Она погибла.
– Амина, он тебя сломает, – выдохнула я. – Ты не понимаешь, что говоришь.
Она наклонила голову, не спуская с меня взгляда.
– Может, ты преувеличиваешь?
– Может, ты глупая? – вспыхнула я. – Может, ты не знаешь, как он живёт, как смотрит на женщин, как относится к семье! Может, ты слепая?!
Я сорвалась, я не хотела кричать, но у меня не было выбора.
Она не слушала.
Она уже выбрала свою судьбу.
А я ничего не могла сделать.
Башир решил.
И он не привык отказываться от своего.
***
После того разговора с Аминой я была, как на иголках. Сердце билось в груди так громко, что казалось, его могли услышать все. Мне хотелось сказать ей, чтобы она бежала, чтобы спасалась, но я знала, что это бесполезно. Она уже сделала свой выбор.
Но я не знала, что после этого последует удар, которого я совсем не ждала.
Я услышала разговор случайно.
Дом был большой, но я давно знала, где можно спрятаться, чтобы услышать то, что мне слышать было не положено. Так я и оказалась у двери кабинета, где отец и братья говорили о свадьбе Башира.
– Хорошая девушка, – сказал отец. – Красивая, покорная. Башир её уже выбрал?
– Да, – кивнул кто-то из братьев. – Уже договорились с её семьёй. Всё будет по традициям.
– Хорошо, – отец шумно выдохнул. – Раз в дом войдёт невестка, пора и Софию выдать.
Меня словно ударили в грудь.
Я прижалась к стене, дыхание перехватило.
– Зачем тянуть? – продолжил отец. – Ей уже пора. Нечего в доме молодой девушке делать, незачем болтаться под ногами.
– Она ещё молода, – осторожно вставил кто-то из братьев.
– Тем лучше! – отрезал отец. – Девушка в доме – проблема. Она уже взрослая. Сегодня-завтра начнутся разговоры, слухи. Пока она здесь, мы за неё в ответе. Пусть выходит замуж. Пусть будет чьей-то заботой.
Я сжала зубы, чувствуя, как в горле встал ком.
Я не была их заботой. Я не была их проблемой.
Я была их сестрой.
Но никого это не волновало.
– Кому отдашь? – спокойно спросил Башир.
Я зажмурилась.
Они говорили обо мне так, словно меня не существовало.
Будто я товар.
Будто у меня нет ни мнения, ни будущего, ни голоса.
– Найдём подходящего человека, – сказал отец. – Времени тянуть нет.
Я отшатнулась от двери, сердце бешено билось в груди.
Меня выдадут.
Меня продадут.
И я ничего не смогу с этим сделать!
***
Я знала, что они не будут тянуть.
После того разговора я не спала несколько ночей, ожидая, когда мне скажут, кого выбрали мне в мужья. Отец никогда не откладывал такие вещи. Если он принял решение, значит, вопрос был уже решён.
Но даже я не ожидала, насколько жестоким окажется его выбор.
В этот день я уже чувствовала тревогу в воздухе. Что-то было не так. Братья молчали за ужином, переглядывались, но ничего не говорили. Отец почти не смотрел в мою сторону, но я знала – это ненадолго.
Когда Башир вошёл в комнату и приказал мне идти в гостиную, холод прошёлся по спине.
Я зашла, стараясь держаться ровно. Отец сидел в кресле, его руки покоились на подлокотниках, взгляд был тяжёлым, как всегда. Братья стояли рядом, спиной к окну, и я не могла прочитать выражение их лиц. Только Башир смотрел прямо на меня. Словно уже знал, что я буду сопротивляться.
– Мы выбрали тебе мужа, – спокойно произнёс отец.
Меня передёрнуло.
Я крепче сжала пальцы, стараясь не выдать тревогу.
– Кто? – мой голос звучал ровно, но я чувствовала, как дрожит сердце.
Отец взглянул на Башира, и тот склонил голову чуть вбок, лениво рассматривая меня.
– Ты знаешь Яхью, – сказал он.
Всё внутри меня оборвалось.
Я знала.
Знала, кто такой Яхья.
Ему под пятьдесят. Богатый, влиятельный, со связями. Его сыновья уже нашли себе жён, а сам он остался вдовцом.
Про его первую жену никто не говорил вслух. Одни шептались, что она сбежала, другие – что он убил её. Однажды я видела, как он смотрел на женщин. В его взгляде не было ничего человеческого.
Я почувствовала, как холод прокатился по телу, пробежался по коже мурашками.
– Нет, – выдохнула я.
Отец прищурился.
– Что?
Я шагнула назад.
– Нет!
Я не думала, не контролировала себя.
Я знала, что нельзя.
Знала, что мои слова ничего не значат.
Но я не могла промолчать.
– Я не выйду за него! – сказала я громче. – Он старше меня на двадцать пять лет!
– Это хорошая партия, – бесстрастно ответил отец. – Он богат. У него репутация. Он обеспечит тебе достойную жизнь.
– Я не хочу!
Я сделала ещё шаг назад.
Меня трясло.
Это было слишком.
Слишком несправедливо.
– Ты выйдешь за него, – голос Башира был жёстким. – Этот вопрос не обсуждается.
– Я не согласна!
Я знала, что меня ударят, но не смогла удержаться.
Башир двинулся первым.
Я едва успела отпрянуть, но он схватил меня за запястье и дёрнул вперёд.
– Слушай сюда, – процедил он, нависая надо мной. – Если ты попробуешь опозорить семью, я оторву тебе голову. Ты думаешь, твои капризы что-то значат?
Я зажмурилась, когда его пальцы сжались на моей руке.
– Ты выйдешь замуж сразу после моей свадьбы. Так что смирись с этим.
Я стиснула зубы, подавляя подступившие слёзы.
Я знала, что спорить бессмысленно.
Они уже всё решили.
Я вспомнила свою мать. Она тоже не хотела выходить замуж. Она тоже пыталась сопротивляться. И её сломали.
Я видела женщин, которые не соглашались.
Я знала, что их ждало.
Я опустила голову.
Но в груди горел огонь.
Пусть они думают, что я смирилась.
Пусть считают, что я уже проиграла.
Но пока я дышу, пока у меня есть хоть малейший шанс…
***
После этого разговора я больше не была собой.
Раньше я знала, что не принадлежу себе. Знала, что они однажды решат мою судьбу. Но теперь, когда это случилось, когда они сказали мне имя моего будущего мужа, я чувствовала, будто меня заживо закапывают в землю.
Я не плакала. Не кричала. Я просто молчала.
Башир был доволен. Ему нравилось, когда я замолкала. Он думал, что я приняла свою судьбу. Что я подчинилась.
Но внутри меня горела ненависть.
Я видела, как они спокойно продолжили жить своей жизнью. Как обсуждали мою свадьбу, будто речь шла о продаже скота. Как отец хмурил брови, обсуждая условия брачного договора, а братья кивали, соглашаясь с его словами.
– Он хочет свадьбу через месяц, – сказал однажды отец.
