Уничтожить.
Но нет, я не стану уподобляться сэлонимам в глупости, губя собственные владения.
У берегового оплота шла битва. Драконы летали, словно большие сильные птицы, разя сверху огнем.
Сэлонимы, глупые людишки, пытались поражать мою воздушную армию десятками стрел. Временами слышались выстрелы пороховых ружей. Все же подготовились, нашли хоть сколько-то огнестрелов.
Увы, нападающие быстро смешались с местными, моими подданными. Гибли те и другие, без разбора.
Отлетев чуть дальше от средоточия битвы, я превратился в полудракона и щелкнул пальцами.
Тут же рядом со мной оказался маршал Грайт Даурн, также в виде полудракона.
– Мои соболезнования, император, – сказал он тихо, – я видел ее, брал на руки, чтобы положить в паланкин.
– Кто напал, мятежники из деревень или пришлые?
– Приграничье, – подтвердил мои догадки Даурн, – там новый король. Он решил вернуть то, что мы взяли три десятка лет назад.
– Какая же короткая память у этих людей, – процедил я, – сжечь Гардию. Выживших взять в рабство. Добыть и доставить мне их святыню из королевского храма.
– Но… – нерешительно попытался возразить маршал.
– Ты видел Кайю, – сказал я, – ее кровь требует отмщения. Приказываю доставить в мой дворец, и предать казни короля Приграничья и членов его семьи. Расправа должна быть быстрой, не позже следующего полудня после поимки. Воля императора!
Грайт Даурн просто кивнул и увеличил расстояние между нами, чтобы обрести полную мощь дракона.
Я же не спешил лишать себя дара речи. В образе дракона можно обмениваться сообщениями, но ограниченно. Они касаются в основном тактики боя. Отдавать приказы удобнее, когда выглядишь теплокровным.
Осмотревшись, я понял: у мятежников нет шансов. Даже то, что они подставили жителей побережья, их не спасет.
Кто-то встал на их сторону, но большая часть либо спряталась, либо помогала моим воинам. Этим людям было что терять. И они не помнили себя частью Приграничья.
Горели дома и корабли.
Неслись крики ужаса и боли.
Дым, огонь и кровь. Краски и запахи битвы.
С северо-востока небо потемнело. Летело подкрепление. Бесчисленная армия драконов, столько даже и не требовалось, чтобы подавить наступление. Сейчас они зачистят берега и отправятся в Приграничье.
К утру от Гардии ничего не останется. И я даже не собираюсь включать Приграничье в состав империи. Не сейчас. Иначе не получится отомстить. Ведь тогда я буду разрушать свое имущество, которое придется восстанавливать из имперской казны. А этих глупцов сначала надо проучить.
Пусть они залижут раны и наведут хоть какой-то порядок. Там посмотрим. Если и после этого не успокоятся, второго предупреждения не будет, и еще одна территория на карте окрасится в цвета Драторина.
2.4
Лучшая месть – та, что происходит на твоих глазах.
Я присоединился к летящему на Гардию отряду. Тем более что мне проще будет найти святыню сэлонимов. Я знаю, как она выглядит, потому что сам вернул ее прежнему королю. Но раз его детишки настолько неблагодарны, грау побери все былые договоренности.
Столица Приграничья сверху выглядела безмятежно.
Улицы мягко освещают фонари, летний ветерок колышет кроны деревьев.
Гардия располагалась в удачном месте, на Зеленых Холмах, в “мягкой части” континента. Остальная была преимущественно “костлявой”.
У Приграничья был самый удачный выход к морю Сайтона. И от проклятых селений полукровок королевство отделено высокими, непроницаемыми хребтами гор Грау.
Сладкий кусок для любого завоевателя. И столько лет я давал им жить в покое и благоденствии. Сделка была удачной для обеих сторон.
Но теперь сэлонимы смертельно ранили мать императора.
Первый огненный поток ударил по крыше королевского дворца.
Треск ломаемых перекрытий, звон стекла и крики.
Мои воины действовали четко и слаженно.
Я подал знак двоим лететь за мной, к храму сэлонимов при королевском жилье.
Мне нужен ларец, что оберегается семью печатями. Открыть их может только Хранитель. Не знаю, кто это теперь. Если не получится взломать крышку ларца-футляра, я велю найти того, кто владеет перстнем.
Огонь и молнии разбили высокое витражное окно.
Я и мои воины проникли внутрь.
Обратившись полудраконом, я опустился на расчерченный ритуальными узорами каменный пол, прошел к дверям хранилища, собираясь и их сжечь. Но сюрприз, те оказались открыты.
Спиной ко мне у алтаря стоял высокий мужчина, сэлоним.
Вот и хранитель, надо полагать!
Трясущейся рукой он вскрывал печати, одну за другой.
– Отлично! Отдай теперь его мне! – приказал я.
Сэлоним вздрогнул и обернулся, закрывая спиной алтарь.
– Дракон! Владыка! – простонал он. – Пощадите!
Я брезгливо смотрел на этого слизняка. Крепкий, не юноша уже по меркам этих бабочек-однодневок.
Богато одет и тщательно выбрит, в темных глазах плещется ужас.
– Кольцо, артефакт – и можешь убираться отсюда, пока я не передумал.
Я вытянул руку ладонью вверх.
Хранитель положил на нее перстень на цепочке, тонкой, будто бы женской. А потом бережно передал мне продолговатый золоченый футляр.
– Иди! – я указал ему на дверь.
Трус, который даже не попытался отстоять сокровище своего племени, поклонился и поспешно убежал. Что ж, пусть его боги позволят пройти мимо моих парней и остаться живым.
Надев кольцо на мизинец, я открыл коробочку. Артефакт Магики был там. Семь камней демиургов сияли так же ярко, как и тридцать лет тому назад.
Эта святыня изначально считалась человеческой, поскольку связана с именем Фенимолы, их богини. Что ж, людишки, вы не смогли ее сберечь, как и добрые соседские отношения.
Захлопнув крышку, я крепко ухватил футляр, так чтобы, даже когда я обращусь, он надежно был защищен и не выпал.
Выйдя из алтарной, я взмахнул крыльями, поднимаясь к окну, через которое сюда проник.
– Стой, вор! – полетел мне в спину разъяренный женский крик. – Верни святыню, гад чешуйчатый!
А девица не робкого десятка.
Уже возле окна я оглянулся.
Она стояла внизу, в дверях. И с моей точки казалась маленькой и хрупкой. Светловолосая девушка, лица которой я не мог рассмотреть, в роскошном платье, в прическе блеснула диадема. Красавица из благородных. Жаль, я не могу задержаться, чтобы увидеть ее ближе.
Один из моих воинов бросился к ней.
– Оставь девчонку, – велел я ему, – в ней куда больше мужества, чем в ее соотечественнике. Летим дальше. Она заслужила шанс выжить.
ГЛАВА 3. Адела. Бегство из Приграничья
В тот проклятый демиургами вечер мы с Матиасом кидали кости на игральном столике в гранитном зале. Специальная комната для развлечений, здесь собраны все настольные игры мира.
С тех пор как прическу Матиаса дополнила корона, а в имени появился хвостик “Второй”, мы не встречались в игровой ни разу.
А сегодня он заливисто смеялся, пытался жульничать, отвлекая меня от игрового поля, менял фишки местами.
И его глухонемой секретарь, разумеется, способствовал этому обману, помогая рассеивать мое внимание.
То запускал бумажных птичек под потолок, то принимался двигать мебель. Ему все равно, он не слышит. А мне скрежет тяжелых дубовых ножек по гранитному полу казался невероятно громким. Наконец, Матиас сжалился надо мной и подал Алену знак оставить нас.
– Не пойму, король, ты нервничаешь или, наоборот, весел? – спросила я на середине игры. Благодаря ухищрениям брата и слуги, счет был в его пользу.
– Это предвкушение, Адела, – ответил он снисходительно, – у мужчин бывает такое перед великими свершениями.
– Очень надеюсь, что это сулит хорошие перемены нашему процветающему Приграничью, – сказала я осторожно.
– Мы станем не просто процветающими, но великими! – кажется, даже самоцветы на короне Матиаса засияли еще сильнее, когда он это говорил. – Но женщине не дано понять мужской замысел. Вы готовы сидеть на крошечной лужайке, не видя ничего дальше своего носа.
Пропустив мимо ушей его обычные заносчивые выпады, я похолодела, поняв главное.
– Матиас, это случится сегодня?
– Это происходит прямо сейчас!
Король подпрыгнул в своем кресле.
Ох, женить бы его. Жаль, у Аштона нет дочери. Может, тогда бы Матиас немного отвлекся от своих воинственных планов.
Двери гранитного зала с треском распахнулись.
– Ваше величество! – закричал один из военачальников, врываясь без доклада. – Наша армия терпит поражение на прибрежном оплоте Драторина.
– Что? – глаза Матиаса округлились. – Не может быть! Мы все продумали вместе с адмиралами! Все было тщательно спланировано.
– Однако наше наступление подавлено.
– Откуда вы узнали, грау вас побери? – король широким жестом смахнул со стола доску вместе с фишками и кубиками.
– Один из сотников смог связаться с главным штабом, используя полевой орин. И в тот же момент его убили, а шар разбили огненной стрелой. Больше связи с армией нет.
– Отправляйте подкрепление! – Матиас старался говорить спокойно, но я видела, как он побледнел, и на лбу выступила испарина.
– Ваше Величество! – воскликнул воин. – Возможно, стоит усилить воздушную оборону Гардии?
– Я приказываю закончить начатое! – Матиас сжал кулаки. – Срочно шлите подмогу к реке Фенимолы из тех войск, что собраны на границе!
– Принято, мой король, – мужчина склонил голову и вышел.
– Матиас! – закричала я. – Если драконы нападут на Гардию, погибнут мирные люди! Будут разрушены дома!
– Сразу видно, что ты не разбираешься в воинской стратегии, – прервал меня брат, – Кайтон Даэрд не станет разрушать город, в худшем варианте – попытается прибрать его к рукам. Драконы любят, когда все в хорошем состоянии, а это означает длительную осаду, на которую нужны силы…
Матиас гордо посмотрел на меня, проверяя, не ослепла ли я от его блестящих выкладок.
– Так что моя задача – ослабить драконов на границе, отбросить их назад и выстроить свой оплот на берегах Фенимолы. Они направят свои силы туда, чтобы отстоять реку и не спалить все, что там уже построено. И к нам не сунутся. Они не ожидают, что мы перебросим свои главные ресурсы туда же. Мы разгромим их крылатый отряд, подчиним речной оплот, и наша граница станет нерушимой!
– А если император Даэрд захочет нас проучить, в назидание остальным сэлонимам? – тихо спросила я.
– Адела, – свирепо посмотрел на меня король, – а не пойти ли тебе в свои девичьи покои, пока мужчины занимаются делом? Можешь помолиться демиургам, если тебе так станет спокойнее.
– Хорошо, король, так и сделаю, – я поднялась и покинула игровой зал.
Возможно, мне и правда стоит принести молитвы богам. Но сначала зайти в свои покои. Цепочка с кольцом Хранителя заперта в шкатулке в моей спальне.
Но, открыв шкафчик, где была шкатулка, я застыла, не в силах осознать то, что случилось.
