Я против воли рассмеялась и оперлась на его руку.
– Да вы авантюрист, лейтенант!
– Эллиот, – напомнил он. – Мистер Брайан Эллиот.
***
Выйдя на улицу, я сразу же об этом пожалела. Сырость, слякоть и мерзкий холодный ветер. Брр!
Я плотнее запахнула шарф и наклонила голову, спасаясь от моросящего дождя.
Город выглядел серым и угрюмым.
Когда уже придет настоящая весна? Снег успел стаять, но почки на деревьях пока даже не набухли.
Лейтенант стремительно направился прямиком к припаркованному в стороне потрепанному седану.
Я почти бежала за ним, молясь, чтобы не переломать ноги. Каблук угодил в щель между камнями мостовой (тротуары на окраине давно требовали ремонта), и я не выдержала:
– Лейтенант… Эллиот!
Он чуть притормозил, повернул голову, и я попросила, запыхавшись:
– Можно помедленнее?
– Нет! – неожиданно ответил он. Усмехнулся и пояснил: – Вы – похожи на щуку, мисс Вудс. Так и норовите сорваться с крючка. Раз уж я вас подсек – нужно скорее тянуть на берег.
– Кхм, – я прочистила горло. Почему-то это сравнение меня смутило. – Любите рыбалку… Эллиот?
– Очень, – просто признался он. – Особенно на голавля или сазана. Они хитрые и осторожные. Жаль, теперь редко…
Он сам себя оборвал и досадливо поморщился.
Так-так, интересно!..
Внутри автомобиль оказался не такой развалюхой, какой выглядел снаружи. И ни пылинки, ни соринки – чудеса!
Меня лейтенант усадил рядом с собой.
– Куда сначала? – поинтересовался он, заводя мотор.
Я молчала, прикидывая. Потом решилась:
– Может, вы мне расскажете об этом Мастерсе? И что выяснили ваши медики? Раз уж мы с вами теперь в одной лодке.
Эллиот бросит на меня острый взгляд, но пообещал сдержанно:
– Позже. Давайте сначала поговорим с аптекарями.
– Как скажете, – я пожала плечами. Мне уже без разницы – куда ни кинь, всюду клин. Или помощь полиции против «своих», или обвинение в убийстве. – Тогда по очереди. Риджент-стрит, пятнадцать. Аптека мистера Толбота.
***
Нужный дом – хмурый старый особняк, весь увитый плющом – носил следы недавнего ремонта.
Владелец даже попытался придать аптеке некий шик, украсив крыльцо скульптурами кошек и стилизованными колоннами.
Выглядело аляповато, но клиентам нравилось.
В аптеке оказалось оживленно: три старые девы что-то обсуждали возле стенда с травяными чаями, молодая пара выбирала приданое малышу (у будущего папаши был такой вид, словно у него болят зубы), а дорого одетый толстяк внимательно слушал вдохновенную речь аптекаря о пользе припарок из навоза.
Я невольно поморщилась – по словам Толбота, ничего чудодейственнее не существовало в природе.
«Народные» методы лечения стараниями Толбота недавно вошли в моду. Причем он умудрялся брать деньги не за лекарства, а за советы, книжки и прочую муть. Зато теперь он процветал на зависть не столь оборотистым коллегам.
От коровьих лепешек аптекарь перешел к целебности уринотерапии. Теперь прислушивались и старые девы (даже не морщились!)
– Он что же, правда в это верит? – Эллиот склонился к самому моему уху.
Дышать он старался ртом – в курильнице на столике дымились кусочки ладана и каких-то на редкость вонючих трав.
Бедный лейтенант – вторая атака на его обоняние за утро!
– Откуда мне знать? – так же тихо ответила я.
Выглядел аптекарь очень эффектно: наряд по моде двухсотлетней давности он носил с легкостью, выдающей старую привычку.
Рубаха, расшитая красными и зелеными узорами, вместо пояса кушак с золотыми кистями, алые шелковые штаны заправлены в сафьяновые сапожки – красавец, да и только!
Да и за собой он следил. Только прическа подкачала – в светлых кудрях до плеч уже красовалась солидная плешь. Аптекарь стыдливо пытался ее скрыть за начесанными волосами, но получалось только хуже.
Мистер Толбот перешел к подробным рекомендациям насчет сбора мочи, и мои нервы сдали.
Теперь уже я волокла на буксире лейтенанта.
– Доброе утро, Тобиас! – широко улыбнулась я аптекарю, бесцеремонно протолкавшись к стойке.
Он скривился, как будто разжевал лимон. Имя свое Толбот не любил, и тут я его вполне понимала. О чем, интересно, думали родители, называя сына Тобиасом Толботом? Беднягу все детство дразнили Тотошкой.
– Доброе, Эйлин! – тем не менее, ответил он.
Зато взгляд такой многозначительный! «Принесло тебя на мою голову!» – читалось в выпуклых глазах аптекаря.
– Можно тебя на минутку? – напрямик спросила я. По опыту знаю, что свои проповеди он может читать часами.
– Что еще? – недовольно поинтересовался он, переступив с ноги на ногу. А потом стал играть краем кушака, как делал всегда, нервничая. – Я занят!
– Я ненадолго, – пообещала я. – Вот, клиента тебе привела.
И кивнула на Эллиота.
Толбота перекосило. Его явно раздирали на части жажда наживы и нехорошие предчувствия. Еще бы, ему вдруг преподнесли заработок на блюдечке с голубой каемочкой.
Да еще и благородного!
Насколько я понимаю, ставку Толбот делал на русоволосых, которые о магии знали лишь понаслышке. Таким он мог втюхать что угодно.
Аптекарь расплылся в вымученной улыбке.
– Это честь для меня, мистер…
– Эллиот! – отрекомендовался лейтенант. – Я из южного Эйра. Премного наслышан о вас, мистер Толбот! Даже в наших краях вы известны!
Он схватил руку нового знакомого и с энтузиазмом ее потряс.
– Я польщен, мистер Эллиот, – пробормотал аптекарь, сбитый с толку таким напором.
– Уделите мне чуточку времени, а? – лейтенант развязно подмигнул. – По денежному делу!
Аптекарь облизнул губы, но осторожность взяла верх:
– Простите, но я принимаю только по предварительной записи!
Рыбка уже почти сорвалась с крючка, и я решила подыграть Эллиоту.
– Пять минут, Тобиас. И я сделаю тебе свою фирменную мазь от облысения.
От такого посула аптекарь побагровел, а его толстый клиент поперхнулся смешком.
– Хорошо, – процедил Толбот и бросил помощнице: – Подмени.
Он привел нас в подсобку. От громоздящихся до потолка сундуков и коробок несло такой смесью запахов, что я снова пожалела Эллиота.
Аптекарь взял быка за рога, едва прикрыв дверь. Сесть он нам не предложил, хотя я и сама остереглась бы здесь чего-то касаться.
Я не брезглива, но кое-какие ингредиенты Толбота заставляли меня передергиваться.
– Так что вам нужно, мистер Эллиот? – неприязненно поинтересовался Толбот.
– Мне нужен черноголовник! – с места в карьер бухнул Эллиот. – Для моей тетушки.
Я поморщилась и отвернулась. Ясно же, что Толбот и так боится с ним связываться, а теперь…
Додумать я не успела.
– Вон! – взревел аптекарь так, что пузырьки на полке жалобно звякнули. А потом окрысился на меня: – Ты что, хочешь закрыть мою аптеку? Не бывать этому!
Эллиот крепче сжал мой локоть.
– Простите, сэр. Мы уже уходим!
И ретировался…
– Оно того стоило? – скептически поинтересовалась я уже в машине.
– Конечно! – без малейших сомнений откликнулся Эллиот, поворачивая ключ в замке зажигания.
Выглядел лейтенант и правда довольным.
– И что вы узнали? – недоверчиво спросила я.
– Многое, – бросил лейтенант. – Из каких бы сомнительных компонентов он не варил свои зелья, магии Толбот тоже не чурается.
– И вы умудрились вот так, сходу, это выяснить?
По спине поползли мурашки. Когда-то такими, как Эллиот, меня пугала мама. Но рассказы о возможностях нюхачей давно перешли в область легенд. Ни маме, ни бабушке не доводилось вживую с ними столкнуться.
Неужели он правда чует магию?! Тогда я крупно сглупила…
– Да, – коротко ответил он.
Мы остановились на перекрестке, пропуская тяжелогруженую подводу.
– Тогда зачем вам я? По-моему, наедине с вами Толбот был бы откровеннее. Или со мной одной, если уж на то пошло.
Эллиот криво улыбнулся.
– Мы ведь договорились, мисс Вудс, – все вопросы потом. Куда теперь?
– На Бонд-стрит. Аптека доктора Рейстеда.
***
– Мисс Вудс, почему вы так нервничаете? – поинтересовался вдруг лейтенант, остановив машину.
– Нервничаю? – удивилась я. Получилось фальшиво.
Он глазами указал на мои руки, и только теперь я обнаружила, что безостановочно тереблю шарф.
– Хорошо, – я заставила себя отпустить многострадальную ткань. – Вы правы. Только разве это что-то меняет? Вы ведь все равно потребуете, чтобы я туда пошла.
Я кивнула на респектабельный особняк со скромной вывеской «Аптека». Как будто в городе нет больше аптек!
Эллиот не сводил с меня внимательного взгляда.
– Толбота вы не боялись.
Я принужденно рассмеялась.
