Так не вовремя позвонил мой доверенный человек, сообщив, что партнер не согласен на мои условия. Это было чертовски некстати…
Моя злость закипела втрижды сильнее. Ответив на звонок, невольно рявкнул:
– Да…
Молча выслушав собеседника, сухо промолвил:
– Значит, надо объяснить, что выбора нет. Это твоя работа. Так выполни ее безукоризненно, – а затем сбросил звонок.
Обернувшись, понял, что Анечка сбежала.
Не раздумывая, последовал за ней в особняк. Охрана смотрела на меня странно. Ну и как иначе, если подчиненные прекрасно видели разорванную одежду на моей супруге.
Притормозив, жестом позвал начальника службы безопасности:
– Все убрать в беседке, – приказ моментально сорвался с губ.
–Конечно.
– А заодно предупреди, что, если кто-то откроет рот, в тот же миг лишится работы.
– По этому вопросу можете не переживать.
– Отлично, – я вошел в дом и взлетел по лестнице.
Закрытая дверь стала препятствием. Сначала хотел ее просто сломать, а потом попытался договориться.
И когда Аня открыла, понял, что поступил правильно.
Увидев ее заплаканное лицо, невольно осознал, что пропасть между нами увеличилась…И тут же мысленно выругался.
Аня стала моим наваждением, моим сумасшествием, с которым я сам был не в силах справиться. Эта любовь была и наказанием, и погибелью, и смыслом жизни. Раскаянье накатило волной. Пришло осознание, что своим несдержанным поведением еще больше осложнил наши и так непростые отношения. Я понял, что перешагнул неприступную черту, и чувство вины стало давить, как тяжелый камень.
«Теперь Аня считает, что я монстр, – пронеслось в голове, и тут же пришла другая мысль. – Да в принципе, она давно уже так считает. Я пытался ухаживать и получил отказ, пытался угрожать, в результате заполучил ее тело, но не душу. Эта женщина полностью находится под моим контролем, а даже при таких обстоятельствах не склонила голову и не стала моей. Это не она у меня в рабстве, а я на коленях у ее ног, готовый выполнить любую прихоть. Но увы, Анечка этого не понимает… Да я готов перевернуть весь мир, лишь бы однажды услышать из ее уст заветные слова о любви!»
Хотелось все объяснить, вот только слов, подходящих не находилось.
– Прости, – невольно выдохнул я.
Анюта вскинула голову и пролепетала:
– Что я тебе сделала? За что ты меня раз за разом наказываешь?
От этих слов внутри все сжалось. Я просто не знал, что сказать, не знал, как оправдаться. В голове царила неразбериха.
Поддавшись эмоциям, неосознанно сделал шаг вперед, желая обнять девушку и пожалеть.
Но Аня вздрогнула, вскочила с постели и как-то оказалась у окна.
Она меня боялась
– Не смей ко мне прикасаться, – в женском голосе отчетливо слышались нотки ненависти.
– Успокойся, – промолвил в ответ. Я прошел мимо нее и присел на край постели. Выдержав паузу, вздохнул
– Знаю, что виноват. Прости…
– Простить? – Анна вытерла слезы. – Вчера в ночном клубе ты растоптал меня, унизил на глазах у всех, несколько раз напомнил, что я твоя вещь. Потом заявился среди ночи, наговорил гадостей. А утром, едва проснувшись, решил начать угрожать, на этот раз пистолетом. Влад, ты действительно думаешь, что скажешь «прости», и я обо всем забуду? Ты сам понимаешь, что с нами сделал?
– Что? – невольно буркнул.
– Что? – выдохнула она, а потом через мгновение сказала страшное. – Ты нас изуродовал. И себя, и меня. Ты называешь «любовью» свое болезненное притяжение ко мне, а меня заставляешь «желать» монстра. Ты превратил нас в двух больных людей с искалеченной душой и странным мировоззрением. Мы – два моральных урода. Спасибо тебе.
Аня смотрела на меня так, что сомнений ее словах не возникало. Она долго боялась, терпела, молчала. Складывалось ощущение, что впервые она решилась открыть душу.
Вздохнув, пояснил:
– Прости. Я был пьян. Все вышло из-под контроля. Но я не хотел этого.
Но тут Аня удивила, потому что сорвалась на крик:
– Отпусти меня! Дело не во вчера или сегодня… Неужели ты не понимаешь, что мы оба тонем в ненависти?! – Анечка была непохожа на саму себя…
Наверное, впервые я ее видел настоящей.
Молча сверля девушку взглядом, невольно решил, что позволю сказать ей обо всем, что творилось на душе. Наверное, это было просто необходимо. А еще мне показалось, что это нас сблизит.
Смахнув слезы, Анечка тихо произнесла:
– Наши отношения держатся на страхе и угрозах. Влад, это не любовь… Что угодно, но не любовь. Какое-то безумие, одержимость, болезненная привязанность… У меня ощущение, что я сошла с ума… А как иначе объяснить желание к мужчине, которого ненавидишь?
– Ненавидишь? – удивленно приподнял брови. – Даже так?
Аня осторожно прикоснулась к моей щеке:
– Мы с тобой движемся по одной вымышленной спирали, и да, наша ненависть обоюдна… Ты просто, пока этого не хочешь признать. Мы абсолютно разные, а такая связь… Поверь, не сулит ничего хорошего. Эти отношения не делаю счастливой ни меня, ни тебя.
Приобняв девушку за талию, осторожно стер с ее щеки слезинки и прошептал:
– Родная, это реальность. Я не позволю тебе уйти и сделаю все возможное, чтобы сохранить наши отношения.
Каждое ее слово вызывало в сердце боль, но самое страшное, она была искренна как никогда.
– Отношения? Влад, ты меня не слышишь! Мы с тобой словно говорим на разных языках.
Аня замолчала, видимо, осознав, что спорить бесполезно. Понимая, что конфликт между нами весьма оголен, решил, что об этом мы можем поговорить позже.
– Анечка, давай закроем эту тему и больше к ней возвращаться не будем, – внезапно решил я, посчитав, что так будет лучше.
– Хорошо!
– Любимая, – прошептал, погладив ее по щеке, вынуждая на себя посмотреть. Анна старалась казаться спокойной. Улыбнувшись кончиками губ, уточнил. – Мир?
– Да, – согласилась она и напомнила. – Ты поедешь в офис? Или нет?
– Нужно, – недовольно вздохнул. – На сегодня есть срочные дела, которые отложить никак не получится. Но сначала в душ. А может, – игриво провел пальцами по ее руке. – Вместе?
– В следующий раз. Я договорилась встретиться с отцом. Он уже меня ждет, – сообщила Анна.
– Да? – искренне удивился. – А почему мне об этом ничего не известно?
– Наверное, потому, что вчера ты был занят другим… И мои слова даже не запомнил.
Невольно нахмурился. Почему-то такого разговора я абсолютно не помнил. Анечка явно упрекала меня за невнимательность, и была права. Тут же мысленно решил, что обязательно исправлюсь.
Пропустив укоризненную фразу мимо ушей, промолвил:
– Хорошо, поезжай. Макс отвезет тебя. Я отдам распоряжение.
– Отлично!
Анна подошла к зеркалу, и некоторое время смотрела на свое отражение, а затем обернулась:
– Влад, ты подумаешь над моими словами?
– Какими? – усмехнулся в ответ, делая вид, что не понимаю, о чем идет речь.
Анечка промолчала. Нахмурившись, просто пристально наблюдал за ней. Она желала свободы, но это единственное, что я был не в силах ей дать.
Красивых женщин в мире очень много, покорных, знающих, что мужчине нужно, а вот особенных… единицы.
Аня относилась ко второй категории. Эта девушка была идеальна – красива, умна, из приличной семьи, получила хорошее образование. В ней чувствовалась порода, иначе и не скажешь. И лишь один изъян все портил – она не любила меня и вряд ли когда-нибудь полюбит. Это было уже очевидно…
Невольно возникла мысль: «Разве в подобном случае можно стать счастливыми?», а потом в голову пришла известная фраза о том, что кто-то любит, а кто-то позволяет себя любить. И тут я все окончательно решил. Обручальное кольцо свяжет нас навсегда, впрочем, как и совместные дети. Решив, что наш разговор в дальнейшем приведет к тупику, холодно промолвил:
– Аня, передай отцу, чтобы позвонил мне.
– Зачем?
– Нам необходимо поговорить, – сухо произнес я.
– О чем?
Раньше времени в свой план посвящать девушку даже не собирался… Пусть все станет для неё сюрпризом. Наверное, так будет лучше для всех.
– Влад?! – Аня подошла ко мне. – Что-то случилось? Расскажешь?
– Не переживай, – с нежностью погладил ее по щеке. – Это лишь бизнес, и не более. Есть вопросы, которые требуют согласования. Передай отцу, пусть мне позвонит. Хорошо?
В ответ девушка кивнула.
– Умница, – коснувшись ее щеки, нежно погладил. – Поезжай. Тебя отвезут.
– Спасибо.
Развернувшись, направился в душ.
Глава 5
Анна
Когда машина подъехала к кафе в центре города, я сообщила водителю:
– Меня ждать не надо.
– Влад Александрович, таких распоряжений не давал. Я подожду тут, – сухо промолвил Макс.
Окинув его пристальным взглядом, качнула головой:
– Не надо. Я сейчас встречаюсь с отцом, а потом, мы с ним отправимся на прогулку. Ты будешь лишним. Если считаешь нужным, позвони Владу. Уверен, он со мной согласится. Это мой папа!
– А как вы доберетесь домой? – послышался вопрос.
– Отец отвезет, – рявкнула я и вышла из автомобиля. Прежде чем закрыть дверь, наклонилась и добавила. – Уж, поверь, папа меня не бросит. Понял?
– Да.
– Отлично, – невольно хлопнула дверцей.
Максим безумно раздражал. Возможно, он был неплохим человеком, но служил цепным псом у того, кто меня пленил, и это о многом говорило. Общаться с этим мужчиной совершенно не хотелось.
Я надеялась, что он услышал. Оглядевшись по сторонам, направилась к центральному входу.
Едва вошла в кафе, меня окутала искусственная прохлада, созданная кондиционером.
Небольшой зал выглядел весьма уютно. Деревянные столики стояли по периметру. Светлые окна украшали живые цветы. Тут царила атмосфера покоя и уюта. В воздухе пахло свежей выпечкой, ароматом кофе и легкой ноткой ванили с примесью корицы.
Бармен за стойкой в кофейных чашках ловко «создавал» невероятные шедевры в виде рисунков. Официанты, молодые парни в черных футболках и джинсах замерли рядом в ожидании посетителей.
Зал был почти пуст. Бегло оглядевшись, я увидела за столиком у окна отца. Он читал газету, совершенно не замечая того, что происходит вокруг.
За прошедшее время он весьма постарел. В темных волосах запутались ниточки серебра, которые уже было скрыть невозможно. Папа похудел и казался бледным. К сожалению, многочисленные неприятности оставили на нем свой неизгладимый отпечаток.
Мое сердце невольно сжалось. Нам всем пришлось так много всего пережить за эти месяцы. Медленно подойдя к столику, тихо поздоровалась:
– Здравствуй, папа.
Он вскинул голову и с теплотой улыбнулся:
