* * *
Не то чтобы Мария Ивановна любила делать прически. Но внучки у нее были, аж две, и с ними она возилась каждое лето. И когда эпидемия грянула, сидела с ними дома. Вот и научились плести.
Обычная коса, французская, объемная… корона, узлы – чего только не сделаешь?
Анна была в восторге и болтала без умолку.
Так до ужина и провозились.
А ужин…
Мария только брови подняла, глядя на ЭТО.
Явились трое слуг, сгрузили на стол три подноса, поклонились и собрались уходить. Тут бы любой человек не выдержал.
– Стоять, – рыкнула Мария Ивановна своим любимым «бухгалтерским» тоном. Такой голос налогового инспектора на скаку останавливал, а уж слуг-то местных и подавно затормозил. А женщина подошла к подносам и принялась поднимать крышки.
На первом подносе оказалась какая-то птица в подливе.
На втором лепешки и вареные яйца, плавающие в чем-то спиртном. Воняло от него дешевой сивухой.
На третьем ветчина, сыр и яблоки.
Мария принюхалась.
Нет-нет, все она понимала про средние века и холодильники, и про пищу весьма среднего качества, и о приправах знала, которыми все это маскировали. Но… одно дело знать, второе – нюхать, и понимать, что птицу лучше даже собаке не есть, она явно пропала еще три дня назад, что ветчина весьма сомнительна, а яйца… она о таком рецепте слышала, но рисковать не хотелось.
Остаются хлеб, сыр и яблоки. Их Мария и сгрузила на стол, заодно понюхала содержимое кувшина.
Вино. Слабенькое, но отчетливое. Ну ладно, сегодня она не будет устраивать борьбу за права трезвенников и язвенников. Завтра начнем.
– Значит так, – голос профессионального бухгалтера вызвал у слуг непривычную ранее дрожь. – Сейчас вы берете вот ЭТО, – палец женщины последовательно указал на подносы с несвежими продуктами, – и уносите, откуда принесли. А заодно сообщаете поварам, что я сегодня же отпишу брату. При дворе моего супруга меня пытаются отравить.
Лакеи оказались сообразительными и мигом бухнулись на колени.
– В-ва-ва…
– Эту пищу так напичкали специями, чтобы замаскировать яд? – нежно уточнила Мария.
Лакеи затряслись еще сильнее.
– Взяли. И ВОН отсюда!
Мужчины так и сделали. Что интересно, поклонились перед уходом. Вот когда они вошли, они не кланялись, так, обозначили головами вроде полупоклона…
Мария посмотрела на свою дочку.
– Анечка, давай поедим, что осталось, а завтра я с этим разберусь. Еще не хватало травиться прокисшей и протухшей пищей.
Ребенок закивал.
Кажется, она настолько была счастлива видеть мать живой и здоровой, что не обращала внимания на мелкие нестыковки. А Мария попросту боялась.
Это спасибо, что она валялась в кровати, в виде полутрупа! А когда она выйдет и пойдет?
Можно сколько угодно рассказывать про попаданок, а в реальности-то… да спалится она, как свечка! Моторика, слова, мимика, местные нравы, обычаи, обращения… нереально!
Жесты, к примеру!
Где-то сложенные большой и указательный пальцы – это все о’кей. А в Турции и Греции так говорят, что вы ЛГБТ-ориентации. Сделаешь человеку «козу» – да и что? А вот в Италии ты этим намекнешь женатому мужчине, что его супруга ему не верна[6 - Чистая правда, и таких мелочей – легион.].
Кому и как улыбнуться, или как улыбалась предшественница, как смотрела, разговаривала, какими выражениями пользовалась… у Маши вообще никаких воспоминаний не было.
И что делать?
Безвыходная ситуация.
Или… нет?
Приличный бухгалтер точно знает, что нет безвыходных ситуаций. Есть выходы, которые никому не нравятся, но они ведь есть!
И мы их найдем!
* * *
– Многоликий даровал милость детям своим.
Мужчина раздосадованно захлопнул книгу.
Он знал эту историю наизусть и все равно возвращался к ней, раз за разом.
Мечтал, воображал себя или драконом, или леопардом, или медведем, могучим северным зверем с клыками и когтями.
Или хотя бы хитрым лисом. Почему-то чернобурым.
Увы, в жизни у него даже волосы были другого цвета, но хитрость точно лисья. Он умный.
Он всех обманет, обведет вокруг пальца, заставит плясать под свою дудку… уже заставил!
Это ж замечательно, когда у короля не осталось наследников. Да-да, такой несчастный случай, лихорадка, которая свела в могилу единственного оставшегося принца буквально за пару дней. Кто бы знал, сколько мужчина заплатил за редкий яд из Шагрена! Местные-то яды легко обнаружить, и лекари их знают, искать бы начали злоумышленника. А так – на все воля Божия!
Плавает там вокруг острова такая симпатичная рыбка, которую ловят и перетирают в порошок. И отравиться ей можно очень даже легко, как-то ее там обрабатывают, в три-четыре дня сгорает человек. Вот и сгорел наследник престола, совсем сгорел… А наследница осталась. И подумайте-ка, что случится, если его величество совершенно случайно помрет, а Анна выйдет замуж?
Ее мать мужчина в расчет не принимал, эта трепетная незабудка в принципе никому возразить не сможет. У нее на голове воробьи гнездо устроят, она только глазами хлопать будет.
Так что Мария не помеха, даже наоборот, мужчине она нужна была живая и здоровая. Все же он не королевского рода, и плевать, что ума у него всяко больше, чем у Иоанна. И есть поддержка, и есть друзья, которые помогут… не просто так, конечно, в надежде на будущую выгоду.
Но это они могут мечтать о власти, а уж он, когда на трон сядет, сам и разберется, и кого, и куда, и зачем. А пока…
Пока надо бы придержать Диану. Угробят ему еще будущую тещу раньше времени, а ей дочку к алтарю вести, замуж отдавать…
И мужчина насмешливо улыбнулся.
* * *
Эрра Ребекка Стоун занималась важным делом.
А именно, она занималась любовью. Азартно и вдохновенно, с огромным удовольствием. Мужчина был неутомим и ласков, кровать скрипела, Ребекка стонала – что еще надо для счастья?
Только упасть на подушки, когда все закончилось, и принять от любимого бокал вина.
– Благодарю…
И жадно выпить, проливая на грудь алые капли.
Мужчина наклонился и медленно слизнул их.
Бекки ахнула.
– Подожди. Я пока не могу!
Мужчина подумал, что и он-то пока не сможет, но зачем ей это знать? Нет, вовсе ни к чему.
– Тогда поговори со мной. Мне так нравится слушать твой голосок, и особенно нравится, когда ты так страстно кричишь…
Бекки рассмеялась.
– О, милый…
– У тебя новое платье?
– Ты заметил! Это так приятно!
Не заметил мужчина, даже и в голову ему не пришли подобные глупости. Просто с платья (или любой другой детали) можно было перейти на покупки, потом на встречи, потом послушать, что происходило при дворе и кто о чем разговаривает…
Такие, как Ребекка – нужны.
При каждом дворе есть десяток-другой придворных шлюх, которые занимаются своим делом не за деньги, а из любви к искусству. Они ненасытны и неутомимы, они порхают от одного мужика к другому, они разносят болезни, но и сплетни тоже. И если вам хочется что-то узнать, лучше них никого не найти.
Вот мужчина и спрашивал.
Конечно, не Ребеккой единой, но уже завтра вечером все пойдет в отчет, а через какое-то время все ляжет на стол его величества короля Фардании.
А что?
Абы на ком жениться? И отдавать сына в страну, не зная там всех политических раскладов?
Это не про его величество Ханса Девятого. Он просто так ничего из своих рук не выпустит, у него все продумано. А сейчас, когда осталась одна наследница…
Иоанн не просто так бегает и суетится, потому что ему приспичило, он и себя защитить старается. Понимает, если свадьба состоится, он будет уже не особенно нужен.
Но это дело завтрашнего дня. А дело скромного дипломата – информация. Кто владеет ей – владеет миром. Вот и приходится со всякими такими здоровьем рисковать.
Но зато расклад политических игр внутри Эрланда ему более-менее понятен. А это радует.
Завтра он обязательно напишет его величеству.
– Иди ко мне, радость моя, ты уже готова к продолжению нашей маленькой скачки?
Ребекка застонала, но к мужчине подвинулась поближе. А бедняге и застонать-то пока нельзя!
– Ты неутомим!
Да, иногда дипломатия требует огромных жертв. Увы.
* * *
Примерно то же самое о дипломатии думала и Мария.
Дочку-то она спать уложила, и придворных дам отослала, а вот сама спать не могла. Ей еще предстояло поговорить с личным духовником.
Эрра Розабелла упомянула, что духовник у нее новый, и что он недавно приехал из Картена.
Мария тут же сделала стойку.
В ее положении нельзя пренебрегать никакими союзниками, а тут сразу два бонуса! Если духовник новый, то он не знает ничего о ее характере, с ним что хочешь, то и делай.
Узнать женщину за три месяца? Ха! И снова – хрю!
Это как в анекдоте. Британские ученые пять лет работали над тем, чтобы понять женщину. Поняли, но она уже передумала.
Вот и тут.
За три месяца и кошачий-то характер не разберешь, не то что женский.
И второе.
Если священник не местный, то есть прислан из Картена – это джекпот! Приличные короли обычно к соседям идиотов не засылают, священник должен быть умным, сволочным и шпионом. Или прикрытием для другой умной сволочи. К примеру, приехал священник, дурак дураком, а при нем слуга, который везде шустрит и быстрит, внимания на него никто не обращает, а он-то обо всех собирает информацию.
Вот Мария и распорядилась привести к ней отца Романа, как только он появится во дворце, и без него решила не засыпать.
Это для Анны все хорошо и правильно, а вот остальные…
Те, кто видел королеву изо дня в день, те, кто с ней общался… не-не, Мария так рисковать не хотела. И ждала.
