– Караулят. Это точно… – С грустью вздохнула девушка и пошла к выходу, но у самого порога остановилась: – Но вы точно в порядке? Выглядите слегка… растерянно.
– Да-да. Первый день в универе, ну… Понимаете, немного потряхивает.
Девушка была такой вежливой, что я вслед за ней невольно перешла на «вы».
– Так вы тоже новенькая? – В какой группе учитесь?
В голосе незнакомки прозвучал интерес. Она приблизилась к зеркалу, проверяя макияж, и мне показалось, что она цепляется за возможность пообщаться.
– В двадцать второй, на экономическом, – ответила я.
– Правда? – оживилась девушка. – И я в двадцать второй!
– Серьезно?! – Отчего-то сильно обрадовалась я. Девушка мне импонировала, и хотелось продолжить знакомство. – Значит, мне не придется быть белой вороной в одиночку.
Мы посмотрели друг на друга и вместе засмеялись. В тот же момент из-за двери туалета раздалось:
– Радомила Всеволодовна, у вас все в порядке?
– Все хорошо, я выхожу! – вдруг изменившимся, твердым голосом ответила она. Быстро помыв руки, девушка снова улыбнулась мне: – Меня, кстати, Рада зовут, а вас?
– А меня Вера.
– До встречи, Вера! И… Можно на ты?
– Конечно!
Резкий, похожий на стон, звук заставил нас резко повернуться. У меня даже сердце заколотилось, такой он был тревожный.
– Здесь есть кто-то еще?
– Не знаю… – взволнованно ответила Рада.
Звук повторился, но уже чуть тише. Я осторожно направилась к кабинке, из которой он доносился. Дверца оказалась чуть приоткрыта, и я протянула руку, чтобы проверить. Если тут кому-то плохо, то он точно находился внутри.
– Вера, не надо, – почему-то прошептала Рада. – Не стоит этого делать!
Но я ее не послушала. Вдохнув поглубже, протянула руку, толкнула дверь и… проснулась.
Стоны никуда не исчезли. Не понимая, что это такое, я приподнялась на локте, прислушиваясь. В комнате по-прежнему царила кромешная темнота.
Сколько времени? Судя по тяжелой голове, поспала я от силы часа два, не больше. Нащупав смартфон под подушкой, включила подсветку экрана, убедившись, что права. Всего лишь без четверти три… А легли мы уже за полночь.
Еще некоторое время я прислушивалась, думая, что разбудили меня засидевшиеся внизу ребята, но в доме стояла удивительная тишина. Похоже, одногруппники довольно рано разошлись по комнатам.
– Ы-ыа-гх! – раздалось от Лизкиной кровати, и я инстинктивно направила туда свет экрана.
Сестра металась по подушке. Ее тело то напрягалось, то расслаблялось, то подергивалось.
Что с ней такое? Кошмар снится, или просто стало нехорошо? И не удивительно!
Лизка же окно законопатила наглухо вопреки обыкновению, и в комнате было ужасно душно. Воздух закончился совсем. Я вдруг поняла, что еще немного и сама брякнусь в обморок.
– Ли-за? – позвала шепотом, но сестра не откликнулась.
Тогда я поднялась и на цыпочках подкралась к окну. Поднырнув под занавеску, потянулась к оконной створке, да так и замерла, увидев то, чего вовсе не ожидала: на террасе шале обжималась парочка.
В девушке я узнала Нинку, а вот мужчину, который покрывал поцелуями ее шею, со спины определить было сложно.
Я отметила, что по традиции Сибирских, он щеголял в одних только штанах, а Нинка – снова была в своих ажурных кружавчиках, несмотря на то что растительность вокруг мерцала, намекая на заморозки.
Откинув голову и прикрыв глаза, Попугаева охотно подставляла под поцелуи шею и грудь, изгибаясь так, словно была гимнасткой. Руки мужчины бесстыдно гуляли по ее прелестям. Полетел в сторону бордовый лифчик…
В этот момент на террасе появилось еще одно действующее лицо. Ярослав! Не знаю как, но сразу поняла, что это он. Удивительно, но в нарушение всех традиций он был одетым.
Ярослав остановился, глядя на любовников. Мужчина оторвался от Нинки, и я не поверила глазам. Савелий?! А казался самым приличным из всех!
Они с братом обменялись короткими фразами, а Нинка стояла как ни в чем не бывало и даже не прятала свои прелести.
Что, черт возьми, это все значит?!
Инстинкты подсказывали, что я стала свидетельницей того, что мне знать не положено, но я словно застыла, не зная, как относиться к увиденному.
Словно почувствовав, что я на него пялюсь, Ярослав вдруг поднял голову, и его взгляд метнулся к моему окну. В тот же миг я присела, прячась за подоконником. Видел он меня или нет? Все-таки в комнате было темно.
Осторожно выглянула снова, убедившись, что брат Рады шагает к гостевому дому. Зачем ему сюда?!
Под оглушительный грохот собственного сердца я на четвереньках выбралась из-под занавески и бросилась к Лизке. Яростно принялась тормошить ее за плечо.
– Проснись! Скорее! Да вставай же!
– Если это не пожар, я тебя убью! – сонно проворчала сестрица.
– Хуже!
– Что может быть хуже пожара? – ответила она уже куда более заинтересованно.
– Разврат! – выпалила я. – Треш, угар и содомия!
Лизка офигевше захлопала глазами в свете экрана смартфона – она как раз проверяла, сколько времени. Затем, зевая, проворчала:
– Блин! Зарядки мало осталось. И… кто спер воздух?
– Ты! – выпалила я не сомневаясь и схватила Лизку за штаны – она как раз поднялась, намереваясь проветрить комнату. – Не подходи!
– Вер, ты чего такая подорванная?
Сестра неумолимо отдернула занавеску, оторопело уставилась на что-то снаружи, а затем снова ее задернула.
– Ты права! Треш, угар и… Все остальное.
– Там Нинка и Савелий?
Лиза кивнула и заявила серьезно:
– Вера, нам нельзя здесь оставаться!
– Согласна! Лиза, Лиз! Яр их видел, прикинь! Они еще и поговорили о чем-то в подобный момент! А потом… Потом он направился сюда! Я спряталась, но, кажется, он меня разглядел…
Лизка беззвучно выматерилась и, подсвечивая себе экраном смартфона, торопливо принялась обуваться.
– В комнате темно было. Снаружи вряд ли что-то видно, – рассуждала я. – Или видно? Как думаешь?
– Пофиг! Но мне не понравилось, как он на тебя смотрел еще там – у костра.
– И… Что же нам делать?
– Уходить отсюда, и как можно быстрее, – пояснила Лизка и скомандовала: – Собирайся!
Внутри меня все сжалось от приступа мгновенной паники, но я не проронила ни звука, торопливо натягивая влажные кеды. В конце концов, со мной Лизка. Кааак даст, в случае чего!
Вспомнилась вмятина на борту автобуса. Нет, ее точно там раньше не было…
Надев куртку, натянула сверху еще и жилетку, выданную Радой. Потом в универе отдам. Лучше одолжить ее, чем околеть ночью в лесу. Жалея, что не подумала о перчатках и нормальной обуви, выскользнула в коридор вслед за сестрой и была тут же остановлена ею.
– Тс-с-с!
Лиза указала в сторону лестницы, из холла доносился тихий разговор.
– Девушка, меня не интересуют ваши прелести. Так понятней? – послышался негромкий мужской голос.
– У-у, как неромантично! – манерно протянула Ирка.
Оттолкнув Лизу, я осторожно выглянула через перила и увидела у входной двери Яра. Наша староста вовсю с ним заигрывала, мешая пройти.
Такое чувство, что пока мы спали, остальные не теряли времени и вовсю охмуряли братьев Сибирских!
– Откуда я знаю, в какой она комнате? Я за ней не слежу, – разочарованно проворчала Ирка и убралась с дороги Ярослава.
– Верка, он точно за тобой пришел! – прошептала Лиза, стремительно утягивая меня прочь от лестницы по коридору.
На ступенях послышались неторопливые уверенные шаги.
– Сюда! – Сестра едва ли не за шиворот впихнула меня в комнату напротив нашей.
Тихо прикрыв за собой дверь, мы замерли у порога.
Шторы на окне здесь были раздвинуты, и света хватало. Я уставилась на Элину, которая спала в обнимку с Юркой Молоканцевым в одной кровати. Вот это нежданчик! Помнится, она вместе со старостой заигрывала с парочкой Драч-Солод, и когда все так успело измениться?
Пока я удивленно хлопала глазами, Лизка осторожно подсматривала за происходящим снаружи через приоткрытую дверь.
– Уходим! – шепнула она, хватая меня за рукав и увлекая за собой в коридор.
Мы стремительно сбежали по лестнице в опустевший холл и направились к входной двери.
– А остальные? Мы ведь не можем оставить их здесь! – притормозила я на крыльце.
– Ничего с ними не сделается! Лучше о себе подумай. Братик Рады именно на тебя запал. Догонит и сотворит то же, что Савелий сейчас с Нинкой, поняла? И ничего ему за это не будет!
Последний аргумент подействовал на меня как ускоритель. Я понеслась так, что даже обогнала Лизку в какой-то момент.
– Куда! – окликнула меня та и махнула рукой в нужном направлении.
Мы рванули в обход гостевого дома. Не задавая вопросов и сохраняя дыхание, я старалась не отставать от сестры. Лес впереди казался мне пастью, полной острых зубов, и мы устремились прямо в нее!
Миновав место наших посиделок, мы с Лизой преодолели оставшееся до деревьев расстояние, и только потом я позволила себе замедлиться.
– Лиз, не могу так быстро…
Сестра остановилась, прячась за стволом старой сосны… или кедра? Ее глаза так и рыскали по окрестностям. Неужели она хоть что-то там видит? Несмотря на полную луну, которая заливала пространство мертвенным светом, деревья терялись в темноте уже через десяток шагов.
– Отдышалась? Идем! – Сестра уверенно двинулась вглубь леса.
Пытаясь за ней поспеть, я зацепилась за корягу или корень и полетела вперед, зажмурившись и ожидая удара лбом о смолистый ствол. Лизка подхватила меня под локоть.
– Осторожнее! Дай-ка руку.
Так, взявшись за руки, мы шли через ночную тайгу, наполненную жуткими ночными звуками. Шелесты, шорохи, какие-то вскрики… Наверное, этот поход будет снится мне в кошмарах.
Спустя некоторое время глаза привыкли к темноте, и я тоже стала хоть немного что-то различать, но старалась смотреть под ноги, чтобы не было так страшно.
– Думаешь, здесь реально нет забора? – поинтересовалась я, когда мы углубились в лес достаточно далеко, но так и не наткнулись на ограду.
– Похоже. Да и кто придет с этой стороны?
– Ну не знаю…
О том, что где-то здесь бродит здоровенный волк, которого видела Элина, я старалась не думать. Не думать, я сказала!
– Лиз, мы же не заблудились? – спросила я, когда продрогла насквозь и окончательно потеряла все ориентиры.
– Дорога где-то там. – Лизка махнула вперед, и я с тоской проводила облачко пара, вырвавшееся из ее рта.
А еще все время чудилось, что кто-то смотрит мне в спину, от чего вдоль позвоночника бежали противные мурашки. Все время тянуло оглянуться, но я держалась. В ночном лесу привидеться может всякое. В том числе и то, чего нет на самом деле – таковы особенности человеческой психики. Моя, расшатанная последними событиями, этого могла и не выдержать.
Резкий сухой звук ударил по ушам, словно выстрел.
– Мамочки! – дрожащим голосом выдала я, едва не подскочив на месте.
