А вот это уже – совместная работа Гончих. То, что отличает их от остальных магов. Главный использовал воду, Сероглазый охладил воздух. Итог – смертоносное оружие, способной проткнуть насквозь любого. Любого, но только не Палача.
Заметив, что рыжая девка выбыла из игры, Коричневый взревел раненным медведем и топнул ногой. Доски под Палачом вздыбился каменными шипами, однако убийца, словно почувствовав опасность за миг до ее появления, отпрыгнул в сторону. Его движения были текучими, как чернила, разлитые по полу.
– Наташа, прижги рану! – заорал Синий.
В его голосе отчетливо прозвучали нотки подавляемой боли. Видимо, к рыжей девке он был привязан сильнее, чем того требовал устав Имперских Псов.
Не знаю, услышала ли его Наташа. Мне кажется, Палач очень постарался сделать так, чтоб она вообще никого больше не слышала. Самое интересное, непонятно, где убийца прячет свое оружие. У него целый арсенал с собой. Колющее, режущее, хлысты, еще какие-то хреновины. Думаю, тут дело тоже в Таланте.
Главный рванул к девке, собираясь, наверное, ей помочь. Но рядом с ним тут же возник убийца. Одним движением он выхватил из складок одежды что-то отдаленно похожее на кнут и, захлестнув им ноги Синего, дернул на себя. Маг взмахнул руками. В ту же секунду прямо рядом с Палачом выскочило ледяное лезвие, от которого он успел отпрыгнуть, но не успел убрать свое оружие. Клинок, созданный Синим и Сероглазым, рассек путы, связавшие ноги Главного.
В следующее мгновение, не давая убийце опомниться, Сероглазый что-то выкрикнул на непонятном языке. Вокруг него закружился маленький смерч, поднимая с пола пыль и мелкий мусор.
– Малек! Какого хрена ты разлегся?! Лора! Тащи её! Уходите! – рявкнул Палач, блокируя очередную атаку мага воздуха клинком.
Надо признать, сегодня наёмный убийца в моих глазах вырос до неимоверных высот. Он был невероятно быстр, тени комнаты словно подчинялись ему, удлиняясь, скрывая, позволяя наносить короткие, точные удары. На данный момент счет был 1:0 в пользу Палача. Не знаю, убил ли он девку совсем, все-таки она – Гончая, уверен, у них есть свои фокусы на случай внезапной смерти, но на данный момент убийца явно был на шаг впереди.
А вот я, как бы, вообще не разлёгся. Я, как бы, полз. Насколько это было возможным. Но крик Палача показался на меня довольно-таки бодрящий эффект.
Я резко поднялся на ноги и бросился к Лоре, уклоняясь от всего, что пролетало рядом. В принципе, до дивана оставалось не более пары метров. Должен добраться целым и невредимым.
Заметив мое приближение Болтун, который несмотря на творившийся вокруг бедлам, лежал на груди девчонки, как приклеенный, моментально вскочил и принялся крутиться на месте, будто заведенный. При этом он издавал звук, похожий на громкий треск. Однажды такое уже случалось. Имею в виду, странные звуковые эффекты в исполнении зверька.
По-моему, горностай, а вернее та, кто находилась внутри него, на что-то намекала, но я пока не мог понять, на что именно. Леонид в моей голове молчал, а языку животных, знаете ли, мы не обучены.
Кстати, про Леонида. Очень странный человек, конечно. Тут настоящее светопреставление творится, а ему хоть бы хны. Я уже понял, что вмешивается он в тех случаях, когда мне грозит реальная опасность. Но… Имеется вопрос. Молчание некроманта конкретно в данный момент как можно расценивать? Это он так сильно в меня верит или ситуация настолько хреновая, что можно не рыпаться?
А вот насчет смерти Леонид снова оказался прав. Что интересно, он говорит: «Смерть» и следом появляется Палач. Любопытное совпадение.
– Уходите! – Снова выкрикнул Палач, метнувшись молнией мимо Сероглазого. Судя по гневному воплю мага, убийца ухитрился его ранить.
– Она не сможет идти! Она умирает! – ответил я Палачу, который как раз увернулся от небольшой каменной глыбы, едва не размазавшей его по стене.
– Прекратите! – Снова попробовала вмешаться Катрин.
Причем делала она это из-под стола, куда ее утащил Клим в самом начале схватки. Затем, поняв, что срать хотели присутствующие на ее драгоценный бордель, дамочка переключилась на меня.
– Ну ты хоть что-то сделай! Унеси ее! Увези! Хоть по полу, но утащи отсюда! И спаси! Слышишь? Если спасешь – я перед тобой в долгу. До конца своей жизни!
– Да как?! – Я в отчаянии попробовал подхватить Лору на руки.
Идея оказалась так себе. Несмотря на то, что девчонка была худой, росту в ней чуть больше моего. Максимум куда я дотащу ее на руках – это до коридора. И все. Дальше просто не осилю.
– Примени сам знаешь что, идиот! – прорычал Палач, отбиваясь от водяного хлыста, который стеганул его по плечу, оставляя мокрый след на черной ткани.
На месте удара тут же появилась кровь. Обильно так появилась. Можно сказать, потекла.
– Пусть сама идет! Иначе мы тут все поляжем! – Крикнул он.
Я завис, бестолково глядя на Лору. Примени сам знаешь, что… Он говорит о некромантии? Намекает, чтоб я воспользовался знаниями Леонида. Сейчас? Здесь?
– Давай, делай что-то, Малёк! – Крикнула Катрин, – Вся надежда на тебя!
А потом, вырвавшись из цепких объятий Клима, выползла из-под стола, подбежала к трехногой вешалке, стоявшей с углу, схватила ее наперес и с громким криком бросилась прямо на мага Земли, который увлеченно долбил Палача острыми пиками, падающими прямо с потолка. Коричневый использовал их как самые настоящие копья.
Все-таки, что не говори, но Гончие есть Гончие. Да, Палач скорее всего убил рыжую девку, вряд ли она выживет с перерезанным горлом, но Псов еще было трое. И сейчас, используя совместные силы, они начали прижимать убийцу.
Катрин с ходу, не останавливаясь, даже наоборот взяв разбег, со всей дури лупанула Коричневого вешалкой прямо по спине. Тот взвыл и удивлённо обернулся, упустив контроль над своими пиками.
– Иди сюда, придурок! – Рявкнула тетка Лоры ему прямо в лицо, а потом вообще взяла и натуральным образом плюнула магу в физиономию.
Я охренел, если честно. Маг тоже. С ним, наверное, никогда так не обращались.
– Она хочет увести их из кабинета… – Флегматично высказался Клим, наблюдая за приступом безумного сумасшествия своей хозяйки. – Ну что ж… Значит, так…
Карлик вылез из-под стола, а потом, раскинув руки, с ревом бросился к Коричневому. Со стороны казалось, будто он хочет обнять мага. Но так как рост Клима, естественно, был раза этак с два меньше, то с разбегу он просто врезался в Коричневого и охаляпил его ноги. Тот, от неожиданности, покачнулся, и чуть не плюхнулся на пол.
– Отличная идея! – Выкрикнул Палач.
Видимо, его слова относились к решению Катрин выманить Гончих из кабинета, чтоб я спокойно мог что-то придумать насчет девчонки, увести ее отсюда.
Убийца снова проскользнул через тени и вынырнул рядом с Сероглазым. Затем, не останавливаясь, вытащил оружие, которое чисто внешне напоминало тонкую рапиру, но с загнутым концом, и вонзил его прямо Гончему под лопатку.
Маг воздуха выматерился, попытаясь вытащить странный клинок. Однако Палач крутанул его, вгоняя тонкий крюк еще глубже. А потом метнулся к выходу из кабинета, увлекая за собой Коричневого, который оказался нанизан на оружие убийцы, как сосиска на вертел.
Через минуту Палач, трое Гончих, Катрин и Клим оказались уже где-то за пределами кабинета. Псы, взбешенные возможной смертью своей подруги, вмешательством жалких смертных в лице хозяйки борделя и карлика, а так же упорством наёмного убийцы, уже по-моему, забыли о своей главной цели. Обо мне и кольце. Вернее, не забыли, конечно. Но несомненно задались целью уничтожить все помехи, которые им сейчас то по спине вешалками лупят, то на крючок насаживают, то пытаются завалить на пол.
«Он прав, мальчишка», – голос Леонида был напряженным, но твердым.
– О-о-о-о-о… Добрый вечер. Давненько вы к нам не заходили! – Рявкнул я вслух, продолжая бестолково топтаться возле Лоры.
Вернее, не совсем бестолково. Тряпку я все же вытащил и приложил ее к плечу девчонки. Самое интересное, как только ткань, пропитанная слюной Охотника, прикоснулась к ране, Лора дёрнулась и застонала. Не знаю, хороший это признак или плохой, но несомненно тряпочка как-то начала влиять на состояние Лисы. Другой вопрос – оставаться здесь нельзя. Мне кровь из носу нужно придумать, как унести девчонку из борделя, при этом, ускользнув от тех Гончих, которые караулят на улице.
«Не ёрничай, мальчишка. Я всегда рядом, наблюдаю. Говорил же, проявлять активность из Безмирья очень сложно. Послушай меня внимательно. Палач прав. Другого выхода нет. Ты должен воспользоваться силой Серой Госпожи. Но это – ходьба по лезвию бритвы. Твоя подружка еще жива, понимаешь? Едва-едва, но жива. Чтобы заставить ее двигаться… нам придется сделать то, что порождает неупокоенных. Это почти как Лича создать, но только из живого человека. Вернее… Дьявол! Как же сложно объяснять тебе все на пальцах!»
Леонид помолчал несколько минут. Мне кажется, он пытался в срочном порядке заняться аутотренингом. Возможно, считал до десяти. Не знаю.
«В общем… Твоя подружка сейчас находится между жизнью и смертью. С нормальным, здоровым человеком не провернешь того, что мы задумали. Он просто умрет. Но состояние Лоры позволяет сделать ее кем-то, похожим на Лича. Не до конца, конечно… Главное, что ее душа еще цепляется за тело, и в этом наш шанс и наш главный риск».
– Что значит «не до конца»?! Как это сделать?! – натурально взвыл я, чувствуя, как паника ледяными пальцами сжимает горло.
«Ее душа еще в теле, хоть и готова отлететь, как испуганная птица», – продолжал Леонид, его голос стал почти гипнотическим. – «Ты должен будешь влить в нее частицу силы Безмирья, не просто энергию, саму суть Пустоты. Эта сила станет временным каркасом для ее угасающего естества. Ты должен будешь вплести в ее ауру эфирные нити Безмирья, каждая из которых – застывший шепот небытия. Этими нитями ты заменишь ее отказавшие нервы, заставишь тело подчиняться твоей воле, но при этом обязан сохранить ту тончайшую, почти невидимую паутинку света, что связывает ее душу с оболочкой. Одно неверное движение – и эта нить оборвется. Тогда она либо умрет окончательно, либо станет настоящей нежитью, бездумной тварью, жаждущей лишь чужой жизни. И то, и другое – провал. Сосредоточься! Ты смог подчинить Охотника, это было грубее, примитивнее, как взять кувалду, чтобы вскрыть шкатулку. Здесь нужна точность ювелира, вживляющего настоящее, человеческое сердце в механизм!»
Я посмотрел на Лору. Ее лицо было безмятежно, словно она уже парила над суетой этого мира. В груди что-то болезненно оборвалось. Нет. Я не дам ей умереть. И в нежить она тоже не превратиться. Я спасу ее, потому что могу.
Глава 3
Стиснув зубы с такой силой, что потемнело в глазах, я встал на колени перед диваном, где лежала Лора, и положил ладонь ей на лоб. По крайней мере, сделать так мне велел Леонид.
«Да, все верно. Теперь нужна концентрация» – продолжил некромант диктовать инструкцию по созданию почти Личей.
Особенно сильно пугало это «почти». Естественно, я боялся, что ни черта у меня не получится, но еще сильнее – что получится слишком хорошо. Что я превращу Лору в самую настоящую нежить. И как тогда быть? У меня будет мой собственный Лич? Люди заводят себе кошечек, собачек, попугайчиков. А я, блин, заведу Лича. Она будет ходить за мной следом и смотреть с укором. Как совесть.
«Концентрация!» – Рявкнул Леонид так громко, что у меня заложило одно ухо. – «Хватит думать всякую чушь! Ты забыл, что я ее тоже слышу!»
А вот с концентрацией, как раз, было не очень. Моя рука мелко дрожала, мысли действительно походили на бред и я ничего не мог с этим поделать.
К тому же, скажем прямо, обстановка совсем не располагала к экспериментам в области некромантии. Грохот боя, развернувшегося в коридоре усилился: треск ломаемой мебели, шипение враждебной магии, яростные выкрики Гончих – «Держи его!», «Водой гаси его, водой!» – и короткие, резкие, почти звериные рыки Палача.
Внезапно в оглушительный шум вплелись новые звуки – звонкий женский крик, полный ярости, и следом – сухой треск, сопровождаемый мужским ревом боли. Удивительное дело, но Катрин и Клим, а голоса принадлежали именно им, упорно продолжали помогать Палачу справляться с Гончими. Люди, обычные, ничем не отличающиеся от остальных, бились плечо к плечу рядом с наемным убийцей, чтоб дать мне шанс спасти Лору.
А я тут, блин… С целым некромантом в башке, с Охотником под боком и некромантшей, запертой в горностае, не могу толком сосредоточиться.
«Не тупи! Они вот-вот вызовут подмогу! Ты тратишь драгоценное время впустую!» – Снова прикрикнул Леонид.
– Иди ты! – Взвился я. – Между прочим, это не так просто, если что! Ясно?! И хватит уже орать в моей башке. Я так оглохну к чертовой матери!
«Все. Достаточно препираться! Как же много от тебя шума… Приступаем к делу. Итак… Вспомни Безмирье! Пепел! Вязкий, удушающий воздух! Абсолютное послушание Охотника! Тот ледяной, могильный холод, который ты почувствовал от духа! Это он! Чистая эссенция подчинения! Втяни его в себя! Но не дай ему поглотить твою собственную волю! Ты – проводник, а не сосуд!»
Я закрыл глаза и судорожно вздохнул, пытаясь ухватиться за эти ощущения. Холод… да, я помнил его. Пронизывающий, чужеродный, абсолютный. Такое чувство, будто он внутри вымораживает каждую частичку тела.
С трудом, но заставил себя мысленно потянуться к этому воспоминанию, к этой мертвой, могущественной силе. И она откликнулась!
Ледяной сквозняк Безмирья, резкий, обжигающий, словно прикосновение самой смерти, ворвался в меня, пробирая до самых костей. Будто кто-то резко приоткрыл дверь между мирами.
Казалось, по моим венам потек жидкий лед, а на языке появился привкус могильной земли. Не то, чтоб мне часто приходилось жевать могильную землю, но я точно знал, что это она сейчас ощущается во рту. Жесть, конечно…
«Есть!» – голос Леонида звучал с примесью… уважения? – «Теперь осторожно, мальчишка! Направь этот поток в нее, в свою подружку. Но смотри, не затопи волной! Пусти тонкий ручеек. Почувствуй ее жизнь… она как тонкая паутинка на ветру, как догорающая свеча в склепе. Ты должен укрепить фитиль этой свечи ледяным пламенем Безмирья, а не залить его воском Пустоты! Ощути ее мышцы, сухожилия, кости… Представь, что это нити марионетки, и ты продергиваешь сквозь них свои, новые – из застывшей тьмы. Твоя воля – руки кукловода, энергия Безмирья – нити!»
– А можно выражаться обычными, простыми словами, а не вот этой литературно-художественной хернёй? – Процедил я сквозь сцепленные зубы, не открывая при этом глаз. Боялся упустить ниточку из Безмирья, которую чудом ухватил.
«Хм… Мне показалось так будет более понятно. Образные сравнения помогают придавать Силе форму.»
– Тебе показалось! Все, помолчи. Пошло дело…
Я сосредоточенно, стараясь не переборщить и не окунуть Лору в поток Силы, льющейся из Безмирья, с головой, принялся осторожненько наполнять ее тело холодом.
Кстати, насчет души… я понял, о чем говорил некромант. Душу девчонки я тоже видел. Вернее, ощущал. Как тусклый, мерцающий впереди свет. Она действительно была похожа на свечу, которая еле-еле горит на ветру, готовая в любую секунду погаснуть. Что интересно, серые с темными нитями ручейки текли по мышцам Лоры, по ее венам, но вот то самое место, где горел огонь, обходили стороной.
Хотя я чувствовал, как эта Сила жаждет поглотить душу Лоры. Как она безумно желает взять ее под полный абсолютный контроль. Но что-то мешало этому. Мне кажется, моя воля. Мое нежелание отдать девчонку Безмирью в полную власть.
Грохот за пределами комнаты стал еще сильнее. Даже с закрытыми глазами я чувствовал, как Палач, Катрин и Клим бьются снаружи.
Крики, яростные вспышки магического света, пробивающиеся сквозь зажмуренные веки, запах паленого мяса, озона и чего-то еще, острого и металлического – наверное крови, становились все сильнее.
Я слышал яростный рев одного из Гончих: «Получай, тварь!», и ответный, полный боли вопль Клима. Затем голос Катрин, властный и ледяной: «Ты ранен. Уходи. Беги в комнаты! Выводи девчонок! Живо!»
Неимоверным усилием воли я заставил себя полностью отключиться от всего, что меня окружает. Дрожащей рукой, через которую текла ледяная, некротическая энергия, коснулся висков Лоры, затем шеи, там, где бился едва заметный пульс – слабый, как трепыхание пойманной птицы. Куда надо приложить ладонь, мне подсказывал Болтун. Вернее, он просто хватал мой палец зубами и тянул его в нужном направлении.
Сила текла сквозь меня, холодная, мертвая, но подчиняющаяся. Я чувствовал, как она проникает в Лору, и это было отвратительно. Я ощущал себя осквернителем, некромантом, творящим нечто противоестественное, но при этом очень четко понимал – другого пути нет.
Я мысленно проникал в ее тело, ощупывая каждый мускул, каждое сухожилие, каждую косточку. Я видел их внутренним взором – не как живую плоть, а как сложный механизм. И в этот механизм я вплетал призрачные нити Безмирья, соединяя их с центром своей воли. Казалось, я выжигаю на ее теле ледяные руны подчинения, заставляя жизненную искру девчонки гореть по моим правилам.
«Поторопись!» – рявкнул Леонид. – «Они позвали ещё одну четверку! Палач не сможет долго! Быстрее, Малек! Ты не готов еще встретиться с Гончими. Они скрутят тебя, как только поймут, кто ты.»
За дверью раздался особенно мощный взрыв, стену кабинета ощутимо тряхнуло. Посыпалась штукатурка. Похоже, явился еще один маг Огня на смену рыжей девке, которая так и осталась лежать тряпичной куклой в углу кабинета. Все-таки Палач убил ее.
– Вставай, Лора, – прошептал я, вкладывая в слова всю свою волю, всю концентрацию и чужую, мертвенную силу, что теперь текла по моим венам, переливаясь оттуда в вены Лоры. – Вставай и иди. Ты нужна мне!
Я открыл глаза, уставившись на бледное лицо довчонки. Естественно, не просто так, не сам по себе. Болтун укусил меня за палец гораздо сильнее, чем до этого и я понял – все. Дело сделано.
Около минуты ничего не происходило. Я даже начал испытывать легкое волнение. А что, если ни хрена не получилось?
Но уже в следующую секунду… Веки Лоры дрогнули. Потом еще раз. Пальцы чуть согнулись, ногти скрипнули по ткани дивана. Медленно, неестественно медленно, она открыла глаза. Взгляд ее был пустым. Абсолютно пустым. Стеклянным, смотрящим сквозь меня, отражающим лишь холод небытия.
Девчонка села на диване, двигаясь резкими, механическими рывками, как плохо смазанный автомат, как марионетка, которую неумелый кукловод впервые заставил двигаться. Ее движения были чудовищно точными и одновременно лишенными жизни. Скрывать не буду, выглядело это достаточно жутко.
– Получилось? – выдохнул я, чувствуя, как по лбу струится пот, а тело ломит от нечеловеческого напряжения. Каждая клетка моего организма кричала от перегрузки.
«Почти», – голос Леонида был мрачным, как самая темная ночь. – «Она на ногах. Сможет двигаться, будет тебя слышать и понимать. Подчиняться. Но это грубая работа, мальчишка. Некромантия в чистом виде. Душа едва теплится, привязанная твоей волей. И она на пределе. И ты тоже. Долго так не протянешь, эта концентрация выжжет тебя дотла. Как только утратишь власть, потеряешь девчонку окончательно. Бегите! Ты должен давать своей подружке точные указания. Ничего лишнего. Как только окажетесь в безопасности, мы займемся ею уже всерьез».
– Чёрт… Какая же это лютая дичь… – Пробормотал я себе под нос, затем поднялся с колен и, глядя на Лору сверху вниз, отдал короткий приказ. – Встань и иди за мной. Нам нужно покинуть это место.
Лицо Лоры не выражало никаких эмоций. Вообще. Но она реально встала. Ее движения были скованными, дергаными, неестественными. Однако при этом девчонка поднялась и замерла, покачиваясь, будто сломанная кукла.
– Замечательно… – Выдохнул я. Хотя, конечно, ни черта замечательного во всем происходящем не было. Но мы хотя бы сможем, наконец, покинуть это «чудесное» место, – Теперь осталось понять, как и куда нам двигаться…
Я посмотрел в сторону выхода, который вел в коридор. Туда ходу точно нет. Там сейчас просто адское пекло. Думаю, самое разумное – воспользоваться потайной дверью, через которую нас привел Клим. Если, конечно, не завалило коридор. Бордель буквально ходуном ходит от взрывов и ударов магической силы. Я так понимаю, о тайном выходе мало кому известно.
В этот момент раздался какой-то особо громкий вопль и на пороге появился Палач. Он был весь в крови – своей и чужой.
С его плеча что-то сочилось, пропитывая черную ткань одежды. Думаю, это тоже, наверное, кровь. В руке он сжимал дымящийся клинок, с которого капала магма – видимо, «подарок» одного из Гончих.
– Дверь в коридоре завалена! – рявкнул он, попутно отпихивая ногой мага Земли, который, видимо, полз следом за убийцей, пытаясь подняться.
Тот согнулся пополам, кашляя кровью, захрипел, завалился на спину и вроде как перестал дергаться.
– Уходите через черный ход. Я вас догоню. Просто выйдите отсюда и все. Дальше будет проще. Отведу в место, которое никто никогда не найдет. – Продолжил убийца, игнорируя труп очередного Гончего, который валялся у его ног.
Внезапно взгляд Палача переместился куда-то мне за спину. Его лицо вытянулось и это, скажем прямо, выглядело пугающим. Мало вещей в этом мире способны удивить наемного убийцу, но он сейчас казался чертовски удивленным.
– Что за херня? – Произнёс Палач с таким выражением, что мне окончательно стало не по себе.
Я резко обернулся и… просто потерял дар речи. Это – мягко говоря.
Прямо за нами с Лорой стояла рыжая девка. Но с ней явно было что-то не так. Вернее с ней уже давно что-то было не так – она умерла. Это понятно. Однако в данный момент Гончая замерла, напоминая механическую куклу и… Лору. Да. Она напоминала Лору. В том смысле, что взгляд Рыжей был таким же пустым, наполненным Силой Безмирья.
И при этом она стояла! Ну то есть не валялась на полу в луже собственной крови, как было совсем недавно, а стояла! Рана на ее шее никуда не делась. Только теперь из нее уже ничего не вытекало и не выливалось. Края стянулись, поэтому след, оставленный оружием Палача, напоминал сейчас какое-то извращенно-жуткое украшение.
