– Гурий Витальевич, – тихо обратилась к нему Светлана, выполняющая у него работу и администратора, и секретаря, и делопроизводителя. Ну и, чего уж таить греха, иногда девушка скрашивала его ночи или скучные дни в офисе, – а мы правда уволены?
– С чего ты решила? – искренне удивился, переведя на нее взгляд.
– Ну как же… она же вот… сказала же…, – девушка повела головой в сторону двери, в которую только что вышла Лиля.
– Светлана, не мели чепухи. Мало ли кто и что тут говорит. Что ж теперь, всем верить?
– Но она сказала, что она хозяйка, – неуверенно подал голос Санёк.
– Хозяин здесь я! – отрезал Гур излишне резко и Санек вжал голову в плечи.
Света мельком переглянулась с Саньком и другими сотрудниками, и они оба демонстративно уткнулись в свои мониторы. На Гурия выжидающе остались смотреть Стас и Димон.
Тяжело вздохнув, Гур решил немного смягчить ситуацию – они же не виноваты, что дела в конторе стали идти из рук вон плохо.
– Дети мои, рано печалиться. Ну пришла какая-то фифа, помахала бумажками, что-то там заявила, и что? Вы ее видели? Чья-то дочка или, что скорее, любовница решила поиграть в бизнес-леди. Наверняка ее папик уже очень стар, вот ей и стало скучно. Видал я таких, и не только видал, – на этих словах Света ревниво сверкнула взглядом, но он не обратил на это никакого внимания, – немного внимания… или много – и дело в шляпе. Пару ночей со мной, и она нафиг забудет про нашу контору.
– А долги? – подал голос Димон.
– А долги…, – потер переносицу, – а долги надо отрабатывать и закрывать!
– А не надо было их зарабатывать и открывать, тогда и закрывать было бы нечего, – недовольно пробурчал Стас.
Глаза Гурия на этих словах недобро сощурились и стали напоминать грозовое небо со всполохами молний. Этот взгляд знали все, хоть и крайне редко его наблюдали, поэтому все сидящие напряглись и сжались, примерно, вдвое в своих размерах.
В воздухе отчетливо запахло армагеддоном. Гурий, при всей своей широкой душе, готовности помочь, прощающий небольшие косяки и вольности в рабочих отношениях, мгновенно, когда требовали того обстоятельства, превращался в демона.
Воздух в офисе запах озоном и, кажется, даже трещать начал. Образовавшаяся тишина давила на уши, а энергетика, хлынувшая от начальства, прибивала к стульям не хуже гвоздей-четырехсоток.
Обведя взглядом в полном молчании свой коллектив, Гур шумно выдохнул через сжатые зубы, и все присутствующие могли поклясться, что видели огоньки пламени в вырывающемся через зубы воздухе.
– А вот это ты, Стас, правильно сказал, про долги, – на этих словах не в меру умный работник совсем сник и опустил глаза в стол.
Гур открыл лежащий на столе ежедневник из тисненой кожи и стал медленно его его листать, периодически бросая взгляды на Свету, Стаса, Санька и Димона.
– Светлана Сергеевна, – обратился он к девушке, и та испуганно вздрогнула, – записывайте мой приказ по организации.
Она пододвинула к себе клавиатуру и села максимально прямо, приготовившись печатать.
– В связи с тяжелым финансовым положением нашей конторы – премии отменить, – по офису еле слышно пронесся недовольный ропот.
Усмехнувшись, Гурий продолжил, открыв нужную страницу своего поминальника.
– Стас, ты, беря пятьсот тысяч с кассы на свадьбу, как божился их отдавать?
В ответ была полнейшая тишина, и Гур рявкнул так, что задребезжали стекла в окнах:
– Не слышу!
– Каждый месяц по трети зарплаты, – промямлил Стас.
– Сколько времени прошло?
– Год. Почти, – Стас сглотнул.
– И сколько отдал?
– Нисколько, – еле слышно выдавил он из себя.
– Даю тебе неделю на возврат долга. Света, если не отдаст – приказом оформи удержание двух третей зарплаты.
Дождался, пока Светлана перестанет стучать по клавишам и продолжил:
– Дима, – на этих словах сам Димон злобно зыркнул на бледного Стаса, – ты брал у нас с кассы триста пятьдесят тысяч. Это в первый раз, а во второй – сто семьдесят. Правильно? – Димон послушно кивнул. – Сколько времени прошло?
– М… Не помню. Правда, – виновато опустил голову.
– А я напомню – год и пять месяцев. Сколько отдал?
– Я не помню.
Гурий перевел вопросительный взгляд на секретаря, та с готовностью пощелкала мышкой по экрану.
– Отдал семьдесят четыре тысячи.
Брови Гурия взлетели почти под потолок.
– Я отдам, честно.
– Когда?
– Я с каждой зарплаты буду отдавать, честно!
– Дими-и-итри-и-и-ий! – протянул Гурий, – ты куда-то выходил, что ли, когда мадам владелица объявляла, что мы – банкроты? Неделя на возврат долга! Света, не отдаст – три четверти зарплаты удерживаешь!
Света старательно печатала, прикусив губу и не поднимая глаз. Она знала, что сейчас и до нее доберутся.
“Лишь бы не уволил!” – молилась про себя и, закончив печатать, преданно уставилась на своего обожаемого Гурия. Ей ничего не светило, она знала об этом с самого начала.
Сам Гурий ничего не обещал, нельзя даже сказать, что они встречались, но обожать его она не могла перестать. Помимо того, что он был красив и умен, было в нем что-то… демоническое. Что завораживало, притягивало, затягивало…
– Александр, – добрался Гурий до Санька, но тот его опередил.
– Я брал стописят тыщ, половину уже отдал!
Света быстро кивнула головой, когда он перевел на нее взгляд.
– Хм, – удовлетворенно хмыкнул Гур от неожиданности. – Хорошо, ты отдаешь в прежнем режиме.
В офисе раздался вздох облегчения и Гурий не сдержал улыбки.
– Света, – добрался он наконец до единственной девушки в конторе.
– Гур, – осеклась она, увидев хмурый взгляд начальства, – Гурий… Гурий Витальевич, я тоже внесу. Правда.
Он молча отвернулся к окну. Ведь знал же, нельзя панибратствовать с сотрудниками. Но он так устал от того, как в бытность старшего опера драл подчиненных без сожаления за любую провинность, что решил на гражданке быть чуть мягче и добрее. Не получилось – сели на шею и прекрасно себя чувствуют.
– Светлана, – наконец заговорил, не поворачивая головы, – в следующем месяце деньги в кассу должны быть возвращены. Фиксируй и мне приказ на подписание. Сейчас.
Через десять минут, прошедших в гнетущей тишине, прерываемой только звуком клавиш, она положила ему на стол приказ по организации.
Гурий внимательно его прочитал, красной ручкой исправил ошибки и молча отдал Свете. Та, алея, как мак, метнулась к столу, исправила текст и через две минуты положила ему на стол исправленный документ.
Еще раз его внимательно перечитав, поставил свою подпись и печать.
– Ознакомь коллектив с приказом под подпись, – бросил, уже выходя из офиса.
Глава 5
Гурий
Он стоял на крыше здания, засунув руки в карманы джинс, закрыв глаза и подставив лицо ветру. Надо было остыть, выпустить пар, вернуться в равновесие. А то еще немного, и он реально бы загорелся пламенем – такой гнев его душил.
С крыши он видел, как парни вышли из офиса, кстати, раньше окончания рабочего времени, и он мысленно сделал себе зарубку – наказать. Строго по трудовому законодательству. Раз не вняли с первого раза – он их отымеет методично и тщательно, в строгом соответствии с буквой закона. Ибо – охренели детишки.
Следом за ними выбежала Света и стала натирать вывеску. Да надо же?! А до этого ума не хватало? Или на особом положении себя чувствовала?
– Так, со Светой тоже пора заканчивать, – пробормотал, спускаясь через чердак на этаж здания.
По лестницам спускался в самом мрачном расположении духа. Он устал, устал в одного тянуть контору и обеспечивать всех работой и деньгами. Такой тактики сотрудники не оценили, и начали борзеть. В итоге – его контора, ну пусть и не его юридически, но он столько сил и души в нее вложил, – подошла к краю пропасти.
И эта фифа, вдруг откуда ни возьмись, сообщила ему об этом самым неприятным из всех возможных вариантов способом. Ткнула, как нашкодившего щенка в лужу, носом, прилюдно. И, вместо поддержки, от своих сотрудников он получил упреки и претензии.
– Нет, надо кончать в сюси-муси играть. Сам виноват – разбаловал, сам и исправлять буду, – вздохнул, открывая дверь на улицу.
На самом деле решение пришло неожиданно, но озвучивать его он не стал. Оно было близко по категоричности с тем, что озвучила эта фифа, как там ее… Лиля. Не отдадут в указанные сроки – фиг им, а не работа у него и возврат долгов по крохам.
Он уже давно нашел информацию, кто на что потратил деньги, и что он может забрать взамен долга. Он все-таки старший опер был, а не разносчик пиццы. Если его ребятки об этом забыли – он им это напомнит.
С такими невеселыми мыслями Гурий вышел на улицу и огляделся по сторонам. Ага, вон она, фифа. Ну точно – чья-то соска! На такую тачку насо… заработать, это ж как работать надо и кем?
Ну поговорим, раз ждешь.
Широким шагом подошел к фифе, соизволившей выйти ему навстречу из своей тачки, и не успел открыть рот, как услышал:
– Несете мне ключи от помещения?
“Вот же язва”, – подумал, пристально на нее уставившись.
Не успел ответить, как она, пряча ехидство в глазах, протянула ему пачку жвачки. Коза. Ну что же, поиграем, девочка.
Оскалившись самой наглой из своих улыбок, потянулся и забрал жвачку, лишь слегка задев кончиками своих пальцев ее ладошку. Его ударило, совсем слегка, статическим электричеством, а вот реакция фифы его удивила.
Ее глаза округлились, она чуть ли не отдернула руку, и даже украдкой посмотрела на нее, как будто что-то проверяя. Странно, удар статики был не таким уж и сильным. От котов или шарфа зимой похлеще шибает.
– Надо же, какая трогательная забота обо мне! – протянул, щелчком закидывая в рот сразу две подушечки жвачки.
– Не обольщайтесь! Просто от Вашего амбрэ мухи в полете дохнут, – через секунду отбила она.
“Хм, дерзкая. Люблю таких. В постели они вообще огонь”, – подумал, а вслух сказал:
– А Вы, значит, у нас муха?
– Нет, но мне хватило одного раза. Не хочу потом и я мучаться головной болью от Вашего похмелья.
На долю секунды лишь мелькнуло удивление: откуда она знает про головную боль, но потом сообразил, что и по нему, и по запаху понятно, что он с бодуна, и головная боль тут неизбежна.
– Тут не надо иметь много ума, чтобы догадаться, – повторила она его мысли. – С таким-то выхлопом! Как Вы вообще сегодня встали с кровати?
– О! Поверьте, у меня много скрытых талантов в разных областях жизни!
– Даже не сомневаюсь в этом.
“Интересно, а рачком она быстро загнется, или так же спорить и дерзить будет?” – не успел даже еще мысль до конца додумать, как в паху что-то стало оживать и интересоваться, кого там хозяин собрался в очередной раз рачком загнуть.
“Ну капец, только этого мне сейчас не хватало”, – досадливо поморщился, но ответить ничего не успел, так как на парковке возле конторы появилось недоразумение ядовитого розового цвета на колесах, размером со спичечный коробок.
Его брови поползли вверх, но застряли на полпути, увидев, что из этого коробка вылазит мечта Рубенса в розовом, мать вашу, деловом костюме!
На пару с Лилией, на время позабыв о своей перепалке и делах, они наблюдали за явлением многорозового народу.
Явление, оглядевшись, обратилось к обоим сразу:
– Молодые люди, не подскажете, где здесь сыскное бюро “Гуру сыска”?
– Вот прямо перед Вами! – у Гурия мгновенно созрел план по спасению своего любимого детища.
Показав колоритной даме, где вход и пообещав прибыть через минуту, дождался, пока она скроется, и обратился к фифе.
– А Вы не верили, что у нас есть клиенты!
– А я и сейчас не верю! Может, она ваш… Ваш бухгалтер!
“Отлично! Тут-то я тебя и разведу, куколка”, – обрадовался он ее упертости, и, щелкнув пальцами протянул ей руку:
– Спорим, что она клиент?
– Да легко!
