– Ладно, ладно. Скидывай досье, а там посмотрим.
Последующие несколько часов прошли, словно в тумане. Постоянные созвоны с людьми, встречи, договоренности об увеличении штата охраны…
Я был уверен, что во время открытия торгового центра, мы будем готовы ко всему. Но это только так казалось.
Какие-то малолетки, несмотря на все кордоны, умудрились бросить дымовые шашки в шахту вентиляции. Ну и пошло, поехало…
Я бежал по коридору навстречу людскому потоку, нёсшемуся из здания из-за пожарной тревоги, сработавшей на задымление, ведомый единственным желанием – лично достать сопляков, чтобы разобраться, подельники они этого Ворона или птицы свободного полёта.
Камеры отчётливо дали понять, как двум парнишкам удалось провернуть саботаж, они же и подсказали, в какую сторону мне надо идти. Вот я и спешил… Пока в одном из коридоров ни заметил маленькую девочку, сидевшую у стенки сжавшись в комочек, в оранжевом костюме и дурацкой шапке, съехавшей на бок и похожей на тыкву.
Глава 6
Сделав по инерции шаг, потом другой я резко остановился, будто наткнувшись на стену, не в силах сдвинуться с места. Маленькая беззащитная кроха, оказавшаяся одна среди толпы обезумевших людей, не замечавших ничего дальше собственного носа, мне показалась такой несчастной, что я готов был собственными руками придушить тех, кто повинен в её состоянии.
Будто почувствовав моё внимание, малышка подняла взгляд, в котором отразилась надежда. И все мысли тут же вылетели из головы, оставив после себя лишь злость, переходящую в слепую ярость. Злость на ситуацию в целом, на глупых школяров, устроивших саботаж, на толпу, равнодушную к чужим страданиям. Но больше всего я злился на её родителей, не ценящих того, что у них есть такое сокровище. Если бы ценили, маленькая кроха в смешном костюме не сидела бы здесь одна, брошенная на произвол судьбы.
Когда-то и я хотел создать семью, готов был связать свою жизнь с той, которую любил больше всего на свете… Но она меня предала, с лёгкостью разрушив всё – мечты, стремления, саму жизнь. Мою жизнь.
Кто бы знал, через что мне пришлось пройти и какие трудности пережить, чтобы снова стать собой, стать тем, кем я являюсь. Да, прошли месяцы, и даже годы, но они сделали меня сильнее. И теперь не одна стерва не сможет заставить меня страдать. Мне пришлось заново выстраивать жизнь, возрождаясь, как феникс из пепла. Пепла прошедшей любви, чьи отголоски я чувствовал до сих пор. Но я справился.
Тряхнув головой, отгоняя воспоминания, накрывшие внезапной волной тоски и одиночества, я снова сосредоточился на настоящем.
Синие глаза девочки, похожие на два бездонных озера, наполнились слезами. Страх и непонимание исказили детские черты, а маленькие ручки потянулись к босым ногам, выглядывающим из-под юбки, закрывая их. Похоже, девочка замёрзла.
Нужно было бежать, ловить саботажников, разбираться со своими проблемами, но эти глаза… Казалось, они заглядывают прямо в душу, не позволяя уйти.
– Да что я буду за мужик, если брошу ребёнка в беде? – процедил сквозь зубы, злясь уже на себя и, сделав лицо попроще, подошёл к девочке, присев перед ней на корточки.
– Ты кто такая? – выдал первое, что пришло в голову, и едва не хлопнул себя по лбу.
«Нда-а, Тёмыч, нашёл с чего начать. Тебе не с детьми разговаривать, а допросы вести».
– Мамина ладость, – всхлипнув, торопливо пробормотала девочка, поджав подрагивающие губы.
Твою дивизию, мне только девчачьих слёз и истерик здесь не хватало для полного комплекта неудачника.
Но, как ни странно, истерики не последовало. Малышка лишь упрямо сжала кулачки и смахнула скатившиеся по щёчкам крупные слёзы.
– А у маминой радости есть имя? – попытался улыбнуться, но судя по тому, как на меня подозрительно покосилась маленькая леди, до дружелюбной улыбки мой профессиональный оскал не дотягивал.
– Есть.
Да уж, исчерпывающий ответ.
– И как тебя зовут?
– Мама мне говолила, что нельзя лазговаливать с незнакомыми дядями, – упрямо тряхнув светлой головой, выдала она.
– Мой имя – Артём. Артём Александрович Рокотов. Я работаю в этом здании, – небрежно махнул рукой себе за спину. – Вот мой пропуск, – стащив бейджик с нагрудного кармана пиджака, протянул малышке.
Она уткнулась носом в фото, потом снова перевела подозрительный взгляд на меня и вынесла вердикт:
– Похоз.
– Конечно, похож. Это я и есть, собственной персоной.
– Алтём Александлович Локотов? – медленно, по слогам, повторила девочка и недовольно покачала головой. – Язык сломать мозно.
И ведь не поспоришь.
– Друзья меня зовут просто Тёма.
– Дядя Тёма?
– Отлично, – показал большой палец вверх. – А как твоё имя? Уже можешь сказать? Я теперь не незнакомый дядечка?
– Навелное, нет, – задумчиво протянула она.
– Так как твоё имя? Мне нужно его знать, чтобы найти твою маму.
– Алина Суволова, – тут же поспешно произнесла малышка, поднимаясь на ноги и важно одёргивая юбку.
– Ну, будем знакомы, Алина Суволова. Идём, дадим разнос начальнику охраны, а заодно узнаем, не искал ли тебя кто.
– Мне нозкам холодно, – виновато опустив глаза в пол, призналась она, доверчиво вложив свою ладошку в мою протянутую руку.
– Тогда я понесу тебя. Можно?
– Не улонес? – уточнила она.
– Нет, не уроню, даю слово.
Мне не очень-то уверено кивнули, похоже, всё ещё сомневаясь.
Подхватив малышку на руки, я повернул обратно, забыв о том, что буквально несколько минут назад был готов землю рыть носом, лишь бы поймать саботажников. Переполох они устроили знатный, но лица свои засветили, так что никуда теперь не денутся. Да и вообще, стоит ли этим заниматься самому или лучше подключить знающих людей? Пусть разбираются и с Вороном, и с Матвеем.
Пост охраны был на первом этаже. Туда-то я и направился с малышкой на руках, когда в рации зашипело и раздался мужской простуженный голос.
– На связи третий пост, ребята, тут нервная дамочка ищет свою малолетнюю дочку в костюме тыковки. Не находили случайно?
– О, кажется, это тебя мама ищет, – улыбнулся я и потянулся к рации, чтобы ответить, но треклятая антенна зацепилась за ремень, а когда дёрнул чуть сильнее, и вовсе отломалась под самый корень. – Твою дивизию, – ругнулся сквозь зубы.
– Поломалась? – встревожено спросила Алинка.
– Ничего, потом починим.
– А как зе мама? – испуганно пискнула девочка, вцепившись пальчиками в моё плечо.
– Я сейчас позвоню начальнику охраны, он сообщит ей, что ты со мной. Не переживай, всё будет хорошо.
– Всё-всё? Обесяес? – сложив ручки на груди, спросила кроха, заглянув мне в глаза.
Ну, разве мог я отказать? Конечно, нет! Не этой маленькой девочке, ради которой хотелось свернуть горы.
– Обещаю, – кивнул, ещё не зная, как трудно будет выполнить своё обещание.
Глава 7
*****Софья Суворова
Тук, тук, тук…
Сердце отсчитывало пройденные секунды. И за столь короткое время перед глазами успела пронестись вся моя жизнь. Вернее, та её часть, что была неразрывно связана с Рокотовым, который собственной персоной направлялся к нам, держа на руках дочку. Нашу дочку. Но он об этом даже не догадывался.
Я ведь так и не рассказала ему пять лет назад, что беременна. Сдала экзамены, получила диплом и уехала за сотни километров. В край лесов, полей и рек. Подальше от тех мест, где была самой счастливой и… самой несчастной.
Старый дом, доставшийся от родителей, стал моим пристанищем. Потратив два месяца и последние сбережения, я привела его в жилой вид. Недоделок было ещё много. Но, по крайней мере, через рассохшиеся рамы и двери уже не так сквозило. Крыша ещё подтекала, порог скрипел, забор покосился… Но это были такие мелочи, по сравнению с остальными проблемами, что я даже не обращала внимания.
Мой приезд местные жители почти не обсуждали… пока не вырос живот. После этого столько ехидных высказываний летело мне в спину, столько сплетен ходило по селу. Даже пытались язвить мне в лицо, пока однажды в магазине я ни вылила на одну такую чересчур разговорчивую дамочку бутылку кефира, купленного буквально за минуту до этого. Единственное, что тогда нашлось под рукой.
Визгу было на всю улицу. Даже участковый приходил. Но что взять с беременной бабы? Нервы, гормоны… Это всё они виноваты. Это не я.
В общем, погрозил он мне пальцем и ушёл, бормоча себе под нос, что в бабские разборки лезть – себе дороже будет. В общем, умным мужиком оказался.
Желающих искупаться в кефире после того раза больше не было. Поэтому постепенно слухи начали затихать, интерес пропадал. В спину мне тыкали всё реже. Особенно после того, как мой сосед – Тимофей Кондратьевич, тот самый сторож из детского сада, негласно взял надо мной опеку, заступившись на сельской сходке.
Мужик он суровый, но справедливый, так что глупые разговоры умел пресекать на корню. И желающие сцеживать яд за мой счёт исчезли окончательно.
Однажды, когда он простудился и не смог вставать с постели, я наварила кастрюлю борща и отнесла ему, помня о заступничестве. Тот, в свою очередь, после выздоровления починил мне забор. Я напекла пирогов с мясом и снова отнесла ему. А он мне за это подлатал крышу.
Готовить, как я выяснила позже, Тимофей Кондратьевич не любил. Вот прибить чего или подлатать – это всегда пожалуйста, в этом он был мастером на все руки, а как за кастрюлю возьмётся или сковородку, обязательно что-то спалит. Так мы и жили по соседству на взаимовыгодных условиях. Причём, последние годы относительно спокойно… До сегодняшнего дня.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
