Я опустила глаза в пол, как принято.
– Знаешь, я сначала думал, что зря согласился на брак с тобой. Но когда увидел тебя в этом платье… – он замолкает, я не выдерживаю и поднимаю на него взгляд. – Жду не дождусь, когда у нас состоится первая брачная ночь. Может, мы ее ускорим, а? Все равно моей будешь, – наступает на меня. – Тебе понравились подарки? Покажи, как сильно ты благодарна. Я отведу тебя в укромное местечко, а ты встанешь на колени и поработаешь ротиком.
Его слова вызывают во мне такое отвращение. И реальность словнонаотмашь бьет меня. А ведь так и будет. Мне придется лечь под этого мерзкого козла. Придется опуститься на колени. Да, я буду сопротивляться, а он возьмет просто силой. Кажется, я сейчас упаду в обморок.
Мерзкие ладони касаются моей талии, а взгляд пробирает до костей. Я не хочу, чтобы он меня трогал! На его лице появляется ухмылка, но она быстро пропадает, когда мое колено встречается с его промежностью. Он хватается за причинное место и краснеет так сильно, что я даже раздумываю, не вызвать ли ему скорую.
Пока Заид не пришел в себя, я сбегаю. Я думала пойти ко всем гостям, там он точно не посмеет меня трогать, но я не хотела ни с кем общаться. Я беру бокал с шампанским у официанта и иду бродить по дому. Знаю, что неприлично, но, думаю, Лера не будет против.
Ноги сами привели меня в библиотеку. Останавливаюсь возле одного из стеллажей, перевожу дыхание. Я делаю глоток спиртного, пузырики щекочут мой рот. С каждым новым глотком напряжение уходит из тела. Мозг начинает работать на пределе возможностей. Как мне избежать свадьбы? Я думаю, думаю, думаю, но ничего не приходит в ответ.
– Урод! Надеюсь, я ему что-то отбила, – бормочу я.
А потом начинаю хохотать, словно сумасшедшая, вспоминая его лицо. Смех больше истерический, потому что мой жених хоть и в возрасте, но вряд ли забудет мою эту выходку.
Я рассматриваю корешки книг и допиваю шампанское. Наверное, я проведу в библиотеке весь остаток вечера. Беру со стеллажа автобиографию одной известной художницы и разворачиваюсь, чтобы найти удобное место для чтения.
Да так и замираю.
Не дышу.
Не моргаю.
Буквально в метре от меня на кресле сидит потрясающе красивый мужчина. Я таких еще не видела. Он лапает меня взглядом. Я вспыхиваю от такой наглости.
Кажется, я нарушила главные правила, которые озвучил Марат. Я пила алкоголь и осталась с незнакомым мужчиной наедине.
Глава 4
Маша
Я вспыхиваю от его откровенного взгляда, от блеска в глазах. В голове стучала только одна мысль, она мигала, как красная вывеска. Бежать. Мне нужно бежать от него без оглядки.
Не знаю, что щелкнуло в моей голове. Но вместо того чтобы выйти, я целенаправленно пошла к незнакомцу и села в свободное кресло рядом с ним. Я старательно не смотрела на него, но краем глаза увидела его ухмылку. Мне пришлось губы кусать, чтобы не улыбнуться в ответ.
Сердце затарабанило в груди, пульс ошалело стучал, а внутри странное чувство щекотки. Может, виной всему алкоголь? Не знаю.
Так, Машка, спокойно. Это библиотека, а ты просто пришла почитать.
Я открываю книгу, делаю глубокий вдох… Зря.
В легкие тут же попадает уникальный мужской аромат. Черт возьми, я даже не думала, что можно так вкусно пахнуть! Я глубже втягиваю в себя его запах, и волосики на моем теле становятся дыбом. У моих мурашек мурашки.
– Интересно? – спрашивает хриплый мужской голос.
Я хватаюсь за твердый переплет книги. Не доверяю себе, просто киваю.
– Если книгу перевернешь, то будет еще интересней.
Я с ужасом понимаю, что все это время держала книгу вверх тормашками. Какой позор.
Я судорожно начинаю думать, что остроумного ответить, но ничего не выходит. Просто какой-то белый шум в голове.
– Спасибо за совет, – выдыхаю я. – Воспользуюсь им.
Что бы еще такого сказать? Как заинтересовать его? Не знаю, зачем мне это надо, но мне очень хочется, чтобы он снова посмотрел на меня заинтересованно.
Я не придумываю ничего лучше, чем снова встать и пойти к стеллажам. Ставлю книгу на место и пытаюсь достать совершенно рандомную с верхней полки. Сама не знаю, что я задумала и зачем мне эта книга! Становлюсь на носочки и тянусь вверх изо всех сил, а в руке все так же сжимаю пустой бокал из-под шампанского.
Резко замираю. Я чувствую твердость мужской груди спиной. По позвонкам бежит дрожь. От него исходит такой жар. Я даже не слышала, когда он ко мне подошел. Делаю судорожный вдох и прикрываю глаза. Я откровенно наслаждаюсь тем, что сейчас происходит.
Поворачиваю голову вбок и смотрю на его ладонь, которую он положил на полку. Кольца на том самом пальце нет, не знаю, зачем мне эта информация. – Держи, – он достает книгу.
Я резко поворачиваюсь к нему лицом. Зря.
Весь мир сейчас сузился до его потрясающе красивых глаз. Серые. Кажется, теперь это мой любимый цвет. И сам он такой красивый. Черт, это точно шампанское ударило в голову.
– Тебе сколько лет? – спрашивает, а я наблюдаю, как его глаза начали темнеть.
– Девятнадцать, – шепчу я.
Мы стоим близко-близко. Воздух между нами становится вязкий, начинает потрескивать. Что-то странное происходит. Я делаю глубокий вдох, и моя грудь соприкасается с его. От этого ощущения я вздрагиваю всем телом, и бокал выпадает из моих ослабевших рук.
– Ох, – только и говорю, когда сажусь на корточки и пытаюсь собрать осколки.
Это инстинкт, который появился во время проживания в доме Мамаевых. Нужно все убрать, пока не заметили. Я хватаю осколок, и он режет нежную кожу. Крови так много, я трясу рукой, и все попадает на платье.
Мужская рука аккуратно берет меня за кисть и поднимает на ноги.
– Я такая неуклюжая, – неловко смеюсь.
Он берет меня за палец и сжимает, чтобы остановить кровь. И все это снова попадает мне на платье. Просто какой-то кошмар.
– Пойдем, – говорит мужчина.
Он ведет меня к креслу, где сидел до этого, и сует мой палец в бокал с янтарной жидкостью. Я шиплю от боли. Незнакомец наматывает мне на палец платок, продолжает сжимать.
– Рана неглубокая, – говорит он.
– А крови столько, словно мне перерезали горло! Еще и платье запачкала, – попытка пошутить неудачная.
– Когда перерезаешь горло, крови больше. Поэтому чаще всего делают это со спины, чтобы не запачкаться, – произносит он.
По его спокойному тону я не могу понять, он шутит или нет. Конечно, шутит. Откуда он может знать, как надо перерезать горло.
Незнакомец заправляет мне выпавшую прядь за ухо, а потом большим пальцем проводит по мочке. Кажется, я сейчас просто грохнусь в обморок. Он наклоняется ниже. Он сейчас меня поцелует! Внутри взрываются фейерверки, поют ангелочки и цветут цветы.
– Какого черта здесь происходит? Марьям! – визжит противный голос.
Я отхожу от незнакомца, но он продолжает держать меня за руку. Смотрю, как в нашу сторону шагает Заид.
– А ты шлюха безмозглая! Как посмела зажиматься по углам? Ты моя невеста! Но уже нет, я не возьму в жены шал*ву! Посмотрим, что скажет твой дядя! А ты ублюдок! Ты хоть знаешь, с кем связался, я этого не оставлю! – тычет в мужчину пальцем, брызжа слюной.
Я пугаюсь так сильно, потому что я представляю, что сделает со мной Марат. Я дергаюсь из захвата незнакомца, но он не отпускает.
– Рот закрой, – говорит так холодно, что я перестаю дергаться. – Еще слово скажешь, я разобью тебе лицо.
– Попробуй, если хочешь… – Заид даже не успел договорить.
Мой незнакомец кидается на него, словно хищный зверь. “Жених” падает, цепляет собой один стеллаж, орет. А мужчина с серыми глазами продолжает его избивать. Он его убьет!
– Стой! Перестань! Ты его убьешь! – кричу я.
Хватаюсь за рубашку мужчины, он дергается с такой силой, что пуговицы просто отлетают от ткани.
И тут начинается настоящий кошмар. В библиотеку забегают люди, видимо, их привлек шум. И один из этих людей – дядя.
В его глазах обещание смерти.
До завтра я точно не доживу.
Глава 5
Маша
Кровь шумела в ушах, пульс долбил по точкам, а сердце работало на износ. Мне казалось, что я сейчас умру. Ситуация, в которой я оказалась… Такое могло произойти только со мной!
Я во все глаза смотрела на дядю. Как бы я ни храбрилась, как бы ни думала о том, что я сильная и со всем справлюсь, я боюсь Марата Мамаева до суеверного ужаса.
Я смотрела, как он идет ко мне, и чувствовала, как душа уходит в пятки.
– Это не то, что ты думаешь, – пыталась сказать, но лишь шевелила губами.
Он подошел совсем близко и наотмашь ударил меня по лицу. Так сильно, что щека начала неистово пульсировать. Я знала, что он ударит еще раз, я зажмурилась, но удара не последовало. Трусливо открыла глаза и увидела, что незнакомец перехватил руку дяди в сантиметрах от моего лица. Я судорожно вздохнула. Никто и никогда не заступался за меня перед Маратом. Все были трусливыми шакалами. А этот мужчина…
– Не смей бить девушку.
– Она моя племянница! А ты ее опозорил!
– Я тебя предупредил.
– Клянусь Всевышним, если ты меня сейчас не отпустишь…
– Марат, – послышался властный голос Исайи. – Не трогай девушку. В моем доме рукоприкладство не приветствуется.
– Не приветствуется? – это уже был Заид. – А трахать чужих невест приветствуется?
Все вокруг ахнули. Я почувствовала, как моя кожа на лице начинает пылать не только от удара.
Что он такое несет? Я бы никогда не стала вот так!
– Посмотрите на них! – распалялся мой “жених” еще больше. – Это девственная кровь на ее платье!
Я опускаю взгляд на свое платье, на нем пятна крови. Боже.
– Я отказываюсь от нее. Я стерпел, что она грязной крови, но то, что она шл*… – он не договорил, незнакомец снова его ударил.
Дядя поднимает на меня взгляд, а потом смотрит на мужчину.
– Ты обязан жениться на ней, – говорит Марат. – Мы все стали свидетелями вашего позора. Я не буду искать отмщения, если ты женишься на ней.
Я резко поднимаю голову на дядю. Что он только что сказал? Он… Он передает меня из рук в руки, как какую-то вещь. Словно я не живой человек. Да что с ними не так? Внутри такая злость поднялась. На всех них! Если бы у меня была возможность, я бы убежала без оглядки и никогда не вспоминала ни о ком.
Я не сделала ничего плохого! Я так хочу закричать эти слова, но боюсь.
Встречаюсь взглядом с незнакомцем. На секунду, на одну маленькую предательскую секунду я задумываюсь о том, каково это – быть его женщиной? Как бы он ко мне относился? Я вспоминаю о том, как он позаботился о моем порезе и как защитил перед дядей. Наверное, он бы был хорошим мужем.
Мы непозволительно долго смотрели друг другу в глаза. Слабая улыбка появляется на лице мужчины.
– Я отказываюсь брать ее в жены, – говорит он спокойно, продолжая смотреть мне в глаза. – Зачем мне супруга, которая остается наедине с первым встречным.
Его слова кислотой оседают у меня в душе. Я не верю, что он это сказал! Он не просто подтвердил бред Заида, он практически прямым текстом заявил, что мы с ним здесь…
– Ублюдок! – прорычала я.
Я хочу его убить! Перерезать глотку! И не так, как он говорил, что лучше стоять сзади, чтобы кровью не забрызгало, я бы напротив искупалась в ней!
– В машину. Сейчас же, – говорит мне дядя убийственным голосом.
Я еще несколько мгновений смотрю на сероглазого урода, а потом иду на выход из библиотеки. Я не замечаю никого вокруг. Слышу шепот и смех позади себя. Злые слезы катятся из глаз. За что мне все это? Жизнь ко мне и так слишком жестока, неужели я недостаточно страдала? Последние годы просто состоят из боли, агонии и унижений. Сколько мне еще терпеть?
– Маша, подожди! – слышу голос Леры.
Девушка подбегает ко мне и смотрит обеспокоенно.
– Ничего не было, Лера, – всхлипываю. – Я бы никогда… – мне хотелось, чтобы хоть кто-то мне поверил.
– Я знаю, малышка, знаю, – говорит она.
