Рассудительный.
Жестокий.
Я ненавижу его каждой клеточкой души. Вообще всех мужчин с властью ненавижу.
– Дядя, я не… – начинаю говорить, и незамедлительно следует другая пощечина.
Слезы брызнули из глаз, на несколько секунд мне показалось, что я потеряла зрение. Я начала кусать губы, чтобы не разреветься в голос.
– Разве я разрешил тебе говорить? Твоя мать-шл*ха не смогла даже воспитать тебя нормально, – произносит с отвращением.
Он говорит о собственной сестре.
Мама встретила папу и сбежала из дома, когда ей исполнилось восемнадцать. От нее отреклись все родственники, но она была самой счастливой женщиной на земле. Она и меня так воспитывала, что нужно быть смелой и решительной.
Поэтому я делаю глубокий вдох и смотрю дяде в глаза.
– Я благодарна вам за все, дядя. Но замуж за этого человека я не выйду.
Его глаза наливаются кровью, мне кажется, он сейчас сломает мне шею.
– Да, Марьям, ты за него не выйдешь, – говорит слова, которые я так хотела услышать. Надежда не успела расцвести в душе, как он вырвал ее с корнем. – Ты побежишь за него замуж. И будешь каждый день благодарить меня за то, что я нашел тебе порядочного мужа.
– Я сказала “нет”! – в голосе появляются истеричные нотки. – Мне исполнится двадцать один, я заберу деньги и…
Марат хватает меня за горло, перекрывает кислород.
– Деньги? Ты думаешь, деньги моей семьи достанутся грязному выродку, как ты? Мой отец был безумным стариком, когда вписал тебя в завещание. Деньги мои. В завещании как раз и сказано, когда выйдешь замуж, деньги автоматически переходят мужу. В твоем случае – моему хорошему другу, а следовательно, вернутся обратно в семью.
Я не могла дышать, у меня начали болеть легкие. Когда мне начало казаться, что он убьет меня, Марат отпустил меня, и я рухнула на колени. Сделала вдох и закашлялась от боли.
– Убирайся прочь из моего кабинета, – сказал он.
Я кое-как поднялась на ноги, я плохо видела из-за слез. Как только вышла из кабинета, ко мне тут же подошла Сабина.
– Ну, что там? Опять разозлила Марата? – цокнула языком. – Я бы на его месте закрыла бы тебя в подвале и голодом морила! Добрый он! Сердце огромное! Цени!
Я пробежала мимо нее и закрылась в комнате, которую мне выделили. Легла на кровать и заплакала навзрыд. Мне показалось, что моя и без того короткая жизнь закончилась. Я просто не выдержу, не смогу, сломаюсь. Замуж по принуждению? Никогда! Только не это.
– Мамочка, как мне тебя не хватает, – шепчу и плачу еще горше.
Господи, я никогда не думала, что меня насильно выдадут замуж. Даже когда попала в эту семью. Конечно, разговоры ходили, двоюродные братья любили надо мной издеваться и говорить, что отец отдаст меня самому ужасному человеку, но даже тогда я не верила в это. Как вообще такое может быть? Мы живем в двадцать первом веке, такие браки – пережиток прошлого.
А когда мне исполнилось девятнадцать, пришел адвокат дедушки и сказал, что он оставил мне целое состояние. При его жизни я знала его всего пару месяцев. Я боялась даже находиться рядом с ним. А он всегда звал меня к себе в кабинет, чтобы я посидела с ним. Говорил, что я очень похожа на мать, даже называл меня ее именем. А потом его не стало… Если честно, то я даже ничего не почувствовала. Он был для меня абсолютно чужим человеком. Поэтому я и была в шоке, что он вписал меня в завещание, и еще больше – когда услышала сумму, как и Марат. Дедушка отписал мне половину всего. И вот с того момента моя жизнь стала невыносимой. А то что произошло сегодня – апогей.
Я резко села на кровати, даже плакать перестала.
А что если я отдам дяде все деньги? Возьму немного, крошечную часть, чтобы уехать и хватило на первое время. Мне ничего не надо, только свобода.
Но он не отпустит. Зачем ему это делать? Он может получить деньги и избавиться от меня. Он и вся эта мерзкая семейка будут получать удовольствие, зная, что я страдаю каждый день рядом с Заидом. Я расплачиваюсь за счастье своей мамы.
Она посмела пойти против семьи и влюбилась в простого безродного мальчишку, моего отца. Я не знаю, где она взяла мужество, чтобы уйти. Я пробовала, за что и поплатилась. Меня больше не выпускают из дома. Я словно в тюрьме, из которой не сбежать. А может, и правда выйти замуж за того мужчину? Потерпеть одну ночь и сбежать? Может, он не так помешан на защите, как Мамаевы?..
Весь оставшийся день я не выходила из комнаты, даже когда Сабина пришла и приказала мне спускаться вниз. Не хочу никого видеть. Ничего не хочу.
Следующим утром в доме была суета. Когда я спустилась на кухню, меня едва не сбили с ног какие-то женщины. Что происходит?
– Проснулась? – недовольно сказала Сабина. – Давай быстро платье выбирай! Твой жених прислал подарки.
– Какое платье? – растерянно спросила.
– Которое наденешь на сегодняшний вечер!
Я посмотрела на метры ткани и какие-то золотые цацки. Вульгарщина и безвкусица.
– А что вечером?
Тетка уперла руки в боки.
– Тебе Марат не только лицо подпортил, но и мозги? Нас в гости пригласил Исайя Иманов и его русская шл*ха.
– Лера?
– Да мне плевать, как ее зовут!
Я искренне улыбнулась первый раз за очень много времени. Мне очень нравится Лера. Мы встречались несколько раз, но девушка произвела на меня хорошее впечатление. Мне комфортно в ее компании.
Кажется, вечер будет интересный.
Глава 3
Маша
Я смотрела на платья, что прислал мой… жених, и меня передергивало от вида каждого из них. Они ужасны. Обычно мне все равно на внешний вид, но надеть такое.
– Смотри, какое красивое! – говорит Сабина. – Желтое, с розовыми рюшами, а какие рукава.
– Сами и надевайте, – бормочу я.
Но эта ведьма все слышит.
Она шлепает меня по руке. Больно.
– Неблагодарная девчонка! Тебя такой мужчина выбрал! Он из уважаемой семьи древнего рода. А ты? Дурная кровь течет по твоим венам. Всевышний покарал твою мать и отребье, которого ты называла отец!
Господи, дай мне сил не придушить эту суку.
Но я не смогла сдержаться. Меня такой чернотой ярости накрыло. Я подошла к тетке и ударила ее по лицу. Наотмашь. Так сильно, что у меня рука начала болеть.
– Закрой свой поганый рот! Не смей говорить о моих родителях плохо! Ты просто грязь под их ногами.
Меня она может оскорблять, как хочет, но она не имеет право марать память о моих родителях.
– Ах ты тварь! – бросилась на меня Сабина. – Я все Марату расскажу! Он поставит тебя на место!
– А я расскажу что ты спишь с садовником, – прорычала я.
Тетка замерла и уставилась на меня с открытым ртом.
Да-да, она строит из себя высокоморальную женщину, а на деле любит развлечься с нашим рабочим. Вот что бывает, когда ты мужу совершенно не нужна. Но если дядя узнает… Ей придет конец.
– Ты что… Ты что такое говоришь? – бледнеет тетя и отходит от меня на несколько шагов назад, приложив руку к груди.
– Правду. Я вас видела.
– Ты… Ты… Марат тебе не поверит!
– Хочешь проверить? А теперь убирайся из моей комнаты, – произнесла я.
Сабина попятилась назад, бормоча под нос какие-то проклятия, и закрыла за собой дверь, оставляя меня одну.
Я почувствовала такой прилив сил и энергии. Наконец-то я дала отпор! Это непередаваемое чувство. Я больше не хочу мириться ни с чем. Умом я понимала, что все это на эмоциях и я пожалею о дальнейшей выходке, но мне было плевать. Я достала ножницы и принялась улучшать подаренные платья.
Ровно в шесть вечера я была готова. Волосы завязала в хвост, на ногах туфли на каблуках, а сверху надет длинный плащ. Я очень надеюсь, что никто не попросит снять его, чтобы посмотреть, какое я надела платье. Дядя внимательно осмотрел мой внешний вид и едва заметно кивнул, одобряя. Я незаметно выдохнула, кажется, пронесло.
– Пойдем, – говорит он.
– А Сабина? – спрашиваю я.
Хмурится, словно размышляя, наказать меня за дерзость или нет.
– Она плохо себя чувствует, останется дома.
Я очень сильно удивилась, потому что тетка не пропускает ни одного светского раута, если Марат ее берет. А вот меня берут редко.
Мы вышли из дома и сели в машину. Я чувствовала себя очень неуютно в обществе дяди, поэтому сразу же отвернулась к окну.
Доехали до дома Исайи Иманова быстро. Я знала, что они не живут в этом доме, но это был секрет, который я узнала от Леры, и, естественно, не собираюсь никому говорить об этом.
Дядя помог мне выбраться из машины, я взяла его за руку и он тут же ее сжал. От боли потемнело в глазах, а он продолжал идти, словно ничего не происходит.
– Не смей меня опозорить, Марьям. Помни о правилах приличия, принятых в нашей семье. Не разговаривай с мужчинами, можно только со мной, со своим женихом и хозяином дома. Не оставайся с мужчинами наедине. Не пей алкоголь. Не смейся. Не рассказывай о том, что происходит у нас в доме. Я ясно выражаюсь?
– Да, дядя, – говорю тихо.
Да я бы сказала что угодно, лишь бы он отпустил меня скорее!
Мы зашли в дом.
Боже, он меня убьет.
Я сняла пальто и не смела посмотреть на дядю.
Сразу почувствовала его руку на своем предплечье, мне показалось, что сейчас он сломает мне кость.
– Что на тебе надето? – прошипел он.
Я немного модернизировала платье. Заид прислал мне платье цвета слоновой кости с кучей рюш и воланов. Я их отрезала, и теперь на мне просто облегающее по фигуре платье без плеч.
– Вижу, тебе понравились подарки, – услышала я голос своего “жениха”.
Я посмотрела на него, а его взгляд просто блуждал по моей фигуре. Меня начало мутить.
Почувствовала, как хватка дяди слегка ослабла.
– Ты посмел нарядить ее в эти тряпки? – прошипел он. – Ты посмел проявить неуважение ко мне?! Быстро отправляйся домой! – последнее предназначалось мне.
Наверное, удача сегодня на моей стороне, потому что к нам подошли хозяева дома. Я искренне улыбнулась, когда увидела Леру. Она все такая же красивая и счастливая, как и в тот день, когда я впервые ее увидела.
Мужчины обменялись рукопожатиями.
– Маша, пойдем, я представлю тебя подругам, – предложила Лера.
Я сделала шаг, но дядя снова впился в мою кожу.
– Прошу прощения, но моя племянница уже уходит.
– Как это уходит? – подняла брови вверх девушка. – Это как минимум неприлично. Она моя гостья, я хочу, чтобы она осталась.
Если прислушаться, то можно услышать скрежет зубов Марата. Он считает женщин людьми третьего сорта. Мы рождены, чтобы прислуживать мужчинам. С нами не нужно считаться. Нас можно бить и оскорблять, чтобы знали свое место. Но сейчас он не мог ничего сделать. Лера не просто женщина, она жена Исайи Иманова, а дядя не дурак, чтобы проявлять к ней неуважение.
Дядя нехотя отпускает меня, и Лера тут же берет меня за руку и тянет в дом.
– Вот ублюдок, – шипит она, рассматривая отвратительные красные пятна от его пальцев.
– Все нормально, – улыбаюсь. – Я так рада тебя видеть! Выглядишь потрясающе.
– И я рада, Маша. Спасибо, ты тоже очень красивая.
Мы даже не успели дойти до гостиной, когда нас остановил Заид.
– Я украду Марьям на несколько минут, – сказал он.
Лера обеспокоенно переводила взгляд с него на меня. Я слабо кивнула ей, как бы говоря, что все нормально. Хозяйка дома ушла, и мы остались одни.
