Он отбрасывает телефон в сторону, изучающе смотрит.
Я знаю этот взгляд.
Знаю его намерения.
И знаю, что не могу.
Я не отказываю ему никогда.
Но сегодня даже сил на то, чтобы лежать, у меня нет.
Я сажусь на кровать, осторожно придерживаясь за поясницу. Он тянется ко мне, касается плеча, легко, привычно.
– Лейна…
– Мне больно, – шепчу я.
Он замирает.
– Где?
Я накрываю ладонями живот.
– Тут.
В темноте спальни его лицо напрягается.
– Что-то серьёзное?
– Просто болит, Умар. – Я устало опускаю голову. – Целый день на ногах… Я не могу сегодня.
Он молчит.
– Опять?
Я напрягаюсь.
– Что – опять?
Он отворачивается, тянет на себя одеяло, голос звучит отрывисто, раздражённо:
– Ты совсем перестала на меня обращать внимание.
Я моргаю.
Он серьёзно об этом сейчас?
– Умар…
– Ты думаешь только о себе, – продолжает он. – О своих делах, о доме, о ком угодно, но не обо мне.
Я провожу языком по пересохшим губам, чувствуя, как от его слов внутри всё стягивается в тугой узел.
– Я целый день работаю.
– А я – нет?
Он резко поворачивается ко мне, смотрит прямо в глаза.
– Я тоже работаю, Лейна. Но ты хотя бы замечаешь, что у тебя есть муж?
Я растерянно моргаю.
– Ты правда… считаешь, что я тебя не замечаю?
– А как ещё это назвать? – он пожимает плечами, раздражённо откидываясь на подушку. – Раньше ты мне радовалась. А теперь? Всё, что я получаю, – «я устала», «мне больно».
Я сглатываю.
Как объяснить, что я просто больше не могу?
Но он уже отвернулся, уставившись в стену.
Обиженный.
Как ребёнок.
Раньше он был другим.
Когда мы только встречались, он обожал меня.
Он заваливал меня подарками. Знал, какой цвет мне нравится, какие сладости я люблю. Всегда заботился, чтобы мне было тепло, удобно, спокойно.
Он ждал меня с работы с цветами, выкраивал время среди своих дел, чтобы просто увезти меня подальше от суеты, посадить в машину и везти, куда глаза глядят.
Он закидывал мой телефон сообщениями, если я задерживалась.
«Ты где?»
«Ты поела?»
«Я скучаю.»
А сейчас…
Сейчас он хочет, чтобы всё внимание было на нём.
Как будто я не беременна.
Как будто я не устаю.
Как будто я просто перестала его любить.
Но это не так.
Просто я больше не могу отдавать себя целиком.
Я лежу, смотрю в потолок, не чувствуя ничего.
Кроме боли.
Кроме усталости.
Кроме пустоты.
Что со мной стало?
Что с нами стало?
Я закрываю глаза.
Или лучше не думать об этом?
Глава 2
Утро начинается с боли.
Я открываю глаза, и первое, что чувствую, – тяжесть внизу живота. Тупая, ноющая, тянущая.
Я осторожно кладу ладонь на живот, будто пытаюсь успокоить себя.
Но тревога уже пробирается под кожу.
Я прислушиваюсь.
Тихо.
Рядом лежит Умар, но я сразу понимаю – он ещё злится.
Я не слышу его дыхания, не чувствую привычного движения, когда он обычно поворачивается ко мне во сне.
Он лежит ровно, на спине, руки на груди.
Я знаю, что если пошевелюсь, он сделает вид, что спит.
Раньше всё было иначе.
Раньше, когда я просыпалась, он первым улыбался, тянулся ко мне, касался щеки, шептал что-то тёплым голосом.
Раньше он не мог выдержать и дня, чтобы не позвонить мне, если мы были далеко друг от друга.
Теперь я могу провести рядом с ним целую ночь, и он даже не заметит.
Я смотрю в потолок, глубоко вдыхаю.
В животе неприятно тянет, но это не та боль, от которой нужно паниковать.
Я говорю себе, что это нормально, что так бывает, что я просто устала.
Я пытаюсь убедить себя, что всё в порядке.
Но внутри всё равно тревожно.
Я поворачиваюсь на бок, затаив дыхание, надеясь, что он тоже проснётся.
Что посмотрит на меня.
Что спросит, как я себя чувствую.
Но он просто встаёт.
Молча.
Я жду.
Может, он хотя бы скажет что-то?
Может, заметит, что мне плохо?
Может, вспомнит, как долго мы ждали этого ребёнка, как я боялась, что у нас ничего не получится?
Но он просто выходит из комнаты.
Не оглядываясь.
Я медленно сажусь, обхватываю живот ладонями.
Два года мы мечтали об этом ребёнке.
Два года я ловила каждое изменение в своём организме, надеялась, ждала.
Два года я боялась, что если у нас не получится, он разочаруется во мне.
А теперь, когда всё получилось, когда я наконец ношу под сердцем нашего ребёнка, кажется, будто для него это уже не имеет значения.
Я закрываю глаза, наклоняю голову вперёд, медленно вдыхаю.
Если задержусь ещё на минуту, начнутся вопросы.
