Страница 10 из 13
Десятый столик – особый вид клиентов, которых персонал по-доброму называл «требовательными». Они всегда требуют к себе повышенного внимания, потому что считают, что все в этом мире создано исключительно для них. Такие люди не собираются ждать лишнюю минуту.
Я взглянула на свою одежду, которая была почти такой же, как у сотрудников ресторана, потому что я предпочитала строгий и сдержанный стиль, и в моей голове возникла одна идея.
– Я сама возьму у них заказ, – ответила я, говоря это больше себе, нежели Салли.
Не дожидаясь ответа, я прошла в комнату для персонала, надела на себя черный короткий фартук и закинула в карман ручку и блокнот для записи заказа.
Салли с подносом в руках бежала за мной.
– Мисс Хэтфилд, вы уверены? Вы же не умеете этого делать, – вырвалось у нее. Но осознав, что сказала, Салли прикусила губу.
– В нештатной ситуации администратор может принять заказ. Я в состоянии управлять пятизвездочным отелем, думаешь, я не приму заказ у одного столика?
– Да, конечно, – кивнула Салли, однако в ее взгляде можно было увидеть сомнение.
– На сайте нашего отеля сказано, что мы найдем персональный подход к каждому и обеспечим комфортную и высококлассную атмосферу для любого. Вот я и собираюсь этим заняться. Думаю, им польстит то, что их обслуживает сама управляющая отеля, – в шутку добавила я.
На самом деле я никогда не рассказала бы гостям о себе, и надеялась, что они меня не узнают. Быть официанткой совсем не стыдно, каждый из моих сотрудников работает не меньше меня, без них «Хэтфилд» не был бы таким. Однако я боялась, что если это дойдет до отца, то он в конец разочаруется во мне, как в управляющей.
– И если бы я хотела знать твое мнение, то спросила бы, а теперь иди работать, ты теряешь время, которого у нас и так нет.
Я вышла в зал в образе официантки и направилась к десятому столику, где сидели нетерпеливые гости.
– Здравствуйте, меня зовут Джоанна, и я приму у вас заказ, – доброжелательным голосом пропела я и, раскрыв блокнот, взглянула на гостей.
Меня словно током поразило, когда я встретилась взглядом с темными карими глазами.
Этого не может быть.
Передо мной был Блейк, он сидел за столом, вальяжно откинувшись на кожаную спинку дивана. Почему среди всех ресторанов Нью-Йорка он пришел именно в этот?
Я сжала в руках блокнот так сильно, что побелели пальцы.
Уголки его губ слабо приподнялись, и он насмешливым взглядом прошелся по моему телу, задерживаясь на блокноте и ручке в моих руках.
Да, тебе не послышалось. Я официантка.
– Наконец-то, что у вас за сервис? Мы ждем уже черт знает сколько. Я подумывала позвать вашего администратора, – недовольно высказалась темноволосая девушка, сидящая рядом с Блейком.
Это Одри, та самая подружка Блейка и модель, которая была с ним в клубе в тот вечер. Таннер взглянула на меня, ее глаза недобро сверкнули, и в отличие от Блейка она была весьма резка как в эмоциях, так и в словах.
– Так ты всего лишь официантка, – с усмешкой на губах и проскользнувшим облегчением в голосе констатировала она. – Прислуга…
Как бы сильно мне ни хотелось достойно ответить ей, я не могла. Клиент всегда прав. Даже такой клиент как Одри. Она не нарушает закон и общественный порядок. А грубость и пренебрежение со стороны посетителя – обычное дело в этом бизнесе.
– Надо же, судьба сводит нас снова и снова, – усмехнулся Кайл, глядя на меня исподлобья.
Прекрасно, еще один мой знакомый – любитель принимать кофейные ванны по утрам.
– Может, подумаешь еще раз над моим предложением? – поиграл бровями засранец. Сейчас он чувствовал свое превосходство надо мной и не мог нарадоваться этому.
По правую сторону от Кайла сидели еще девушка и парень. Кажется, я видела их в клубе с Блейком, на балконе в вип-зоне.
Блейк молчал, однако губы его слегка изогнулись, как если бы Кайл сказал что-то действительно смешное.
– Чего глазами захлопала, официантка? Ты будешь нас обслуживать? – посмеиваясь, спросила Одри.
Я снова сжала в руках блокнот и кивнула:
– Конечно, чего бы вы хотели?
– Я хотела бы… Мм, дай подумать… Другую официантку.
Потянувшись к стакану с водой, Одри столкнула его со стола, не сводя с меня надменного взгляда. Тот разбился, и раздражающий звон разнесся по залу.
Я поежилась. Взгляд остановился на человеке, сидящем по другую сторону от Блейка. В груди похолодело. Я знала этого мужчину со смуглым оттенком кожи и выразительными карими глазами. Его темные волосы были подстрижены так коротко, что их не ухватить пальцами.
Он повзрослел и изменился. Его плечи стали шире, руки прибавили в мышечной массе. Черты лица заострились, а взгляд помрачнел. Эрик Лоусон – моя школьная влюбленность, которая даже не догадывалась о моем существовании.
В школе Эрик хорошо общался с моим братом, однако совсем не замечал маленькую сестренку Конрада. Сомневаюсь, что он узнает меня сейчас.
В моей груди возникло приятное тепло при виде школьной влюбленности. Он был симпатичным, приятным прошлым, но не более.
Я тяжело вздохнула, глядя на Одри. Пытаясь выставить дурой меня, она умнее не казалась.
– Чего ты добивалась этим? – спросила я с явной дерзостью в голосе.
– Просто напоминаю тебе о твоем месте, не путай впредь.
Послышались глупые смешки, я скользнула взглядом по лицу Блейка, на его губах совсем не было улыбки. Эрик тоже не засмеялся. Хоть кто-то из этой компании был похож на нормального человека. Хотя не стоит торопиться с выводами, в школе он был жутким бабником.
– Думаешь, я стыжусь того, что работаю официанткой? Ни капли, а своими попытками опустить меня, ты лишь создала дополнительную работу для Альбы, она уборщица и мать пятерых детей, надеюсь, она не поранится, когда будет собирать стекла с пола.
Одри растерянно зашевелила губами, не произнося ни звука. На секунду в ее глазах промелькнуло чувство вины, но она быстро прогнала его, заменяя надменностью. Все-таки и в ней было что-то человеческое. Одри всего девятнадцать лет. Надеюсь, она изменит свое отношение к людям и не потонет под слоем мнимой важности и обиды на весь мир.
– Как ты смеешь так со мной разговаривать? Мне нужен ваш администратор, сейчас же!
Что ж, одним клиентом я могу поплатиться.
– Она заболела, сегодня я исполняю ее обязанности.
– Ты? Не смеши меня. Ты не будешь разговаривать так со мной, тебе ясно? Идиотка! Ни на что неспособная идиотка! Уже завтра ты вылетишь отсюда, могу гарантировать.
Я подавила в себе порыв улыбнуться, открыла рот, чтобы явить Одри страшную тайну о том, кем я являюсь на самом деле, но меня перебили:
– Одри, хватит, – отрезал Блейк.
Обращаясь к ней, он смотрел на меня. Я нервно сглотнула. Вот теперь хотелось быстрее убраться отсюда.
– Но, Блейк, она же…
– Я знаю, но заткнись уже, – спокойно ответил он. – Я буду салат и утку.
Несколько раз моргнув, я кивнула и начала записывать пожелания Джефферсона.
– И виски? – вырвалось у меня.
Рука, крепко держащая ручку, замерла, я исподлобья взглянула на Блейка.
– Да.
– Кентукки оул десятый?
Уголки его губ поползли выше.
– Да.
Я записала все заказы. Одри отказалась заказывать хоть что-либо, оскорбленная поведением Блейка, моими словами или чем-то другим. Думаю, на свете много вещей способных вывести ее из равновесия.
Добавив последнюю запись в блокнот, я поспешила передать заказ помощнику шефа.
Глава 8
Джоанна
В комнате для персонала я сбросила с себя фартук, затем направилась к Барбаре, которая ждала меня в потайной комнате за баром.
– Я думал, официантка Джоанна будет обслуживать сегодня десятый столик, но она снова сбегает. Не находишь в этом некой закономерности? – услышала я хрипловатый мужской голос и замерла, схватившись за ручку двери.
Я медленно обернулась и встретила его хмурый взгляд. Красивое лицо казалось непроницаемым, а голос был так холоден, что мог бы устроить новый ледниковый период, однако понять зол Блейк или нет, было невозможно.
Черный пуловер натягивался на его груди и руках при любом, даже самом малом движении, подчеркивая твердость и рельефность мышц.
Рядом ходили бармены, официанты, посетители, поэтому я решила подойти ближе к барной стойке, чтобы не привлекать ненужного внимания.
– Любитель погулять со спущенными штанами? – спросила я, одаривая Блейка насмешливым взглядом.
– Обычно мой зад видят не больше двух девушек сразу, ну, может быть, трех.
– Прекрасно, – резко ответила я, боясь даже представить, в каких ситуациях его зад могли видеть сразу три девушки. – И я не обещала, что буду обслуживать ваш столик, я сказала, что приму заказ. Видишь разницу?
Блейк подошел ближе и сел за барную стойку. Он заглянул в мои глаза, в приглашающем жесте кивая на соседний стул.
Его сильные руки привлекали внимание не меньше, чем стальная грудь и плечи. Очень симпатичный, но очень проблемный мужчина ждал меня за баром, и что-то нашептывало мне остаться и присоединиться к нему. Но я воспротивилась этому: упрямо скрестила руки на груди и не сдвинулась с места ни на миллиметр.
Блейк, оценив мое выражение лица и общий настрой, усмехнулся и отвел взгляд, рассматривая стеллажи с алкоголем за моей спиной.
– Нальешь мне чего-нибудь?
– Я не бармен.
– Я щедро заплачу.
– Не нуждаюсь в деньгах.
Он усмехнулся, словно посчитал мои слова глупостью.
Вот она, прекрасная возможность сказать ему, что я не официантка, а управляющая отелем, дочка владельца и держатель небольшого процента акций «Хэтфилд», но Джефферсон явно презирал меня из-за фальшивой должности, и вместо этого из моих уст вырвалось другое:
– Тебя смешит это?
– Что? – спросил он, вскидывая темные брови.
Издевается, он прекрасно понимал, о чем я говорю.
– Ты увидел, что я работаю официанткой и тебе стало очень смешно, не так ли? Чувствуешь свое превосходство надо мной, ведь я в подметки не гожусь твоим дружкам, Одри и тебе? – Я облокотилась на барную стойку, кокетливо заправила прядь волос за ухо и заглянула в его глаза. – Запомни ту ночь, когда я отказала тебе, Блейк. Простая официантка опрокинула золотого мальчика, который думал, что все будет в его руках по щелчку пальцев. – Я пододвинулась ближе, почти касаясь своими губами его и прошептала: – Думай об этом каждый раз, когда захочешь самоутвердиться за чей-то счет.
Его плечи напряглись, на лице заходили желваки.
– Поэтому ты отказалась обслуживать наш столик? Личные мотивы? – вдруг спросил он.
Его волосы были чуть длиннее, чем в нашу последнюю встречу, одна прядь небрежно спадала на лоб. Мне вдруг захотелось коснуться его волос, пропустить их сквозь пальцы и узнать мягкие ли они на ощупь. Потому что на первый взгляд, его волосы казались жесткими, прямо как его темные глаза.
– Нет, у меня закончилась смена.
Я сглотнула и отвела взгляд. На его губах пролегла тень улыбки. Ведь он заметил, как я рассматривала его.
– Ты на всех так бросаешься, Дикарка? Или тебе именно я не угодил?
Он говорил вкрадчивым и глубоким голосом, словно пытался соблазнить меня. Именно на такой голос девушки слетаются как мотыльки на садовый фонарь в темную жаркую летнюю ночь. Вот только не стоит забывать, что они летят на смерть.
– Не на всех, обычно первый встречный не тащит меня в общественный туалет, для того чтобы унять зуд в паху, – холодно ответила я.
Блейк хмыкнул, подмечая что-то в своей голове, и спросил:
– Решила наказать?
– Проучить.
Он сжал губы так сильно, что они побелели, и с угрожающим спокойствием спросил:
– Чему, по-твоему, меня бы это научило?
Я удовлетворенно улыбнулась. Все-таки моя выходка не осталась без внимания. Блейк злился, хоть и мастерски скрывал это под напускным безразличием. Он был не только холодным как лед, но и взрывоопасным, как канистра бензина рядом с огнем.
– Уважению в общении с девушками.
– А я был неуважителен?
