Ашира Хаан "После него"

– Воды? – он уже открывал бутылку минералки и наливал ее в пузатый бокал. – Хотите перекусить?

– Нет, нет, спасибо! У меня все в порядке, – я чуть не смахнула бокал со столика передо мной и решила на всякий случай ничего не трогать.

– Тогда давайте я помогу вам пристегнуться, мы скоро взлетаем.

Едва слышный гул моторов и вправду стал громче, самолет дернулся и покатился по взлетному полю, за иллюминатором замелькали разноцветные огни.

Стюард проверил мои ремни и отправился помогать другим пассажирам.

Из-за шума я не слышала, о чем там шла речь. Надеюсь, они выловили несчастный рамбутан из коньяка!

Шум двигателей стал громче, натужней, самолет бежал по взлетной полосе все быстрее и наконец я почувствовала, как он отрывается от земли. Ощущения были совсем иными, не такими, как в «Боингах». Ближе, острее – как будто я пересела с автобуса в спортивную машину.

За всей этой суетой я даже забыла восхититься, что в первый раз в жизни лечу частным джетом! Эх, почему я не попросила шампанского? Сделала бы красивое селфи. Мне, правда, некуда его выкладывать, в соцсетях у меня только рабочие аккаунты.

Зато можно похвастаться девчонкам в чате! В четвертом часу утра они еще спят, зато когда проснутся, у меня будет куча новостей.

Главная из которых – Максим снова со мной разговаривает!

Более того – он совершил подвиг, спас мой круиз, не постеснявшись попросить о помощи своего начальника! Так не ведут себя с людьми, которых больше не любят.

Вообще, начальство своего мужа я представляла себе иначе. О его работе я знала довольно мало – он не любил делиться проблемами или на кого-то жаловаться. Все, что я знала – он занимается строительством элитной недвижимости. Клубные дома, премиальные поселки, загородные поместья.

Иногда он работал сутками, иногда уезжал в командировки – проследить за качеством материалов можно было только лично.

Я скучала по нему и не любила засыпать одна, поэтому у нас была традиция созваниваться перед сном, где бы он ни был. С момента, как мы стали жить вместе и до ухода Максима не было ни дня, чтобы я не поговорила с ним хотя бы полчаса.

Две тысячи дней засыпать под его голос… Неудивительно, что последние три месяца у меня была такая ломка, словно я слезала с героина, а не разводилась.

Про других мужчин я даже не думала.

До сегодняшнего дня.

Точнее, ночи.

Точнее – до взгляда в глаза совершенно незнакомого мужчины по имени Тимур.

Невозможность обернуться и узнать – он все еще на меня смотрит или уже занялся своими делами? – отдавалась зудом в кончиках пальцев. Я схватила бокал с минералкой, выпила его залпом и поставила обратно.

Точнее – думала, что поставила.

Каким-то невероятным образом я умудрилась промахнуться мимо подлокотника.

Бокал покатился по полу, к счастью, не разбившись – спасибо мягкому ковролину. Невесть откуда появившийся стюард тут же ловко его подхватил.

С каждой секундой полета я чувствовала себя все более неловко.

Такие приступы неуклюжести случались со мной в любой незнакомой обстановке. Максима это только забавляло. Он неизменно напоминал мне не надевать белые футболки, когда мы шли есть борщ, а в отпуск брать с собой духи только в небьющихся флаконах, чтобы не мыть гостиничные полы дорогущей «Баккарой».

– Простите… – пробормотала я, зажмурившись от смущения. – А где здесь туалет?

Мне срочно требовалось хотя бы пять минут уединения и немного ледяной воды в лицо.

Местные удобства меня разочаровали. Почему-то я ожидала увидеть на частном джете если не полноразмерную ванну, то хотя бы душевую кабинку. Тем более что в первом классе некоторых авиакомпаний они давно есть.

Но туалет здесь оказался таким же тесным и неудобным, как в любом эконом-классе. Не спасала даже золоченая фурнитура и полированные деревянные панели.

Жидкое мыло пахло дорого, вместо бумажных полотенец лежала стопка махровых, зеркало занимало всю стену, однако я умудрилась удариться локтем о раковину, чуть не взвыв от боли в задетом нерве.

Выскочила наружу я злая и взъерошенная, рывком дернув дверь – и лицом к лицу столкнувшись с Тимуром!

Что вообще положено говорить в таких ситуациях?

Думаю – ничего.

– Там… свободно! – выпалила я, в ту же самую секунду взмолившись о том, чтобы мой язык намертво прилип к нёбу.

– Спасибо… – задумчиво отозвался он, окидывая меня странным взглядом, от которого захотелось снова спрятаться в туалете и не выходить до самой Турции!

3. Пересадка

Старательно не глядя Тимуру в лицо, я медленно отступила в сторону, словно он был хищником, которого прямой взгляд или резкое движение могли спровоцировать на атаку.

Не поворачиваясь спиной, сделала шаг назад, к своему креслу… И заскочила в него, подобрав ноги и закрыв лицо руками.

Кажется, из всех хищников я назначила Тимура кем-то вроде крокодила, от которого можно скрыться, забравшись повыше.

Дверь туалета щелкнула, закрываясь, и я смогла поднять голову.

Ну что за детский сад, а! Почему я веду себя как полная идиотка?

Неужели за пять лет брака я настолько разучилась общаться с мужчинами? Или все дело в том, что Тимур – начальник Максима? Интересно, что он обо мне рассказал…

Искренне надеюсь, он не признался в том, что я его бывшая жена. Ради его собственного же блага!

Услышав, как дверь туалета снова открывается, я моментально забыла только что принятое решение попытаться вести себя адекватно и дернула к себе плед, висящий на спинке кресла. Тимур сейчас пойдет обратно на свое место и, если чуда не случится, я снова что-нибудь «исполню». Мой идиотизм просто не поддается контролю!

Поэтому единственное умное решение, что пришло мне в голову, было – закрыть глаза, притворившись спящей.

Мягкие шаги были почти не слышны, я ощутила лишь колебания воздуха, когда Тимур прошел мимо меня.

Точнее – не прошел.

Он почему-то остановился.

Совсем рядом, я остро ощущала его присутствие кожей. И чувствовала направленный на меня взгляд.