Посмотрела и почувствовала, как по телу прошелся не самый приятный холодок, а внутри скрутился ледяной комок, поселившийся где-то в желудке.
Там стояло очень много людей. Думаю, что несколько сотен, не меньше.
Одеты они были по старому стилю, какие я видела в фильмах про восточных славян двенадцатых-тринадцатых веков.
И да, они все не двигались.
И вокруг была тишина. Абсолютная. Гробовая.
Спустя пару минут до меня дошло, что это тоже всё были ледяные фигуры.
А среди них выделялась одна очень колоритная парочка.
Мужчина с бородой и грозным взглядом. На вид ему было лет шестьдесят, в яркой и явно недешевой одежде, подбитой мехом. И женщина рядом с ним. Тоже немолодая, но очень красиво одетая в шубу из мехов, с диадемой на голове.
На лице женщины застыла вселенская грусть, а на щеке блестела одинокая слеза. Но при этом осанка у неё была княжеская.
Не знаю почему, но эта слеза отозвалась в моей душе невыносимой тоской и жалостью к этой волевой женщине.
Вокруг этой пары стояли пять молодых мужчин, я бы навскидку дала им от сорока до тридцати лет, все они были сильно похожи друг на друга, явно братья и, скорее всего, дети этой самой пары, потому что были в них черты и от отца, и от матери. Позади мужчин замерли молодые женщины, как будто прятались за их спинами, скорее всего жены, а в ногах – дети, у кого по одному, у кого и по двое. Где-то от двух до десяти лет.
Все были одеты очень богато, в меха.
Другие люди были одеты победнее, но тоже вполне качественно.
У самых же ворот стояли в две шеренги с обеих сторон воины в красных мундирах в каракулевых шапках, с копьями-секирами в руках. Они создали импровизированный коридор, внутри которого и находилась вся, возможно, княжеская семья.
А за спинами этого импровизированного коридора стояли простые горожане. И было их всех довольно приличное количество. Словно весь город вышел кого-то провожать. Но явно не саму боярскую семью, а кого-то еще.
Я посмотрела на свежие следы по выпавшему снегу, что шли от застывшей пары и до ворот, и зачем-то ступила сапогом в этот след, и он ровнехонько туда уместился.
– Это мои, что ли, следы? – вслух спросила я и от неожиданности даже присела.
Потому что мой голос показался очень громким среди всей этой тишины.
А я вдруг поняла, что вокруг была не просто тишина. Даже природа не издавала никаких звуков.
Ну понятно, что вокруг зима, но всё равно птицы-то хоть как-то должны шуршать, ветерок шевелить деревья, в конце концов…
Я оглянулась назад и посмотрела, что же там было, из-за драконов было видно плохо, поэтому я чуть отошла в сторону и заметила густой зимний лес.
Очень тихий зимний лес. И мне показалось, что деревья тоже были ледяными скульптурами.
Но разве такое возможно? Кто бы умудрился наделать столько скульптур, если только с небес не полилась вода, а затем резко приморозило и все эти бедолаги, в том числе и драконы, превратились в ледяные статуи?
Я поёжилась, представив как оно – замерзнуть в одно мгновение…
Что тут такое вообще могло произойти?
Стало темнеть, и я поняла, что солнце начало клонить в закат, а идти мне особо было некуда, кроме как обратно в город.
Темный лес явно был не особо хорошим вариантом.
О том, как я сюда попала, я решила подумать позже. Главное сейчас – понять, как отсюда выбраться.
– И где мои драконы, Дедушка Мороз, которых ты мне обещал? – пробормотала я себе под нос, вспомнив о том, как попала в это странное место.
И тут случилось странное.
Откуда-то налетел ветер, он поднял снег, который запорошил сначала меня, заставив зажмуриться, и когда я открыла глаза, то вместо драконов увидела уже трех здоровенных мужиков.
Один – черноволосый, второй – рыжий, а третий – блондин.
Они стряхивали с себя снег, озирались вокруг, смотря друг на друга с удивлением, и хмурились, будто тоже пытались понять, где они и что происходит.
В конце концов их взгляды, естественно, наткнулись на меня.
– Снегурочка, – процедил черный дракон так, будто это слово было ругательное. – Ты нас заморозила?
– Э-э-э, – только и смогла сказать я. – Вы, ребята, кто вообще?
– Отлично, она еще и память потеряла, – с шумом выдохнув, ответил блондин. – Так и знал, что добром это не кончится. Сколько мы, интересно, спали, раз она ничего не помнит?
– Парни, может, объясните, что случилось? – чуть громче спросила я.
– С другой стороны, проклятие она с нас сняла, раз мы тут все стоим в облике людей, – пожал плечами рыжий. – Оракул не ошибался.
– Да, – кивнул блондин.
– Эй! – уже зло рявкнула я, видя, что эти трое продолжают болтать между собой, а на меня – ноль внимания. – Что тут, на хрен, происходит? Вы меня похитили, что ли? И куда делись эти огромные ледяные статуи зверюг?
ГЛАВА 3
Наконец-то эти трое обратили на меня внимание.
А я разглядела их лица более детально. Они ничего такие… симпатичные. Не слишком слащавые, больше брутальные. Еще и здоровенные. Прям богатыри. Только одежда у них странная, что-то наподобие охотничьей.
Из созерцания прекрасного меня выдернул брюнет, заставив слегка подавиться воздухом.
– Снегурочка, – сказал он. – Мы тебя не похищали. Ты вообще-то наша жена.
– Наша? – решила переспросить я, вдруг ослышалась.
– Наша, – подтвердил рыжий, сверкнув своими зелеными глазищами.
Линзы, что ли?
Я перевела взгляд на блондина, и тот молчаливо кивнул, соглашаясь со своими дружками.
– А вас не слишком много на меня одну? – решила уточнить я, а сама медленными шажочками попятилась к воротам.
– Нет, – хмыкнул брюнет, еще и обвел меня масленым взглядом с ног до головы. – В самый раз.
– И да, – добавил вдруг блондин. – Если ты сейчас опять попытаешься отлынивать от своего супружеского долга, то проклятие вернется. И твоё княжество так и не разморозится.
– Моё чего? – нахмурилась я, совершенно не понимая, о чем речь.
– Твоё княжество, – вздохнув, ответил рыжий. И, покосившись на солнце, добавил: – Думаю, нам стоит вернуться в город и дойти до какого-нибудь теплого места. Ночь скоро.
И таким тоном он это заявил, словно ночью должно было произойти что-то очень нехорошее.
Мужики стояли, не двигаясь, а я думала, как мне быть.
Они вроде не похожи на каких-то психов. Хотя и заявляют, что я их жена, но есть у меня подозрение, что не стоит сбрасывать их слова со счетов.
Вообще, я решила пока временно послушаться, поэтому сообщила:
– Ладно, давайте в город вернемся. Только там это… ну сами, короче, увидите. И да, меня вообще-то Аленой звать.
– Алена? – приподнял брови рыжий, и мужчины переглянулись между собой.
– Ага, – кивнула я. – А вас как звать?
Они опять посмотрели на меня странными взглядами, но всё же начали представляться.
– Ификлеодот, – представился рыжий.
– Сагвес, – сказал брюнет.
– Шардис, – это был блондин.
– Греки, что ли? – вылетело у меня.
– Кто? – переспросил мужчина.
– Имена у вас греческие какие-то, – смущенно пробормотала я.
– Нет, – покачал головой блондин. И добавил: – Мы драконы. Это у драконов принято давать такие имена.
– А-а-а, – протянула я и почувствовала себя совершеннейшей дурой. – Драконы, значит.
– Они самые. Те «огромные ледяные статуи зверюг», – не без ехидства процитировал мой вопрос рыжий.
– Так, погодите, – я подняла руку вверх, выставив ладонью вперед, – если вы драконы, значит, должны в них превращаться, так?
– Так, – кивнули мужчины почти враз.
– Тогда давайте превратитесь, чтобы я точно поверила, что вы драконы. А не разводите меня, как последнюю лохушку.
Я сложила руки на груди и улыбнулась. Если сейчас эти трое скажут, что они не умеют превращаться в драконов, или что-то придумают такое, то придется сразу же с ними распрощаться.
– Ладно, сама напросилась, – вдруг сказал брюнет, – только потом не ори. – Отойдя в сторону на несколько шагов, подернулся дымкой и превратился в ту самую здоровенную зверюгу черного, словно уголь, цвета, только уже не ледяную, а настоящую.
Я застыла, во все глаза смотрела на этого монстра с громадными зубищами и чувствовала, как меня начинает мутить.
Я, конечно, тот еще оловянный стойкий солдатик, всякое в жизни повидала, оставшись сиротой в подростковом возрасте, но к такому была непривычна.
А дракон еще и, сделав пару шагов, потянулся ко мне своей громадной мордой.
Не знаю, что он хотел сделать, но мозг в этот момент закоротило, и я тупо лишилась чувств. Точнее, просто упала, умудрившись впервые в своей жизни потерять сознание.
Очнулась я оттого, что кто-то мне лицо снегом растирал.
– Эй, хватит! – сказала я, убирая руку этого изверга. – Холодно же!
– О, очнулась, это радует, – ответил рыжий. Это он сидел рядом и растирал мне лицо снегом. – Надо бы поторопиться и вернуться в город, – сказал он, и я заметила в его взгляде мелькнувшую тревогу. – Ты нас приглашаешь, Снегурочка? Или так и будешь на пороге держать?
Я села и посмотрела на брюнета, который опять стал нормальным человеком и стоял в трех шагах от меня. А затем на солнце, которое уже еле виднелось из-за деревьев, и на автомате ответила:
– Приглашаю.
– Отлично! – тут же ударил в ладони мужчина и, подхватив меня на руки, словно я ничего не весила, отправился к воротам.
А следом за нами и остальные мужчины потянулись.
Я же поняла, что пока не могу вообще думать. Мозг решил отдохнуть, и я просто сидела и наслаждалась тем, что впервые в моей жизни меня кто-то носит на руках.
Наверное, если бы я такое в книге читала, то покрутила бы пальцем у виска, сказав, что героиня дура и надо вообще-то начинать орать, материться и выяснять причины того, как я сюда попала, но то книга, а это реальность. Причем моя. И мне пока было тяжело сориентироваться.
Я думала, мужчины спросят о том, что это за куча статуй, но они в первую очередь закрыли ворота на громадный засов, а после этого мы продолжили шествие.
Я на руках у рыжего – как там его? Ифи… Дальше не запомнила. А брюнет с блондином за нашими спинами следовали.
Только аккуратно обошли статуи, чтобы не задеть их, и отправились дальше.
Дом нашелся сразу же, точнее, это мужчины решили, что он нам подойдет.
Хотя мне он категорически не нравился. Слишком уж шикарным он выглядел. Больше походил на княжеский дом. Точнее, даже дворец. Только каменный. Хотя я почему-то ожидала увидеть деревянный.
Вот в него меня и внесли на руках через порог. Прямо как настоящую невесту. Точнее, уже жену.
И да, перед этим еще и двери кое-как открыли.
Не хотели они открываться, короче.
Но брюнет с блондином навалились и вдвоем смогли-таки их распахнуть, а затем и закрыть за собой на засов.
К слову сказать, я такие высоченные двери видела только в музеях столичных.
