– Откуда ты все это знаешь?
– Она сама мне все рассказала, понторезка, блин. Жена депутата, подумаешь! В нашей клинике кого только не было. Мы уже привыкли работать с важными шишками.
– Спасибо, Алис. Я пойду. Мне уже лучше, правда.
– Выздоравливай, Аврора.
Единственное, от чего мне надо выздороветь – это от любви к предавшему меня мужу.
Глава 5
ЛЕЙЛА
Я сижу напротив Данияра, моего властного мужа, который должен стать моей опорой и моей семьей. И вижу лишь холодный блеск в глазах и жесткую линию рта.
– Лейла, мне срочно нужен наследник, – произносит он, как будто зачитывает параграф из законопроекта. Голос ровный, без эмоций.
Я молчу, ком подкатывает к горлу.
Уже год мы женаты. Год, наполненный приемами, зваными ужинами, бесконечными протоколами и фальшивыми улыбками. Год, в котором я старалась быть идеальной женой для идеального мужа. Но за этой глянцевой обложкой скрывалась зияющая пустота.
– Ты знаешь, что у меня проблемы, – продолжает Данияр, и в его голосе проскальзывает раздражение. – Проблемы, которые не позволяют нам зачать ребенка естественным путем.
Я опускаю взгляд на свои руки, переплетая пальцы до хруста. Я знала. Он сам сказал мне об этом еще до свадьбы. Бесплодие. Приговор, вынесенный не мне, но проживать его приходится нам обоим.
– ЭКО, – он произносит это слово, как название дорогого курорта. – Мы сделаем ЭКО. Это единственный выход.
Я поднимаю глаза, надеясь увидеть хоть каплю сочувствия, но вижу лишь упрямую решимость.
– Данияр, я бо… – начинаю я, но он перебивает.
– Кто будет донором – не имеет значения. Главное, чтобы ребенок был здоров. Мне нужен наследник, Лейла. Понимаешь? Наследник моей фамилии и моего состояния.
Его слова обжигают, словно кипяток. Я чувствую себя инкубатором, сосудом, предназначенным для вынашивания наследника. Никакой любви, никакой близости, только холодный расчет.
– Я не хочу, Данияр, – тихо говорю я, чувствуя, как слезы подступают к глазам. – Я не хочу ребенка от незнакомца.
– Ты жена депутата Махдиева, – цедит он сквозь зубы. – Ты должна думать о благе нашей семьи и о нашем будущем.
Он прав. В его мире все подчинено выгоде и статусу. Но что насчет моих желаний? Моих чувств? Моей мечты о настоящей семье, построенной на любви и доверии?
Я встаю из-за стола, чувствуя, как внутри меня нарастает буря. Я больше не могу дышать в этой атмосфере лжи и лицемерия.
– Я подумаю, – говорю я, стараясь, чтобы голос звучал твердо. – Мне нужно время.
– Не разочаровывай меня, Лейла. Не заставляй жалеть о том, что я взял в жены именно тебя.
Выхожу из столовой, стараясь не бежать. В голове – хаос. Куда идти? К кому обратиться за помощью?
И в этот момент в памяти всплывает его образ. Тагир, мой бывший, к которому я до сих пор испытываю нежные чувства. Тагир, врач-репродуктолог и человек, который понимает меня, как никто другой.
И в голове рождается безумная, отчаянная мысль. А что, если…? Что, если попросить его? Что, если он согласится стать донором?
Да, это безумие. Но это единственная возможность сохранить хоть что-то от себя в этом браке. Единственный шанс родить ребенка, в котором будет частичка человека, которого я люблю. У него идеальные гены.
Достаю телефон и набираю его номер. Сердце замирает в ожидании. Гудки кажутся бесконечными.
– Алло, – слышу я его голос, такой знакомый и родной.
– Тагир, это Лейла, – говорю я, и голос предательски дрожит. – Мне нужна твоя помощь.
***
Аврора
Еду в машине и чувствую себя подростком, сбежавшим из дома. Только мне не шестнадцать, а двадцать шесть, и сбежала я не на дискотеку, а… просто к маме.
Тагиру ничего не сказала. Пусть поволнуется. Пусть почувствует себя в моей шкуре, когда я жду его допоздна, не зная, где он и с кем. Просто я нуждаюсь в разговоре по душам и мамином совете. А еще в ее фирменном ромашковом чае с медом.
Дом мамы встречает меня запахом свежей выпечки и уютом. Она сразу же бросается обнимать меня, осыпая вопросами:
– Что случилось, Аврора? Почему такая печальная? Тагир тебя обидел? На работе проблемы?
Я печально улыбаюсь в ответ:
– Все хорошо, мам. Просто соскучилась.
Но она-то меня знает, как облупленную. Видит все насквозь. Так что не имеет смысла долго скрывать, с чем я пришла к ней.
– Помнишь, я тебе говорила про бывшую Тагира? Лейлу?
Мама кивает, хмуря брови.
– Она вернулась, мам. Объявилась ни с того ни с сего. Приходит к нему на работу и сидит у него подолгу. Она такая… хищная, что ли. И я не знаю, о чем они говорят. Но чувствую, что она что-то задумала. Боюсь, что он уйдет к ней. Что я недостаточно хороша.
Голос дрожит. Слезы подступают к глазам. Мама берет мою руку в свою теплую ладонь:
– Глупая ты моя девочка. Тагир тебя любит. Я вижу это. И если эта Лейла такая хищная, значит, у нее нет того, что есть у тебя – тепла, искренности, любви. Доверяй своему мужу. И себе.
– Мам, он не любит меня, не любит и не хочет от меня детей!
Еще немного – и я откроюсь ей, расскажу, какую страшную тайну узнала. Возможно, после этого Тагир навсегда падет в ее глазах. Мама есть мама, она всегда будет на моей стороне.
Но ее отвлекает телефонный звонок, и я снова остаюсь наедине со своими мыслями…
Глава 6
ТАГИР
Вечер, клиника почти пуста. В дверь раздается стук.
Я поднимаю взгляд от медкарты, и в тусклом свете настольной лампы вижу знакомый силуэт.
– Входи, – произношу, стараясь скрыть волнение.
Лейла заходит в мой кабинет уверенной поступью. Одета она элегантно и дорого – жена депутата Махдиева все-таки. Сердце делает нервный скачок. Что ей нужно?
– Тагир, – тихо произносит она, и от этого имени, сорвавшегося с её губ, по коже пробегают мурашки.
Стараюсь сохранить невозмутимость и профессионализм врача, но внутри всё неприятно вибрирует. Что-то подсказывает мне, что она пришла не просто так, поболтать.
– Лейла, здравствуй. Рад тебя видеть, – говорю вежливо обманчивую фразу. Не рад даже близко.
Она проходит в кабинет и садится в кресло напротив. В её движениях чувствуется нервозность, которую она пытается скрыть.
В воздухе повисает напряжённое молчание, которое кажется невыносимым.
Я жду, гадая, что заставило её прийти сюда, в мой кабинет, в этот поздний час. Что может быть общего между нами после стольких лет? Интрига нарастает, заставляя меня взволнованно барабанить пальцами по столу.
Она привстает, чтобы обнять меня, и я чувствую мимолетное прикосновение ее духов. Старые чувства на секунду пытаются всплыть, но я быстро одергиваю себя и загоняю их на дно, где им самое место.
Лейла начинает издалека, спрашивает о моей жизни, о работе. Отвечаю сухо, сдержанно. Жду, когда она перейдет к сути.
И вот, наконец, она решается. Ее глаза наполняются влагой, и бывшая рассказывает о своей проблеме: о бесплодии мужа и его желании зачать ребенка искусственным путем.
И потом она произносит слова, от которых внутри все замирает.
– Тагир, я знаю, это прозвучит странно, – начинает она, и я уже готов ко всему. – Но постарайся меня понять. Я хочу, чтобы ты стал не только моим врачом, но и донором.
Мир вокруг замирает. Я смотрю на нее, не веря своим ушам. Донором? Для ее ребенка?
– Я хочу, чтобы он был похож на тебя, – добавляет она, и это становится последней каплей.
– Лейла, ты серьезно? – спрашиваю я, пытаясь скрыть раздражение. –Ты понимаешь, что говоришь? У меня есть жена, у тебя муж, которые явно не обрадуются такому сговору. Ты предлагаешь мне предать их? Неужели ты думаешь, что я соглашусь на такое?
– Тагир, прошу тебя. Не отказывай мне вот так сразу, сгоряча. Я тебе клянусь, твоя жена ни о чем не узнает. Как и мой муж.
Она смотрит на меня с надеждой в глазах, но я остаюсь непреклонен. Ребенок, который свяжет меня с Лейлой навсегда? Нет, и еще раз нет! Даже если бы я хотел, то все равно бы не смог.
– Нет, Лейла. Это исключено. Я не могу этого сделать.
– Я знаю, что мое предложение сложно принять после всего. Знаю, что многого прошу… Но ради нашего совместного прошлого, Тагир. Я больше никого не вижу в этой роли. Я всегда хотела ребенка от тебя…
– От меня? Лейла, мы расстались! Ты вышла замуж за другого! У тебя была своя жизнь, у меня – своя. Мой ответ – нет. Выбери любого донора из картотеки, можно даже найти максимально похожего на твоего мужа. И будет тебе счастье.
Смотрю на нее и вижу отчаяние в ее глазах. Понимаю, как ей тяжело. Но я не могу. Не могу предать Рори, я и так перед ней сильно виноват. Очень сильно! Мне предстоит объясниться с женой и как можно скорее. Но я тяну, даже видя, как наши отношения стремительно портятся. Потому что сам не знаю, почему это происходит именно со мной.
– Я не хочу ребенка от незнакомца, – качает головой Лейла. – Никогда в жизни не смогу полюбить этого малыша. А если бы он был от тебя, я бы приняла его. Махдиеву плевать, кто будет биологическим отцом его сына. Так почему бы им не стать тебе?
– Лейла, я не могу. Тебе лучше уйти.
– Ладно, – вздыхает она. – Возьмешь хотя бы меня на протокол?
– На протокол возьму, но советую еще раз обдумать ситуацию. ЭКО – это серьезная процедура, несущая определенные риски. Приходи днем, я выпишу тебе направление на анализы. Посмотрим, что там у тебя.
– Тагир Булатович? Можно? – ко мне заглядывает знакомая пациентка.
– Тамара, вы записывались? – смотрю в компьютер, думая, что забыл про запись.
– Нет, я так. Пожалуйста, Тагир Булатович, мне бы поговорить с Вами. Это срочно.
– Я сейчас девушку отпущу и поговорим, – вздыхаю, поняв, что мне сейчас придется битый час слушать Тому. Но и прогнать ее не могу, жалко. Десять лет бесплодия. Три неудачные попытки подсадки эмбрионов. Там все настолько плохо, что я уже готов махнуть рукой и советовать ей смириться.
– Ладно, спасибо тебе, я пойду, – встает с места Лейла.
– Подумай еще раз, – напутствую ее и тоже встаю.
– Если передумаешь – буду рада, – отвечает бывшая, смотря мне в глаза долгим взглядом.
Качаю головой и открываю перед ней дверь. Лейла выскальзывает в полутемный коридор и исчезает, оставив после себя витать в воздухе запах духов…
Глава 7
Сижу за своим массивным письменным столом, утопая в ворохе бумаг. Сегодня особенно много работы, и я даже рада, что Тагир в срочной командировке – меньше отвлекающих факторов. Он уехал ночью, и мы даже не поговорили.
Сначала я грешным делом подумала, что уехал к этой своей… Но Рустамов – наш заведующий подтвердил, что отправил Багирова вместо себя в поездку, так как у него заболела теща.
Дверь в мой кабинет открывается без стука, и в проеме возникает Лейла.
– Здравствуйте, – настороженно смотрю на нее.
Обычно ко мне приходят на первичный прием. Неужели Тагир отправил ее ко мне? Что-то мне брезгливо смотреть на кресле его бывшую.
Она проходит внутрь, не дожидаясь моего приглашения, и садится в кресло напротив моего стола, сложив руки на коленях.
– Привет, Аврора. Я знаю, что это странно, но мне нужно с тобой поговорить, – ее голос дрожит, выдавая волнение. – Знаю, ты удивлена моему визиту. Но я должна была это сделать. Должна рассказать тебе правду.
Я молча смотрю на нее, ожидая продолжения. За последние годы я научилась скрывать свои эмоции, особенно когда дело касается Тагира.
– Что ж, говори, – откладываю ручку, но потом снова хватаю ее, чтобы было чем занять руки.
– Мы с Тагиром… мы были созданы друг для друга. Любили друг друга безумно, до головокружения, – в ее глазах появляется влажный блеск. – У нас были планы, мечты… целая жизнь впереди.
Я чувствую, как внутри поднимается волна неприятных ощущений. Не ревность, нет. Скорее какое-то болезненное любопытство. Я знаю историю их любви лишь обрывками, из рассказов общих знакомых и случайно услышанных оброненных фраз. Сам муж мне никогда ничего не рассказывал, словно ее имя было под запретом.
– Но потом появились слухи, сплетни, злые языки. Нам завидовали, Аврора. Завидовали нашему счастью.
Лейла делает паузу, будто собираясь с духом. А потом добавляет:
