– На них уже покусились, отобрав еще у нашего отца. Вспомни, тридцать лет назад проклятый император драконов, едва вступил на трон, полностью захватил водный пояс Горного континента. Отобрал нашу часть реки Фенимолы, на которой до сих пор остались деревни сэлонимов. Он поработил живущих там людей, заставил их служить себе.
– Но, Матиас, – возразила я, – после этого Кайтон Даэрд заключил мирное соглашение с папой! И жителей побережий не угнали в рабство, они продолжают вести там хозяйство, хотя и в составе империи Драторин. И наши суда могут ходить по водам реки без препятствий. Для путешествий туда нет запрета.
– Мне стало известно, что Даэрд собирается нарушить договоренности. Просто потому, что человек, с которым их заключили, мертв. До меня дошли вести, что реку Фенимолы переименуют Драконью. А самых сильных из деревенских велели забрать в рабство и увезти в шахты, на Холодный континент. Добывать Орикоты. Для кораблей сэлонимов же воды закроют.
Новость и правда была ужасная. Кайтон Даэрд, кажется, вошел во вкус и жаждет мировой власти. А люди для него – обычный мусор!
– Ты доверяешь своему источнику информации? – спросила я ошарашенно.
– Их было несколько. Не все захотели раскрыть имена, боясь гнева императора, мне передавали их письма. Но и кроме того, было столько знаков, что я уверен: меня ведет рука Гарда Сэлонима. Демиург хочет, чтобы я стал орудием справедливости.
– Матиас! – я бросилась к нему в надежде переубедить, схватила за руки. – Брат, заклинаю тебя от поспешных решений! Мы не выстоим против войск императора Даэрда! Это безумие!
Матиас оттолкнул меня, сняв мои ладони со своих плеч.
– Прежде всего, я сейчас не брат тебе, а король. И даже если ты со мной не согласна, тебе придется принять это решение. А будешь препятствовать – станешь изменницей. Великий Гард обратился ко мне со словами: “Ты должен спасти честь сэлонимов. Верни реку Фенимолы своему племени”. Мы готовим удар по прибрежной границе. Ты поняла меня?
– Да, король, – ответила я бесцветным голосом, зная, что спорить с ним бесполезно.
ГЛАВА 2. Кайтон Даэрд. Император Драторина
– У владыки Дрианы, что на Водном континенте, уже вторая дочь достигла брачного возраста.
Снова этот разговор, будто бы невзначай. Мама себе не изменяет. Знает, что, как почтительный сын, я не сожгу тронный зал в гневе.
– А у наместника на острове Пустыни внучку пора выводить в свет.
– Очень интересно, мама.
Я подлил в бокал медового питья и внимательно посмотрел на родительницу.
– Эти разговоры ты ведешь со мной последние десять лет. Но в нынешний год отчего-то особенно часто.
– Императору нужна жена, – спокойно ответила мать, – ты еще молод, всего тридцать лет, как занимаешь престол, но это не значит, что можно оставлять рождение ровесника на зрелый возраст.
– Я пока не расположен жениться.
Обычно этих слов хватало, чтобы мать отстала. У нас с ней отличные отношения. Главное в них – четкое распределение ролей.
Я ее сын, но был рожден и воспитан, чтобы стать императором. Преумножать владения Драторина и, возможно, захватить весь мир. Разве что кроме эльфийских эрлоинов.
Кайя Даэрд соблюдала правила и вела себя со мной, не переходя разумных границ. Я и ее император, в том числе.
Но она всегда умела тактично донести свою родительскую волю, а после того, как отца не стало, ей приходится делать это за двоих.
Вот и сейчас она вежливо намекает, что я не совсем уже мальчишка и должен задуматься о потомстве. И о соратнице из древнего драконьего рода. Разумеется, мало у кого есть столь блестящая родословная, как у меня. Фамилия Даэрд была у демиургов-драконов, божественной пары, Сайтона и Симоны. От них рождены первые драконы, правители. А племя для своих детей они создали уже вселенской магией.
То же самое было и в остальных парах богов-демиургов, у эльфов и сэлонимов. Всего же наш мир и население в нем создали семь творцов. Три пары и Высший, не имеющий определения, Амистен.
Об этом я размышлял, неторопливо обходя свой тронный зал и рассматривая в сотый раз висящие на его стенах картины с изображением сцен сотворения мира.
Мой взгляд упал на портрет Сайтона Даэрда. Если верить летописям, не просто творца, но и моего предка.
Между нами есть определенное фамильное сходство. И я ношу такую же прическу.
– В твоих словах много правды, мама, – признал я наконец, – согласен, пришло время устроить бал в императорском дворце. И на смотрины пригласить представительниц самых древних семей.
– Ты можешь поручить мне выбрать их для тебя, мой великий сын, – предложила Кайя.
– Буду благодарен, если ты это сделаешь. Пусть ближайшие родственницы владык всех драторий империи прибудут сюда в одно место и время.
– Для подготовки потребуется не менее полугода, Кайтон, – заметила мать.
– Так тому и быть, – согласился я, радуясь, что эта светская повинность откладывается на шесть зеперов, а то и дольше, – займись. Главный орин столицы в твоем распоряжении.
Этот орин, артефакт связи, самый большой не только в Даэре, но и во всем мире. Изготовлен из цельного кристалла орикота и позволяет без малейших помех услышать собеседника хоть из подвала, хоть с вершины высочайшей горы. Именно такой нужен, чтобы связаться с самыми отдаленными уголками моей империи. Ведь и там живут благороднейшие семьи.
Не каждая драконица может стать супругой императора. Только наследница рода, близкого к первым драторинам.
Чем чище кровь, тем сильнее в ней древняя магия.
Высшие драконы живут порой до четырехсот лет. Мне еще нет и первой сотни. Но Кайя права, с наследниками слишком тянуть не стоит, мой отец тому пример. Он был намного старше матери… та и сейчас прекрасно выглядит, и по летам могла бы выйти замуж снова. Но это недопустимо: вдова императора должна оставаться одна. Таков закон.
Я уважаю правила, соблюдаю обычаи и соответствую канонам. И при этом не боюсь менять мир вокруг драконов и для них. Поэтому я и великий правитель.
2.2
После того как я дал согласие на проведение императорских смотрин, прошло два семидневья, половина зепера.
Кайя очень вдохновилась процессом, и я понял, что это было удачное решение. Приятно видеть ее бодрой и воодушевленной.
Эта домоседка даже вновь ощутила интерес к жизни и прогулкам не только вне дворца, но и самой Даэры.
Для драконов расстояния условны.
Когда ты можешь раскинуть за спиной огромные крылья, способные вынести тяжелое драконье тело, какие для тебя существуют преграды?
Боги выделили нас из трех рас, дав возможность и желание летать.
Но Кайя в последние годы ими почти не пользовалась, иногда прогуливаясь в горах пешком, со свитой. И не более того.
Что ж, это ее выбор. Но я был рад, когда она ему изменила.
– Собираешься полетать? – позволил я себе удивиться, увидев мать в “костюме полудракона”. Легкая кожаная безрукавка и обтягивающие брюки, которые не рвутся во время превращения, а растягиваются, становясь чешуей.
– Да, мой император, – улыбнулась Кайя, – отправлюсь на речной пояс, посмотрю на бурные воды Фенимолы сверху. Спущусь погулять по берегу и может, поплавать в лодке.
– Тебе стоит взять свиту, – сказал я, – там хоть и наши подданные, но они сэлонимы.
– Разве границу не охраняет сотня твоих воинов, император Кайтон? – отмахнулась мать.
– Все равно, – я настаивал, – хотя бы будут вторые руки для весел, если ты решишь грести.
– А вот это правильно! – вдруг рассмеялась Кайя. – Какого же мудрого императора у меня получилось вырастить! И заботливого сына.
Мать поцеловала меня в щеку, и этот жест откликнулся в груди теплом. Я приобнял Кайю, пожелав ей отличной прогулки.
– Я вернусь и расскажу тебе о наследнице владыки с острова Спящего дракона, – пообещала она, оглянувшись на пороге, – просто удивительная девушка.
– Наслаждайся прогулкой, не торопись возвращаться, – я изобразил ярость и даже зарычал.
Мать послала мне воздушный поцелуй и убежала беспечно, как девчонка.
Я и не знал, как сильно буду сожалеть о своих невзначай брошенных словах.
Если бы я ее не пустил… Тогда бы я ее спас.
Но после шторма крыльями не машут.
Кайя то ли прислушалась ко мне, то ли и правда увлеклась прогулкой, но не было ее много часов.
Когда Ипиро уже клонился к закату, я отвлекся от свитка с новым торговым предложением эльфов. Они зачем-то хотели выкупить целую ледовую глыбу, одну из тех, что плавают среди вод, омывающих Холодный континент.
Надо бы выяснить, какая им выгода из этого. Возможно, драконам их изобретение тоже пользу принесет.
Спина затекла. Все же я не конторская крыса, а повелитель величайших воинов мира. Поднявшись, я прошелся к окну. И замер. На фиолетовом закатном фоне с юго-западной стороны тянулся по небу шлейф черного дыма. Оттуда, где протекает величественная река Фенимолы.
– Драйт! – закричал я, призывая советника.
Он появился не сразу. И по лицу подданного я понял: случилось что-то дурное.
– Император! – сказал он тревожно. – Поступил сигнал по орину. Начальник береговой охраны сообщил, что сэлонимы попытались захватить речной оплот.
– Пострадавшие, разрушения? – отрывисто спросил я. Мне хотелось раскинуть крылья и самому полететь разобраться.
– Эти глупцы… они вероломно напали, еще до темноты.
– Потому что днем им легче затеряться в толпе сэлонимов, – понял я, – а ночью мой караул совершает регулярный облет побережья.
– Именно, император. Через ваших воинов не прорваться среди ночи. Кто-то их надоумил. Они убили начальника охраны и…
Драйт замолчал.
Я понял все без слов.
– Что с ней?
Горло перехватили чувства, из тех, с которыми я привык справляться с детства. Их вытравливали у меня, выжигали драконьим огнем.
Советник не отвечал. Не решался.
– Где она? – взревел я, чувствуя, как мои зрачки становятся вертикальными, а хребет трещит от вот-вот готовых прорезаться крыльев.
– Она жива?
К моему облегчению Драйт кивнул.
– Дерра Кайя и ее сопровождающий были посреди реки, когда это случилось. Одна из рыбацких шхун оказалась судном мятежников. Оттуда раздался залп. Дерра Кайя была ранена сразу же, не успев обратиться. Но ее верный слуга… он смог ее спасти.
Мы оба молчали. Я ждал продолжения, но пол подо мной начал нагреваться.
– Сейчас вашу мать доставляют в Даэру под охраной троих драконов. Она еще не пришла в сознание, но дышит.
2.3
Я боролся с собой.
Император драконов хотел не мешкая, лететь на место преступления. Оценить масштабы разрушений и покарать виновных.
А сын Кайи Даэрд предпочел бы дождаться, когда мать принесут во дворец, и понять, в каком она состоянии.
Владыка победил.
Он всегда побеждает во мне, поэтому Драторин – величайшая империя Аперфода. А других на нашей планете и нет. Только хаотично раскиданные королевства и владения.
Во мне выжигали чувства. Целенаправленно с детства. И Кайя тоже приложила к тому крыло и руку. Так что она поймет, почему я распорядился собрать со мной двадцать сильнейших солдат.
И немедленно вылетел с ними к речной границе.
По пути нам встретились драконы, несущие паланкин, внутри которого лежала Кайя.
Воины продемонстрировали знак почтения, показывая, что узнали императора, и мы разминулись.
Я не видел Кайю за пологом. Но драконий нюх даже на расстоянии безошибочно распознал запах крови и умирания.
И в груди моей заклокотал огонь.
Убить, сжечь…
