Отцепил мои пальцы одним махом, втолкнул внутрь.
Дверь с грохотом захлопнулась за спиной. Щёлкнул замок.
Меня накрыло волной ужаса.
Нет!
Только не здесь.
Я не вынесу!
Я замерла, уставившись в эту глухую дверь. В ушах зазвенела тишина. Казалось, стены давили на меня. Сжимали со всех сторон.
Это же самая настоящая тюремная камера!
– Мать вашу, эй! Откройте!
Я бросилась к двери, стучала по ней. Долбила кулаками. Но всё было бесполезно. Никто не собирался меня слушать.
Выхода не было.
Оставалось только ждать.
Чего? Пока хозяин смилостивится?
Внутри все вспыхнуло от унижения. Злость проедала душу погаными пятнами.
– Ну и сидите там все! – Я вскинула голову и схватила подол платья.
Красивое.
И что?
Толку от него в этой камере?
Плевать на него. Плевать на все.
Я скомкала юбку и села прямо на холодный пол.
Злилась на себя. На родителей. На этого проклятого Шамиля. Злилась на всё. Слёзы покатились по щекам без остановки.
Опять не удалось.
Шахтаров словно дьявол, просчитывал все мои шаги. Он каждый раз оказывался на пути, не давая мне удрать.
Но на этот раз, кажется, его терпение его окончательно лопнуло.
Потому что чем иначе можно объяснить вот это все?
Разве могла я подумать, что однажды окажусь в таких условиях? Разве мог кто-то из моих коллег предположить, что Лали Бекировна сейчас сидит в самом настоящем каземате?
Как преступница!
А все только потому, что отказалась подчиняться мужчине. Аллах, это же в самом страшном сне невозможно представить!
Я закрыла лицо ладошками и подышала в них.
Холодно.
Аллах, как же тут холодно!
Я обхватила колени руками и всхлипнула.
Холод проникал под кожу. Колол острыми иголочками. Замечательное, но такое тонкое платье прикасалось к телу и вызывало дискомфорт.
Дыхание срывалось.
Пальцы уже застыли и не слушались. Холодно. Мои зубы неподконтрольно выбивали дробь.
Мне нужно тепло…
Иначе я просто усну от холода. А это смерть.
Вдохнув поглубже, я охнула. В глазах потемнело. Сознание уже начало ускользать, когда я вдруг услышала, как замок на двери щёлкнул снова.
Шаги.
Знакомые, уверенные.
Я сидела с закрытыми глазами, но знала, кто это.
Я его уже научилась душой чувствовать.
Шамиль.
Он вошёл и присел на корточки передо мной. Я ощутила, как его теплые пальцы подхватили моё лицо, приподняв за подбородок.
– Пиздец, долбоебы. Лали? Ну что? – его голос был тихим. Но в каждом слове я слышала угрозу. – Готова просить прощения?
Я стиснула зубы так сильно, что челюстям стало больно.
– Пошёл ты к чёрту, Шахтаров, – прошипела я.
Он усмехнулся.
Спокойно. Довольно. Как будто ждал именно этого ответа. Как будто моё сопротивление только раззадоривало его.
– А ты гораздо интереснее, чем твоя сестра, – сказал он неожиданно. – Та была скучной.
– Не смей говорить так об Адели! – рявкнула я, вскидывая голову.
Прогоняя страх, злость хлестнула по венам пламенем.
– Почему? – в его взгляде загорелся неподдельный интерес. – Ты ведь знаешь, что это правда. А ты… ты другое дело, Лали.
– Ты ничего не знаешь про неё!
Я попыталась оттолкнуть его, но он легко перехватил мою руку.
Жесткие пальцы сомкнулись на моём запястье с такой силой, что я вздрогнула. Но в его глазах не было злости.
Только холодный расчёт.
– Я знаю достаточно много, девочка, – он усмехнулся, и эта усмешка заставила меня сжаться. – В том числе и про ваших родителей. Ты же понимаешь, что они отдали мне тебя не просто так?
– Это не так! – слезы снова зажгли веки.
– Да неужели? Тогда почему ты здесь? В этой комнате? Почему они не защитили тебя?
Я стиснула зубы. Не буду я перед ним рыдать. Но от его слов внутри все разрывалось на куски.
Он говорил то, что я боялась признать.
– Они просто тебя испугались, – пробормотала я, сама не веря в свои слова.
– Испугались, – подтвердил он. – Но только за себя. А тебя отдали как вещь. Как разменную монетку.
Я попыталась вырвать руку, но он крепко ее держал. В глазах горели огоньки опасного удовольствия.
– Хочешь, я покажу, за что они тебя продали?
Глава 13
Держа за локоть, Шах вел меня по дому.
Холодно и унизительно было так, что меня колотило. Хотелось просто осесть где-нибудь, стащить с ног туфли.
И просто согреться.
Хотя бы.
Куда, черт возьми, сейчас надо идти?
Теплая рука коснулась спины:
– Лали, в кабинет.
Хм…
Прямо мысли мои услышал. Жалко, что не слышит, как я его сейчас ненавижу.
Тяжелую дверь Шамиль открыл сам. Жестом приказал войти внутрь. Я шагнула в просторный кабинет и остановилась.
В нос ударил запах дорогих сигар и кожи.
Но даже рассматривать ничего не хотелось. Хотелось спать.
– Садись.
Я покорно села.
Вжалась в кажущееся таким теплом кресло. Обхватила себя руками. Сжалась в комочек.
Шахтаров нахмурился.
Снял пиджак и молча накинул его мне на плечи. Аллах, какой же он теплый!
Я вцепилась в ткань, не в силах отказаться.
Легкие наполнил запах одеколона Шамиля. Густой, несколько тяжеловатый. Но не душный. Наоборот.
Внушительный.
– Мадина! – Шах выглянул в коридор и позвал служанку.
Та появилась моментально. Бледная от страха как привидение.
– Принеси чай. Горячий. С мёдом. Быстро!
Я уставилась на него с недоумением.
Откуда эта забота? Зачем?
Час назад он приказал запереть меня в каком-то чулане как животное, а теперь горячий чай с мёдом?
Или он это мне качельки устраивает?
Так это зря, я психологию учила. И знаю, как там правильно реагировать надо на подобные выходки. Все равно ничего не выйдет.
Шах на меня не смотрел.
Вынул телефон и набрал кого-то.
– Зайди, – приказал коротко.
Через минуту в дверях появился охранник. Шах сверлил его взглядом, как будто тот провинился.
– Я сказал – делать так, как я приказал. Что за херня?
