Многозначительные присвисты и удивленные возгласы прокатились по аудитории. Лизка ударила себя рукой по лбу и пояснила:
– Это моя двоюродная сестра! Приехала вчера из Москвы.
– Из Ма-ассквы, – протянула какая-то девица и захихикала вместе с подружками.
Не обращая на них внимания, я двинулась к Лизе, но прорваться опять не вышло.
– Очень приятно, Вера. Чесноков Виктор. – Чересчур галантно поклонился брюнет, пытаясь поймать мою руку. – Ценитель женской красоты и самый популярный блогер в Кедровом.
– Да завались ты, Чеснок! – Бесцеремонно отодвинув его, снова активизировался здоровенный. – Не по твоим зубам красотка.
– Именно! – добавил еще один бугай, на лице которого присутствовало куда больше интеллекта, чем у первого.
Это «именно» прозвучало со скрытым подтекстом, который я мгновенно считала. Считал его и Чесноков. Он тут же отодвинулся от меня, уступив дорогу более сильному сопернику.
Вот только внимание второго качка мне понравилось еще меньше. В отличие от остальных, он не поднялся с места, но оценивающе не меня таращился. Парень явно привык, что девчонки от него кипятком писаются, и это было так очевидно, что я едва не рассмеялась.
– Отскочили все! Кто ее тронет, будет иметь дело со мной! – неожиданно вмешалась Лизка.
Высокомерно зыркнув на самого завидного жениха группы, я наконец добралась до сестры и с облегчением плюхнулась на стул.
Первый этап пройден. Дальше должно быть попроще…
– Я же тебе говорила: не высовывайся, – проворчала Лизка. – Какого хрена ты устроила?
– Я устроила?! – Я чуть не поперхнулась.
Рядом нарисовалась модельного вида брюнетка со стрижкой каре. На ней были обтягивающие стройные бедра кожаные брюки. Короткий топ-маечка открывал плоский животик с пирсингом в пупке. Ее запястья украшало множество кожаных и веревочных браслетов.
Интересно, а по меркам Лизки ее тоже стоило бы записать в «городские сумасшедшие»?
– Откуда к нам перевелась? – поинтересовалась брюнетка прямо в лоб.
– Эм-м-м… Из Москвы, – повторила я, слегка растерявшись.
– Она имела в виду, из какого ты вуза? – пояснила подошедшая староста.
И я отметила, что что-то в ней переменилось.
Точно! Из взгляда исчезло давешнее превосходство с ложным радушием. Теперь она смотрела прищурившись, как будто я ей чем-то успела насолить. Не любит столичных? Но почему? Личная драма или обычные провинциальные предрассудки? Верит, что в Москве нет обычных людей, а только одни снобы и мажоры живут?
– Ира Сидорова, не может жить в неведении, – ядовито откомментировала Лиза. – Она умрет, если не разузнает все первой.
– Ой, как остроумно, Елизавета! – огрызнулась староста.
– Девушки, а вы точно сестры? – На соседнюю парту через проход от нас уселся тот самый светловолосый красавчик-бугай с зачатками интеллекта.
Ну и здоровенные же тут парни как на подбор!
– Ну так сестры, или нет? – повторил он, когда молчание затянулось.
– А тебе-то что, Драч? – поинтересовалась Лизка.
– Непохожи!
Он хмыкнул и выпрямился во весь рост, демонстрируя разворот могучих плеч и… продолжая протирать взглядом во мне дыру. По аудитории пробежали смешки, и я заметила, как Лизка сжала кулаки, но ничего не ответила.
– Мы – двоюродные, – напомнила я примирительно. – Мы и не обязаны быть похожими.
Парень стоял слишком близко, обдавая запахом чересчур тяжелого парфюма. Нависал, как скала. Отвечая ему, мне пришлось задрать голову. Ситуация была какой-то дурацкой, и продолжать разговор совершенно не хотелось.
– Сейчас вернусь, – шепнула я Лизе и, проскользнув мимо него, выскочила в коридор.
Глава 11
Оказавшись за дверью, уставилась на потолок, переводя дыхание.
И почему у меня ощущение, что ко мне здесь не очень дружелюбно настроены? Я вроде бы ничего такого не сделала, как и просила Лизка. Но не молчать же было вовсе? Это странно…
А, может, все как раз из-за сестры? Отношение к ней на меня проецируется? Не знаю… Это мне еще предстояло выяснить.
Электронные часы в конце коридора подсказывали, что до начала первой пары еще осталось немного времени. Где туалет, я запомнила, когда мы проходили мимо. Вот туда я и направилась, но у входа замерла, натолкнувшись взглядом на двух верзил в костюмах, похожих одновременно на супермоделей и на охрану президента.
– Это же женский туалет? – на всякий случай спросила, хотя табличку с характерным треугольником трудно было с чем-то перепутать.
Верзилы кивнули, не обращая на меня больше никакого внимания.
– Ладно, тогда я зайду… – скорее для себя сказала я.
Проходя между двумя мужчинами, инстинктивно подобралась. Да уж! И как теперь расслабиться, зная, что они за дверью? Что им, вообще, здесь понадобилось? Реально кого-то охраняют?
В туалете было тихо и спокойно. Если тут кто-то и был, то скрывался в кабинке. Я остановилась перед зеркалом, разглядывая себя.
Ну и видок! Свободная коса, которую я заплела на скорую руку, подрастрепалась. Глаза лихорадочно блестели, щеки покрывал румянец. Никогда я не умела прятать эмоции, и что уж! Знакомство с новой группой вышло несколько нервным. Скорее я ожидала игнора, но не думала, что ребята окажутся такими активными.
Шумно выдохнула и оперлась на раковину, пытаясь собраться с мыслями.
– Вам помочь? – Раздался позади женский голос.
Я вздрогнула от неожиданности и уставилась в зеркало на эфемерного вида незнакомку. Нежные черты, прозрачная кожа. Светлые, как у куколки, волосы, почти белые. Огромные наивные голубые глаза, как два омута непорочности. Казалось, обладательница таких глаз физически не умеет лгать. Или же делает это столь виртуозно, что ей даже высшие силы поверят.
Разительный контраст со всеми девушками, которых я сегодня видела. Удивительная красотка и какая-то нереальная!
На незнакомке был нежно-голубой, в тон глазам, блейзер с подкатанными рукавами и джинсы с высокой посадкой. С удивлением я отметила, что вещи брендовые. Причем не из масс-маркета, а… В общем, мы с мамой себе такие марки не позволяли, хотя и не бедствовали.
– Нет-нет, все в порядке! Просто не ожидала, что тут кто-то есть, – поспешила заверить ее я и улыбнулась.
– Простите, что напугала. Я не хотела, – извинилась девушка вполне искренне.
– Да ничего. Просто я не думала, что тут есть кто-то еще, вот и испугалась. Хотя… Это тебя они караулят? – Я указала подбородком на дверь туалета.
– Караулят. Это точно… – С грустью вздохнула девушка и пошла к выходу, но у самого порога остановилась: – Но вы точно в порядке? Выглядите слегка… растерянно.
– Да-да. Первый день в универе, ну… Понимаете, немного потряхивает.
Девушка была такой вежливой, что я вслед за ней невольно перешла на «вы».
– Так вы тоже новенькая? – В какой группе учитесь?
В голосе незнакомки прозвучал интерес. Она приблизилась к зеркалу, проверяя макияж, и мне показалось, что она цепляется за возможность пообщаться.
– В двадцать второй, на экономическом, – ответила я.
– Правда? – оживилась девушка. – И я в двадцать второй!
– Серьезно?! – Отчего-то сильно обрадовалась я. Девушка мне импонировала, и хотелось продолжить знакомство. – Значит, мне не придется быть белой вороной в одиночку.
Мы посмотрели друг на друга и вместе засмеялись. В тот же момент из-за двери туалета раздалось:
– Радомила Всеволодовна, у вас все в порядке?
– Все хорошо, я выхожу! – вдруг изменившимся, твердым голосом ответила она. Быстро помыв руки, девушка снова улыбнулась мне: – Меня, кстати, Рада зовут, а вас?
– А меня Вера.
– До встречи, Вера! И… Можно на ты?
– Конечно!
Резкий, похожий на стон, звук заставил нас резко повернуться. У меня даже сердце заколотилось, такой он был тревожный.
– Здесь есть кто-то еще?
– Не знаю… – взволнованно ответила Рада.
Звук повторился, но уже чуть тише. Я осторожно направилась к кабинке, из которой он доносился. Дверца оказалась чуть приоткрыта, и я протянула руку, чтобы проверить. Если тут кому-то плохо, то он точно находился внутри.
– Вера, не надо, – почему-то прошептала Рада. – Не стоит этого делать!
Но я ее не послушала. Вдохнув поглубже, протянула руку, толкнула дверь и… проснулась.
Стоны никуда не исчезли. Не понимая, что это такое, я приподнялась на локте, прислушиваясь. В комнате по-прежнему царила кромешная темнота.
Сколько времени? Судя по тяжелой голове, поспала я от силы часа два, не больше. Нащупав смартфон под подушкой, включила подсветку экрана, убедившись, что права. Всего лишь без четверти три… А легли мы уже за полночь.
Еще некоторое время я прислушивалась, думая, что разбудили меня засидевшиеся внизу ребята, но в доме стояла удивительная тишина. Похоже, одногруппники довольно рано разошлись по комнатам.
– Ы-ыа-гх! – раздалось от Лизкиной кровати, и я инстинктивно направила туда свет экрана.
Сестра металась по подушке. Ее тело то напрягалось, то расслаблялось, то подергивалось.
Что с ней такое? Кошмар снится, или просто стало нехорошо? И не удивительно!
Лизка же окно законопатила наглухо вопреки обыкновению, и в комнате было ужасно душно. Воздух закончился совсем. Я вдруг поняла, что еще немного и сама брякнусь в обморок.
– Ли-за? – позвала шепотом, но сестра не откликнулась.
Тогда я поднялась и на цыпочках подкралась к окну. Поднырнув под занавеску, потянулась к оконной створке, да так и замерла, увидев то, чего вовсе не ожидала: на террасе шале обжималась парочка.
В девушке я узнала Нинку, а вот мужчину, который покрывал поцелуями ее шею, со спины определить было сложно.
Я отметила, что по традиции Сибирских, он щеголял в одних только штанах, а Нинка – снова была в своих ажурных кружавчиках, несмотря на то что растительность вокруг мерцала, намекая на заморозки.
Откинув голову и прикрыв глаза, Попугаева охотно подставляла под поцелуи шею и грудь, изгибаясь так, словно была гимнасткой. Руки мужчины бесстыдно гуляли по ее прелестям. Полетел в сторону бордовый лифчик…
В этот момент на террасе появилось еще одно действующее лицо. Ярослав! Не знаю как, но сразу поняла, что это он. Удивительно, но в нарушение всех традиций он был одетым.
Ярослав остановился, глядя на любовников. Мужчина оторвался от Нинки, и я не поверила глазам. Савелий?! А казался самым приличным из всех!
Они с братом обменялись короткими фразами, а Нинка стояла как ни в чем не бывало и даже не прятала свои прелести.
Что, черт возьми, это все значит?!
Инстинкты подсказывали, что я стала свидетельницей того, что мне знать не положено, но я словно застыла, не зная, как относиться к увиденному.
Словно почувствовав, что я на него пялюсь, Ярослав вдруг поднял голову, и его взгляд метнулся к моему окну. В тот же миг я присела, прячась за подоконником. Видел он меня или нет? Все-таки в комнате было темно.
Осторожно выглянула снова, убедившись, что брат Рады шагает к гостевому дому. Зачем ему сюда?!
Под оглушительный грохот собственного сердца я на четвереньках выбралась из-под занавески и бросилась к Лизке. Яростно принялась тормошить ее за плечо.
– Проснись! Скорее! Да вставай же!
– Если это не пожар, я тебя убью! – сонно проворчала сестрица.
– Хуже!
– Что может быть хуже пожара? – ответила она уже куда более заинтересованно.
– Разврат! – выпалила я. – Треш, угар и содомия!
Лизка офигевше захлопала глазами в свете экрана смартфона – она как раз проверяла, сколько времени. Затем, зевая, проворчала:
– Блин! Зарядки мало осталось. И… кто спер воздух?
– Ты! – выпалила я не сомневаясь и схватила Лизку за штаны – она как раз поднялась, намереваясь проветрить комнату. – Не подходи!
– Вер, ты чего такая подорванная?
