Острой. Новой. Блестит даже!
Только что-то мне от этого еще больше страшно. И зло. Я смотрела на него и не могла до конца раскусить его игру. Он действительно меня убить тут собрался на своем дворе?
Или на понт берет?
Сломать пытается?
Хреново то, что у него может получиться. Это грызло душу акульими зубищами.
Нет, я и раньше сталкивалась с угрозами в свой адрес.
Даже попадала под программу защиты. Не очень приятное было времечко, если честно.
Но ведь это все было направлено только против меня!
А сейчас…
Никита.
Мысль о том, что Пророк может навредить ему, выкручивала из меня жилы.
Я закусила губу и огляделась.
Хороший домик ему отгрохали, пока он на зоне чалился. Не маленький. И упаковали отлично. Отделка шикарная.
Я про него не знала.
Значит, уже после суда эту нору построили. А что, расположение удобное. Пригородный лес, участки в котором стоят космически дорого.
И до соседнего можно полчаса по кустам топать.
А уж орать совершенно бесполезно.
И мы тут совсем одни. Курьеры, оглушившие меня в собственном подъезде, были на тачке. Но сейчас ее во дворе не было.
Значит, просто свалили, выполнив задание.
Я сжала пальцы на деревянном черенке.
Западня.
С одной стороны – я и Никитос. С другой – Пророк. Какие у меня варианты? Согласиться ему помогать и попробовать соскочить?
А как?
В полицию пойти?
Пф…
Но к делам меня действительно не подпустят. Про официальный запрос даже думать нечего. Полномочий у меня никаких нет. Пусть Пророк издевается, но юридически я действительно на пенсии.
С заслуженным, сука, значком «Отличник прокуратуры».
Вот тебе значок. Носи, дурачок…
Я невольно царапнула ногтями деревяшку.
Что делать-то?
– Давай тут? – Пророк с уже застегнутым ремнем остановился в паре метров от забора. – Гляди, какая у тебя соседка будет! Заодно и подпитаешь ее.
Наверное, в моих глазах слишком ясно читался ужас.
Потому что Пророк ласково похлопал тонкую березку, про которую говорил, и издевательски улыбнулся.
Я попыталась призвать разум к порядку.
Объективно: почему он обратился именно ко мне? Неужели у вора в законе, даже после лишения регалий, нет других, более надежных вариантов?
Я же была простым прокурором!
Обычным.
Только разве что его дело вела и все. Видимо, поэтому. Но ни про какой список свидетелей, тем более, засекреченный, я понятия не имею. Что за бредятина?
Секретят обычно все дело.
Но это явно не тот случай.
Да и вообще…
Можно было бы выйти на более высоких людей. Сэкономить решил, что ли? Не платить за услуги?
Да ну, бред. Пророк не из таких. И вообще воры любят жить на широкую ногу. У них для этого есть все возможности.
– Жарко, пиздец.
Он вдруг запрокинул руки вверх.
Стянул с себя футболку через голову. Показательно поиграл передо мной мышцами. Показал себя во всей мужской внушительной красе.
– Настюш, не тупи. Раньше сядешь – раньше выйдешь! Давай, копай!
Я покачнулась.
Шпильки туфель провалились в мягкий чернозем.
Блядь…
Из груди рвался истеричный визг, но я молчала.
Обхватила чертову лопату, воткнула ее в землю. Копать? Ладно. Я буду копать. Может быть, от физической работы умная мысль в голову придет.
Хрен знает, ну, вдруг повезет?!
И я сумею выскрестись отсюда. Потому что пока что у меня только шок и полная неразбериха внутри.
– Дебил, – втыкая лопату повторно в грунт, прошипела я. – Придурок чертов. Зек придурочный!
– Что ты там шепчешь, Настюш?
Я раздраженно выпрямилась.
Хорошая лакированная кожа туфель была уже безнадежно испачкана.
– Никак не могу понять, почему ты такой тупой, Пророк! – я зло посмотрела на подходящего ко мне мужчину. – Даже если бы я хотела тебе помочь, я не в состоянии этого сделать. Я уже больше трех лет не в системе. На мне клеймо! Я даже не общаюсь ни с кем, потому что это чревато для людей. У меня просто нет связей, понимаешь?
В ответ на этот спич мне достался только ехидный смешок.
Пророк выудил из кармана джинсов вибрирующий телефон. Посмотрел на меня многозначительно и отошел. Пошел по кругу вдоль забора.
Нагнулся, сорвал какую-то травинку.
Начал с кем-то говорить.
Так. Ладно.
Делает вид, что не слышит меня. Не воспринимает.
Господи, я идиотка!
Воровато обернувшись, я бросила быстрый взгляд на Пророка. Достала свой телефон. Боже, храни глубокие карманы и широкие юбки!
Добыть нужный номер из избранных было просто и легко.
Одно короткое слово. Три буквы.
Смс-ка улетела за полсекунды.
Я закусила губу, сдавила телефон в пальцах. Хоть бы получилось! Сообрази, пожалуйста, что я от тебя хочу!
Кроме тебя мне даже обратиться не к кому.
– Ах, ах, моя хорошая, – мужская рука обхватила мои пальцы. – Балуешься?
Пророк прижал меня спиной к своей груди.
Жаркой. Широкой.
Отобрал телефон, сунул его к себе в карман. Обхватил двумя руками талию. Кончики его пальцев почти сомкнулись на моем животе.
Сука, какой же он большой…
Я разучилась дышать. Замерла в его руках. Страшно. Жутко. И безумно отчего-то приятно. Со мной никто так обращаться никто никогда не смел.
Это же я!
Анастасия Думская!
Гроза зеков и просто злобная, циничная и принципиальная сука. Спасибо бывшим любимым коллегам за такой обширный перечень достоинств, ага.
А он…
Пророку было плевать на мою репутацию, по ходу. Ему вообще на все плевать.
Я стояла как вкопанная.
Вернее, как воткнутая. Шпильки-то в земле до самых подошв. И пошевелиться страшно.
– Люблю капризных девочек, – хрипловато пробормотал он. Намотал прядь моих волос на палец. Коснулся кончиком носа мочки уха. – Такая красивая ты, Настюш.
Его ладони пришли в движение.
Проехали по животу вверх. Накрыли полностью грудь. Сжали чувствительно.
Я вытянула шею. Легкие горели от недостатка воздуха. Что сделать? Накрыть его руки своими? Попробовать отстраниться самой? Оттолкнуть его?
Или опять поддаться?
Что его спровоцирует больше?
И на что?
Вот вопрос вопросов!
– Чувствуешь? – Пророк толкнулся бедрами мне в ягодицы.
О, да!
Я чувствовала. Если он там себе под шумок у забора в джинсы не запихнул дубину какую-то, то я весьма впечатлена.
Такой размерчик мне еще не попадался ни разу.
Никитос был зачат весьма скромным агрегатом однокурсника. Просто я тогда, по молодости лет, этого не понимала.
Блядский Пророк!
Кожа на груди съежилась. Соски затвердели и уперлись в плотную ткань бюстгальтера. Ну, приехали, твою мать…
