Страница 3 из 4
На первом плане, конечно, был устроен магазинчик со всякой сувенирной мелочевкой – картинками, магнитиками, брелоками и прочим.
За высокими стеллажами с пейзажами и магнитами пряталась особая часть – творческая!
Поцарапанный письменный стол с чайником и набором разномастных чашек, тусклое овальное зеркало без рамы, принесенное кем-то с помойки, поцарапанные диванчики, спертые, кажется, из мусорного бака больницы, потертые советские паласы на полу и целые гроздья колокольчиков, оберегов и «ловцов снов» на специальных проволочных крючках под потолком.
Лия пришла туда в своем обычном наряде – синие джинсы, черная майка, черно-красная клетчатая рубашка сверху и красная бандана на светлых волосах. Поздоровалась с Инной – дежурной по продажам на сегодня, и проскользнула за стеллажи.
С собой девушка принесла папку с эскизами, акварель и гелевую ручку – для проработки деталей. Свет в подвале горел практически всегда – тусклых полуокон не хватало для естественного освещения.
Девушка заняла свободное место за рабочим столом, разложила нитки, но плести не хотелось. Решительно убрав все в сумку, она вынула эскизы и принялась дорабатывать их. Хотелось как-то соединить эти два стиля, ведь эти мужчины сошлись, они явно друзья и много времени проводят вместе.
Что если сыграть на акцентах? Серый пол и вишневый диван? Джинсового цвета стена, а рядом – белая? Сложной фактуры? Добавить металлические стойки со стеклянными полками – и тут же уютные кресла-мешки задорного лимонного цвета?
Лия так увлеклась своей работой, что не заметила, как в подвальчик ввалился Эжен – симпатичный парень лет двадцати семи. Вообще-то, его звали Евгением, но в их команде были уже парень Женя и девушка Женя, поэтому для различий ему придумали такое прозвище.
– Друзья, – немного патетически выдал Эжен, – у нас новый заказ!
Все, кто был в этот момент в подвале, тут же повылезали из углов. Даже Лия отложила свои эскизы и выбралась в центр «творческой мастерской», чтобы узнать, что за кипеш.
– Да-да, «Светоч» пригласили оформить фотостудию для деловых фотосессий! Полный карт-бланш, приличный бюджет и возможность нам всем показать себя!
Все восторженно загудели и тут же начали выспрашивать подробности. Однако Эжен развел руками:
– Мне позвонили два часа назад! Адрес и план скинули на электронку. Сказали, дают две недели на снятие размеров и подготовку эскизов, потом презентация в любой удобной нам форме и решение – работаем мы этот проект или нет.
Гул усилился, но Эжен не зря был лидером – он быстро велел всем собираться и ехать на адрес.
– Там ждут меня и тех, кого я приведу с собой. Снимаем размеры, оцениваем помещение, потом всем неделю на эскизы. Соберемся… в четверг, утвердим лучшие и займемся презентацией. А теперь полетели!
Все художники, декораторы, студенты – снялись как птички и помчались к метро. Лия не собиралась участвовать во всем этом – считала, что не слишком умеет работать с дизайном помещений, но Эжен схватил ее за руку:
– Идем, у тебя с цветовыми сочетаниями хорошо, подскажешь!
Пришлось девушке сгребать все в рюкзачок и бежать вместе со всеми.
В метро Лия встала у окна и задумалась.
Все же ситуация в офисе компании «Оккулус» повлияла на нее. Прежде она забилась бы в угол, за спины друзей и стояла бы там тихо, как мышь, слушая их шумные разговоры. Сейчас же спокойно встала там, где ей было удобно, да еще посматривала на себя в окно, как в зеркало. Потому и перехватила несколько заинтересованных взглядов в свою сторону и… посмотрела в ответ! Сочла, что один мужчина слишком стар, второй – слишком молод, а третий женат, и снова уставилась в стекло. Оказывается, это приятно, когда на тебя смотрят с интересом!
Шумная толпа молодых художников всех мастей вывалилась на станции в вестибюль, и, уже очутившись на улице, все закрутили головами:
– Эжен, куда идем? – чуть не хором спросили все.
– Та-а-а-ак, – предводитель тыкал в экран смартфона, выставляя маршрут на карте, – нам нужен торговый центр… Направо! Потом налево и прямо! Вперед!
Карта привела их к интересному зданию – фасад, выходящий на площадь, принадлежал торговому центру. Двери-распашонки, темное стекло, массивная облицовка и целая полоса известных всему городу названий.
Но торговый центр был «королевой бала», за которой скрывалась «свечка» офисного центра. Там, на седьмом этаже, художников уже ждали. Правда, сначала им пришлось задержаться внизу – вызвать сухопарую даму в строгом офисном платье, представиться ей, получить коллективный пропуск и подняться наверх в небольшом лифте.
Будущая студия для деловых съемок представляла собой угловую комнату в конце общего коридора с небольшим «предбанником», в котором окон не было вообще. Возможно, когда-то это был кабинет мелкого начальника с приемной или просто офис для небольшой фирмочки, неважно. Сейчас от всего остались ровные стены, покрытые обоями «под покраску», бетонный пол, белоснежный потолок и стандартно-недорогие белые двери.
Друзья Лии тут же рассыпались по комнате, оценивая вид из окна, щелкая рулетками и лазерными указками, измеряя все, до чего получалось дотянуться. Девушка же застыла на пороге, осматривая и впитывая в себя пространство. Свет, объем, поверхности… Помещение небольшое, но потолки высокие, а значит, это можно использовать… Может быть… качели? Столы и кресла есть в офисах, сделать фотосессию на рабочем месте дело получаса, а вот показать серьезных дяденек и тетенек в другом образе…
Лия быстро писала в блокноте то, что приходило ей в голову – настольная железная дорога, конструктор – тот, старый, с алюминиевыми деталями и настоящими инструментами… Еще хорошо бы найти старинный «докторский» саквояж, набор фуражек, пилоток и париков, как в детском саду! И… песочница! Нужна настоящая песочница с чистым белым песком и формочками!
Закончив записи, девушка осталась в опустевшем помещении. Друзья собрались в «предбаннике» за обшарпанным столом, выкрикивая свои идеи, спорили, обсуждали. Лия молча сняла размеры, потрогала руками стены, окна, записала кое-что и подошла к даме, молча наблюдающей за общим бедламом. Протянула ей листочек из блокнота. Та немного нервно встрепенулась:
– Что? – потом прочла написанное, смутилась: – Понятно, не говорите, но слышите. Да, стены и потолок капитальные, тонкая перегородка отделяет приемную от кабинета. Как вы понимаете, для студии приемная нужна.
Лия покивала и показала следующий вопрос.
– Монтажные работы? Закрепление оборудования на потолке и стенах? На это требуется специальное разрешение, если вес оборудования превышает установленные нормы. Я сейчас найду нормативы… В остальном ничего сложно нет, здание принадлежит нашей компании.
Лия легкомысленно не стала уточнять, что за компания пожелала устроить комнату для фотосессий. Она узнала, что хотела, поэтому написала несколько строчек на чистой странице и подергала Эжена за рукав. К его чести, парень сразу сообразил, кто его беспокоит, и повернулся:
– Что, Лия?
Девушка показала свой блокнот.
– Да, конечно, можешь ехать, через неделю ждем эскизы, лучше в цвете, пока!
Помахав рукой, парень вернулся к обсуждению, а Лия, улыбаясь, подошла к строгой офисной даме и написала, что хочет уйти. Та удивилась и нахмурилась:
– У нас не принято отпускать посетителей в одиночку разгуливать по этажам, – сказала она, – подождите минуту, вас проводят!
И действительно набрала что-то в телефоне, и вскоре подошел охранник в костюме и проводил Лию к выходу.
Глава 7
Радостно вырвавшись на улицу, девушка и не подозревала, что за ней наблюдали все время, пока она была в здании, и даже немного после.
Едва шумная толпа художников ввалилась в просторный вестибюль, как Даниил и Марк замерли перед ноутбуком, который им специально принесли с поста охраны. Оператор сидел в стороне и пересылал начальству картинку со всех камер, которые вылавливали в море смеха и голов одну, скромно прикрытую капюшоном.
– Пришла, – выдохнул Дан, когда убедился в том, что это действительно Лия.
Марк наблюдал молча.
Вот художников притормозила охрана, вот к ним спустилась начальница секретариата – Марк сам попросил ее проконтролировать слишком шумных гостей. Все едут на лифте, и Лия стоит прямо под глазком камеры и задумчиво смотрит в телефон. Кому-то пишет? Может, у нее есть парень? Кто-то из этих странных, татуированных, волосатых парней?
Марк нахмурился, но успокоил себя мыслью о том, что никто из художников все время не держался рядом с Лией. Никто не обнимал, не брал за руку. Вон та смешная парочка успела даже поцеловаться в коридоре, а Лия одна. Значит, в этой компании она просто художник?
Вот все ввалились в помещение, выделенное под фотозал. Бегают, размахивают руками, кричат, а Лия просто стоит. Джинсы, рубашка – совсем простая одежда, но Марк помнил, какая роскошная грудь прячется под бесформенными складками ткани. А эта красивая длинная шея… Бьющаяся на ней жилка… Сводящий с ума аромат теплой кожи…
– Она уходит! – сказал вдруг Дан. – Смотри!
Марк очнулся и успел увидеть, как Лия попрощалась со всеми взмахом руки и ушла.
– Куда она? – напрягся он.
– Минуту… – Дан набирал сообщение. – Галина Львовна написала, что девушка завершила свои дела и представит отдельные эскизы на презентации.
– Она не говорит, поэтому не участвует в балагане, но… тебе не кажется, что она уже что-то придумала? – задумчиво сказал Марк.
Лия исчезла с камер, но сохранилась запись. Он еще не раз пересмотрит ее, чтобы полюбоваться девушкой, но сейчас в нем взыграл профессионал.
– Смотри, – Даниил ткнул пальцем в монитор, на который вернулась картинка из будущей фотостудии, – вот эта девчонка, она просто бегает вокруг и кричит. Этот парень вообще зевает, вот эти двое, кажется, всерьез заинтересовались, а остальные просто тусят в хорошей компании и надеются на преференции. Ты уверен, что они нам нужны?
– Пока нужны, – поморщился Марк, – для маскировки. После презентации сократим количество до тех, кто реально работает. Все равно мы им пока не платим.
– Ты прав, но компания у нашей девочки странная, – хмыкнул Даниил, сам обожающий странные тусовки. Он то «ковырялся в железе» с байкерами, то заглядывал в веганский бар, а уже на следующий день жарил шашлыки на бардовском фестивале.
Второй учредитель хмыкнул, одним лишь взглядом напомнив другу его собственные похождения, а вслух сказал:
– Думаю, эта компания появилась после травмы. Новым людям легче воспринимать молчащего человека.
Дан медленно кивнул:
– Принять изменения сложнее, чем встретить уже молчащую девочку, тут ты прав. Ну что, отпускаем Славу? Художники могут орать под присмотром Галины Львовны…
– Да, пусть идет. Записи скинуть нам, исходники удалить, – напомнил Марк.
Вскоре айтишник ушел, а учредители уселись на диваны и синхронно включили телефоны, чтобы пересмотреть запись.
– Бледная она какая-то, – вздохнул Дан, уже в третий раз разглядывая Лию, стоящую в дверях будущей студии.
Марк промолчал. Там, в зале для игр, девушка была весьма румяной – сначала от страха и гнева, потом от стыда… Ей идет румянец. Впрочем, такой нежной фигуристой блондинке идет все! Вот только эти бесформенные мешковатые наряды… С другой стороны – никто из художников не смотрит на Лию как на женщину. Возможно, никто и не догадывается, как она хороша под этими тряпками.
Мечты мечтами, а работа не ждет, так что вскоре Дан ушел к себе – гонять айтишников и прочую творческую братию, а Марк отправился морозить офисный народ. Две недели терпения и… отчаянной надежды на то, что Лия еще придет в будущую студию – хотя бы для того, чтобы проверить замеры или просто посидеть в тишине среди белых стен.
Глава 8
Увы, девушка не появлялась, и уже к концу первой недели оба начальника стали жутко раздражительными. Еще бы! Попробуйте-ка просыпаться от жесткого стояка несколько раз за ночь! Ни холодный душ, ни «ручная работа» дело не исправляли, а на других девушек, готовых помочь с «проблемой», оба даже смотреть не могли.
На счастье страдальцев, в среду вечером с ними связался предводитель «банды» художников и спросил разрешения провести первый отбор презентаций в той самой будущей студии. Ему радостно разрешили, и Эжен вскоре привел всю свою команду вместе с Лией.
Марк и Дан приникли к ноутбуку, с интересом разглядывая все, что притащили с собой художники. Они-то ждали картонок, папок с эскизами, еще чего-то такого же – заляпанного красками и посыпанного мелом. А увидели небольшой проектор и телефоны, с которых отправлялись файлы с набросками.
– Так, – командовал Эжен, – чтобы никому не обидно, давайте по алфавиту. Кто у нас первый? Антонов? Присылай!
Прыщавый парень в джинсовке скинул файлы, и старший включил проектор.
– Окно, – он навел изображение на закрытое куском ткани окно, и все увидели набросок интерьера с этого ракурса. – Второе окно. Дверь. Глухая стена. Все все увидели? Всем понятно? Отлично, вот еще ТТХ, – тут проектор мигнул и показал лист с мазками и цифрами, которые наблюдателям были совершенно непонятны, а вот художники оживились и загудели.
– Следующий кто? «Б», «В», «Г», о, Гера! Давай ты!
Еще один парень скинул файлы, и бывший кабинет преобразился в студию. Парни и девушки рассматривали варианты, обсуждали, что-то записывали, фотографировали, делали наброски – в общем, активно готовились к презентации.
Наблюдатели тоже с интересом разглядывали проекты. Некоторые вызывали у них усмешку, некоторые – интерес. Когда свой проект представила Лия, Марк и Дан чуть не столкнулись головами над монитором, желая поближе рассмотреть саму девушку. Ради презентации Лия встала, сбросила капюшон, поправила тяжелую косу и принялась перебрасывать файлы.
Первая проекция – окно – ничем на первый взгляд не удивляла, но следующий слайд пояснял, что на окне очень удобно сделать многослойную драпировку, чтобы быстро менять фон для простых портретов.
Второе окно имело несколько вариантов деревянных жалюзи – от японских сёдзи из рисовой бумаги до хрустальных бусин на нитях. В пояснительном слайде говорилось, что для этого придется сделать специальные усиленные карнизы с роликами, что, конечно, увеличит стоимость оформления, но Лия тут же подчеркнула, что ткань и варианты жалюзи тоже можно менять, а это существенно разнообразит варианты фотографий.
Дверь девушка предложила сделать зеркальной, да еще разместить рядом зеркало-книжку для создания спецэффектов.
Третья стена была просто однотонной, но фактурной. Сложный терракотовый цвет, тут же диван, высокая барная стойка с различными стульями – в общем-то, классика многих студий, но то, что находилось между окнами, заставило многих замереть от удивления. Длинный деревянный стол – массивный и устойчивый, такой, что по нему можно пройти босиком, и он не шелохнется. А на столе… Игрушечная железная дорога, конструктор, гоночная трасса с миниатюрными машинками и мастерская с пластиковыми инструментами! А на другом конце стола расположились дамские безделушки, включая саквояж доктора, стетоскоп и настольное зеркало!
Сжавшись в ответ на изумленную тишину, Лия щелкнула кнопкой проектора, показывая следующий файл с аргументами «за» такое оформление. Марк немедля попытался прочесть, но шрифт для камеры оказался слишком мелкий, так что он только зашипел рассерженной змеей.
– Не переживай, – толкнул его в бок Дан, – запросим у предводителя этих орангутангов ее презентацию отдельно. Знаешь, мне нравится ее концепция. Вроде бы все серьезно, но можно и поиграть…
Марк взял себя в руки, одернул пиджак и согласился:
– Мне самому захотелось машинки по треку погонять, у меня такой же был!
– Правда, такой проект наверняка будет дорогим и недолгим, – так же задумчиво продолжил Даниил, наблюдая за тем, как девушка листает слайды, – но, несомненно, вызовет интерес. Наших начальников не загонишь на фотосет, а между тем фото на сайте давно пора обновить, да и офисный планктон потянется поиграть…
– Потом можно будет сделать здесь обычный закуток с «фото на документы», но вообще, ты смотри, если повесить качели, приварить раму для софитов и сделать, как предлагает Лия, декорации на роликах, их можно менять часто, подстраиваясь к любому празднику или ситуации.
Марк смотрел на то, что предлагала девушка, и удивлялся. Декорации, как в театре – ткань, рейки, краска… Ничего сложного для этой банды, а получиться может такая конфетка, что все окупится! Конечно, фотосессии популярны только в сезон, но ведь можно «поиграть» во что угодно… Как роскошно будет смотреться у этой стены косой крест! А стол идеально подойдет для струбцин и наручников! А…
Лия закончила и села. Остальные художники дружно похлопали в ладоши, поскольку эскиз оказался самым проработанным и продуманным. Нет, в общем, были проекты сильнее, ярче или безумнее, но по мнению тех, кто оплачивал этот взрыв творчества, для этой комнаты больше всего подходил тот проект, что предлагала Лия.
Глава 9
Следующий час, пока рассматривали и обсуждали проекты остальных участников «Светоча», Марк и Даниил любовались только Лией. Ох, как же кипела их фантазия! Как им хотелось заполучить девушку сюда – в кабинет, и неспешно раздеть возле дивана, наслаждаясь обнажением каждого сантиметра кожи! Как хотелось видеть ее смущение, краску, приливающую к щекам и к полной красивой груди!
– Это невыносимо! – наконец воскликнул Дан, поправляя кое-что в своих джинсах. – Я борюсь с искушением пойти туда и утащить эту молчаливую красотку сюда!
– Ты же видел отчет врача, – ровным тоном ответил на это горячее высказывание Марк. – Стресс ухудшает ситуацию.
Дан тяжело вздохнул.
В чем его друг был безупречен, так это в сборе информации. Уже на следующий день после встречи с девчонкой Марк не только собрал все, что накопали его спецы – он еще устроил Лие вызов к врачу на консультацию и показал девушку лучшему оториноларингологу города.
Вердикт врача был тем же самым – ждать. Но при этом доктор попенял девушке за излишнее волнение, заявив, что она, должно быть, переживала или пыталась кричать, потому что края голосовых связок вновь воспалены, и это явно травматическое воспаление, а не инфекционное. Лия даже плакала в коридоре – Марк раздобыл записи камер частной клиники, в которой проводился осмотр, и это тоже не добавило мужчинам радости. Они прекрасно помнили, как девушка открывала рот, вися на крюке, пытаясь выдавить из себя хоть несколько слов.
– Терпение, – произнес Марк, – я уже договорился, завтра Лие предложат курс физиотерапии, чтобы компенсировать травму, и курс у психотерапевта, специалиста по сложным состояниям.
– У нее же есть психолог? – удивился Дан.
В ответ друг поморщился:
– Именно психолог, а нужен – психотерапевт. Я не очень в этом разобрался, но специалист объяснил, что для полноценного восстановления нужна более тонкая работа. Массаж, снятие спазмов, какие-то компрессы и терапия с дыханием. В общем, я оплатил, а девочке сказали, что это подарок от благотворительного фонда.
Дан восхищенно присвистнул и пожал другу руку:
– Ты крут! – правда, при этом Даниил умолчал о том, что сам искал подобных специалистов, отвлекаясь от работы. Чувствовал свою вину и еще невероятно хотел, чтобы эта нежная блондинка чувственно стонала под ним, когда он будет вколачиваться в ее тело.
