
Обнаружив лестницу, Флоранс быстро побежала по ней. Задыхаясь, она преодолевала по две ступени зараз. Лестница была на редкость длинной, с двумя поворотами на лестничных площадках. Но уже скоро Флоранс оказалась на втором этаже.
Здесь она вновь уперлась в незапертую деревянную дверь. Стараясь не шуметь, осторожно приоткрыла ее. За ней открывался проход на крепостную стену, ярко освещенную луной. Сквозь щель проникал свежий ночной ветерок, щекотавший ноздри Флоранс.
До нее долетел запах растений. Как же чудесно было ощущать ветер! Проведя несколько дней посреди страшного зловония и тьмы, она забыла, каков мир снаружи. Но тут у нее пробежал холодок по коже: она заметила караульного, стоящего чуть поодаль в проходе. Быстро, но аккуратно прикрыла дверь.
Пройдя правее вдоль стены по коридору, приметила глухое окошко, из которого струился лунный свет. Поднеся лицо к неровному стеклу, выглянула наружу. Караульный не спеша ходил из стороны в сторону по крепостной стене. Медленно дойдя до дальней стороны, он, как механическая кукла, лениво разворачивался и таким же неторопливым шагом шел обратно. О том, чтобы сбросить здесь веревку и спуститься по ней, можно было даже не думать.
Флоранс взглянула на противоположную сторону крепостной стены – там тоже был караульный. Проскользнуть отсюда у нее бы не вышло. Нужно идти еще выше…
Она вернулась к лестнице и, вновь перепрыгивая ступени, помчалась на третий этаж. Вдруг у нее едва не остановилось сердце. Она вспомнила, что длины заготовленной веревки в лучшем случае хватит на два этажа. Спуститься с третьего у нее не выйдет!
Все же она дошла до третьего этажа и, едва не плача, побежала по коридору. Здесь шел ряд витражных окон с изысканными металлическими рамами. Ни одно из них не открывалось. Флоранс замерла посреди безлюдного коридора. Неужели это всё? Пожалуй, что так. Вряд ли отсюда возможно сбежать. Это ведь замок, а не обычный дом…
Со стороны лестницы вновь донесся шум, постепенно становившийся все громче. За ней шли стражники! Оставалось лишь бежать еще выше.
И в этот момент она услышала в голове голос Виены:
«Не сдавайся! Подумай хорошенько. И не трусь».
Перед глазами всплыло мертвое окровавленное лицо Виены. Вместе с ним появилось и лицо Зази.
«Флоранс, ты сможешь! Соберись с силами и успокойся».
Спокойно, только спокойно… Приложив кулаки к груди, Флоранс пару секунд размышляла. Подниматься наверх нельзя. Немного времени она, может, и выиграет, но рано или поздно ее поймают. Нельзя метаться, как глупое животное. Да и рассвет уже скоро… Но что же делать?
С такой веревкой оставалось одно: прыгать со второго этажа. С лестницы доносился шум, но стражники хотя бы были еще только на первом.
Набравшись духу, Флоранс ринулась вниз. Будь что будет!
Вот и коридор второго этажа. К счастью, преследователи еще сюда не добрались. Однако и здесь все окна были глухими. Разбивать стекло она никак не могла, иначе на звук пришли бы караульные и стражники.
Флоранс подошла к окошечку, откуда просматривался силуэт расхаживающего по крепостной стене караульного. Как ни посмотри, а единственный путь на волю лежал через стену. Либо она сделает это, либо умрет. Если ее обнаружат, она погибла. Но и если ничего не сделает, то тоже умрет. Надо было действовать!
Быстрым движением девушка достала веревку из юбки. На одном из кончиков нужно было соорудить петлю, за которую ее получится закрепить на зубце стены. Времени идти к стене и завязывать петлю прямо там у нее не было. Пока стражник будет шагать в противоположном направлении, она выбежит наружу, наденет петлю на зубец, а оставшуюся веревку сбросит вниз и спустится по ней. Иного пути спасения не было.
Прикинув размеры зубца, Флоранс завязала петлю. Она не должна была быть слишком большой, иначе веревка сильно уменьшилась бы в длине. А переделать слишком узкую петлю у стены она не успела бы. Для пущей надежности сделала несколько узлов.
