— Приятно познакомиться с вами, синьорина Оливия, — сказал первый мужчина, перехватывая мою ладонь у отца. — Винченцо Де Лука. С днем рождения.
Ах, это тот самый старик, за которого мачеха мечтала меня выдать замуж. Я бы была полна ужаса, если бы не заверения отца, что этому не бывать.
— Оливия, Винченцо — мой Консильери.
Я вопросительно посмотрела на отца.
— Он мой зам, — пояснил тот.
Кивнув, я перевела свой взгляд на следующего мужчину. Ловко подав ему руку, густо залилась краской, когда и он, как и Винченцо поцеловал тыльную сторону моей ладони.
— Карло Риццо, приятно, наконец, с вами познакомиться. Поздравляю с днем рождения.
Мужчина отпустил мою руку и хлопнул парня, стоящего рядом с ним, по плечу.
— Это мой сын Рикардо.
Тот самый, про которого говорил отец. Ему девятнадцать. Папа был прав. Он выглядел слишком юно. Его глаза казались немного растерянными. Молодой человек откашлялся, протянул руку, и я ответила ему взаимностью.
— Приятно познакомиться с тобой.
Его поцелуй выглядел неловко. Как будто парень делал это впервые, но я не была зла на него или разочарована. Мне также впервые целовали руку при знакомстве.
Повисла неловкая пауза.
— Позволь первым пригласить тебя на танец, — произнес он с нервозностью в голосе после того, как переглянулся с отцом.
— Но здесь нет музыки.
Отец хлопнул в ладони.
— Сейчас мы ее устроим.
Папа взмахнул рукой в воздухе. Я посмотрела в том направлении, куда он подавал знак, и увидела музыкантов. Через мгновение заиграла музыка. Я вложила ладонь в руку Рикардо, и юноша повел меня вглубь зала.
Внимание каждого было приковано в нашу сторону. Я увидела мачеху, которая стояла в компании нескольких женщин примерно ее возраста. Все они улыбались мне, кроме Франчески. Я не тешила себя иллюзиями. Прожив три месяца в этом доме, я четко уяснила, что лицемерие в этом мире было частью жизни.
Ладонь Рикардо легла на мою талию, и мы тут же начали танцевать. Лицо парня выглядело отрешенным, ему явно было скучно. Уверена, что его отец настоял на том, чтобы пригласить меня на танец первой. Для этого не нужно было иметь академическое образование, чтобы понять, судя по тому, как они переглядывались.
Я нашла взглядом Карло Риццо. Мужчина сиял, салютуя нам бокалом шампанского.
— Чем ты любишь заниматься в свободное время, Оливия? — будничным голосом спросил юноша.
Я вернула свое внимание на парня. Его взгляд не был сосредоточен на мне. Он скучающе смотрел куда-то поверх моей головы.
— Особо ничем. Мне сложно привыкнуть к своей новой роли, но я много читаю. У отца прекрасная библиотека.
Рикардо с сарказмом хмыкнул.
— От книг женщины становятся несносными.
Я удивленно вздернула бровь и крепче сжала его плечо, чтобы привлечь внимание. Наконец, он посмотрел на меня. От этого холодного взгляда у меня появились мурашки. Тело никогда не будет лгать. Я не выйду замуж за этого сноба.
— Что, прости? — спросила я с вызовом.
— От книг женщины становятся умнее, а это не выход в нашем мире.
Я отступила и, сузив глаза, ответила:
— Спасибо за танец, Рикардо Риццо.
И резко развернувшись, стремительно зашагала к отцу. Он смотрел на меня с беспокойством. Взгляд зацепился за Карло. Тот выглядел сердитым.
— Что случилось, Mia Cara?
— У вашего сына отсутствует чувство такта, синьор Риццо, — ответила я не отцу, а его Капо.
Челюсти на лице мужчины гневно сжались.
— Оливия, — позвал папа. — Нам стоит беспокоиться?
Я отрицательно покачала головой.
— Ничего такого, что стоило бы убийства сегодня вечером. Рикардо — сноб и сексист.
Папа и Винченцо громко рассмеялись, но не Карло. Он сохранял тревожное выражение лица. Если эта семейка думала, что породниться с Гравиано будет легко, то не тут-то было. Я хоть и новичок во всем этом, но не позволю относиться ко мне неподобающе.
Прекратив смеяться, отец сделал знак парню, и тот покорно подошел к Дону.
— Еще раз моя дочь пожалуется на твое неуважение к ней, и ты лишишься жизни, — сказал отец, пряча угрожающую улыбку за стаканом, отпивая виски.
Рикардо выглядел испуганным. Он коротко кивнул, давая понять, что уяснил, и скоропостижно покинул бальный зал.
— Синьорина Оливия, — раздалось за моей спиной.
Я обернулась и увидела молодого человека с темно-русыми волосами. Он выглядел гораздо доброжелательнее своего предшественника.
— Марко Карузо, — представился он, целуя мне руку. — Позвольте пригласить вас на танец.
Я улыбнулась и кивнула в знак согласия. Пока молодой человек возвращал меня на прежнее место на танцполе, я оглянулась и увидела таинственного парня, находящегося вдали от всех в тени. Я плохо его рассмотрела, но знала, что это был именно он. Тот, кто привлек мое внимание минутами ранее.
Я бросила ему взгляд «будь следующим», но не была уверена в том, что парень выйдет из темноты.
Глава 7
Оливия
Зал был полон. Громкие разговоры, переходящие в тихие смешки, звучали как едва различимые шорохи. В огромном, высеченном словно из цельного дерева зале, витал запах дорогого вина. Тускло-золотистый свет от хрустальных люстр отражался на полированных поверхностях столов, где с удивительной скоростью сменялись блюда с кейтеринговыми закусками.
Казалось, каждый мужчина, присутствующий сегодня на празднике, желал танцевать со мной, задавая несносные вопросы. Даже Марко, который произвел положительное впечатление, спустя время напрочь его уничтожил. Я не стала на этот раз жаловаться отцу. Не потому, что волновалась за жизнь или здоровье бедняги, мне хотелось, чтобы день моего совершеннолетия не был омрачен чем-то трагическим.
Я отошла в сторону, пытаясь перевести дух. Ноги начали затекать, и я стала мечтать о том часе, когда, наконец, отправлюсь спать.
Обернувшись, вновь оглядела зал. Мужчины в идеально скроенных темных костюмах резко контрастировали с пастельного цвета платьями своих женщин, чьи драгоценности соперничали в роскоши друг с другом. Я ощущала себя слишком яркой, слишком заметной. Сейчас жалею о выборе платья. Повышенное внимание ко мне было слишком пугающим. Я чувствовала, как бесконечная настойчивость мужчин в этом зале пугает меня. Они подавляли мои чувства и желания, а я боялась испортить этот день, увидев разочарование в глазах отца.
— Выглядишь уставшей, — заметил Неро, поднося мне стакан с водой.
Я благодарно приняла его и жадно отпила половину:
— Они меня утомили. Если еще кто-нибудь подойдет ко мне с предложением потанцевать, я превращусь в серийного убийцу.
Неро весело ухмыльнулся.
— Одолжить пистолет?
Я закатила глаза. Этот засранец так и не разрешил мне поучиться пострелять с его оружия. Можно подумать, я ребенок, который не способен слышать инструктаж и соблюдать технику безопасности.
— Кажется, на горизонте снова появился Данило Гренальди.
Неро указал в сторону мужчины. Я испуганно схватила своего телохранителя за лацкан пиджака и потащила его прочь из зала. Ни за что не стану танцевать сегодня вечером. Тем более с этим человеком. Как я поняла, в зале присутствовала его жена. Одна из тех женщин, которые не отлипали от мачехи, требуя ее внимания и покровительства. А еще у супругов Гренальди было четверо детей, а этот старый ублюдок каждый раз намеревался коснуться большим пальцем моего открытого участка кожи. Как только его уродливый палец касался спины, тошнота подкатывала ко рту. Я боялась, что меня вырвет на глазах у всех.
Если он думал, что я намерена спустить ему с рук такое обращение, то глубоко ошибался. Я лишь приятно улыбнулась ему, вежливо сославшись на усталость. Но мысленно уже четвертовала его на части.
Мой пацифизм полностью улетучился. С сегодняшнего дня я имела «честь»снять с себя розовые очки и познакомиться лично со сволочами, населяющими эту планету.
— Лив, не уходи далеко, — предупредил Неро у меня за спиной. — Отец будет тебя искать.
Я выставила руку, останавливая мужчину, как только услышала свое имя, но не от него. Кто-то другой говорил обо мне:
— Думаешь, твоему отцу удастся убедить Дона Альберто отдать свою дочь тебе?
Мои ноги словно замерли. Любопытство тянуло меня вперед, чтобы получше услышать разговор.
— Что-то мне подсказывает, что тебя ждет сюрприз в первую брачную ночь, если состоится ваша свадьба.
— Что есть, то есть. Американки неровня нашим чистым итальянским девушкам, ведь те воспитаны в строгости и целомудрии. Да и, судя по общению, Оливия выскочка.
— Я бы сказал«высокомерная сука».
Неро встал рядом. От него исходила ярость. Он словно дракон, дышащий огнем. Я схватила его за рукав и отрицательно покачала головой. Неро сделал то же самое.
За эти три месяца мы настолько сблизились, что стали понимать друг друга без слов. Неро не собирался мне уступать.
— Я хочу услышать все, а потом можешь действовать.
Мужчина нехотя кивнул, хоть мне и было заметно, что сделать это ему было сложно.
— Жениться на принцессе Гравиано тебе не светит, Риццо. Ты — молокосос, чью кандидатуру Дон и рассматривать даже не станет. Он будет выбирать кого-то опытнее и старше.
— Например, тебя? — рассерженно бросил Рикардо.
Я подошла ближе к балюстраде. Показались макушки голов нескольких мужчин, курящих среди розовых кустов моей мачехи.
— Меня больше волнует предмет наследства. Девка не итальянка. Точнее, наполовину. Какая наследственность в ней? Я говорил с отцом. Он всерьез обеспокоен будущим. У Альберто нет наследников. Следовательно, следующим после него будет внук. Вот к чему этот цирк сегодня.
— Ты прав, Гарцолло. Но это просто нонсенс! Ставить ставку на гипотетического сына Оливии — утопия. Она вообще может быть бесплодной.
Неро рядом со мной дернулся, но я его остановила. Прижав палец к губам, навострила уши и продолжила слушать дальше ту грязь, которую они лили на меня.
Поверить не могу, что слышу это. Эта кучка слюнтяев не была похожа на мужчин. Только отдаленно. И да, у них были члены, но это ничего не меняет. Они были похожи больше на склочных баб, которые жили одними сплетнями. Если все окружение отца такое, то я навеки вечные разочаруюсь в итальянской мафии и больше никогда не буду пересматривать фильм «Крестный отец».
— Вы можете обсуждать вашу гипотетическую помолвку сколько угодно, но мы все знаем, что Дон отдаст Оливию мне. Мой отец — Консильери. Логично, что я первый в очереди на руку девушки.
— Ты помолвлен, Лоренцо.
— Отец уже говорил сегодня утром с Санторо. Он предложил немаленькую сумму за разрыв контракта с Валентиной.
— У тебя никаких шансов, Лоренцо. Я видел выражение лица Оливии, когда ты с ней танцевал. Кажется, ее тошнило от тебя и твоих пустых разговоров. Я буду тем, кто поведет ее под венец и впервые трахнет.
— Не думаю, что ты будешь первым, Риццо.
— Тогда нет смысла осторожничать с ней в первую брачную ночь, ты не находишь? Трахну ее прямо у стены, а потом вы можете присоединиться к нам. Я не жадный, господа.
Послышался раскатистый смех, а я стояла, чувствуя себя полным ничтожеством. Видимо, не нужно было мешать Неро проучить ублюдков. Сейчас я ощущала себя полностью облитой говном.
Слезы застилали глаза. Изображение было мутным, я не замечала даже силуэтов, лишь приглушенные крики и глухие удары. Я сильно потерла кулаками глаза, наплевав на размазанный макияж. Мне нужно было вернуть себе зрение.
— Скажи это еще раз, Риццо! — услышала я голос Неро.
Подбежав к краю балюстрады, я увидела, как мой защитник боролся за мою честь, напав на обидчиков. Горло стянуло от слез и обиды. Я не могла кричать и просить их, чтобы они остановились и прекратили избивать друг друга. Хотя это было похоже больше на то, как мой телохранитель давал пизды кучке недоносков.
Я бросилась к лестнице, чтобы спуститься в сад. Мимо меня пролетела охрана, чтобы разнять драку.
— Что здесь происходит? — раздался суровый голос отца, словно раскат грома, мгновенно прерывая схватку.
Я резко вскинула голову вверх и увидела папу в окружении Де Луки и Риццо как раз на том месте, где мгновением ранее стояла я.
Никто не ответил ему. Повисла звенящая тишина. Кучка неудачников валялась на земле. Кто-то ухватился за сломанный нос, а кто-то лежал на земле в позе эмбриона, схватившись обеими руками за живот, и тихо постанывал. Неро стоял над ними словно самурай после битвы. Я подошла к своему защитнику сзади и положила ладонь ему между лопаток. Он дрогнул, наверняка не ожидая, что я могу оказаться рядом. Неро взглянул на меня через плечо, и я сказала одними губами: «Спасибо». Он коротко кивнул и вытер тыльной стороной ладони кровь с разбитой губы.
— Я еще раз задаю всем вопрос: «Какого хрена здесь случилось?»
Голос отца был устрашающе тих. Все молчали и переглядывались между собой. Мне стало понятно, что наступил мой черед объясниться.
Я подошла ближе к папе. Он с тревогой перевел взгляд на меня. Наверняка папа заметил, что я плакала.
— Mia Cara, что случилось с тобой?
Он обхватил мои щеки ладонями и с беспокойством стал вглядываться мне в лицо.
