Опустив взгляд, Мирэ увидела знакомый бейдж на теле мертвеца. На нее невидящим взглядом глядели выпученные глаза репортера. Шея мужчины была переломана в двух местах и напоминала зигзаг. Под несчастным образовалась большая кровавая лужа, а грудная клетка репортера была вскрыта, как консервная банка.
Благодаря урокам рисунка Мирэ прекрасно знала анатомию, но она никогда не видела вживую богатое и еще горячее нутро человека: вся передняя часть грудины убитого, от рукоятки до мечевидного отростка, была вырвана из тела и, как сороконожка с переломанными лапами, лежала неподалеку в луже крови. Из алого месива на Вон глядели травмированные легкие, порванные вены и аорта сердца, которое вовсе отсутствовало в этой кошмарной массе.
К горлу подкатили тошнота, вопль и слезы, но Мирэ не пошевелилась, парализованная увиденным. Чудовище в ветхом ханбоке вскрыло человека голыми руками и вырвало ему сердце! Все это походило на кошмарный сон, от которого не получалось проснуться…
Мирэ торопливо поднялась на ноги, но не смогла сдвинуться с места: перед ней на расстоянии десяти шагов возникло чудовище, стрекоча, как ядовитая змея перед броском. Из рукавов, черных, дырявых и блестящих от крови, выглядывали длинные белесые руки с такими же уродливо вытянутыми когтями. Собираясь в вязкие капли, алая жидкость стекала с пальцев монстра на голый асфальт.
Глава 3
Отличный день, чтобы умереть
Солнце мягкими лучами пробивалось сквозь изогнутые ветви вишневого дерева. Как раз недавно наступил сезон цветения, и сады украсили деревья с белыми, розовыми и пурпурными цветами. Дул настойчивый ветер, он покачивал ветви и срывал с них тонкие и слабые лепестки. Опустив взгляд под ноги, можно было увидеть, что полы широкой юбки почти сливаются с такой же нежно-розовой дорогой. Всю землю усеивал ковер из опавших цветов. Но все эти красоты оставались почти незамеченными.
Бег отнял все внимание, а ком в горле не давал ровно дышать. Потоки теплого ветра приносили с собой горький запах гари. Ханок пожрало пламя вместе со всем, что было внутри, исчезли холсты и рулоны шелка. Все пропало.
На душе было тяжело, подкатывали рыдания. Руки ощущали мягкий шелк юбки, которую приходилось придерживать, чтобы не наступить на нее при беге. Хриплое дыхание заглушал треск тонких веточек, ненароком попадающих под ноги.
Взобравшись выше на пригорок, беглянка вдруг увидела перед собой тень. Страх сдавил легкие. Неужели это кто-то из тех, кто поджег ханок? Подняв глаза, она увидела человека в светлых одеждах. Страх почему-то отступил. Неизвестный человек в светлом ханбоке протянул руку ладонью вверх.
Помощь, спасение. Обернувшись через плечо, беглянка в последний раз взглянула на полыхающий ханок и взялась за руку незнакомца. Теперь она в безопасности.
* * *
Под ногами возникла всепоглощающая пустота. Не зная, куда бежать, Мирэ была бы рада провалиться под землю, чтобы хоть как-то спастись. Медленно шагнув назад, она неотрывно глядела на монстра перед собой. Казалось, существо только и выжидало момента, чтобы напасть. Одно неверное движение могло обернуться смертельным провалом. Вон привыкла решать трудные задачи, но с подобным риском она еще не сталкивалась.
Чужая кровь на руках начала подсыхать и превращаться в мерзкую корку. Из-за вечерней прохлады и привычной сырости испачканные брюки и полы пиджака обещали еще долго оставаться влажными. Нервно сглотнув горький ком, Мирэ сделала еще один шаг назад.
Наблюдая за ней, существо ощерилось и ссутулилось, вытянув шею. Драные полы черного ханбока сами по себе развевались на ветру, которого Мирэ не ощущала кожей. Время, казалось, остановилось.
Вон проверяла тварь на выдержку, как и существо испытывало ее стойкость. Это была самая ужасная партия в жизни Мирэ, потому что она была на грани поражения… Вдруг где-то раздался хлопок двери и какой-то отдаленный шум. Среагировав на звуки, существо по-звериному вскинуло голову и разинуло рот, с шумом втягивая воздух. Этого было достаточно. Воспользовавшись моментом, Мирэ со всех ног бросилась бежать, скрываясь за рядом машин. Нужно было затеряться, уйти из зоны видимости.
Стуча как секундомер бомбы, сердце Мирэ болезненно подскакивало к горлу и падало куда-то в пятки. В последний раз с таким усердием она бегала в школе на кроссе, но она уже давно была не самой быстрой ученицей, а специалистом по оценке и торговле антиквариатом. Сохранять подтянутую и стройную фигуру ей помогали стресс и недосып. Мышцы Мирэ не были готовы к такой нагрузке, и скоро она начала замедляться.
Круто свернув в сторону, Мирэ споткнулась, но удержалась на ногах и побежала дальше. Выскочив из очередной парковочной секции в проход между рядами машин, она напоролась прямо на жуткую тварь, которая поджидала свою жертву. Встретив ее, существо протяжно завыло и махнуло когтями. Мирэ испуганно закричала и инстинктивно отпрянула, путаясь в ногах. Она упала на спину, но не растерялась и начала перебирать руками и ногами, отползая от существа в узкий проход между двумя машинами.
Пригнувшись, монстр снова вытянул шею, а затем из-за порванных краев ханбока показалась еще одна пара крючковатых рук. Существо припало к земле, как паук, а после истошно взвизгнуло и побежало. Сил кричать уже не осталось, и горло давно начало болеть. Мирэ стиснула челюсти и бросилась от твари прочь. Но она опоздала. Существо мертвой хваткой вцепилось ей в щиколотку и дернуло на себя.
Мирэ упала на асфальт, болезненно застонав. Скулой она приложилась о землю, и ушиб засаднил. Потрясение от удара дезориентировало, заставляя мозг туго соображать. В чувство Вон вернулась, когда все тело завопило от боли: тварь потащила ее на себя.
Закричав, Мирэ ударила свободной ногой по воздуху, метя чудовищу в голову. Каблук приложился в мягкую натянутую кожу, где должен был находиться нос. Если бы тварь была человеком, удар бы легко вогнал переносицу вверх и мог привести к летальному исходу, но потустороннее чудовище человеком не было. Заработав ушиб, существо застрекотало и усилило хватку на ноге Мирэ, заставляя кончики пальцев неметь.
Не зная, как еще поступить, Вон со всей силы начала бить ладонью по двери ближайшей машины. От ее действий тут же сработала сигнализация, наполняя парковку пронзительным воем и морганием фар. Кто-то должен был это заметить, владельцу авто наверняка пришел сигнал об активации системы безопасности. Вот только время играло против Мирэ.
Грубым рывком монстр подтащил Вон ближе. Стрекот и зловоние стали невыносимыми. С обеих сторон от лица Мирэ оказались трупного вида лапы, тварь нависла над ней и истошно завопила, брызгая кровавой слюной. Такого ужаса Вон не испытывала даже на воде…
Не помня себя, она вскинула руки, пытаясь закрыться от угрожающего вида пасти. Ее попытки отбиваться ногами не принесли никакого результата. Мирэ почувствовала себя мухой, попавшей в сеть паука. Продолжая упираться лапами в асфальт рядом с ее лицом, существо наклонилось еще ниже. Когтями монстр нажал в район солнечного сплетения Мирэ. Задохнувшись от страха, она вцепилась в лапы твари, пытаясь их оттолкнуть, но те были неподъемными. Забившись как кролик в силках, Мирэ приложила все усилия, чтобы сдвинуть существо хоть на чуть-чуть в сторону, но то, казалось, весило не меньше нескольких тонн.
Впервые за долгое время мечта занять пост директора аукционного дома показалась смешной. Мирэ просто хотела выжить.
Вдруг существо опасно вздрогнуло. Отвернувшись от Мирэ, тварь посмотрела куда-то в сторону и разинула рот, чтобы завизжать, но что-то грузно ударило монстра в бок и отбросило, обрушив на ближайшую машину. От столкновения туши с авто металл со скрипом прогнулся, боковые окна разбились, и на Мирэ градом посыпалось стекло. Вскинув руки, она закрылась, слыша только истошный вопль чудовища. Стихла даже сигнализация.
Когда секундное замешательство прошло, Мирэ оттолкнулась ногами и отползла назад, с ужасом глядя на то, как крупное существо выбирается из покореженного металла. Пасть твари была изогнута уголками вниз – существо было крайне недовольно случившимся…
Истошно завопив, монстр бросился через машину на атакующего, но тот вовремя закрылся. Увернувшись от когтистых лап, Джин легкими движениями рук вспорол воздух и со всей силы ударил тварь, оттолкнув ее на пару шагов прочь, прямо на битое и скользкое стекло. Существо завалилось на бок и предупреждающе зарокотало, подбирая под себя конечности, чтобы подняться.
– Цела? – Пока существо вставало на ноги, Джин приблизился к Мирэ и закрыл ее собой.
– Ч-что это за тварь!? – Собственный голос казался чужим, ноги – ватными. Встав, Мирэ так и не смогла сделать шаг прочь, хотя понимала, что надо бежать.
– Чосын Саджа[17]… – На лице Джина заходили желваки. Тварь к этому моменту поднялась и расправила полы черного ханбока, который, как теперь заметила Мирэ, был похож на одежду Сонга, разве что отличались цвета.
Чосын Саджа… В голове вдруг звучно щелкнуло, в памяти прояснилось. Мирэ напряженно стиснула челюсти и шумно вздохнула, понимая: либо Джин сошел с ума, либо она сама, либо весь мир перевернулся вверх дном. Если напавший монстр действительно тот, о ком говорил Джин, то чудовище – не кто иной, как жнец, работающий под началом Ёмра[18], посланник воли Короля Ада. Согласно мифологии и бабушкиным историям, Саджа является проводником душ в загробный мир, и где ему еще появиться, кроме как не в больнице, откуда многие ищут путь на ту сторону?
Но почему жнец убил репортера? Неужели скандального журналиста судил сам Ёмра? Мирэ почувствовала, как по спине побежали мурашки. Тогда по какой причине существо атаковало ее? Потому что она стала нежеланным свидетелем или была осуждена Королем Ада?
Джин сделал предупреждающий шаг назад, заставляя Мирэ попятиться. Оставаясь у него за спиной, она неосознанно ухватилась за одежду Сонга. Мирэ отчаянно не понимала происходящего и надеялась, что это временный шок. Он пройдет, и вернется холодный разум.
– Когда Саджа атакует, уходи отсюда, – спокойно сказал ей Джин.
В груди затянулся тугой узел. Взвинченная до предела, Мирэ крепче стиснула руки, сжимая хлопковую ткань ханбока Джина. Не узнавая свою медлительность, она спросила:
– Что ты собираешься делать?..
– Хочу избавиться от жнеца.
Услышав это, существо зарокотало и припало к земле, как дикий пес перед броском.
– Но как?.. – Мирэ знала, что жнецов невозможно убить, об этом ей говорили как бабуля, так и книги, и интернет… Эти существа были за пределами людского понимания. Как Джин собирался уничтожить того, кого невозможно убить?
Саджа напрягся. Складки его ханбока замерли в невесомости. Напряженное выжидание затянулось, и Мирэ нервно тряхнула Джина за одежду.
– Использую силу хранителя, – обыденным тоном пояснил Сонг.
Потрясенная его словами, Мирэ простояла так какие-то несколько мучительных секунд, после чего покачала головой.
– Джин, ты точно ненормальный! Никакой ты не ангел, – вкрадчиво проговорила Мирэ, хорошенько дернув Сонга, хотя какая-то частичка ее сознания уже сомневалась. Если существуют такие чудовища, как Саджа, то почему не может быть хранителей? Мирэ очень хотелось, чтобы все происходящее оказалось сном.
– Когда я скажу – беги, – голос Джина оставался таким же спокойным и глубоким, лишь вибрирующим от напряжения.
С шумом вздохнув, Мирэ разжала руки и медленно отступила назад, напрягая мышцы ног. Она внимательно посмотрела в спину Джина, затем на Саджа. Монстр был выше Сонга на полторы, если не на две головы, да и физические показатели были явно не в пользу человека. Да, ранее Джину удалось оттеснить жнеца благодаря эффекту неожиданности, но теперь тот был готов и разгневан. На что надеялся Сонг? Убедить чудовище в том, что он ангел? Не будь все так запущено, Мирэ бы рассмеялась.
– Беги! – размеренный голос Джина кольнул слух Мирэ как раз в тот момент, когда Саджа истошно завопил и бросился на Сонга.
Сбросив туфли, Мирэ понеслась, игнорируя боль в ступнях. Она выбежала из одной парковочной секции в другую, не разбирая указатели. Нужно было найти Сон-Хо и машину в секторе «А», затем на седане протаранить безумное чудовище и помочь Джину.
По бокам оставались капоты и пустые места, все смазалось в единую расплывчатую картинку… Мирэ свернула в нужном направлении, как вдруг у нее за спиной раздался грохот, и под потолок взмыл покореженный металл, а в следующий миг в проход ворвался Саджа, рокоча как вулкан. Проклятье… Неужели жнец убил Джина? На выяснение не оставалось времени.
Мирэ добралась до сектора «А», далеко впереди она увидела знакомую машину с горящими фарами. Ускорившись, Вон пробежала около семи парковочных мест, когда сбоку кто-то выскочил. Вскрикнув, Мирэ замахнулась и ударила не глядя. Благо несчастный спасся от удара падением.
– Что… – начал было возмущаться Сон-Хо с земли.
– Черт возьми! Сон-Хо… Вставай! – Мирэ вздернула ничего не понимающего парня на ноги. – Быстро к машине, сейчас же! За мной гон…
Саджа запрыгнул на капот соседней машины и зарычал, заставляя кровь заледенеть. Мирэ и Сон-Хо завопили в два голоса, перебивая чудовище. Среагировав быстрее ассистента, Вон схватила его за руку и потянула назад в тот самый момент, когда Саджа атаковал.
– Мать вашу, что это?! – выпалил Сон-Хо, пятясь.
– Лучше не знать… – шепотом ответила Мирэ.
Они выбежали из узкого прохода и со всех ног помчались к машине. Разбивая выступающие части автомобилей, Саджа несся по проходу, отталкиваясь ногами и второй парой рук. Мирэ и Сон-Хо почти добрались до спокойно стоящего седана, когда существо прыгнуло.
Жнец вспорхнул в воздух, время стало тягучим, как тесто. Обернувшись, Мирэ видела колышущийся ворох черно-бурых цветов и широко разинутую пасть, которая могла в один счет откусить человеческую голову. Как в кошмарном сне, монстр начал падать на них, выставив все конечности. В последний момент, когда тварь уже почти повалила Мирэ и Сон-Хо, животный рев разрезала чья-то торопливая поступь, а после перед ними появился Джин. Он перехватил жнеца за передние лапы. Мирэ заметила, что повязка на левой руке Сонга покрылась кровью. Свежие швы разошлись.
Саджа заревел, еще шире разинув пасть. Нижний ряд лап быстро вспорол воздух, наполняя его звуком рвущейся ткани. Джин сдавленно крикнул от боли, но оттеснил тварь, а затем резко ушел вбок. По инерции Саджа полетел мордой вперед и пробурил рогами асфальт. Тут же раздался глухой треск, от которого к горлу подступила тошнота. Мирэ прижала руки к губам, а Сон-Хо повис у нее на плече, глядя на происходящее широко раскрытыми глазами.
Один из больших рогов твари откололся и остался торчать из асфальта. Неистовый рев монстра превратился в недоумевающий рокот. Саджа выпрямился и начал было вставать, но Джин вихрем проскочил мимо его нижнего ряда лап и выдернул сломавшийся рог из земли. Теперь время играло против жнеца. Перекинув рог из руки в руку, Сонг быстрым ударом вогнал его острым концом прямо в безглазое лицо твари.
Натянутая кожа лопнула, пропуская острый рог глубже. Вниз по лицу Саджа потекли вязкие черные струи, заливая пол под ногами монстра жижей цвета дегтя. Жнец вскинул руки, разинув пасть, но так и не успел закричать: рваные полы его ханбока, кончики пальцев и края уцелевших рогов начали стремительно чернеть и краснеть, как поленья в адском костре. Не прошло и мгновения, как тварь обуглилась и посыпалась тлеющими хлопьями пепла по воздуху. Корчась, Чосын Саджа рассыпался на глазах. На землю перед Джином упал окровавленный осколок рога.
Наступила гнетущая тишина, нарушаемая лишь хриплым дыханием Сон-Хо.
– Ты его убил?.. – Мирэ не узнавала свой голос, слепо глядя на беспросветно-черное пятно перед Джином.
– Нет. – Он наклонился поднять рог, но его ноги подогнулись. Джин упал на колени и оскалился от боли. – Жнецы бессмертны… – прохрипел Сонг, морщась. – Этот серьезно ранен и еще долго не вернется, но могут прийти другие.
Держась поближе друг к другу, Мирэ и Сон-Хо подошли к Джину. Схлестнувшись в опасной схватке, страх, волнение и шок не давали Вон в полной степени осмыслить случившееся. Присев напротив Джина, она увидела, что тот держится за торс. Его руку покрыли кровавые брызги.
– Сон-Хо… позови врачей.
Ассистент тяжело дышал и ничего не слышал, слепо глядя перед собой. Когда смысл слов наконец дошел до него, он развернулся в сторону указателей ко входу в приемный покой, но Джин окликнул его, заставляя остановиться.
– Я туда не вернусь. – сухо проговорил Сонг, поморщившись.
– Ты ранен! – Мирэ с ужасом смотрела на его окровавленные руки, не понимая масштаба увечий.
– Не смертельно. – Джин с трудом поднялся на ноги, но не смог выпрямиться. Его мотало как флюгер. Поборов секундное замешательство, Мирэ подошла ближе к нему и помогла опереться на свое плечо.
– Нужна помощь специалистов.
– Все в порядке. – Джин крепче стиснул рог Саджа. – Не хочу, чтобы задавали лишние вопросы. Учитывая, с кем мы столкнулись, такие точно возникнут.
– Нас в любом случае допросят. Камеры… – Сон-Хо поднял глаза к потолку, но нахмурился.
Проследив за взглядом ассистента, Мирэ задрала голову, но только приоткрыла рот. Весь потолок был затянут черным туманом, который клубился и вился, как варево в котле. Обернувшись, Вон осмотрела все доступные секции на парковке и увидела ту же картину. Туман. Наконец дымка начала рассеиваться и рассыпаться. Выступили трубы под потолком, показались камеры видеонаблюдения. Красные огоньки один за другим начали загораться на камерах, но уже было слишком поздно что-то фиксировать. Выходит, произошедшее не засняли из-за тумана.
– Репортер… – опомнилась Мирэ. На парковке были только они и труп. Не слишком ли это подозрительно, учитывая, что последний пост погибшего можно было расценить как повод для мести? Этого Вон было совсем не нужно.
– Чосын Саджа забирает своих жертв, – ответил Джин. – Вы не найдете тело, оно исчезло вместе с уходом жнеца.
– Но что нам теперь делать? – спросил Сон-Хо, который обычно всегда знал ответ на этот вопрос. При взгляде на на него Мирэ показалось, что перед ней стоит напуганный мальчик, а не специалист по разрешению спорных моментов.
– Используем эту… – Джин кивнул подбородком на черный седан. – Машину, – проговорил он, пробуя слово на вкус.
– Ладно, – сдалась Мирэ.
Вместе с Джином Вон заняла место на заднем сиденье, но вдруг спохватилась. Отстегнув ремень безопасности, она вышла из авто и притормозила Сон-Хо, пока тот не сел за руль.
– Куда мы поедем? – растерянно спросила Мирэ.
– Повезу тебя домой, – загнанно ответил Сон-Хо, все еще восстанавливая дыхание.
– А что делать с Джином? Нельзя везти его в гостиницу в таком виде.
– Да, это уж точно… И без банального паспорта его там никто не поселит, – сообразил Сон-Хо, запустив руку в волосы. Он откинул со лба челку и шумно вздохнул. – Поедем к тебе, – резюмировал он.
– Что?! Ты хоть понимаешь, что предлагаешь мне, господин Пак?
– Вполне! – парировал он. – Что, если снова появятся твари, подобные этой?
Слова Сон-Хо заставили передернуться. Мирэ часто заморгала и уперла руки в бока. Черт возьми! Теперь она ни в чем не была уверена. Еще недавно Мирэ считала своим злейшим врагом госпожу Чин, а сейчас не знала, кто мог подкарауливать ее за углом!
– Ты предлагаешь мне ночевать с человеком, который уверяет, что он хранитель из периода Чосон?
– Да! А еще он только что спас нас от какого-то монстра! Кстати, у него остался рог… Вдруг это оружие против нечисти?
– Ты видел, в каком состоянии Джин? Кому он сможет помочь? – не унималась Мирэ, пытаясь убедить скорее себя, нежели ассистента.
– Да он раненый будет сильнее меня и Брюса Ли вместе взятых! Если нападет еще какая-то образина, я тебя спасать не буду! К тому же вас с Джином временно связывают обязательства, ты сама подписала бумаги.
Отступив от ассистента на пару шагов, Мирэ схватилась за голову и прикрыла глаза. Сделав глубокий вдох носом, она медленно выдохнула ртом и повторила действие еще пару раз, пока обычное сердцебиение не восстановилось.
– Ладно… – протянула она. – Но теперь ты будешь работать без выходных, – сурово отрезала Мирэ, ткнув пальцем в грудь Сон-Хо.
– Но…
– Я не останусь наедине с Сонг Джином, – стальным тоном отсекла Вон. – Будешь жить со мной до тех пор, пока наш «хранитель» рядом. Я повышу жалование.
Сон-Хо часто заморгал. Возможно, его задели слова про жалование, или он до сих пор пребывал в растерянности из-за сверхурочной работы, но парень решительно кивнул. Мирэ стало значительно легче. В своей жизни она всегда рассчитывала только на себя. Бабушка была стара и сама нуждалась в помощи, а когда ее не стало, Вон осталась совсем одна. Она так привыкла со всем разбираться самостоятельно, что появление Сон-Хо стало для нее своеобразным подарком. Больше, чем себе, она доверяла только ему.
Они сели в машину, и Пак плавно вывел ее из секции 13А. Напряжение постепенно начало отпускать Мирэ, тело пробила дрожь.
– Почему появился жнец? – глядя в пол, пробормотала она. – Почему он напал на меня? – В поисках ответов Мирэ повернулась к Джину.
– Если бы я только знал, – признался он, поморщившись.
Сонг по-прежнему прижимал руку к торсу, что лишний раз напомнило Мирэ – случившееся не игра воображения. Какие бы сомнения и опасения она ни испытывала, Сон-Хо был прав – этот странный парень в ханбоке спас их обоих. Если бы не Джин, кто знает, чем бы закончилось происшествие на парковке?
Толкнув Сон-Хо в плечо, Мирэ попросила его достать из бардачка аптечку. Не отвлекаясь от дороги, Пак одной рукой вытащил сундучок и передал его назад.
