Страница 4 из 7
К бесконечному огорчению графа, младшим среди судей он был исключительно по должности. В год совершеннолетия Рэйчел граф Уилби должен был отмечать свое семидесятилетие.
– Разве он не был женат трижды? – с сомнением уточнил герцог, смутно припоминая скандал, связанный с этим именем.
– И трижды вдовец. – подтвердила Вивьен. Впереди показались огни торговой галереи, и она поспешила сменить тему. – Вот мы и на месте.
Но герцог не желал так просто завершать разговор.
– А ведь если задуматься, я совершенно ничего о вас не знаю, леди.
– И это замечательно. Для меня было бы крайне опасно, случись дяде моей конкурентки знать обо мне что-то важное. Возможно, уже завтра я пожалею о том, что сейчас так необдуманно разоткровенничалась.
– Мы не враги, Вивьен. И я не желаю вам зла. К тому же, обо мне вы знаете уже достаточно.
– Ого, даже по имени назвали… Какая возмутительная фамильярность. – усмехнулась она. – Однако, почти всё, что я о вас знаю, известно всем, кто покупает по утрам «Сплетника».
– И вы покупаете?
– Ну разумеется! – без всякого стеснения призналась Вивьен, хотя читательницы этой скандальной газетки, по виду и качеству больше похожей на дешевую брошюрку, предпочитали не афишировать свое увлечение столичными сплетнями. Что не мешало им, впрочем, с живейшим интересом обсуждать заданные «Сплетником» темы. – Где еще я узнаю свежайшие слухи? В моем деле нельзя быть небрежной и не следить за темами, которые интересуют моих клиенток.
Двустворчатые двери торговой галереи перед новыми посетителями распахнули два молодых, расторопных привратника. Вивьен первой впорхнула в теплое нутро крытой галереи, стряхивая с волос снежинки. Воздух переполняли различные ароматы, сами по себе вполне приятные, но смешавшись между собой, они превратились в удушливую смесь, вызывая желание прикрыть нос платком или чихнуть.
– Вы знаете, где находится нужный нам магазин? – спросил герцог, равнодушно осматриваясь. Высокие, сводчатые стеклянные потолки терялись в темноте вечера. Всё освещение располагалось на уровне первых этажей, из-за чего создавалось ощущение, будто над головами у посетителей находится бесконечное ночное небо.
«Вуаль» состояла из двух пересекающихся сквозных галерей и насчитывала не меньше двадцати магазинов.
– Жених графини купил подделку на перекрестке. Значит, туда нам и нужно. – сказала Вивьен и решительно направилась вперед.
– У вас есть план?
– Найти магазин, в котором продают подделки, и запугать хозяина.
– Как же вы собираетесь его запугать? – с улыбкой спросил герцог. На его болезненно-белом, осунувшемся лице она выглядела зловеще. Леди, проходившая мимо и случайно заглянувшая в неподходящий момент герцогу в лицо, содрогнувшись, поспешно опустила взгляд. Вивьен была полностью довольна эффектом, который он производил на окружающих. Хотя надеялась, что благодаря душистому маслу он сможет спать и наконец отдохнет.
– Для этого я вас с собой и взяла. Сначала вы ему улыбнетесь, а если не подействует, представитесь. Пусть знает, что про его незаконные дела стало известно комиссару.
Единственный магазин, торговавший духами на перекрестке, имел безвкусно-золотую вывеску и не вполне пристойное название «Соблазн».
Помещение оказалось небольшим и полностью заставленным стеклянными витринами. За одной из них, установленной прямо в центре магазина и заполненной баночками с пудрой, пузырьками с притираниями и упаковками благовоний, пряталась конторка с торговцем – полноватым мужчиной средних лет с бесцветно-серыми волосами и красной, словно от раздражения, кожей. Одет он был на восточный манер, в дорогие шелка, богато украшенные тонкой вышивкой и камнями.
Заметив Вивьен, мужчина оживился, выпорхнул в тесный торговый зал и расплылся в сладкой улыбке.
– Чего желает прекрасная мисс? В моем магазине вы найдете именно то, что вам нужно. Лучшего качества и по хорошей цене.
Его неприкрытое восхваление собственного дела восхитило Вивьен. Чтобы так нагло врать, глядя в глаза клиенту, нужно иметь особый талант и полное отсутствие совести.
А в том, что торговец нагло врал, она не сомневалась. Флакон поддельных духов остался у Вивьен, и она смогла его изучить. Разобрала на компоненты и осталась недовольна тем, что учуяла. То, что продавали под видом ее «Первой любви», было дешевой попыткой приблизиться к истинному аромату. Человек, который пытался сделать копию, обладал незаурядными талантами и катастрофически низким бюджетом.
– Как славно, – она расплылась в улыбке, настолько же фальшивой и пустой, как и улыбка торговца. – Быть может, у вас я смогу купить духи «Первая любовь». Слышали о таких?
Мужчина понимающе кивнул, потер полные ладони.
– Вам невероятно повезло, мисс, у меня как раз остался последний экземпляр…
Он быстро нашел и преподнес флакон духов, смутно похожий на те, которые продавала и сама Вивьен. В ярком свете низких светильников стекло ослепительно блестело.
Передав ей духи, торговец намекнул, хитро сверкая глазами, что на этот аромат есть еще один покупатель, но, так уж и быть, он готов продать их Вивьен прямо сейчас. Когда же она спросила, откуда у него эти духи, мужчина сообщил, что получил партию прямо от их создательницы.
Говорил он так уверенно и был настолько спокоен, что Вивьен была потрясена его наглостью, вместо того чтобы злиться.
– Правда? Она сама доставила вам партию?
Стекло флакона сияло, как самая настоящая драгоценность, но в руке ощущалось совсем не так, как оригинал. Вивьен разочарованно покачала головой.
– У меня есть связи со многими талантливыми парфюмерами столицы.
– Вы слышали? Меня назвали талантливым парфюмером. Обязательно передайте это племяннице. – Вивьен обернулась назад, ко входу в магазинчик, где остановился герцог, с сомнением рассматривавший пузатый бутылек лосьона для волос. Перечень чудодейственных возможностей лосьона поражал воображение.
Герцог повел плечами в ответ на ее слова и продолжил рассматривать содержимое витрины.
Вивьен же обернулась к торговцу.
– Только, уважаемый, я совершенно уверена, что никогда и никому не отправляла свои духи для реализации.
– Что? – мужчина все еще улыбался.
– Говорю, вы выдаете какую-то опасную для здоровья дешевку под видом моих духов и имеете наглость врать, что я лично поставляю вам эту дрянь?
Наконец торговец перестал улыбаться. Расправил плечи и выпрямил спину, все это время услужливо сгорбленную.
– А доказательства у вас есть? Как вы, дамочка, докажите, что вы придумали эти духи? Думаете, заявитесь сюда, оклевещете честного человека и всё?
– Честного человека? – Вивьен сжала флакон в кулаке. – Давайте спросим у господина полицейского, кто из нас честный человек, а кто наглый мошенник. Ваша светлость, рассудите нас!
Адриан медленно подошел к мужчине. Упоминание полиции не насторожило торговца, что Вивьен совсем не понравилось. Он оставался все так же самодовольно-невозмутим. Будто в полиции у него уже имелись прочные связи.
Когда же герцог представился, торговец загрустил. Вся самоуверенность вышла из него с долгим выдохом.
– Вчера ко мне приходила ваша клиентка. Она опробовала на себе вашу подделку, – Вивьен помахала в воздухе флаконом, – и обзавелась сильным раздражением. Потому что компоненты, которые были использованы в подделке, токсичны. Их больше десяти лет запрещено использовать в парфюмерии.
– Я всего лишь продаю то, что мне приносят!
Брать на себя ответственность торговец отказывался, перекладывая вину на других: на тех, кто создавал поддельные продукты, тех, кто изготавливал упаковки и тех, кто по этим упаковкам распределял продукты.
Но его раскаяния никто не ждал, Вивьен хотела знать имя того, кто смешивал для него духи. Торговец охотно дал не только имя, но и адрес парфюмера. Он готов был сотрудничать, конечно, в разумных пределах, только бы поскорее избавиться от проблемной гостьи и ее опасного сопровождающего.
Впрочем, Вивьен и сама не хотела задерживаться в этом месте дольше необходимого. Узнав всё, что хотела, она засобиралась.
– Было приятно иметь с вами дело. Надеюсь, впредь нам никогда не придется встречаться. Если вы желаете того же, прекращайте продавать подделки на мои ароматы. – произнесла Вивьен, с удовлетворением рассматривая неровный, нервный почерк торговца на вырванном из учетной книги листе. Адрес был ей незнаком, она никогда не слышала о такой улице, но не сомневалась, что сможет выяснить, где она находится.
Торговец неохотно согласился, что впредь им действительно не стоит больше видеться, пообещав также, что сделает всё возможное, чтобы никогда больше не обратить на себя ее внимание.
Аккуратно сложив лист бумаги, Вивьен убрала его в ридикюль и похлопала Адриана по плечу.
– На этом всё. Можем идти… Ах да, – она подхватила флакон с поддельными духами, отставленный на время на конторку, и помахала им в воздухе, – разумеется, это я изымаю, чтобы оградить вас от соблазна распродать остатки.
Торговец не стал спорить, только попросил комиссара ненадолго задержаться.
Вивьен покинула магазин первой и задумчиво осмотрелась. В «Вуали» до этого дня она не бывала ни разу и сейчас с интересом рассматривала полностью стеклянные стены магазинчиков, сквозь которые хорошо было видно торговый зал и все представленные там товары.
Заинтересовал ее магазин посуды напротив. Вивьен пересекла перекресток и остановилась перед стеклянной витриной, не заходя внутрь. Она рассчитывала, что герцог ее заметит, все же перекресток в этот час был достаточно малолюден.
Но случилось так, что герцога заметили раньше, чем он нашел свою спутницу. Девушка имела поистине невероятную смелость и устрашающую целеустремленность. Не обращая внимания на болезненный вид мужчины, она решительно приблизилась к нему. Адриан в этот момент высматривал среди редких посетителей галереи Вивьен, не сразу заметил подошедшую девушку и был крайне удивлен, когда она обратилась к нему.
– Мы были представлены друг другу в прошлом году. – Девушка решительно смотрела в его лицо. – На балу дебютанток.
Адриан никак не желал ее узнавать, и это подтачивало уверенность девушки. Она предприняла отчаянную попытку:
– Мэделин моя подруга…
– Ах да, – он сдержанно улыбнулся, припомнив перепуганную девушку в воздушном нежно-голубом платье, цеплявшуюся за руку его племянницы на последнем балу дебютанток, – леди Куинси. Бесконечно рад видеть.
Осмотревшись, Адриан спросил:
– Вы без сопровождения?
Леди указала на девушку, рассматривавшую шляпки, выставленные на витрине соседнего магазинчика.
– Мы приехали за лентами. Подготовка к рождественскому балу… Вы же понимаете. Все необходимые покупки мы уже сделали, а сейчас хотели выпить чаю перед тем, как ехать домой. Неподалеку есть просто удивительная кондитерская. Открылась она совсем недавно, но все десерты там изумительно вкусные. Не сочтите за наглость… но… – Она окончательно растеряла всю смелость и замолчала, набираясь сил для самого главного вопроса.
Герцог терпеливо ждал. Он уже нашел взглядом Вивьен и мог себе позволить проявить немного внимания к покрасневшей от смущения девушке. Меньшее, что мог сделать для нее Адриан – дать возможность до конца высказать свое предложение, перед тем как отвергнуть его. Нельзя сказать, что такая забота о чужих чувствах была ему свойственна, особенно в периоды бессонницы, но после недолгого общения с Вивьен настроение его значительно улучшилось.
И леди наконец собрала необходимый минимум смелости, чтобы закончить свою мысль:
– Вы не желаете составить нам компанию?
Она погрустнела, когда герцог мягко отказал. И стремительно расцвела, когда он добавил:
– Я уже сопровождаю одну мисс.
– Правда? Неужели Мэделин тоже здесь?
– Не она. – Адриан указал взглядом на Вивьен, приникшую к стеклу магазина напротив.
Словно почувствовав чужие взгляды, она обернулась и удивленно приподняла брови, размышляя над тем, стоит ли приблизиться или безопаснее будет сделать вид, что она ничего не заметила, и вновь вернуться к любованию прелестным чайным сервизом из хрусталя.
С сожалением отступив от витрины, она все же поспешила к герцогу. Он помог ей в деле с этим мошенником, называвшим себя торговцем, и Вивьен следовало оказать ответную услугу.
– Что-то не так? – спросила она, приблизившись к Адриану. Девушка рядом с ним смотрела на Вивьен с откровенным подозрением.
– Мы не представлены друг другу. – сказала девушка.
– О, это легко исправить…
После неловкой и короткой беседы Вивьен все же удалось вырвать герцога из робких, но цепких когтей леди.
Уже покидая торговую галерею, задумчиво рассматривая его бледное и уставшее лицо, она с недоумением призналась:
– Вы ведь сейчас больше на поднятое нерадивым некромантом умертвие похожи, чем на завидного жениха. Неужели леди Куинси имеет проблемы со зрением?
Адриан закатил глаза, но ответить не успел. Вивьен уже утратила интерес к этой теме. Ее куда сильнее интересовал другой вопрос:
– Впрочем, неважно. Лучше скажите, что от вас хотел тот бесчестный господин? Что-то странное предлагал?
– Можно сказать и так. Он хотел знать, сколько вы мне платите.
Вивьен оскорбленно поджала губы.
– Каков мерзавец! Выходит, он решил, что я вас подкупила, и хотел перекупить? И что вы ему сказали?
Адриан кашлянул, сдерживая смех. Возмущение Вивьен выглядело в высшей мере забавно, потому что любой человек сказал бы, что подкуп имел место быть ровно в тот момент, как комиссар принял душистое масло и отправился с ней в торговую галерею.
– Признался, что ему со мной не расплатиться.
– Что? Но я вас не подкупала!
– Флакон в кармашке моего жилета свидетельствует об обратном.
– Это был подарок. Жест дружеской заботы, если хотите. – огрызнулась Вивьен. – И даже если вы считаете это подкупом, я совершенно точно видела в магазине того мошенника бутыльки с душистыми маслами. Уж такой валютой он бы расплатился с вами без труда.
– Несомненно, они там были. – согласился герцог. – Но ничем из всего ассортимента магазина я бы не рискнул пользоваться.
Вивьен согласно кивнула. Она бы тоже не осмелилась наносить на себя хоть что-то из товаров мошенника. Ее возмущало то, с какой беспечностью люди готовы были продавать некачественные вещи, но еще больше ее злило несовершенство закона, который позволял этому происходить.
Как честный делец, заботящийся о своем добром имени, Вивьен строго следила за качеством продаваемых товаров. Ей трудно было принять, что не для всех это было важно.
– Но обязательно воспользуйтесь маслом, которое я принесла вам. – велела она. – На днях я вас навещу и непременно узнаю, если вы проигнорируете мою заботу.
Герцог заверил, что не посмеет так ее оскорбить, хотя и не был уверен в том, что душистое масло как-то ему поможет.
Покинув торговую галерею, не обсуждая дальнейший путь и не сговариваясь, они вновь направились к мосту.
– Вы не желаете написать жалобу на этого торговца? – спросил Адриан.
Вивьен покачала головой:
– Даже если я подам на него в суд, он вряд ли сильно пострадает, но того, кто создавал для него подделки наверняка арестуют и отправят в шахты. Мне бы не хотелось, чтобы человек, достаточно талантливый, чтобы разобрать мои духи на компоненты, надышался угольной пыли и умер.
Адриан понимающе кивнул. Хотя вероятность того, что создателя подделок отправят на шахты, была довольно низкой. В последний раз такой приговор получил недоучившийся фармацевт, подделывавший дорогие лекарства, но по его вине погибло несколько человек – это и послужило причиной для столь строгого приговора.
