Просто не знала кодового слова.
Никониэль не ждал ответа. Подняв руку, он направил раскрытую ладонь на брешь, и металл под действием его силы стал расправляться. По стенам побежали бело-золотые искорки, просачиваясь в стены, пол и потолок.
Мы с охранниками стояли, разинув рты.
– Хорошо, – эльф стряхнул руку, будто та стала мокрой. – Поезд цел, скажите машинисту, что можно продолжать путешествие.
Глава 16
Когда мы вышли из вагона, я ожидала увидеть что-то в духе столичного вокзала, но людей оказалось на порядок меньше. Все они носили форму работников железной дороги и на меня внимания не обращали. Сама не знаю, зачем я высматривала неудавшуюся отравительницу, но потом из вагона вышел Никониэль и пошёл куда-то сквозь толпу, а я за ним.
Судя по всему, поезд заехал в «гараж» рядом с домом эльфа. Мы оказались во внутреннем дворе здания, похожим одновременно и на завод, и на замок из детских сказок. У основного здания было… не знаю сколько этажей. Узкие решётчатые окна расчерчивали ржаво-красный кирпич. Несколько башен с круглыми витражами и острой крышей.
Пока я озиралась и гадала, куда попала, Никониэль подошёл к красивой резной двери с таким видом, что отпали последние сомнения: он живёт здесь.
– Мисс Иви, – эльф обернулся. – Вы идёте?
– Да, простите, – я нагнала его.
Хватит глазеть, не хватало ещё потерять его!
Эльф дождался, пока я подойду, после чего распахнул передо мной дверь.
– Ну, добро пожаловать в мою скромную, немного заброшенную обитель.
– Тут… просторно.
Мы оказались в большом холле, обрамлённом нависающими балконами. В противоположном конце комнаты – ажурная лестница, огибающая пару то ли колонн, то ли труб.
– Да, – Никониэль тоже огляделся. Так, будто вместе со мной впервые увидел дом. – Но потому, что места я занимаю не так много, большая часть в запустении. Не удивлюсь, если в каком-нибудь крыле тайно живёт несколько многодетных семей.
– Вы бы точно заметили. Шум. Значит… Больше никто не помогает?
– Никто. И по количеству пыли здесь вы в этом убедитесь, – он брезгливо поморщился. – Что ж, давайте покажу комнаты. Выберите, в какой хотите остановиться.
Обалдеть! Я могу выбрать?!
– Нужно будет сменить вашу повязку, но после душа, – закончил Никониэль, а я прижала уши.
Снова мне краснеть.
Мы пошли к лестнице. Впечатляющее место, а если прибраться, будет совсем здорово. Думаю, мне по силам это сделать. Внутри достаточно тепло, наверное, трубы, встречающиеся то здесь, то там, не простаивают. Большая часть Эдхарла отапливалась от горячих подземных источников. Если правильно настроить систему, зимой можно ни о чём не беспокоиться.
На лестнице Никониэль свернул к правому балкону, с которого мы попали в боковой зал. Светлая гостиная, несколько диванов и кресел, книжные шкафы и какие-то непонятные сооружения, то ли недоделанные устройства, то ли странные произведения искусства.
Похоже, когда-то это и впрямь был завод, а потом кому-то пришло в голову сделать из него дом. Задумка интересная, но до ума не доведённая. Всё выглядит диким и брутальным. Лапы так и тянутся внести в эту эльфийскую берлогу хоть немного уюта.
Позволит ли?
Миновав зал, мы снова оказались на лестнице, ярко освещённой высоким окном. Эльф объяснил, что если спуститься, я попаду на кухню, и пошёл вверх.
Этажом выше ждал коридор с двумя дверями по обеим сторонам.
– Все комнаты, кроме дальней, свободны. Там моя спальня. Впрочем, если она придётся вам по вкусу, можете забирать. Я всё равно практически там не нахожусь.
– А как же сон? – я сказала и тут же вспомнила о его упрямстве. Очевидно, спит он там, где закончится энергия.
– Я в нём не нуждаюсь. Если и задремлю, то в своей лаборатории.
Я выбрала дверь, соседствующую с комнатой хозяина. Так смогу услышать, если что понадобится или случится. Внутри поджидали неясные силуэты мебели, накрытые тканью, большое окно и очень много пыли. Кажется, я первый обитатель комнаты за последнюю сотню лет. Если не приберусь, кашлять буду как Никониэль.
Эльф нахмурился сильнее и не стал входить в комнату. Брезгует.
– Пожалуй, вам лучше воспользоваться моей спальней. Здесь необходимо прибраться. Идёмте. Заодно дам вам одежду. Возможно, в этом доме есть что-то, что подошло бы вам, но я понятия не имею, где искать, – он поманил меня в соседнюю комнату и распахнул шкаф. – Боюсь, сегодня у меня времени не будет, так что до магазина, чтобы купить вам всё необходимое, дойдём завтра. Проходите. Ванна там.
– Господин, – я сжала кулаки, борясь с волнением. – Могу я попросить… Ошейник снять. Чтобы током не ударил.
Никониэль замер и нахмурился так резко, что по спине пробежал мороз. Ну да, что я себе позволяю? Он бросил сумку на какое-то кресло и в два шага оказался возле меня.
– Почему вы не напомнили об этом ещё вчера?
Почему? Да потому, что этот вопрос последний, который я ожидала услышать.
– Впрочем, я тоже хорош. Должен был и сам проконтролировать.
Он поднял ладонь и, расстегнув тугой замок, сжал ошейник в кулаке, после чего тот осыпался на пол горсткой пепла. Я не успела обрадоваться, освободившаяся кожа отозвалась зудящей болью. Не заметила, что натёр.
– Смажем мазью и дискомфорт пройдёт.
Я кивнула и расстегнула верхнюю пуговицу, чтобы ему было удобнее. Проклятье, он что, правда помогает? Выдавив из тюбика прозрачную горошинку мази, эльф необычайно осторожно коснулся моей шеи.
– Рад, что вы не получили электрический ожог, – губы Ника дрогнули, и он перевел взгляд с шеи прямо мне в глаза.
– Я тоже, – я выдавила улыбку. – Спасибо ещё раз.
Он ничего не ответил. Закончил наносить мазь и отстранился.
– Такого вообще не должно происходить. Дикость и мерзость – вот как называется это обращение.
Я не рискнула возражать. Очень приятно, что Никониэль считает так. Выходит, я ещё и… смогу больше не носить эту штуку? Раз он уничтожил ошейник?
– Обозначите какие-либо правила или, может, распорядок дня? Список моих обязанностей или ещё что?
– Распорядок? – он изогнул бровь. – Сперва душ, потом перевязка, завтрак. И если собираетесь уходить, гулять, пожалуйста, предупреждайте. – Он задумался. – И, наверное, мне нужен список блюд, которые вы предпочитаете и какие не переносите. Чтоб я ориентировался при заказе продуктов.
– Господин, я многое умею, поэтому вопрос со списком блюд переадресую вам. Объясните, что вам нравится, и я приготовлю. Чтобы освободить вам время, – добавила, засомневавшись в своей навязчивости.
– Я люблю блюда, не включающие в себя опасные для жизни вещества, – он усмехнулся. – Буду благодарен, если вы исключите это из ингредиентов.
– Сделаю вкусно и без этих добавок. Не буду обещать ресторанную подачу, мне ещё практика нужна.
– Тогда предупредите, и на премьеру явлюсь в выходном костюме. Чтобы соответствовать атмосфере, – он сделал шаг к двери, после чего обернулся. – Есть одна просьба. При готовке, пожалуйста, не разливайте всё по отдельным тарелкам. Пусть поначалу всё будет в общей.
– Конечно, господин.
Я попыталась представить, каково это, едва избежать смерти. Думала, вообще к кухне не подпустит и сам будет готовить. Сейчас, наверное, даже в любимые заведения заходить тревожно. Пожалуй, следует принюхиваться ещё и к продуктам, которые попадают к нам на кухню.
– Давайте, я приведу себя в порядок и сварю вам… нам кофе?
По лицу Николаса пробежалась тень сомнения. Он смотрел на меня, будто решая сложную математическую задачу, но всё же кивнул.
– Если вы тоже будете пить, то да, окажите… – он закашлялся, – любезность.
Не нравится мне этот кашель, но сомневаюсь, что Никониэль ответит на прямой вопрос.
Глава 17
После душа я спустилась в кухню. Никониэль сидел во главе длинного стола и писал. Не поднимая головы, он спросил:
– Как раны? Беспокоят?
– Нет. Мазь хорошая. Уже почти не замечаю.
– Почти не замечаете, – Никониэль потёр подбородок. – Нет, всё же нужно обработать. Да и повязка вымокла. Пойдёмте в лабораторию. Тем более, время свидания.
Свидания? Я смутилась, уже сама себя ругая, и кивнула. Потом вспомнила, что Никониэль говорил о необходимости связаться с Хаканом и отругала себя ещё раз. Свидание. Надумала тоже.
Мы спустились по лестнице ниже. Я ожидала увидеть что-то вроде кабинета, но сильно недооценила масштабы. Здесь всё если не стерильно, то очень близко к этому. Огромное открытое пространство делилось на зоны. В каждой были свои столы, шкафы и непонятные установки, обвешанные проводами и трубочками. В дальней части я слышала гудение вентиляторов, да и сама чувствовала, что воздух сухой и чистый. Это… поразительно.
– Момент, – Никониэль подошёл к одному из стеклянных шкафчиков и вытащил бутылочку с жидкостью и кусок ваты. – Там диван, идёмте. Надеюсь, вы не слишком испуганы моим жилищем? Оно неуютно, знаю это. И уж тем более не привлекательно для девушки.
– Я не просто девушка. Или вы хвост не заметили? – усмехнулась я, но улыбка быстро соскользнула с лица. – Мало кто из моих знакомых мог похвастаться тем, что знает, как живут эльфы. Что до уюта, думаю, тут станет намного приятнее после уборки, а с этим я могу помочь.
– Да я и сам не знаю. Мы с братом и отцом всегда жили обособленно. Я не вызываю любовь сородичей. Только наличие капитала не позволяет им как-либо это показывать.
Я украдкой взглянула на хозяина. Он живёт один, а в столице сказали, что его брата больше нет. Выходит… он остался здесь совсем один?
– Ну вот, а я только обрадовалась, что все сказки об эльфах выдумка.
– Если сильно захотите, можем напроситься с вином к какому-нибудь эльфу, соблюдающему традиции, – Никониэль улыбнулся. – Но, уверяю, мы там долго не продержится. Либо сами сбежим, либо нам укажут на дверь хозяева. Что ж, мисс, а теперь, боюсь, снова время неловкости для вас. Повязку нужно сменить.
Неловкость – не то слово. Я приподнялась на локтях и встала почти на четвереньки, поднимая таз. Кошмарное ранение. Знала бы, сколько проблем оно принесёт, перегрызла бы Хейли горло, пока была возможность.
Зато после всех этих процедур о смущении забыть можно. Никониэль видел уже предостаточно скрываемых приличными девушками частей моего тела.
– Не волнуйтесь, – голос эльфа звучал ровно, пока он стягивал с меня штаны, а после снимал повязку. – Вы для меня в данный момент пациентка, и единственное, что интересует меня в вашем теле – ранение.
Кожи коснулся прохладный раствор, который почти мгновенно убирал неприятные ощущения от травмы. Нужно пообещать себе, что больше никто не выстрелит мне в зад. Пониже, конечно, но не суть.
Прикусив губу, я вдруг задумалась над формулировкой. «в данный момент»… А что если…
Нет. Я же его домашняя зверушка. Ногу вылечит, и всё, начну интересовать как объект для экспериментов, или ещё что.
Вот «ещё что» и заставило меня краснеть до кончиков ушей. Хорошо, что они покрыты шерстью, может, не увидит?
– Спешу вас обрадовать. Ранение затягивается очень быстро. Ещё пару перевязок, и я перестану терзать ваше тело и самолюбие, – Никониэль закрепил повязку и отсел. – Когда мои маленькие пациенты наконец дожидаются окончания лечения, то я стараюсь как-то их обрадовать. – Он склонился в сторону, а после скомандовал. – Закройте глаза.
Когда я повиновалась, ощутила, как он взял меня за запястье удивительно тонкой, но при этом сильной ладонью и опустил её во…что-то. Похоже на ящичек или шкатулку.
– Теперь можете взять то, что попадётся в руку, – судя по голосу, он улыбался.
Я неуверенно шевельнула пальцами. Зашелестели фантики, но на ощупь я не понимала, что внутри. Прихватив один из предметов, потянула вверх и открыла глаза.
Из коробочки в руках Никониэля я вытянула шелестящий пакетик с торчащей наружу палочкой. Это… конфета? Когда я развернула фантик, убедилась. Действительно, леденец в форме звезды.
– Что ж, мисс Иви, спешу вас поздравить. Ранее меня убеждали, что все, кому попадается леденец-звёздочка, становятся феями и получают волшебные силы. И, я уверен, что четырёхлетняя мисс Бель эксперт в феях. Сомневаться нет никаких… – Никониэль отвернулся, закашлялся, а после снова продолжил, улыбаясь. – Причин.
– Простудились? – осмелев, спросила я.
– Да, – он ответил очень быстро. Даже не раздумывая, но огонёк веселья в серебристых глазах погас. – Это не стоит вашего внимания, мисс Иви.
– В академии по осени маленьким дают по ложке смеси, – неожиданно даже для себя рассказала я. – Там мёд, перемолотые орешки, лимон, курага и имбирь. Чтобы не болели. Хотите, я и вам такую замешаю?
Никониэль улыбнулся неожиданно мягко.
– Буду рад. И благодарю вас. Я и забыл, признаться, когда кто-то проявлял ко мне заботу. У жизни в одиночестве есть как плюсы, так и очевидные минусы. Но повторюсь, моё здоровье уж точно не стоит того, чтобы вы тратили на него внимание.
Я замерла, снова забывшись от вида его улыбки, и прослушала половину слов. Уже не помнила, что он может быть опасен, жесток или ещё что. Для меня здесь и сейчас Никониэль прекрасен, и я вызнаю все мелочи, которые могли бы порадовать его. Я открыла рот, чтобы возразить, как вдруг в комнате раздался тихий перелив колокольчика.
– Момент, – он подошёл к странному квадратному устройству. Впереди матовое стекло, а сверху множество медных проводков и труб. – Наверняка Хакану не терпится с вами уви… – он щёлкнул какой-то переключатель, и на экране возникло лицо Беки. – Мисс Мастерсон? О. Приятная неожиданность.
– Ник, мы же договорились, что я для тебя Бека, – та шутливо нахмурилась. – Неужели хочешь, чтоб я тебя поругала?
– Что? Нет, – эльф, кажется, смутился и поправил волосы. – Простите… то есть, прости. Никак не привыкну.
По спине пронеслись мурашки. Я невольно обхватила хвост руками, воспоминания о том, что со мной собиралась сделать эта ненормальная, полоснули по нервам. Чего ей надо?
– Ник, зайка, я слышала о том, что случилось! – воскликнула девушка. – Я убедила отца пройтись по той идиотке как следует, будь уверен, она очень пожалеет, что пыталась навредить тебе!
– Да я и сам виноват, – Никониэль улыбнулся, обращение ему явно понравилось. А я немедленно почувствовала грусть, что не смогу сама так к нему обратиться. – Слишком расслабился. Но забота приятна. Может, нужно почаще оказываться на грани смертельного отравления?
– Ты что, я же поседею от волнения! Давай, я приеду? Хочу убедиться, что ты здоров.
– Я в порядке, – Никониэль кивнул. – У мисс Иви отличное обоняние, которое меня и спасло.
– У кого? А-а-а, – картинно удивилась та и рассмеялась. – Она не сбежала? Ты поосторожнее с ней. Кити говорила, совсем дикая. Кусалась и шипела, когда её привели. Одного оборотня даже от бешенства привили на всякий случай.
Что эта дрянь несёт?! Да я там и пальцем никого не трогала!
