― Тебе нужно забрать вещи из той забегаловки, где ты остановилась? ― Опять попытался задеть меня за живое Рейн.
На языке вертелся колкий ответ, но я проглотила его.
― У меня немного вещей.
― Вот это меня и беспокоит. Путь предстоит неблизкий, а у тебя нет даже сменного белья.
Я вспыхнула. Когда вольно или невольно касались темы моей бедности, я испытывала ужасающее чувство неловкости, которое пыталась спрятать за дерзостью.
― Ну, простите, я не графских кровей, ― зыркнула на него я.
― Конечно, не графских, ― понимающе произнёс Рейн. ― Ты княжеских кровей, княжна Аманда Вельская.
Глава 7
Я проглотила уже вертящийся на языке колкий ответ и так и застыла с открытым ртом.
― Что-то ты слишком много знаешь обо мне, не находишь?
― Нахожу, что нормально всё знать о своём компаньоне и напарнике, ― ответил Рейн. Как не в чём ни бывало, взял меня за руку и потащил к выходу.
Меня уже начинало напрягать, что он знает обо мне всё. Попыталась вырваться, но держал он меня крепко, и я оставила бесполезные попытки. Только со стороны смотрелось смешно. А я не любила выглядеть смешно. Очень не любила.
― Тогда ты знаешь и о проклятии Вельских, ― ехидно произнесла я, стараясь досадить ему. ― Так, что держись от меня подальше, если не хочешь отправиться на встречу с праотцами.
Я не стала говорить, что для этого нужно на мне жениться. Лишние знания ему ни к чему.
― Мне нравится, когда ты хочешь уязвить меня, Фелис, ― он дерзко шлёпнул пальцем мне по носу. ― Ты начинаешь лгать, и при этом твоё лицо становится таким милым.
― Я не лгу, ― хотела ещё добавить никогда, но вовремя прикусила язык.
― Неужели ты думаешь, что, зная о проклятии, я не удосужился узнать и некоторые нюансы, ― рассмеялся он.
Я обиженно поджала губы и отвернулась. Глупо было бы предполагать подобное, но я жаждала мщения и не подумала о последствиях вранья.
― Не волнуйся, жениться на тебе я не собираюсь.
А вот сейчас обидно было. Он шлёпнул меня по носу не буквально, но теперь обидно было сильнее.
― Можно подумать, я бы пошла за тебя, ― в ответ я тоже хотела задеть его побольнее. ― Кому нужен муж ― вор.
― Твоя правда, поэтому я и подстраховался, ― он озорно мне подмигнул, а я из-за этого чуть не врезалась в девушку, которая шла мне навстречу.
Так и подмывало спросить, каким образом он подстраховался, но это означало бы, что мне есть дело до его персоны.
Не знала его до нашей встречи и не знала бы дальше. Все мои беды от него. Мне надо спасать Алисию, а я тут шастаю по Даркленду в кампании вора. Хорошо ещё, что Вейнард согласился помочь мне с сестрой, а то вообще извелась бы вся.
С детства я, как старшая сестра помогала, чем могла младшим. Сначала просто защищала, а потом поняла, что если я не заработаю денег, то есть риск умереть с голода.
Что может девочка в десять лет? Мыть посуду за мизерную плату? Пойти в прачки? Я выбрала другой путь. Незаконный, но зато более денежный. Если бы я знала, куда он меня приведёт, ни за что бы не пошла тогда на рынок и не украла тот проклятый хлеб.
Нет, хозяин меня не поймал. За всю мою воровскую жизнь меня ни разу не сцапали жандармы, и ни разу я не возвращалась без добычи. Меня поймал за руку другой воришка, который тоже промышлял на рынке. Так, я попала в Гильдию воров.
― О чём задумалась? ― Спросил Рейн. ― Неужели о моих перспективах, как завидного жениха?
Я скривилась, словно откусила лимон. Как же он уже надоел своими подколками и это только начало.
― О жизни, ― ответила я. ― Своей.
― Как-то безрадостно звучит, ― слишком весело, на мой взгляд, сказал Рейн.
― А что в моей жизни было много поводов для радости? ― Отрезала я.
― Не знаю, я не жил с тобой, но это можно исправить.
У Рейна удивительная способность не чувствовать эмоциональное состояние других людей. Это только у него или у всех драконов? Вейнард не трогал бы меня сейчас дурацкими вопросами, а этого просто раздирает. Лезет в душу грязными сапогами.
― Мне не нравится разговор в таком тоне, ― резко ответила я. ― Ты влез в мою жизнь, раскопал там всё, что я пыталась скрыть. И мне это не нравится.
― Можешь спросить что хочешь обо мне, и я расскажу, мне нечего скрывать.
― Зато мне есть что скрывать, ― грубо ответила я, мало заботясь, как он воспримет мои слова. ― Я ничего не знаю о тебе и не хочу узнавать.
― Мы команда, Фелис, хочешь ты этого или нет.
― Не хочу, ― буркнула я.
― Это не имеет значения, ― развёл руками Рейн, отпустив моё запястье. Я же даже не попыталась убежать. А смысл? Клятва похлеще любого поводка держит меня рядом с этим чудовищем.
― Мы сейчас купим походный шатёр, ― зачем-то сообщил мне дракон, остановившись возле богатой лавки. ― Подумай, что ещё нам может пригодиться в походе.
― Артефакты? ― Предположила я.
― Закупил в первую очередь, ― отчитался он и снова взял меня за руку. ― Но запасы придётся всё равно пополнять после каждого дела.
Я кивнула, согласившись с ним. Тут не поспоришь. Рейн тоже профессионал и знает, что нужно для кражи в первую очередь.
― Может, давай спросим у хозяина, ― прошептала я, когда мы за руку вошли в лавку. ― Думаю, что он знает лучше меня, которая никогда не путешествовала.
― Надеюсь, ты умеешь ездить верхом? ― Запоздало поинтересовался он.
― Увы! ― Вместо сожаления моё лицо озарила улыбка. ― Верховой езде мы не обучены.
Ругнувшись про себя, Рейн поинтересовался:
― Мы это кто?
― Я и две мои младшие сестры. Если ты копался в моей жизни, то мог бы поискать сведения о моём воспитании.
― А как же ты перемешалась по стране и миру? ― оторопело спросил Рейн.
― Не поверишь, ― прошептала я, веселясь, ― порталами.
― Недешёвое удовольствие, ― задумчиво пробормотал он.
― Я могла себе это позволить, ― с выражением превосходства на лице ответила я.
Какое же удовольствие я получила, когда дразнила его. Рейн же больше ничего не спрашивал, лишь молча занимался покупками. Если бы я знала, к чему приведёт моё издевательство над драконом, то откусила бы себе язык.
Глава 8
Мои мучения начались, как только мы подошли к лошадям. Я надеялась, что Рейн выбрал мне кого-то типа Ромашка, Одуванчик или Облачко, но на меня смотрел Гром.
Я подошла ближе, пытаясь выглядеть уверенно, хотя внутри меня всё колотилось, как будто я выпила целый чан кофе.
Тёмные глаза коня косились на меня с недоверием, словно конь он чувствовал мой страх. Сделав глубокий вдох, я ухватилась за седло и попыталась изящно взгромоздиться на широкую спину животного, под скептическим взглядом Рейна.
― Помочь? ― С жалостью спросил он, но я гордо отказалась.
Ещё не хватало, чтобы потом он изводил меня насмешками. Но в таких делах гордость — плохой советчик, и я пожалела, что отказалась от помощи.
Ноги подогнулись, и я приземлилась на землю с таким звуком, как будто кто-то уронил мешок с яблоками. Конь фыркнул, словно насмехаясь над моими потугами.
К счастью, мягкая трава смягчила падение, и я отделалась лишь лёгким испугом и уязвлённым самолюбием. Пригладив растрепавшиеся волосы, я попробовала ещё раз, на этот раз с меньшей элегантностью, но с большей решимостью.
К моему удивлению, я всё-таки оказалась в седле. Закрепив ноги в стременах, я попыталась выглядеть, как истинная наездница, но вместо этого вцепилась в гриву, как будто она могла спасти меня от падения.
Коняка, почуяв мою неуверенность, встал на дыбы. Мы рванули вперёд, и я, визжа от неожиданности, почувствовала, как ветер свистит в ушах, а окружающий мир размазывается перед глазами.
Вцепившись в поводья, я пыталась успокоить норовистого коня, но он словно чувствовал мой страх и продолжал безумную скачку. Сердце бешено колотилось, пока я отчаянно пыталась удержаться в седле.
— Держись крепче! — закричал мне Рейн. — Я иду за тобой!
Услышав его голос, я со всей силы натянула поводья. Лошадь же, похоже, решила, что сейчас самое время устроить соревнование, и рванула вперёд, не обращая внимания на мои попытки её остановить.
Рейн, не теряя времени, резко повернул в сторону, туда, где мчалась лошадь, и, наконец, смог нас догнать. Он схватил поводья, и, стиснув зубы, я попыталась удержаться в седле.
— Думаю, что в следующий раз выставлю тебя на бегах Дегуни, — не упусти случая съязвить Рейн. — Выиграю целое состояние.
— Очень смешно, — пробормотала я, пытаясь сползти с лошади и привести себя в порядок.
Он только усмехнулся, подходя ближе. Сложив руки на груди, он посмотрел на меня, словно я была его личным развлечением.
— Знаешь, если ты так и будешь продолжать, я начну думать, что ты просто тренируешься для циркового представления.
— Ха-ха-ха, ещё не все припасённые на мой счёт шуточки озвучил, — ответила я, потирая затёкшую ногу.
Рейн, наконец, перестал смеяться и, к моему удивлению, серьёзно сказал:
— Ладно, давай я научу тебя правильно садиться на лошадь. А то такими темпами мы и за месяц не сдвинемся с места.
С некоторым недоверием я следовала за ним к лошади, которая, похоже, всё ещё была в шоке от нашего недавнего «взаимодействия».
— Вообще-то, нужно предупреждать, что ты не умеешь ездить верхом, — он умудрился ещё и меня выставить виноватой.
— А когда мне это надо было сделать? До того, как ты потребовал у меня клятву? Или после того, как ввалился в мою комнату? Когда мне нужно было предоставить тебе полный список своих знаний и умений?
Рейн хмыкнул, но ничего не ответил. Я всё ещё пылала от негодования.
— Первое правило, — начал Рейн, показывая на лошадь, — не показывай ей свой страх. Просто спокойно подойди и потри ей шею.
Я попыталась выполнить его указания, но вместо этого лошадь изогнула шею так, будто спрашивала, не собираюсь ли я её покормить морковкой.
— Можешь угостить яблоком, — порекомендовал Рейн и вытащил из сумки румяное яблоко. Я с опаской поднесла ладонь с яблоком к морде коняки, и он с удовольствием съел угощение. Я тихонько выдохнула.
— Хорошо, — одобрил Рейн, сдерживая смех. — Теперь попробуй сесть.
Я сделала шаг к седлу, но вместо грациозного движения, как у настоящего наездника, запуталась в собственных ногах и чуть не упала. Рейн быстро поймал меня за плечо.
— Эй, не падай на меня, я не твоя подушка! — Пошутил он. — Давай, попробуй ещё раз.
Я вздохнула и собралась с силами. На этот раз получилось немного лучше, хотя я всё ещё чувствовала себя не в своей тарелке. Я жутко боялась, что опять конь понесёт.
— Вот, молодец! — Подбодрил он. — Теперь, когда ты на лошади, не забудь, что надо держаться, как будто ты крепко обнимаешь своего любимого, а не как будто пытаешься избавиться от него.
Я попыталась устроиться в седле, но снова чуть не потеряла равновесие.
— Убедись, что твои ноги в стременах, а не где-то под брюхом у бедного животного, — с лёгкой иронией добавил Рейн.
— Я не уверена, что мне нужно обниматься с лошадью, — едко ответила я, с трудом удерживаясь в седле.
— Лошадь — это не просто средство передвижения, а твой друг. Когда ты поймёшь это, езда будет доставлять тебе удовольствие.
Я скептически ухмыльнулась.
— А теперь, чтобы она передумала свернуть тебе шею, попробуй немного подтянуться и расслабить плечи, — посоветовал Рейн. — Держи осанку.
Я попыталась выпрямиться и, как ни странно, это сработало. Лошадь, казалось, тоже почувствовала, что я стала более уверенной.
— Вот, молодец! Теперь попробуй ещё раз погладить её шею. Это поможет вам установить контакт.
Я попыталась сделать это, но вместо этого чуть не свалилась вбок. Рейн схватил меня за талию и поддержал.
— О нет! Ты не должна падать как куль с мукой! — Снова поддел меня Рейн. — Это не та игра, Фелис, сосредоточься.
Я засмеялась, и, наконец, почувствовала себя чуть более уверенно.
— Теперь, когда ты на лошади и не собираешься падать, давай попробуем немного проехать. Просто потяни поводья, чтобы она поняла, что пора двигаться. Но не дёргай!
