– А с ней точно всё нормально? – спросил я вождя.
– Да, – кивнул Избранник Угла. – Скоро это прекратится, – добавил он, и будто бы в подтверждение его слов, Тонитрус, или как называли её Иные – «Птица, приносящая несчастья», начала медленно «гаснуть».
Вскоре на неё уже можно было нормально смотреть, хотя по телу Рух всё ещё проходили ярко-жёлтые искрящиеся разряды.
«Да уж, теперь на моей руке она точно не поместится», – подумал я, глядя на изменённую магией вождя Детей Угла магическую птицу, которая сильно увеличилась в размерах.
Она, конечно, и раньше была немаленькая и с трудом помещалась на моей руке, но сейчас…
– А почему с фангами было по-другому? – поинтересовался я у Избранника Угла.
– Потому что у них не было столько магической силы, – ответил он. – Получив Благословение Великой Матери, они раскрыли в себе магию, а в этом существе она была изначально, – пояснил друид, и хоть его объяснение и было расплывчатым, я всё равно всё понял.
Скорее всего, Избранник Угла имел в виду, что хоть в Титусе и Тине и была магия, но свой магический элемент они получили только после того, как он воздействовал на них своей магией.
В Рух же изначально был магический элемент магии воздуха, а вернее, молнии, как у Жозе Жумельяка, и судя по тому, что сказал Избранник Угла, ему удалось своей магией усилить его.
Дабы подтвердить свою догадку, я использовал магический взор, и у меня чуть челюсть не отвисла, когда увидел магическое ядро Рух и её систему энергетических каналов, которая претерпела очень сильные изменения.
Такой паутины магии не было даже у меня…
Хотя нет. Не так.
Наши системы энергетических каналов просто были разными, и неуместно их сравнивать. У Тонитруса она была сильно разветвлённой, и от каждого «основного» канала тянулось по множеству очень тонких ответвлений во все части тела.
Если сравнивать эти «ответвления» с кровеносной системой, то больше всего они напоминали капилляры, коих в её системе энергетических каналов было огромное множество.
У меня же паутина была более прозаичной и выглядела гораздо проще. Если сравнивать с той же кровеносной системой, то у меня энергетические каналы были больше похожи на артерии. Они были более толстыми и прочными, и при этом их было не так много, как в теле Рух.
Да, от «основных» энергетических каналов в разные части моего тела тоже тянулись тоненькие ответвления, но их было несоизмеримо меньше, чем в теле птицы, приносящей бурю, а это говорило о том, что мы по-разному использовали магию своих магических ядер.
«Интересно, на что способна эта птица в магическом плане?» – подумал я, не сводя глаз с величественной Рух, которая, в свою очередь, смотрела на меня каким-то странным, я бы сказал, осознанным взглядом.
Даже у фангов, которые теперь на второй ступени эволюции, такого взгляда не было, и это при условии, что они могли выполнять сложные приказы и являлись довольно умными магическими созданиями.
– Очень сильное создание, – голос друида отвлёк меня от размышлений. – Не знаю, как Тонитрус мог оказаться на континенте людей, но, видимо, его родитель был очень сильным представителем своего вида, – добавил он, продолжая смотреть на Рух.
Да уж, и мне хотелось бы это знать. Вот только не уверен, что выяснить, как птица смогла прилететь с другой стороны Разлома на континент людей, вообще представляется возможным.
Особенно в текущих реалиях.
Всё же я был беглым преступником, и вернуться мне в земли, где моя душа переродилась в тело молодого Люка Кастельмора, не представлялось возможным.
А тем временем Рух расправила свои крылья и, казалось, стала ещё больше.
Она же не…
Я вовремя успел насытить свои мышцы магией, прежде чем, взмахнув крыльями, птица, которая, по верованиям Иных, должна была приносить несчастье, взлетела и приземлилась мне на руку.
«Сколько же она весит?» – была первая моя мысль, когда с трудом, но искрящемуся магическому созданию удалось как-то устроиться на моей руке.
Сотня, не меньше!
Возможно, даже больше!
– Аха-ха! – громко рассмеялся друид, пока я с раскрасневшимся от натуги лицом старался удержать Тонитруса на своей руке. – А ты сильнее, чем кажешься! – добавил он, а буквально в следующую секунду я встретился с Рух взглядом.
Видимо, осознав, что мне тяжело, магическая птица взмахнула крыльями, при этом каким-то чудесным образом не задев меня ими, ибо размах у них был просто огромный, и резко взлетела.
«Вот это скорость», – подумал я, глядя на удаляющуюся в небо птицу, которая яркой вспышкой быстро набирала скорость, и вскоре скрылась среди темнеющих облаков.
– Быть буре, – произнёс Избранник Угла, который наблюдал за Рух вместе со мной.
Не думает же он, что это из-за магической птицы?
Я задал ему этот вопрос.
– Кто знает. – Он пожал плечами. – Одно я могу сказать точно: то, что эта птица приносит несчастье, не поверье коренных жителей Земель Великой Матери. Так есть на самом деле, – добавил он, и его взгляд стал очень серьёзным.
– Я уже говорил тебе на эту тему, – усмехнулся я, глядя на него.
– Говорил, – кивнул друид. – Только сейчас ситуация немного изменилась.
– Потому что твоя дочь отправляется со мной? – сразу понял я причину его тревоги.
– Да. Я не хочу, чтобы с моей дочерью приключилось какое-нибудь несчастье.
– Понимаю, но я не властен над судьбой, – прямо ответил ему. – А ещё не верю в то, что птица просто своим существованием может принести несчастье. Как, по-твоему, это может быть?
– Считается, что все птицы, приносящие бурю, – это потомки одного из детей Великой Матери, – ответил мне Избранник Угла. – Племя, которому он покровительствовал, было уничтожено, а всех, кто был в нём, убили, перед этим подвергнув ужасным пыткам. Когда вместилище Бога было разрушено, из него вылетели несколько таких птиц. Никто не придал этому значения, но потом всё началось, – произнёс он и тяжело вздохнул.
– Что началось? – раздражённо произнёс я, поняв, что продолжать друид не собирается.
Вот почему они все такие? Если уж начал о чём-то говорить, то говори до конца. Особенно если вещи, о которых ты рассказываешь, настолько важные.
Жизнь Принявшей разложение, конечно, не стояла на кону, но если её отец считал, что птица действительно приносит неудачу, и он знает легенду, предание, или что мне сейчас там рассказывал, то почему не рассказать всё до конца, а не говорить всеми этими загадками.
– Беды, – ответил мне Избранник Угла. – Все племена, которые участвовали в разорении племени «Солнцеликие», начали постигать беды и несчастья, – добавил он и посмотрел в небо – туда, куда улетела моя Рух.
– Может, это совпадение или случайность, – предположил я.
– Нет, – покачал головой он. – В течение года все те племена, которые участвовали в разорении «Солнцеликих», исчезли.
– Исчезли? Это как?
– Просто перестали существовать, – ответил Избранник Угла. – Вымерли все. Люк, это не могло быть случайность или совпадением. И все, как один, говорили, что всегда, перед тем как случалась какая-то беда, всегда была эта птица, – добавил он, а затем опустил глаза на меня.
– Если все те племена, о которых ты говоришь, вымерли, то кто всё это рассказал? – задал я довольно логичный вопрос.
Вождь Детей Угла грустно усмехнулся.
– Есть те, кто может говорить с мёртвыми, – нехотя ответил он.
– Говорить с мёртвыми? – удивился я. – Это как? – спросил его, ибо мне стало очень любопытно, как такое возможно.
– Тёмная магия, – покачал головой Избранник Угла. – Я не хочу о ней говорить. Это всегда к беде, – ответил Иной, который оказался куда более суеверный, чем я предполагал.
– Хорошо. Но ты ведь понимаешь, что я не разорял чужих племён, – произнёс я, глядя на него. – А значит, и Бог, желающий отомстить за то племя, которому он покровительствовал, не должен держать на меня зла, так? – привёл я логичный довод.
– Верно, – немного подумав, ответил вождь Детей Угла.
– Может, это птица отмщения, а не несчастий?
В этот раз он обдумывал полученную информацию дольше, чем в предыдущий.
– Возможно, – наконец ответил Избранник Угла.
– Тогда проблем с Рух быть не должно, – ответил я и улыбнулся. – Во всяком случае, пока она была со мной, никаких напастей со мной не случалось, – добавил я и задумался, так как мог и ошибаться.
С момента, когда у меня появилась Тонитрус, со мной произошло много всего, но все эти события скорее были последствиями тех действий, что я совершал ранее.
Плюс у меня самого с везучестью были определённые проблемы, поэтому нет смысла во всех своих злоключениях винить Рух.
– Хорошо, – голос вождя прозвучал неуверенно.
И его можно понять: всё же он отдавал мне под защиту самое ценное, что у него было.
Пока разговаривал с Избранником Угла, я заметил, что в лагерь вернулся Франсуа, и судя по тому, что он был без старика Луи, уговорить Бриана у него получилось.
И это очень хорошо. Мёртвый Город, куда нам предстояло отправиться, был не лучшим местом для священника в годах.
Хотя для всех город, где долгое время правил Неспящий губернатор, не лучшее место.
Вспомнив об оживших мертвецах и фантомах из города Мёртвых, я задумался о словах друида о том, что некоторые Иные могли разговаривать с мёртвыми.
Вполне логично, что раз магия другой стороны Разлома заставила трупы восстать, это могли сделать и здешние одарённые.
Да чего далеко ходить! В той деревеньке, где я нашёл артефакт, который так был нужен Полю Рошфору, что он пришёл за ним аж в Кастилию и перебил там кучу народа, был маг, способный поднимать трупы и подчинять их себе.
Не думаю, что разговор с ожившим мертвяком сложнее, чем заставить нежить атаковать другого человека.
Хотя я мог и ошибаться, учитывая, что о магии смерти и магии тьмы практически ничего не знал, ибо в книгах, прочитанных мной ранее, упоминалось о них лишь вскользь, так как что одна магия, что другая были под запретом.
Но были и исключения, вроде того же управляющего Чёрным рынком в Тузуле.
Что-то снова мои мысли повели меня не в ту степь.
– Пойду улажу пару дел, – сказал я Избраннику Угла, который, как и я, ушёл в глубокие размышления.
Он кивнул скорее машинально, нежели действительно меня услышал, после чего я сразу же направился к Франсуа.
– Уговорил? – спросил я его.
– Да, только это было нелегко. Старик прямо рвался в бой, но потом всё же сдался, – усмехнулся Каратель.
– Так для него будет лучше.
– Знаю, – кивнул Франсуа, после чего посмотрел на дворецкого семьи Кастельморов. – А что насчёт Фредерика?
– Он крепкий, – ответил я. – Да и он точно откажется возвращаться. Его на континенте людей никто не ждёт, – добавил я, и Каратель улыбнулся.
– Да уж, в этом плане он и правда упрям как осёл, – произнёс Франсуа. – Хотя, может, ты и прав. Этот старый воин ещё молодым фору даст, – усмехнулся он. – Кстати, когда мы выдвигаемся? Не нравится мне это место. Слишком открытое. – Каратель осмотрелся по сторонам цепким взглядом.
Как и я, он сразу же мог видеть наиболее вероятные места нападения, засады, пути отступления и так далее.
При этом я был с ним полностью согласен. Берег Моря Древних и правда был не лучшим местом для того, чтобы разбить здесь лагерь, но с нами были Иные, плюс я, как, впрочем, и мои друзья, включая самого Карателя, были не только опытными воинами, но и довольно сильными магами, поэтому я не боялся нападения небольших групп Иных.
А большими отрядами они вроде не ходили.
Кстати, надо будет поинтересоваться у Избранника Угла или Мрачноглаза, какому именно племени принадлежат эти земли и как часто они патрулируют пляж.
Не успел я об этом подумать, как увидел вождя Странников, который в компании своего сына шёл в нашу с Франсуа сторону.
– Люк, нам пора, – произнёс шаман, когда поравнялся с нами.
Выглядел вождь Странников довольно обеспокоенным, что было неудивительно, учитывая его положение.
– Хорошо, – кивнул я. – Я вас провожу. – И вместе с Иными отправился в сторону моря.
– Спасибо тебе за всё! – стоило нам отойти подальше от лагеря, сказал шаман. – Если бы не ты, не знаю, удалось бы нам спасти Чёрную скалу или нет. Уверен, что Избранник Угла согласился нам помочь только по твоей просьбе, – добавил он и посмотрел мне в глаза. – Я никогда не забуду, что ты сделал для меня и моего племени, – произнёс он и, остановившись, положил руку мне на плечо. – Большое спасибо!
– Большое спасибо! – вслед за ним произнёс Кровозуб и вежливо склонил голову. – Тебе я тоже благодарен и не забуду, что ты сделал для меня, моего отца и племени! – громко произнёс он.
– Пожалуйста, – ответил я Иным и улыбнулся.
Приключения с племенем Странников выдались интересными и захватывающими, плюс благодаря им я узнал очень много нового не только о Море Древних, но и об Иных с Земель Великой Матери, а также о Богах. А ещё обрёл нового союзника в лице дочери вождя Потрошителей.
Вскоре я уже стоял на берегу один и провожал взглядом вождя племени Странников и его сына.
– Хотел бы отправиться с ними? – послышался знакомый голос сзади, и я увидел Жумельяка, на руке которого сидел Дозорный.
Птица, сотканная из магии, была хорошим заклинанием разведки, благодаря которому Жозе мог просматривать местность далеко за пределами нашего лагеря, при этом оставаясь в полной безопасности.
– Нет, – честно ответил я. – Я понимаю, почему море тянет авантюристов и искателей приключений, но я не из их числа. На суше мне гораздо комфортнее, – произнёс я и снова повернулся в сторону, где вдалеке виднелся остров, который на самом деле был живым.
Возможно, я видел его в последний раз…
– А я думал, морские приключения тебе по душе, – тем временем ответил Жозе, а затем отправил свою магическую птицу в небо.
